Второе высшее магическое (СИ)

Глава 16.3

Развернулась я заполошно к Лиходееву, запястья перед собой скрестила, щит готовясь ставить, ежели хоть шагнёт в мою сторону. А он глянул как-то внимательно на них, хмыкнул и прислонился к столу, позади него стоящему. Сложил руки на груди и уставился вновь на меня как на татя пойманного.

Ох… неужто про кошель узнал? Вот же… как объясняться буду? Не представляю. Хотя ладно, сочиню что-нибудь. Если надо будет в слёзы ударюсь. Мужики обычно их боятся дюже. Лишь бы только дело этим ограничилось. А то меня убивали уж однажды. Не понравилось.

За всеми этими мыслями отчаянными я даже не заметила, что Лиходеев рассматривает меня уж слишком пристально. А как поняла это, то и вовсе растерялась. Ладно бы с интересом мужским, это даже приятно, так ведь нет! Как-то иначе! Но что там за этим взглядом ледяным творится, совершенно непонятно. Ну вот что ему надобно? Да что я, право? Сколько раз этот вопрос можно про себя задавать? Пора уж и ему озвучить!

— Так чем же, Яросвет Лютовидович, помочь вам могу, что аж разговор с глазу на глаз потребовался? — решилась я, одновременно кузовок на лавку ставя так, чтобы ему меньше видно было.

— Разговор с глазу на глаз мне потребовался, чтобы ты, Велижана Изяславовна, опять не сбегла словно лисица лесная, — и улыбнулся, явно сравнению удачному радуясь. Тоже мне шутник своеобычный нашёлся! Не ты первый, не ты последний!

— То есть разговор наш не секретный вовсе и можно о нём всем сказывать? — захлопала я ресницами, заодно под прикрытием стола и собственного сарафана отправила рукавицы с кошельком в кузовок.

— Да какие уж тут секреты, ежели о том же попросить тебя хочу, о чём и подруженьки твои, — и улыбнулся так обаятельно, что глаз не отвести. Удался он мне, ой удался. Вот только взгляд всё едино холодный. Сдаётся мне, мои манёвры он видит только так! Но не полезет же он кузовок проверять. Надо только убедиться, что кошеля его не видно.

За всеми этими размышлениями, я даже не сразу и поняла, о чём он мне толкует. А как в голове прояснилось, так рот и открыла.

— Простите? — может, не так поняла? Не может же он и правда такое предлагать.

— Прощаю, — охотно, со смешинкой ответил Лиходеев. — Ну так что девица-первачка возьмёшься учителю своему преподавать науку о помощниках магических?

Тут-то я рот и захлопнула, аж зубами клацнула. Нет, всё так я его поняла, он действительно это предложил.

— Яросвет Лютовидович, негоже так шутить над девицею юной, — попрекнула его. — Я же и поверить могу. Разболтаю всем и буду гусыней горделивой ходить. Как потом мне объясняться с друзьями-подружками, когда вы в отказ пойдёте?

— С чего это я в отказ пойти должен? — сделал он удивлённую мину. — Не собираюсь вовсе. Да и вообще, что тебя смущает? Возраст мой? Так я и не старый ещё совсем, вполне себе могу новое изучать, ежели возникла в том нужда али охота.

Нет, ты посмотри, как мягко стелет! Гляжу на него, а сама всё жду, когда он хоть ненадолго взгляд от меня отведёт, чтобы на кузовок глянуть, не выглядывает ли кошель его.

— Чародейство не столь давно в мир наш пришло, — продолжил вдохновенно вещать Лиходеев, как нарочно взора от меня не отрывая. — В первые годы не раз такое случалось, что старцы у молодняка учились. Ибо не годы важны, но знания.

— Да нет у меня никаких знаний! — всплеснула я руками. — Я только учиться начала!

— А вот Загляда Светославовна очень тебя хвалила. Говорит, умна ты не по годам, всё знаешь да умеешь, новое быстро схватываешь! Да я и сам видел!

Слышать это было зело приятно. Пусть и понимала я, что Лиходеев и соврёт — недорого возьмёт, но все равно приятно, аж зарделась. Вот же странность, душа у меня взрослая, а краснею я, как молодка.

— Полно вам, Яросвет Лютовидович! — мурлыкнула я. Сама не знаю, как этакий тон игривый получился, не собиралась совсем. — Не смущайте!

— Да чего ж правды-истины смущаться, Велижана Изяславовна? — Лиходеев пододвинулся поближе, и я запаниковала, что он таки увидит рукавицы противомагические и кошель свой. Наверняка же, хоть завязочка да выбилась! — Вижу же я, что толковая ты девица, да до Школы занималась явно с учителями по наукам чародейским.

Глаза мои невольно во всю ширь распахнулись. Откуда он узнал⁈ Как же так⁈ Никто же про перенос мой не ведал! Я никому про жизнь свою прошлую-будущую не говорила! Неужели про это как-то магически прознать можно⁈ Бежать или уже поздно? Я отчаянно замотала головой.

— Нет? — удивился этот кикиморин сын. Или сделал вид, что удивился. — Тогда я поражён, как хорошо ты понимаешь науку чародейскую. Только объяснил-показал, а ты уже всё поняла, осознала и лучше всех выполнила.

— Вы так хорошо объясняете, Яросвет Лютовидович, — проблеяла я сдавленно. От речей его меня то в жар, то в холод кидает. Страшно-то как. — И Загляда Светославовна тоже. Всё-всё в миг понятно становится! А вот с душечарой я долгенько мучилась.

— Зато какая дивная она у тебя получилась!

Вот же ж, леший его папа, не надо было про душечару!

— Благодарствую, Яросвет Лютовидович, — потупила я очи.

— Покажешь мне ещё раз её? — добрейше улыбаясь и ещё сильнее пододвигаясь, попросил Лиходеев.

Я же похолодела. Сейчас-то у меня нет тех рун на запястьях!

— А вы? Вашу душечару мы ещё не видели. Наверное, что-то невероятное! — я постаралась распахнуть глаза пошире и захлопать ресницами, как то делала Милада при виде Лиходеева. — Покажите, пожалуйста! Так интересно!

— Отчего же не показать? Покажу, ежели хочешь.

И он поднял руку, прижал к сердцу, замер на мгновение, и вдруг вокруг него закружили светящиеся бабочки. Ровно такие же, как у меня.