Я не для тебя

15

— Чего ждешь? — спрашивает Марат.

Так и не отводит от меня пристальный взгляд.

Нервно смотрю по сторонам. Как-то так теперь получается, что поблизости никого нет.

Я же видела, как другие ребята сдавали нормативы. Рядом с брусьями всегда кто-то задерживался. Немного отдохнуть, перевести дыхание, просто воды попить.

Ахмедов видимо, разрешал. Но сейчас тут только он и я. Больше никого.

Умом понимаю, что здесь Марат ничего мне не сделает. Слишком много людей вокруг. Хоть мои сокурсники сейчас заняты бегом, хватает девчонок, которые внимательно за ним следят.

Это должно успокоить. Однако как я себя не настраиваю, как не стараюсь собраться, возникает чувство, будто я снова в его комнате. Будто ловушка захлопывается.

— Тебе помочь? — слегка прищуривается Ахмедов.

Оцепенение мигом слетает.

— Нет, не надо, — отрицательно мотаю головой.

Лучше сама.

Подхожу к брусьям. Обхватываю гладкую металлическую поверхность ладонями. Крепко сжимаю.

Вообще, на прошлых тренировках проблем не возникало. Тренер меня даже похвалил. Хорошо справилась.

Но теперь меня настолько колотит, что я не уверена, сумею ли выполнить простейшее движение.

Ну все. Нельзя дергаться. Нужно взять и сделать. Чем быстрее справлюсь, тем быстрее Ахмедов оставит меня в покое. На этой спасительной мысли стараюсь сосредоточиться.

Сперва получается. Наверное, на автомате. Но в один момент я сбиваюсь так, что чуть не лечу вниз головой.

Кажется, взгляд Ахмедова действует. Расшатывает. Просто чувствую, как он на меня смотрит. Так смотрит, что пробивает ледяная дрожь.

Одно неловкое движение — и все.

Горячие руки накрывают мое тело. Берут в железный захват. Не ускользнуть, не вырваться.

Ахмедов удерживает меня, не давая сорваться.

Мы оказываемся слишком близко. Вплотную. В опасной позе. Так, как я бы точно никогда не хотела рядом с ним оказаться.

Он прижимается сзади. Будто всем своим телом в меня впечатывается. Одна его ладонь на моей груди. Другая — на животе. Горячее дыхание опаляет мой затылок.

Теснее некуда.

Хуже всего — Ахмедов совсем не торопится меня отпускать.

— Я… я в порядке, — закашливаюсь от волнения, нервно дергаюсь в его крепком захвате. — Все… я могу продолжать.

— Грубая ошибка, — отрезает Ахмедов.

Грубая? Что?..

Даже пробормотать в ответ ничего не могу. Меня буквально ошпаривает от того, как он проходится ладонями по моей груди, по бедрам. Властно, по-хозяйски.

— Ты так могла и шею сломать, — продолжает Ахмедов без эмоций, что совсем не сочетается с его бесстыжими касаниями. — Теперь я должен убедиться, что ты можешь норматив сдать. Прежде чем тебя допускать.

И видимо, под «убедиться» он подразумевает облапать меня по полной. Потому что сейчас делает именно это. Нагло ощупывает, будто свою собственность осматривает. Сжимает попу. Снова накрывает ладонью грудь. Стискивает.

За его массивной фигурой другим ребятам этого не видно.

Но я-то чувствую! Еще как весь этот беспредел чувствую…

Еще слышу, как он дышит мне в затылок. Часто и тяжело.

— Могу, — бормочу, начиная еще более отчаянно дергаться в его руках. — Все могу сдать. Пусти меня, пожалуйста.

— А вдруг растяжение? Травма? — невозмутимо выдает Ахмедов, но его прикосновения меньше всего похожи на осмотр. — Я должен знать.

Другую девчонку он сегодня в медпункт с такой проблемой послал. Даже не глянул. А теперь…

Стоп, точно!

Визжу. Изо всех сил. Так, что Ахмедов меня все же отпускает. Скорее от неожиданности, но это не важно. Главное — отпустил.

— Рука, — выпаливаю, растирая предплечье, и под его тяжелым немигающим взглядом каждое слово дается с трудом, но я заставляю себя продолжать: — Очень рука болит. Мне к врачу надо. В медпункт.