Я не для тебя

49

Раздается истошный вопль. Один из старшекурсников хватается за ногу. Дико орет. Сгибается пополам. Вскоре и вовсе валится на землю.

— Блядь, — буквально ревет он. — Какого…

Продолжает выть.

Драка прерывается. Потому что сперва всех отвлекает странный звук. После внимание переключается на кричащего парня.

Но эта пауза длится недолго.

Все смотрят в сторону. Туда же перевожу взгляд и я.

Лёва стоит, сжимая пистолет. Вскинув руку вперед, он держит под прицелом парней. Нервный, взвинченный, напряженный до предела. Даже при тусклом свете заметно, как сильно подрагивает его рука. Будто вибрирует.

— Пиздец, у него настоящий ствол.

— Дан, ебать, ты сказал, это «пугалка».

— Охренеть, как этот долбоеб пронес оружие. На входе в академию всех проверяют. Меня в прошлом году за одну попытку чуть не отчислили.

В том, что пистолет настоящий, теперь ни у кого сомнений нет. Раненный утробно стонет, растирает поврежденную ногу.

— Ася, идем, — зовет меня Лёва, не сводя глаз со старшекурсников. — Я тебя забираю отсюда.

— Нихуя, — резко бросает Данил.

Шагает вперед.

Рука моего друга дергается.

Старшекурсник застывает, но не похоже, будто он собирается давать заднюю. Вид у него скорее раздраженный, чем перепуганный.

— Дан, ты бы полегче.

— У него ствол.

— И что, блять, с того? — жестко обрывает Данил. — Пальнул раз — и вы уже все разом обосрались. Как тогда собираетесь идти на реальное дело, а?

Обводит своих приятелей тяжелым взглядом.

— Ты бы молчал, — вдруг замечает тот борзый тип, чьего имени не знаю, но он запомнился мне, потому что не боялся Ахмедова. — Не здесь, блять.

— Я ничего не сказал, — цедит Данил. — Короче, вы чего с штаны понакладывали?

— Сука, он меня подстрелил! — вопит раненный.

— Патронов на всех хватит, — выдает Лёва.

И его голос звучит так твердо, что едва узнаю. Однако дрожь в руке показывает все то волнение, которое его охватывает сейчас.

— Да он ебнутый… — начинает кто-то.

— Сам ты ебнутый, — обрывает Данил, поворачивается к Лёве. — Ну и что ты сделаешь, мелкий утырок? В меня стрельнешь? Еще в кого-то? Дальше — что? Ты вообще хоть немного соображаешь? Знаешь, кого подстрелил? Знакомься. Это Антон. Его папаша чиновник тебя со свету сживет. Он бы и царапину тебе не простил. А тут серьезная травма. А если Антон хромать будет? Инвалидом станет? Пизда тебе, уебок. Но это еще ничего. Дальше палить собираешься? Вперед. Давай. Если один выстрел ты сможешь как-то объяснить, то что с реальной пальбой по всем подряд?

— Это самозащита, — бросает Лёва. — Вы напали на нас.

— А ты докажи, — хмыкает Данил. — Ребята дадут такие показания, которые тебя закопают. Ты на хер вылетишь из этого универа. И не просто вылетишь. Ты, блять, за решетку пойдешь.

Урод делает еще один шаг к моему другу.

— Стой! — отрывисто произносит Лёва.

Тот мрачнеет, но останавливается.

А я замечаю, что первый шок у остальных нападающих проходит. Они тоже начинают подступать к моему другу. Но Лёва сосредоточен на Даниле.

Ситуация обостряется.

— Дай ствол, — давит на него Данил. — Пошутили — и хватит. Никто тут не собирался никого насиловать. Так… припугнули вас. Сильно смелых.

Косится в мою сторону.

И я чувствую, на все сто процентов уверена, что он лжет.

Просто старается приболтать Лёву. Отвлечь. Пока другие подбираются. А у меня все внутри от тревоги сводит.

Что делать?

Даже сказать ничего не решаюсь. Опасаюсь, что если отвлеку Лёву сейчас, то кто-то из этих подонков бросится на него, вырвет пистолет. И тогда — точно все. Не на что даже надеяться.

Но и побуждать друга к действиям тоже нельзя.

А если он не просто ранит… если убьет кого-то?

Страшно представить.

Одна шальная пуля.

Последствия могут быть непредсказуемые.

Все эти мысли проносятся в голове будто огненный вихрь.

Когда вдруг Марат шагает вперед. Прямо к Лёве. Обходит всех и… молча забирает у него пистолет.

Действует легко. С подавляющей уверенностью. Хоть и хромает на одну ногу, но держится очень уверенно. Есть что-то такое в его движениях. Невозможно объяснить. Неуловимая сила. Будто один лишь вид Марата оказывает цепенящий эффект. И на Данила, и на того борзого типа, который прежде одергивал его. На всех вокруг.

Лёва не делает ни единой попытки воспротивиться.

И вот уже Марат направляет дуло в сторону парней. Только на этом он не заканчивает.

Все происходит молниеносно.

Короткое движение, когда Ахмедов забирает оружие. Порывистый разворот. Вскинутая рука.

А следом гремит два выстрела. Один за другим.

Данил взвывает. Падает как подкошенный. Хватается за ноги.

— Уебок, — стонет. — По коленям…

Ахмедов надвигается на него. Холодно. Четко. Будто робот. Дуло пистолета с Данила не сводит. И кажется, меньше секунды проходит, прежде чем слышится еще два выстрела. Следом — истошный вопль.

— Бля… — только и вырывается у Данила.

Пополам с воем.

Другие парни молчат. Даже тот, которого подстрелил Лёва, затихает и перестает стонать.

— Тронешь мое… — ледяным тоном произносит Ахмедов.

И фразу не заканчивает. Просто прижимает дуло ко лбу Данила. Очень выразительный жест.

Тот зубами скрежещет. Молчит.

Марат поднимает взгляд. Обводит глазами остальных, словно давая понять, что это относится к каждому из них.

— Уебывайте, — говорит хрипло. — И это дерьмо уберите.

Отходит от извивающегося от боли Данила. Встает рядом со мной, закрывая меня собой.

— Чего застыли? — рявкает на резко притихших парней.

Щелчок.

Кажется, это он перезаряжается пистолет. Или… делает с ним что-то другое, но что бы это не было, действует на старшекурсников словно разряд тока.

Раненных подхватывают. Утягивают вглубь леса.

Вскоре мы остаемся здесь втроем.

— Ты, — говорит Лёва нервно. — Ты… отойди от нее.

— Ты не охуевай, — бросает ему Ахмедов. — Сегодня — ты молодец. Но берега-то не теряй.

Еще миг — он поворачивается и вбивает тяжелый взгляд в меня. В темных глазах вспыхивают искры пламени.

— Ну что, Ася? — спрашивает, приближаясь вплотную, склоняется надо мной и почти шепотом на ухо выдает: — Уже придумала, как будешь расплачиваться?