Я не для тебя

77

— Ты что делаешь? — спрашиваю. — Ты куда меня ведешь?

Ответа нет. Он продолжает тянуть меня за собой с таким видом, что никто не рискнет прийти на помощь, даже если начну вопить в голос.

— Марат! — зову.

— Идем, — холодно бросает Ахмедов, даже не поворачивая голову ко мне.

— Объясни, — начинаю было снова.

Но тут он резко останавливается. Все же смотрит мне в глаза. И ощущения от этого становятся только хуже.

— Лучше иди спокойно, — произносит хрипло. — Без этих выкрутасов.

— Нет, я не хочу, — отрицательно мотаю головой. — Когда ты в таком состоянии не…

— Ася, — обрывает мрачно. — Давай ты лучше пока помолчишь.

Мои брови приподнимаются вверх. Это он мне так рот затыкает сейчас?

— Помолчи, — повторяет Ахмедов. — Не доводи еще сильнее. Ладно? А идем мы в мою комнату.

— Нет, — выдаю твердо. — Туда точно не пойду.

— Ты сегодня будешь в моей комнате, — выдает твердо. — Лучше сейчас. По-хорошему.

Где же здесь «по-хорошему»?

Он буквально силой приволакивает меня в Северный корпус. И оказаться с ним в одной комнате, когда он настолько взбешен, не самая лучшая идея.

— Ты же хочешь найти своего дружка? — вдруг прибавляет Ахмедов. — Тогда других вариантов нет.

— Ну вряд ли Лёва в твоей комнате.

— Ну конечно.

— И вряд ли ты можешь знать, где он сейчас.

— А вот это ты зря.

— Но откуда? — выпаливаю. — Подожди. Это что, ты? Ты с ним что-то сделал?

— Пока не сделал, — недобро оскаливается. — О чем уже начинаю сожалеть. Но я же не знал, что этот долбоеб тебя в свою комнату затянет.

— Он не затягивал, — механически поправляю Ахмедова. — Я же сама…

— Вот поэтому тебе лучше молчать, — обрубает он.

— Насчет Левы, — замечаю тихо.

— Найдем мы твоего уебка.

— Но зачем нам идти в твою комнату?

— Я тебя там объясню, — в его взгляде загорается все больше недобрых искр, а оскал приобретает уж совсем хищное выражение. — А вообще, чего ты так дергаешься?

Ахмедов прищуривается, внимательно изучая мое лицо.

— Ты у меня уже была, — добавляет. — В чем проблема?

Была. И тогда еле ноги от него унесла. Неизвестно, что в этот раз будет. Но не похоже, будто что-то хорошее.

— Кстати, я для тебя сюрприз приготовил, — продолжает он, даже как-то обманчиво мягко. — Давно собирался отдать.

— Давай без сюрпризов, пожалуйста.

— Нормальный сюрприз, — произносит ровно. — Тебе понравится.

Сомневаюсь. Но умом понимаю, что спорить с Ахмедовым не стоит. Лучше бы мне ему уступить.

Тем более, может он и правда знает что-то про Лёву? Настолько уверенно об этом говорит.

Сейчас Марат словно понемногу успокаивается. Внимательно изучает меня, и наверное, мои ощущения противоречат всякой логике, но пока создается такое впечатление, что вреда он мне не причинит.

Если в прошлый раз остановился…

А ведь тогда он был заведен всерьез.

— Хорошо, идем, — говорю, наконец.

И взгляд Ахмедова будто теплеет.

Не верю, что реально вот так соглашаюсь сама пойти к нему в комнату. Была здесь еще в самом начале учебы. Когда мы только столкнулись.

В тот раз ничего толком не рассмотрела. Не до этого было. Поэтому теперь чувствую себя тут, словно оказываюсь впервые.

Здесь мрачно. Темные цвета. Довольно аскетичная обстановка. Минимум мебели. Почти никаких личных вещей.

Но в то же время обстановка ощущается странным образом уютной. И я невольно отмечаю чистоту вокруг. А еще — приятный запах. Что-то свежее, цитрусовое. Вообще, такое чувство словно тут недавно убирали.

— Присаживайся, — Ахмедов кивает на кресло. — Будешь что-нибудь?

— Спасибо, не надо.

— Даже чай не хочешь?

— Нет.

— Садись, давай, — подгоняет. — Что стоишь?

Опускаюсь в кресло. Снова смотрю по сторонам.

Марат уходит в другую комнату. Здесь просторнее, чем у нас с Машей или у Лёвы. И кажется, он живет тут один.

Я сейчас в гостиной. А есть еще спальня.

Помню, туда он меня в прошлый раз и понес. После того, как я его поцеловала. Память услужливо подбрасывает одну картинку за другой.

Дурацкое задание с поцелуем.

Если бы я тогда не повелась на это, то может ничего бы и не произошло? Я бы не привлекла внимание Марата. На меня бы не взъелись те злобные девчонки со старших курсов.

Теперь нет смысла размышлять о таком. Время назад не вернуть. А если еще посудить, то мой отказ от выполнения задания сразу мог бы запустить ту же самую цепочку разрушительных событий.

Мой телефон вибрирует — и я на автомате достаю его, открываю сообщение. Пробегаю взглядом по строчкам и замерзаю изнутри. Приходится несколько раз перечитать. Сосредоточиться. Потому что сознание словно бы отказывается принимать то, о чем я читаю.

«Хочешь увидеть своего приятеля живым? Тогда прямо сейчас проваливай из академии. Забирай документы или твоему Лёве конец. Шутки закончились, сучка. Или хочешь найти своего очкарика по кускам?»

Застываю, перечитывая жуткий текст снова и снова.

Не похоже, что происшедшее связано с расследованием Лёвы. Но легче от этого не становится.

— Что случилось? — спрашивает Ахмедов.

Он возвращается в комнату. Вопросительно смотрит на меня. А я молча протягиваю ему телефон.

Марат мрачнеет, увидев сообщение.

Нервы сдают.

— Кажется, не только ты нашел способ убирать отсюда студентов, — говорю глухо.

— Ты что, веришь в это? — хмуро выдает он.

— А есть варианты? — вылетает нервно.

— Это смахивает на пиздежь. Тебя просто на понт берут. Хотят продавить. Ну видно, слухи пошли, что твой Лёва пропал. Вот кто-то и решил воспользоваться моментом.

Версия Ахмедова нравится мне куда больше, чем версия о том, что какой-то псих похитил Лёву и собирается резать на части, только бы отомстить мне непонятно за что.

Но…

— Откуда ты можешь знать? — спрашиваю.

— Да я уверен, что твой дружбан сейчас трюки отрабатывает на закрытом катке.

— Что?

Ничего не понимаю.

— Он же на отборе провалился, — поясняет Ахмедов. — На отборе в нашу команду. Зарубили его. Форма не та. Дохляк он. На льду не протянет.

Лёва хотел стать хоккеистом? Он никогда об этом не говорил. Ну он фанател по хоккею, постоянно что-то мне рассказывал. Только не о том, чтобы проходить отбор в команду академии.

— Короче, распсиховался пацан. Упертый. Хочет все равно пробовать снова. Через полгода будет еще один отбор. Так что наверное, решил теперь на износ тренить. До талого. А где это делать? Только на закрытом катке.