Заберу тебя, девочка

Глава 21. Наше свидание

Суббота. Мама выпытывает у меня подробности моей ночевки у якобы подруги, но я стойко держусь. Лекс мне не пишет, я ему — тоже.

Воскресенье. Я помогаю маме с уборкой и делаю все накопившиеся долги по учебе. Пишу Лексу сообщение с вопросом о том, как у него дела, но он отделывается коротким «занят, позвоню как раскидаюсь».

Понедельник, вторник, среда… Пары, болтовня с девчонками, косые взгляды в мою сторону, шепотки… Такое ощущение, что обо мне пошли какие-то неприятные слухи, и я догадываюсь, кто мог стать их источником, но мне плевать. Правда. Не плевать только на то, что Лекс все еще не звонит мне и не пишет.

Я скучаю.

Господи, это так странно! Еще в прошлый понедельник я понятия не имела о том, кто такой Лекс, и шла, радостная, на учебу, рассчитывая погулять после пар с Пашкой. А потом вдруг мой мир перевернулся вверх дном: долги, бандитская черная машина, холодный взгляд, отобранный телефон, побег и…

И он. Который умудрился за считанные дни стать моим похитителем, моим первым мужчиной, моей глупой влюбленностью, моей странной зависимостью и моим… парнем, да? Могу я его считать своим парнем или наши отношения существуют только в моих фантазиях?

Четверг. Я не пишу сама, мучаясь от глупой гордости и почему-то ревности. Думаю, с кем он. Думаю, не решил ли он таким простым способом избавиться от меня, потому что я уже надоела ему. Плачу перед сном. Тихонько, чтобы мама не услышала и не начала задавать мне лишних вопросов.

А утром в пятницу телефон вдруг вибрирует, на экране высвечивается долгожданное имя, и я, хотя безбожно опаздываю на автобус, останавливаюсь посреди улицы, хватаю трубку и прижимаю ее к уху.

— Привет! — выпаливаю я, чувствуя, как мой рот расплывается в идиотской улыбке.

— Привет, — хрипло говорит он, и от его голоса у меня бегут мурашки. — Не передумала насчет свидания?

— Шутишь? — пораженно ахаю я. — Нет, конечно! Ты зовешь меня на свидание? Правда? О господи…

— Будь готова сегодня в пять. С ночевкой.

— А куда мы пойдем?

— Сюрприз.

— Лекс! — смеюсь я, чувствуя себя бесконечно счастливой. — Нельзя так! А как же я узнаю, что мне надеть?

— Что хочешь, Ярослава. Один хрен я это все с тебя сниму, — хмыкает он. А подумав, добавляет: — Но лучше без каблуков.

— Хорошо, — я еще плотнее прижимаю к себе телефон и глажу его кончиками пальцев. — Лекс!

— Что, девочка?

— Я очень соскучилась, — шепотом признаюсь я. — Ужасно.

На том конце молчание. Потом короткий выдох и… И ничего.

— Тебя Грин заберет, — говорит Лекс. — Не пугайся.

— Ладно, — машинально соглашаюсь я, все еще расстроенная тем, что он ничего не ответил на мое «скучаю», а потом до меня вдруг доходит. — Так. Подожди. Почему Грин?!

— Потому что.

— Но почему не ты?

— На всякий случай, — я слышу в его голосе усмешку. — Не бойся, Ярослава, все под контролем. Не паникуй.

— Да я не паникую, — бурчу я. — Просто интересуюсь, придешь ли ты в принципе на наше свидание или Грин и там тебя заменять будет.

— Хер ему, — предсказуемо реагирует Лекс. — Пусть только, блядь, попробует.

Я смеюсь, довольная тем, что все же вывела его на эмоции, а он вздыхает.

— Так, Ярослава, харэ меня провоцировать. Знаешь же, что огребешь потом.

— Знаю. И очень этого жду, — сообщаю я. И первой кладу трубку.

А потом издаю громкий торжествующий вопль, распугав им голубей и нескольких прохожих, потому что у меня сегодня будет свидание! С Лексом! Может ли быть что-то круче?

Весь день в универе я сияю и загадочно молчу в ответ на расспросы девчонок о причине моего хорошего настроения. Потому что это только моя тайна! И делиться я ей ни с кем не собираюсь.

Тем более, что Лекс ясно дал мне понять: лучше как можно меньше болтать о том, что мы с ним… Что мы с ним, в общем.

К половине пятого я уже готова, одета, собрана, причесана, накрашена и не нахожу себе места, наматывая круги около окна.

— Да сядь уже, — не выдерживает мама. — У меня в глазах от тебя мельтешит. Приедет твой кавалер, никуда не денется.

Конечно, с ней не прошло вранье про ночевку у подружки. Мама сразу раскусила меня, ехидно заявив, что к подружке не собираются так тщательно, перемерив весь свой гардероб на два раза. Поэтому мне пришлось выслушать лекцию о контрацепции, а еще она взяла с меня обещание отвечать на ее звонки и обязательно отписаться как минимум два раза: сегодня перед сном и утром, как проснусь.

— А тебе не пора сериал смотреть? — с намеком спрашиваю я, чтобы убрать маму подальше от окошка, возле которого она стоит как приклеенная.

— Бог с ним, с сериалом, — отмахивается она. — Думаешь, я упущу шанс посмотреть на твоего таинственного парня?

Именно в этот момент к дому подъезжает черный бмв и останавливается у нашего подъезда. Оттуда выходит Грин, опирается на капот тачки, закуривает, оглядывает наши окна, замечает меня и машет мне.

Я неловко поднимаю руку в ответ.

— Мам, за мной тут… — начинаю я.

— А что, вполне! — тут же заявляет она, даже не дав мне договорить. — Молодой, симпатичный, подтянутый весь такой. Плохо только, что курит. Ясь, слушай, а машина как будто другая была в прошлый раз. Или мне кажется?

— Тебе кажется, — торопливо говорю я и бегу обуваться. Накидываю куртку, хватаю сумку с собранными вещами и вылетаю из квартиры под мамин крик «Яся, и скажи ему, чтобы бросал курить! От курения бывает рак простаты! Я читала!»

Ох мама…

Подозреваю, что привычка Лекса и Грина постоянно носить с собой пистолет гораздо опаснее для жизни, чем курение. Так же, как и их работа. Но об этом я не буду говорить. И думать не буду. Зачем портить себе настроение?

— Привет, — улыбаюсь я, выходя из подъезда.

Как ни странно, я правда рада видеть Грина, и он мне тоже отвечает чем-то похожим на улыбку, а потом кивает на машину. Я подхожу к ней и внезапно понимаю, что переднее сиденье уже занято. Там сидит… Ленка.

Вот это сюрприз!

Лезу на заднее сиденье, а она мне сразу протягивает пакет с моей кофтой.

— Привет! Вот, я постирала. Спасибо большое.

— Привет, — дружелюбно киваю я, убираю кофту в сумку и параллельно разглядываю девчонку: на ней какая-то кофточка с вырезом, неумелый, но яркий макияж, а по волосам явно видна попытка неудачной завивки. То ли на плойку, то ли на бигуди.

Господи, ну неужели Грин такое бревно и не замечает, что все эти старания для него?

Но похоже, что не замечает.

— Лен, ремень пристегни, — говорит он ей, как ребенку. — И куртку надень, а то зад отморозишь, будешь опять с соплями дома сидеть и школу прогуливать.

— Как, интересно, связаны куртка и зад? — огрызается она.

— Напрямую. Так, и веди себя нормально, пока я не пожалел, что взял тебя с собой.

Ленка обиженно хмурится и отворачивается к окошку, а я вздыхаю про себя: ох и угораздило же тебя, малыш, с первой влюбленностью. Грин то еще хамло. С другой стороны, может, так даже лучше — быстрее пройдет это чувство, потому что перспектив у такой любви — никаких.

— Стойте, а куда мы едем? — спохватываюсь я, когда мы выезжаем на трассу.

— Далеко, — лаконично говорит Грин.

— Насколько далеко?

— Еще минут сорок.

— И что там будет?

— Секрет, — усмехается Грин.

Ленка тоже молчит как партизан, а я теряюсь в догадках, где же будет наше с Лексом первое свидание. В лесу? На поляне? На трассе? В другом городе?

На первый взгляд, звучит это все глупо, но я не скидываю эти варианты со счетов. Потому что когда дело касается Лекса, можно ожидать чего угодно.

Мы едем. Ленка еще немного дуется, но потом отходит и начинает болтать с Грином, который чуть насмешливо, но при этом тепло ей отвечает. Кажется, эти двое и правда очень близки друг к другу. И если бы не полная противоположность внешне, их легко можно было бы принять за брата и сестру.

Я в их разговоре не участвую, просто сижу и смотрю на серое полотно дороги и на мелькающие деревья, которые постепенно тонут в сгущающихся сумерках. И для меня становится полной неожиданностью, когда Грин вдруг без всякого предупреждения сворачивает с трассы на какую-то грунтовку, врубает аварийку и останавливается.

— Что случилось? — непонимающе спрашиваю я. — Мы что, приехали?

— Приехали, — подтверждает Грин.

— Тут же нет ничего! — я вглядываюсь в темноту за окном и едва не пропускаю тот момент, когда дверь машины с противоположной от меня стороны распахивается.

— Привет, — звучит знакомый низкий голос, я быстро оборачиваюсь, и сердце пропускает удар.

Лекс!

— Привет, — я почему-то чувствую себя неловко. Может, меня смущают многозначительные ухмылочки Грина, а может, неприкрытое любопытство Лены, которая уставилась на нас блестящими голубыми глазами. И хотя я жутко соскучилась по Лексу, бросаться к нему на шею под взглядами этих двоих мне не хочется.

Но, кажется, он от меня этого и не ждет, потому что просто проходится по мне собственническим, многообещающим взглядом, а затем поворачивается к Грину.

— Спасибо. Буду должен.

— Да ладно, не парься. Ничего такого я не сделал, — бросает тот, хотя видно, что ему приятно.

Они кивают друг другу, как-то синхронно усмехаются одним уголком рта, сразу став неуловимо похожими, а потом Лекс протягивает мне руку, помогая выбраться из машины, затем забирает мою сумку и захлопывает дверцу. Черный бмв мигает нам фарами и уезжает, оставляя нас с Лексом наедине в этих осенних сумерках.

И вот тут он притягивает меня к себе и жадно целует, показывая, что тоже соскучился. Пусть и не говорил об этом по телефону.

— Ярослава… — ласково выдыхает он, проводя ладонью по моей щеке. — Пойдем в мою тачку. А то замерзнешь.

— Будем в машине ночевать? — без всякой задней мысли спрашиваю я.

— Девочка, — хмурится Лекс. — Считаешь, я бы вытащил тебя за пятьдесят километров от города, чтобы заставить спать в тачке?

— Мне все равно, где спать, — честно говорю я, не отрывая от него взгляда. — Я просто очень рада, что ты здесь.

— И я, девочка. И я.

В машине Лекса знакомо и привычно пахнет дорогой кожей, сигаретами и дешевым кофе. Я сажусь на переднее сиденье, на моей коленке сразу же устраивается широкая ладонь Лекса, от которой тепло, и мы снова куда-то едем. Я не спрашиваю куда, потому что мне и правда не важно. Важно, что с ним.

Дорога идет через лес, виляет между деревьями, а потом перед нами вдруг вырастает высокий темный забор, перед которым Лекс тормозит.

— Нам сюда.

— Можно выходить? — мне безумно любопытно, куда он меня привез.

— Можно.

Машину мы оставляем около ворот, заходим внутрь, и там, в свете одного-единственного фонаря, я вижу типичный деревенский домик, окруженный высокими кленами. Ободранное крылечко, потрепанная крыша, везде горы неубранных листьев… Никакого шика и богатства, и это меня странным образом успокаивает.

— Ух ты! Как у бабушки в деревне! — выдаю я с восторгом. — А вода здесь из колодца, да? Я умею набирать! И печь умею топить, если что! Тут есть печь?

— Ага, и сортир на улице, — хмыкает Лекс.

Он достает из кармана ключи, отпирает дом, я шагаю внутрь и… И в тот самый момент, когда в прихожей мягко загорается свет, у меня с треском ломается шаблон. Потому что внутри это похоже на что угодно, но только не на деревенский дом. Мягко и дорого сияет паркет, мебель очень современная и стильная, а пахнет не сыростью, а чем-то тонким и приятным.

— Это что?! — я удивленно кручу головой, разглядывая картины на стенах. — Это… как?

— Это дом одного моего знакомого, — Лекс ухмыляется, явно довольный произведенным эффектом. — Вроде как тут его дед жил, поэтому он снаружи оставил все как было, а внутри все переделал под свой вкус.

— То есть здесь душ и горячая вода есть?

— Есть. А еще на улице стоит джакузи, за домом. Пойдет?

— Офигеть! Офигеть…

— Ты голодная? — Лекс подходит со спины и обнимает меня. — Есть всякая еда в холодильнике, там из ресторана всякое, а еще можно шашлыки пожарить. Мясо замариновано, угли тут тоже есть.

— Ничего себе. У тебя целая программа, — я прижимаюсь к нему и зажмуриваюсь от того, как хорошо его руки ощущается на моем теле, как приятно прижиматься к его твердой теплой груди.

— Ну ты ж типа хотела ресторан, — Лекс щекотно целует меня в шею. — И кино.

— Кино можно посмотреть, да, — шепчу я, дразняще потираясь ягодицами об его бедра. — Если у тебя ноутбук с собой.

— Проектор, — буднично сообщает Лекс. — Экран тоже есть. Можем смотреть на улице или в доме, как захочешь.

— Ты с ума сошел? — ахаю я. — Для чего было так заморачиваться?

— Для тебя, — не раздумывая ни секунды, твердо говорит Лекс.

От болезненной нежности перехватывает горло, а сердце так екает, что это чувство невозможно ни с чем спутать. Я поворачиваю голову и целую Лекса, пытаясь вложить в этот поцелуй свою благодарность, свое удивление, свою безоглядную и сложную влюбленность в него.

На кровати — широкой, застеленной шелковым покрывалом — мы оказываемся уже через несколько минут и любимся жарко и быстро, словно утоляя накопившийся голод друг по другу. А потом перемещаемся на кухню, где я прямо руками ем из пластикового контейнера какие-то сложносочиненные креветки в соусе, а Лекс в это время нанизывает куски мяса на блестящие шампуры. Он одет в одни спортивные, низко сидящие на бедрах штаны и выглядит гораздо более домашним и расслабленным, чем когда-либо.

— Вкусно?

— Угум, — невнятно отвечаю я. — Хочешь?

— Давай, — соглашается Лекс, и я подхожу ближе и кладу ему в рот креветку, которую он энергично жует, а потом качает головой. — Не, херня. Мясо вкуснее.

— Я все люблю: и мясо, и морепродукты, и рыбу, и овощи, — перечисляю я. — Практически всеядная. Не люблю только две вещи: сало и сладкий перец. А ты мясоед, получается?

— Ну типа, — он пожимает широкими плечами, на которые я как всегда залипаю. Уж слишком соблазнительно они выглядят без одежды. — Я вообще люблю простую еду. Мясо, картошку, макароны. Без выебонов.

— Ладно, буду знать, — киваю я, облизываю пальцы, перепачканные в соусе, и лезу в холодильник за рулетиками из баклажанов, которые я видела на верхней полке.

Мне сейчас так легко, свободно и уютно, как будто я нахожусь дома, а не в чьем-то крутом коттедже, затерянном посреди леса.

Чуть позже мы перемещаемся на улицу, где Лекс ловко разжигает угли и жарит мясо, а я стою рядом и развлекаю его своей болтовней, в которую он периодически вставляет одно-два слова. Готовый шашлык почти полностью уничтожает Лекс, а я, уже наевшаяся всякими деликатесами из холодильника, пробую всего пару кусочков, но это все равно очень вкусно.

На улице тихая осенняя ночь, небо над нами огромное, усыпанное звездами, словно бисером, еле слышно шуршат листья, а мы сидим вдвоем в джакузи. Вода теплая и, несмотря на студеный воздух, не дает нам замерзнуть.

Лекс обнимает меня сзади, моя голова на его плече, и все сейчас ровно так, как нужно. Я сейчас там, где нужно. И ужасно хочется, чтобы так было всегда и чтобы эта сказочная ночь никогда не заканчивалась.