Запретная для звездного повелителя

3. Вечеринка

Семинар по фресковой живописи проходит как в тумане. Преподаватель — профессор, декан факультета, немолодая красивая вальдирийка леди Ровена, показывает голограммы многовековых росписей из пещерных храмов.

На них киринны. Всегда киринны.

Они парят на фоне золотого солнца, их серебристые крылья расписаны сложнейшими орнаментами, в каждом из которых, по легенде, зашифрована часть истории мира.

Я смотрю на них и вижу не символы. Я вижу реальных существ, кружащих над белым дворцом. Чувствую леденящую тишину его кабинета. Слышу его голос, рассказывающий о памяти, ставшей бременем.

— Ксена Морозова?

Я вздрагиваю.

Семинар закончен, аудитория пустеет. Передо мной стоит леди Ровена. Вместо светящихся узоров по ее лицу идут тонкие, как паутина, морщины мудрости. Ее глаза, цвета темного янтаря, изучающе смотрят на меня.

— Вы сегодня были… где-то далеко, — замечает она. Голос у нее тихий и бархатистый, как будто обволакивающий.

— Простите, профессор. Я…

— Не извиняйтесь. Иногда искусство требует не только изучения, но и погружения. Вы лучшая на курсе, Кристина. У вас редкий дар вы не просто анализируете технику, вы чувствуете душу изображения.

Я молчу, смущенно опуская взгляд. Похвала греет, но я никогда не умела ее принимать.

— Поэтому я хочу предложить вам то, что предлагаю лишь раз в десятилетие, — продолжает Ровена. — Остаться здесь. На Вальдире. Продолжить исследования. Королевская стипендия для одаренных инопланетных студентов — ваш шанс.

— Стипендия? Но… чтобы получить ее, нужно защитить грандиозный проект. А для проекта нужны ресурсы, доступ в закрытые архивы, экспедиции… У меня нет таких денег. Никогда не будет.

Уголки губ Ровены приподнимаются в едва уловимой улыбке.

— Иногда Вселенная устраивает счастливые случайности, дитя. Спонсор для вашего проекта уже найден. Один из меценатов, впечатленный моим докладом о ваших работах, согласился выделить необходимый грант. Вам остается только согласиться и начать работу.

У меня подкашиваются ноги. Я хватаюсь за край стола.

— Спонсор? Кто? Почему?

— Пожертвование анонимное, — пожимает она плечами, но в ее янтарных глазах мелькает что-то, что заставляет меня думать, что она знает больше. — Возможно, кто-то высоко ценит стремление понять нашу культуру. Возможно, кому-то показалось, что ваша… искренность заслуживает поддержки. Вам решать, дитя. Но шанс — единственный. Используйте его.

Она мягко кладет свою легкую руку мне на плечо и выходит из аудитории, оставив меня одну в полной тишине, нарушаемой лишь тихим гудением голографических проекторов.

Анонимный спонсор. Королевская стипендия. Остаться здесь. Мысли носятся в голове, как стая перепуганных птиц. Это невероятно.

Но кто спонсор? Кому я сдалась? Доминик?

Нет. Не может быть. Это просто совпадение. Счастливый случай, как и сказала Ровена.

Весь путь домой я провожу в оцепенении, автоматически переступая через пороги светящихся мостовых.

У Лизы сегодня выходной и у меня, и она, уже полностью оправившаяся, встречает меня на пороге в облаке какого-то сладкого парфюма.

— Наконец-то! — восклицает она. Она — полная моя противоположность: высокая, с длинными ногами и пышными формами, которые она выгодно подчеркивает облегающим комбинезоном. Ее белоснежные волосы сияют, а голубые глаза сверкают азартом. — Слушай, сегодня будет нечто эпическое! Вечеринка в «Вель'Наре»!

«Вель'Нар» — это не просто клуб. Это легенда. Место, куда пускают только по личным приглашениям или с состояниями, превышающими бюджет небольшой планеты. Туда ходят знатные вальдирийцы, аркины и сливки галактического бомонда.

— Лиза, нет, — мой отказ звучит слабо даже в моих ушах. — Я не в настроении. И у меня нет ничего подходящего надеть. И…

— И ничего! — перебивает она. — Ты пойдешь. Потому что я так сказала. И потому что после всей этой учебы тебе нужна разрядка. А насчет одежды — не парься.

Она втаскивает меня в свою комнату и начинает рыться в бесконечном гардеробе. Через пять минут в моих руках оказывается платье-комбинация на узких бретельках из тончайшего серебристого шелка, плюс струящийся плащ, расшитый сложными светящимися узорами, похожими на звездную карту, и пара серебристых босоножек на невероятно высоком, но изящном каблуке.

— Лиз, я в этом… Я не смогу.

— Сможешь. Ты в этом будешь выглядеть сногсшибательно. Худышки сейчас в моде у некоторых ценителей, — подмигивает она. — Надевай. Нас уже ждут.

Нас действительно ждут.

У входа в наш жилой сектор уже стоят Марк и Саша — наши друзья с Земли, такие же студенты. Марк — будущий ксенобиолог, долговязый и вечно улыбчивый. Саша — инженер, практичный и с острым чувством юмора. А внутри «Вель'Нара», у столика с видом на гигантский танцпол, парящий в центре зала, нас уже ждут Света, журналистка с острым языком, и Арина, которая уже сейчас шьет футуристичные наряды для богатых клиенток.

«Вель'Нар» ошеломляет. Это не клуб, а архитектурное чудо. Многоуровневые пространства, прозрачные полы, под которыми плавают светящиеся рыбы, живые стены из экзотических растений, источающих невероятный аромат. Музыка — сложный симбиоз электронных ритмов.

Вся эта роскошь, эти идеальные лица с мерцающими узорами, эти наряды, стоимостью в мой годовой бюджет… Мне не по себе. Я заказываю воду. Но Лиза уже ставит передо мной бокал с игристым золотистым напитком.

— Крис, выпускной не за горами! Надо запомнить эти деньки! За нас!

Остальные подхватывают тост. Я делаю маленький глоток. Напиток сладкий, обманчиво легкий. Он словно разливается по венам теплой волной, смывая тревоги и сомнения. Делаю еще глоток. И еще. Мне быстро ударяет в голову. Звуки становятся приглушенными, свет расплывчатым. Я вижу, как Лиза и Света выходят танцевать, как Марк что-то оживленно рассказывает Саше. Но их голоса доносятся как из-под воды.

Меня начинает тошнить от этого сладкого воздуха, от музыки, от чужих восторженных взглядов, скользящих по мне в этом чужом платье.

Мне нужно на воздух. Я, пошатываясь, пробираюсь сквозь толпу к выходу на одну из террас.

Ночной воздух Вальдиры прохладный и чистый. Я делаю глубокий вдох, опираясь о перила, и смотрю на сияющий город внизу. Голова кружится, мысли путаются. Королевская стипендия… Анонимный спонсор… Серебристые киринны… Черные глаза…

— Эй, красотка, одна скучаешь?

Запах дорогого парфюма и чего-то пряного, мужского. Рядом со мной оказывается вальдириец. Молодой, красивые черты лица, но взгляд маслянистый, наглый. По его вискам и скулам тянутся не серебристые, а бирюзовые узоры.

Он нагло кладет мне руку на плечо.

— Уберите руку, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал твердо, но внутри все сжимается от отвращения и страха.

— Ой, какая колючая земляночка, — он усмехается, его пальцы начинают водить по моей спине. — Не стесняйся. Я знаю, вы, приезжие, любите… заводить полезные знакомства. Я могу быть очень полезен.

Его вторая рука тянется к моей талии. Я отшатываюсь, спина упирается в перила. Отступлений нет.

— Я сказала, уберите руки. Отойдите.

— А если не отойду? — он наклоняется ближе. — Что ты сделаешь? Позовешь своих дружков-землян?

Паника сжимает горло. Я оглядываюсь по сторонам — терраса пуста. Шум из клуба заглушает все.

— Она сказала, отойди.

Раздается голос. Низкий, налитый холодной сталью. Он раздается не громко, но звучит как приказ.

Знатный вальдириец резко оборачивается. Он тут же отдергивает руки, как от огня, и делает шаг назад, потом еще один.

Я медленно поворачиваю голову.

Из тени колоннады на террасу выходит он.

Доминик де' Вейл.

Он одет не в официальный мундир, а в темный, идеально сидящий костюм из какой-то матовой ткани. Серебристые линии на его лице в этом свете кажутся жидким светом, стекающим по скулам. Его черные глаза не горят яростью. Они абсолютно пусты. Но в них нет ни капли сомнения в том, что его приказ будет выполнен немедленно.

Знатный вальдириец бормочет что-то невнятное, почтительный, униженный полупоклон и буквально сбегает с террасы.

Тишина.

Только далекий гул музыки и мое собственное прерывистое дыхание. Я прижимаюсь спиной к холодным перилам, не в силах пошевелиться, не в силах оторвать взгляд от де' Вейла.

Он медленно подходит ближе.

Его взгляд скользит по мне — по этому дурацкому, чужому платью, по растрепанным каштановым волосам, по моему лицу.

Он останавливается в двух шагах. Очень близко, чтобы я снова почувствовала ауру исходящую от него.

— Вам не следовало быть здесь, Ксена Морозова, — говорит он. Его голос ровный, но в нем теперь слышится нечто новое. Не раздражение, не холодная вежливость. Что-то другое. — Это место не для таких как вы.

Я пытаюсь найти слова для возражения, но мир внезапно теряет четкость.

Свет клуба плывет и искрится, а колени предательски подкашиваются. Меня ловят сильные руки, пока все погружается во мрак.