Барон фон дер Зайцев – 4

Глава 15

Событие сорок второе

Чем лучше всего торговать? Это все знают. Лучше всего торговать деньгами. Построил банк и торгуй себе. На втором месте, наверное, ювелирка? Золото металл тяжёлый. Но парочка серёг с камешками цветными или жуковица на палец не самые тяжёлые вещи и места много не займут, а стоить могут ого-го сколько. Поспорить с золотом могут произведения искусства — картины, например. Сколько Мадонна та весит? Пару кило? Да и то из-за янтарной крошки. А так лёгкие холст и рама. А потянули они в столице Дании, в Роскилле (Roskilde), каждая по пятьдесят пять марок. В пересчёте с золота. Так как купец Карл Вельцен приобрёл их за золотые флорины. Монетка эта в районе четырёх граммов чистого почти золота и по покупательной способности как раз равна немецкой марке, весящей сорок грамм, тоже чистого, но серебра.

Иоганн хотел тот же самый аукцион устроить… Нда, могло получиться марок на десять дороже. Но это не самые большие в мире деньги, во-первых, а во-вторых, договор с купцом этим, что пришлёт племянника для управления постоялым двором, и не даст ему разориться на первых порах, стоят тех недополученных десяти марок. Так и в-третьих, есть. Купец сказал, что приедет в конце лета в Ригу и купит за примерно такие же деньги ещё пять — шесть картин. А что главное для художника? А главное для него не картину нарисовать, а продать её. В Риге же поделки Иоганна, брата Сильвестра и его учеников покупать за нормальные деньги перестали. Всё, рынок они перенасытили. Цена упала до двадцати марок. А это хоть и в разы больше себестоимости, но ведь продать за пятьдесят марок лучше, чем за двадцать.

А кроме того, если у Вельцена получится продать их выгодно в богатых ганзейских городах, то можно и дальше картины рисовать. Об этом Иоганн уже переговорил с жителем Любека, о ценах пока разговор не заходил. Иоганн показал Карлу миски с мультяшными героями, кружки и разделочные доски. Все образцы были, всё-таки удивительно похожим на Георгия Вицина купцом, обследованы вдоль и поперёк, и каждый раз выслушивая цену в Риге, товарищ расплывался в улыбке, видимо цена была явно занижена. Нет, Иоганн и сам это понимал. Первые образцы, попадая на рынок в Риге, продавались очень быстро и за хорошие деньги, а потом цена падала. Курсов по бизнесу Иван Фёдорович не проходил там в будущем — прошлом, но понять, что, если рынок всё время не расширять, то настанет кризис перепроизводства вполне себе был способен. И вот эти рынки сами пришли. Принёс Венцель их на блюдечки с голубой каёмочкой.

Был ещё один небольшой бонус от знакомства с купцом. Карл Вельцен взял Иоганна во дворец на встречу с королём в качестве своего помощника, ну и переводчика — разведчика.

— Там будут франки и англы, могут и с других стран гости… Ты же говорил Иоганн, что знаешь английский и латынь. Пока идёт приём походи среди гостей в качестве пажа и послушай, что они говорят. Интересуют меня в общем только две вещи, цена мира… Ну, что может затребовать король Эрик VII с графа за перемирие или мир, но это не главное. Ты послушай… про расклад сил. Кто может прийти на помощь Дании? Кто может дать денег королю на продолжение войны?

— Да легко. Самому интересно. Мне этот мир тоже нужен, чтобы безопасно торговать.

Иоганн пытался вспомнить историю. Вообще ничего про короля Эрика VII он не знает. Значит, он ничем великим не отметился. А Шлезвиг-Гольштейн будет ещё сотни лет причиной раздора с немцами. И даже как-то русские императоры туда втянутся с дуру. И, как всегда, не на той стороне.

— Славянин? — Иоганн думал в это время про кукурузу из Южной Америки и расклад сил в королевстве его не сильно волновал, а именно об этом по дороге из Копенгагена к Роскилле рассказывал ему купец. Они ехали на нанятых телегах. У Венцеля имелся портшез, и восемь носильщиков, но ради разговора с новым торговым партнёром и возможным шпионом купец пересел на тряскую телегу. Не так и плохо ехали, да с рессорами проблема, но почва песчаная и довольна ровная дорога, на которой даже ямы заделаны, так и на небе солнышко. Ехали в куче соломы, прикрытой попонами, и разговаривали.

— Да он из дома Грифичей. Это славянский померанский род. И имя у него настоящее Богуслав. Он сын герцога Померании Вартислава VII. А мать у короля Мария Мекленбургская, которая происходит из славянской правящей династии Мекленбург-Шверинских (Зверинских) герцогов.

В Дании, Швеции и Норвегии королей выбирают. Вот сначала в Норвегии потом в Дании, а после и в Швеции Богуслава и выбрали королём сменив при этом имя на более им привычное Эрик.

Я даже слышал, что король с некоторыми своими приближёнными общается на славянском языке, похожим на польский.

— Интересно.

Иоганн задумался. Может ли это что-то ему дать? Придёт завтра к королю и скажет: «Брат Эрик я тоже славянин — русский. Давай дружить домами»!

А тот, как в фильме «Москва слезам не верит», голосом Баталова ему ответ: «У меня встречное предложение. Давай дружить семьями»!

Нет. Никто славян так и не объединил. Наоборот. С огромной радостью они друг дружку вырезают. А ведь на самом деле объединись все славяне в Европе и подмяли бы её легко. Не онемечивание славян бы происходило, а ословянивание немцев… Ословянивание? На ослов похоже. Вот главная причина почему это не произошло. Кто же хочет ословяниться — в осла превратиться.

Событие сорок третье

«Наш королёк» как я его называю. А чего, больше всего слово «КОРОЛЁК» и подходило к Эрику седьмому этого имени. Наверное, он бы смотрелся по-другому, если бы Иоганн вчера не наслушался лекций Вицина. Славянин. Богуслав. Сын Вратислава. И что в итоге Богуслав Вратиславович оказался плюгавеньким перцем ростом меньше четырнадцатилетнего барончика на полголовы. С каштановыми… серыми какими-то даже волосами, явно завитыми на бигуди, грязными космами, свешивающимися на плечи. Серые глаза, большие надбровные дуги, делающие лицо дебильным. Неандерталец. И не корона на грязных волосах, а берет причудливый. Насколько понял Иоганн королю было сейчас тридцать лет. А вот лицо было человека лет пятидесяти. Король брился, ни бороды, ни усов. Чистое лицо? Хрена с два. Оно было… не грязным. Оно было корявым. Оспа прошлась по нему от души, всё лицо в шрамах и лунных кратерах. Отталкивающее лицо. И хоть понятно, что и родителей не выбирают, от них лицо достаётся и от оспы сейчас мало кто может убежать, но всё в сумме и черты лица и кожа и волосы делали лицо короля отталкивающим.

Рядом с ним была жена. Такая же мелкая женщина и тоже с дебильным изъетым оспою лицом. Она была до свадьбы английской принцессой. Непонятно из-за кого. Принцесса виновата или этот славянин, но они уже больше пятнадцати лет в браке, а детей нет и, следовательно, нет наследников. Хотя… Дания и Швеция с Норвегией не наследуются. Тут выбирают королей и выбирают, тех, кто не мешает всяким рикстагам и риксдагам править.

Иоганн на приёме совсем не ради мелкого пусть и богатого купчика устроенного ходил как тот и просил среди гостей и слушал разговоры. Узнал при этом целую кучу сплетней, про шашни славянина этого с фрейлиной королевы, про то, что королева и забыла дорогу в спальню короля и спит с каким-то шведом, что она вообще собирается в Швецию переехать и там править самостоятельно. Много было информации и о том, что женили де королька на этой англичанке, чтобы все три подвластные ему скандинавские страны и Дания и Швеция с Финляндией и Норвегия вписались на стороне Англии в войну с Францией. Но… Но что-то пошло не так, не смогли втянуть Эрика в самоубийственную войну с Францией. Он дебил конченный втянулся в не менее самоубийственную войну с Гольштейнами и половиной всех немецких городов и государств, так как все они сейчас — это Ганзейский союз.

Король ещё и алкоголиком оказался. Он быстренько окосел от выпитого… Как можно так опьянеть от десятиградусного кислого вина непонятно? Хотя ведь алкоголикам много не нужно. Окосел наш королёк и та самая фрейлина Сесилия увела его, взвалив на плечо. Тоже страшная остроносая девица с лицом лисицы и такими же красно-рыжими волосами.

— И это всё⁈ — Карл Венцель выслушав доклад своего шпиона был явно разочарован.

Понятно. Иоганн про то, чего собирается предпринять король в связи с предложенным миром от графов Гольштейн так и не узнал ничего. Единственно чего точно не собирался делать этот Богуслав, так это прекращать военные действия.

— Не будет мира. Я не понимаю ни датского, ни шведского, и немецкий здесь такой, что я его тоже почти не понимаю, а вот то, что услышал на латыни и английском говорит о том, что король собирается продолжать войну, пока это герцогство полностью не будет в его руках.

— Плохо.

Купец из Любека скорбную вициновскую улыбку изобразил на чистовыбритом лице. У него тоже были отметины от оспы, но его эта болезнь пощадила. На подбородке два пятнышка и на правой щеке небольшое, и они его почти не портили. Пятнышки, а не уродливые красные шрамы.

Ничего советовать купцу Иоганн не стал, да и не знал, что посоветовать. Хотя в целом он был на стороне Ганзы. Да, те щемили русских купцов, точнее новгородских. Наживались на перепродажи русских богатств. Но, если честно, то оголтело вставать на сторону соотечественников он не хотел. Новгород торговал сырьем. Кожами, мехами, воском, пенькой. Сырым железом. При этом совершенно не развивая производство. Покупают у ганзейцем шерстяную ткань. А что коз нет или овец? Купи не ткань, а ткача. Покупают шведское железо, легированное никелем и марганцем. Так купите и мастеров, что умеют из этого железа делать красивые мечи и кинжалы. У вас Орда под боком, купите там лучников — мастеров, что умеют хорошие луки составные делать. Научитесь делать арбалеты. Нужно блин через сто лет пригласить итальянцев, чтобы они построили Грановитую палату и Успенский собор. А вот здесь в Мальме в Любике и во всех городах Северной Германии и Южной Скандинавии строят огромные церкви их настоящего кирпича, а не из того, что начнёт делать Фиораванти, который Аристотель, через пятьдесят лет. Гривны в Новгороде? Просто слитки серебра. Почему в Риге не купить мастера над монетой, и не чеканить нормальные деньги.

И заслуга всего этого — того, что не умеют делать на Руси, Ганзейского союза.

А этот славянин с лицом конченного идиота просто воюет за кусок земли. Блин! Урод, у тебя сейчас самое большое в мире государство. Ты просто его осваивай, зачем тебе малюсенький кусочек земли? Она тебе де юре и так принадлежит. Чтобы на три пеннинга налогов больше получать? Так развивай производства и торговлю, и этих пеннингов будет в тысячу раз больше.

Там в будущем — прошлом Ивана Фёдоровича в Швеции и Дании построят социализм с человеческим лицом раньше, чем в СССР, именно промышленность развивая и правильно распределяя налоги. Научатся. А вот этого славянина он учить не хотел. Лучше встать на сторону Ганзы. Ну, если придётся.

Добрый день уважаемые читатели, кому произведение нравится, не забывайте нажимать на сердечко. Вам не тяжело, а автору приятно. Награды тоже приветствуются.

С уважением. Андрей Шопперт.