Бессмертные (СИ)

Глава 8. Кто же ты, Ланс?

Ланс продолжает сидеть в кресле, в его руке надкусанное яблоко. Он небрежно бросает его на стол и поднимается. Он выглядит сегодня иначе.

Как-то раз в детстве мы с Мадлен развлекались в лесу и решили взобраться на трухлявую кособокую яблоню… Начали карабкаться, не обращая внимания на треск. Мадлен взобралась почти на верхушку, Я не добралась и до середины. Древесина не выдержала и рухнула. Я посыпалась вниз, как желудь, слетела с десятиметровой высоты. Удар о землю был таким сильным, что меня оглушило. Горло перехватило, сердце подпрыгнуло до самого подбородка, и мне даже показалось, что я сейчас его выплюну. Я не могла ни дышать, ни двигаться. Вот именно так я себя сейчас и чувствовала, не могли ни дышать, ни двигаться, так и застыла, не зная, что делать.

Пытаюсь совладать с закипающим внутри гневом. Это трудно. Ладони так и сжимаются в кулаки. Ланс смотрит пронзительно, внимательно, словно считывает, что я сделаю дальше. Не даю ему такого шанса, выражение мое лица беспристрастное, холодное, но недовольное. Пусть знает, я очень, очень недовольна происходящим.

— Милый Ланс, — слышу щебетание нежного голоска, — Вы знакомы? Может представишь нас?

Поворачиваю закостенелую шею и вижу ее — огненно-рыжие кудрявые волосы, точеная фигура, крупные черты лица — очень красивая девушка. Рядом с ней две подружки, жмутся к ней, а на губах ехидная улыбка — ждут представления. Гиены.

— Нет, кажется, мы не знакомы, — говорю я сухо, — Я знаю лишь его имя.

— Вы посмотрите, какая смелая, — гогочет какой-то мужской голос со стороны рыжей.

О, да, веселье, самое настоящее веселье и я его центр. Чудесно!

— Прекрати, Ви, — говорит он вкрадчиво, — Ты никогда не спрашивала, чем же конкретно я занимаюсь.

Он делает шаг ближе, такой красивый, уверенный в себе, его собранные светлые волосы блестят, отражая свет свечей. Сегодня на нем не было маски, но вид у него все равно был хищный.

— Позволь представить тебя другим послушникам, — его рот расплывается в улыбке, — Это Вивьен Валлета, друзья.

Он замолкает, как и все остальные. Шалость удалась, все вытаращились на меня как на клоуна.

— У нее что, была сестра? — тупо спрашивает рыжая.

— Хорошенькая, но они совсем не похожи, — говорит какой-то мужчина, кажется все тот же.

Ланс пожирает меня своими глазами цвета морской волны. Он сделал несколько шагов и оказался слишком близко, стоит только протянуть руку, и я смогу коснуться его груди. Сейчас я не чувствую с ним себя в безопасности, как это было раньше, наоборот, он нависает надо мной, заполняет все пространство вокруг собой, заслоняя от всех этих незнакомых жаждущих зрелищ лиц.

— Пойдем, поговорим, — властно требует он, хватая меня за плечо, его пальцы ощутимо стискивают мою кожу. Меня бросает в жар от этого прикосновения, раньше это происходило потому что Ланс мне нравился, я жаждала этих прикосновений, сейчас же это из-за легкой паники. Мне страшно остаться с ним наедине, но вести откровенный разговор в присутствии всех этих любопытных послушников просто мука.

Коротко киваю, беззвучно соглашаясь с его предложением и иду в сторону лестницы. Ланс довольно обводит взглядом оставшихся в гостиной и следует за мной.

— Что за фамильярные отношения, — фыркает кто-то, — Семья Валлета у него на особом счету?

— Брось, у Ланса всегда был отличный вкус, но это девка, — я узнаю надменный голос рыжей красотки, — Просто какое-то недоразумение. Вы видели ее волосы? Похожа на попрошайку из подворотни.

Они продолжают что-то болтать, пока я с трудом поднимаюсь на негнущихся ногах на второй этаж и молча веду Ланса в сторону своей комнаты. Его размеренные шаги за спиной давят, но этот разговор нужен нам обоим. Нужен ради Мадлен.

— Тебе выделили самую скромную комнату из всех возможных, — недовольно констатирует Ланс, когда мы оказываемся в темной спальне, — Я позабочусь об этой ошибке.

— Что? — удивляюсь я, — Нет, не нужно.

— Я твоего мнения не спрашивал, Вивьен, — он подходит к настенному масляному канделябру и зажигает его, мрачная комната теперь освещена тусклым желтым светом, он подходит ко второму, — Света слишком мало, жить в таких условиях нельзя, позор управляющей.

— Прекрати обсуждать обстановку комнаты, — фыркаю я, подходя к окну, — Кто ты такой? Почему ты чувствуешь себя здесь как дома? Я думала, что ты… Ты…

Я замолкаю не договорив, потому что не могу подобрать слова, мысли путаются, сердце стучит от волнения и напряжения.

— Мошенник, проходимец и просто вор? — ухмыляется он, блики от ламп зловеще играют на его лице. Голубые льдинки глаз блестят от предвкушения, — Это ты хотела сказать? Такой Ланс тебе нравится больше?

— Да! Именно! Я не думала, что ты…

— Живу в замке?

— Кто ты такой?

— Я твой друг.

— Ну, нет, — я машу из стороны в сторону указательным пальцем, — У меня нет таких влиятельных друзей, Ланс. Мой друг вор, который научил меня вскрывать замки и быть незаметной, мой друг научил меня владеть кинжалом и защищаться от грабителей. Но, видимо, я не была для тебя кем-то слишком близким, чтобы поведать меня обо всем этом.

Я развожу руками, намекая на замок и роскошь.

— Начнем с того, что ты меня никогда об этом не спрашивала, — спокойно говорит он, он остался стоять недалеко от двери, а я вжалась в стену около окна.

Я хмыкнула и задрала нос. Мерзавец прав.

— Я никогда тебе не лгал, Вивьен, да, намеренно утаивал, но не лгал.

— Это из-за тебя я здесь?

— Ну, конечно же нет. Я понятия не имел, что ты имеешь дар, да такой сильный, что тебя могли бы взять в послушники, — его глаза коварно блеснули.

Ланс был для меня опорой, был другом, я действительно доверяла ему. Но теперь? Честен ли он со мной?

Я молчала, сверлив его взглядом.

— Прошу, не нужно так смотреть на меня.

— Как?

— Как на врага.

Я фыркнула.

— Я Алхимик, Вивьен.

— Что?!

Ланс Алхимик?! Я всегда мечтала стать Алхимиком, он знал это и ни словом об этом не обмолвился! Как можно быть таким скрытным и бесчувственным?!

— О, Вивьен, — он тяжело выдохнул и подошел ближе, еще два шага и он зажмет между шкафом и окном, — А как ты думаешь Луциан решил взять тебя к себе? Сам? Думала он отреагирует на твои слезливые письма и пожалеет тебя?

Я действительно ни один месяц обивала пороги Алхимика Луциана, пытаясь привлечь его внимание, писала письма, мелькала перед ним. Боги, даже иногда предлагала помощь владельцам продуктовых лавок — носила ему свежий хлеб и молоко вместо мальчиков на побегушках!

— Я выше его по рангу, имею статус в замке, — продолжал Ланс, — Я сделал это ради тебя, ты бы видела, как светилась от счастья твоя милая мордашка! Вивьен, не злись.

Я открывала и закрывала рот, как рыба, не в силах вымолвить и слова.

— И, сейчас, я заинтригован, ты — здесь, в Белом Замке, ты станешь послушницей, а потом, если Галемир посчитает возможным, а он посчитаем, станешь Алхимиком. Вивьен, разве не об этом ты мечтала?

— Зачем ты мне помог? Зачем просил Луциана за меня? Какая для тебя выгода?

— Выгода? — Ланс сморщился, словно откусил кусок кислого лимона, — Неужели ты думаешь, что все в этом мире делается ради выгоды?

— А для чего еще, — это был не вопрос, а горькое утверждение. Никто ничего не делает просто так.

— У тебя нет других предположений?

Ланс делает еще два шага и нависает надо мной как скала, я чувствую его обжигающее дыхание и исходящий запах — гвоздика, пряности, корица. Кажется он пил горячее вино, странное предпочтение на заре лета.

— Ну, же, — шепчет он совсем тихо, его пальцы касаются выбившийся из шнурка пряди волос. Очень медленно он заправляет ее за ухо.

Такое легкое, почти мимолетное касание возбуждает во мне ту Вивен, которая страстно желала этих касаний, желала даже большего, чем это.

— Нет, — наконец выдыхаю я одними губами.

— Ты — сама невинность, — он опускает руку, а внутри у меня все опадает, я чувствую легкое разочарование и одновременно укол совести. Последнее, о чем мне нужно думать сейчас это жаркие поцелуи с Лансом в полутемной комнате, — Ты мне нравишься, Вивьен, с самой первой минуты, как я встретил тебя. Именно поэтому я так отчаянно желал сделать тебя счастливой.

Морок его сладких слов спадает окончательно вместе с опустившейся рукой, он все еще слишком близко, и я гордо поднимаю голову, он выше меня головы на полторы, коренастый, широкоплечий, крепкий. Он совершенно не похож на холеного Алхимика. Но приглядевшись узнаю такой же костюм как у Элиаша, один в один. Не мог же он его украсть?

— Ты знал Мадлен? — мой вопрос звучит слишком резко.

— Конечно, — Ланс слегка отодвигается, давая мне больше пространства для воздуха.

— Ты знал, что она моя сестра?

Ланс делает слишком длинную паузу, он смотрит мне в глаза, я читаю в них восторг, предвкушение, но никак не испуг.

— Подумай прежде, чем ответить на вопрос, я наивна, но не наивная идиотка.

— Знал.

Я зажмуриваюсь от подступающих слез, опускаю голову.

Ощущая как его шершавые пальцы гладят меня по щеке, резко дергаю голову и шиплю:

— Прекрати морочить мне голову! Я не видела ее семь лет! Ты знаешь, как я скучала по ней, как мне ее не хватало! Но ты умолчал обо всем!

— Все не так просто, Вивьен, — его голос наполняется сталью, — Я не почтовый голубь, чтобы переправлять ваши девчачьи записки. Мадлен хватало того знания, что ты в безопасности. Вести подобные переписки было бы опасно. А учитывая, что ее убили, то могли выйти на тебя и шантажировать. Она здесь не женихов искала, а занималась серьезными вещами.

Он прав, он во всем прав, но я ни за что не признаюсь ему в этом.

— Разве я сказала что-то о письмах, Ланс? Почему ты думаешь, что мне не хватило бы просто знания о том, что у нее все хорошо? Вот какого ты обо мне мнения? Ветряная девка, которая не может устроится в жизни без чье-либо помощи?

— Я этого не говорил, — мужчина весь напрягся, явно не такой разговор он предполагал, мы стояли тут и глупо выясняли отношения, а все что я хотела бы сейчас, чтобы он оставил меня одну.

— Не говорил, но у тебя все написано на лице.

— Прекрати, это глупый разговор.

— Уходи…

— Вивьен, прошу…

— Все стало слишком сложно, и я не хочу сейчас это обсуждать.

— Мы можем просто побыть вдвоем, прогуляться, не думая ни о чем.

— Я хочу побыть одна.

Послышался тяжелый вздох и выдох.

— Конечно, я приду за тобой на следующий день после похорон, — его голос снова стал мягким и спокойным, напряжение исчезло, — Галемир приказал начать твое обучение немедленно.

— Как скажешь.

Ланс вышел из спальни, а я поспешила задуть свечи. Комната мгновенно погрузилась во мрак, такой как состояние моей души.

В эту ночь я так и не смогла заснуть. Смерть Мадлен, Алхимик Ланс, Белая башня, кишащая мелкими пираньями, которые готовы разорвать меня на части ради мимолетного удовольствия. Как это произошло со мной? И что мне теперь с этим делать?