Буран, Тайга и Асмодей. Конец игры. Том 1

Глава 20

К счастью, наши опасения насчет перемещения на Юг не оправдались, однако мы, по версии Кальтерна довольно сильно отклонились к востоку, оказавшись у реки по имени Синкель.

– Как сильно это удлинит путь к Мерграндору? – спросила Санрайз.

– Не особо.

На какое-то мгновение Кальтерн задумался, словно его посетила идея, которой он не особо хотел делиться, но потом все же произнес:

– А если попробуем срезать путь через главный тракт, то сможем наверстать упущенное время.

– Прекрасно, значит срежем! – тут же решила Санрайз.

– Но это будет не безопасно, – предостерег Кальтерн, – Придется ехать через заселенные земли.

Санрайз была настроена как можно скорее добраться до Мерграндора и на предостережение скабенита резонно заметила:

– Прежний путь Родерхейм считал безопасным, но он таким не оказался. Возможно на опасной дороге нам повезет больше. Мы итак потеряли время, терять еще я не хочу.

– Теме не менее вам придется, – грубо вклинился в разговор Родмантер, – Мы никуда не поедем, пока не передохнем после прогулки по норам поганых дикарей.

Он глянул на остальных северян и те охотно поддержали его идею кивками и разнообразными междометиями.

Решение Родмантера заставило всех нас вспомнить о голоде и хоть очередная задержка не радовала Санрайз, спорить она не стала.

– Только подальше от этого места, – предложил Дарлис, с неприязнью посмотрев в сторону входа в логово хорлангов.

– Верно. Чем дальше уберемся отсюда, тем лучше, – поддержал Кальтерн.

Отыскав тропу, круто сползающую с горного кряжа, на котором мы оказались, следом за северянами мы спустились в долину и, проехав вдоль течения живописной реки, остановились в тени небольшой рощи. Весь не долгий путь нас не покидало ощущение, что хорланги тайно следят за нами и возможно нам стоило уехать еще дальше, дабы не нервировать их своим присутствием, однако минувшие события требовали передышки и восполнения сил, которых лично у меня едва хватало, чтобы удерживаться в седле.

Хоть моя рана уже затянулась и практически не тревожила меня, потеря крови и минувший поединок отзывались усталостью в мышцах. Как только мы выбрали место для лагеря, я поспешил слезть с коня и направился к реке, местами еще скованной льдом, чтобы избавиться от следов собственной крови.

Весь этот короткий путь я чувствовал на себе холодные взгляды северян, от которых меня грызло чувство вины. Подначиваемые Родмантером они злились на Санрайз, спасшую мне жизнь, не особо стараясь скрыть свои чувства и в тоже время презирали меня за то, что я еще жив, в отличие от Родерхейма, Боргульда и Готриха.

Вздохнув, я опустился на колени у кристально чистой, ледяной воды и принялся смывать кровь с доспехов.

Неожиданный шорох шагов отвлек меня. Подняв взгляд, я обнаружил рядом Санрайз.

– Как ты? – заботливо спросила она.

– Прихожу в себя, – честно ответил я, с каким-то странным чувством заметив свою кровь на ее руках. Было в этом что-то чертовски интимное, будто сближающее нас, от чего я даже испытал какое-то душевное возбуждение.

Она присела рядом на корточки, опустив кисти в холодный поток, который мигом окрасился в красный. Смущенно опустив взгляд, я собравшись с мыслями, вздохнул:

– Я вроде так и не поблагодарил тебя за то, что ты спасла меня.

– Ты меня спасал не раз, – ответила она.

Наши взгляды снова пересеклись и я словно провалился в омут ее глаз. Я совсем потерялся в словах и мыслях, но тут наш смущенный немой разговор прервал появившийся Дарлис:

– Такое себе соревнование, если честно, – хмыкнул он.

– Это уж точно, – засмеялась Санрайз.

Я тоже не удержался от улыбки, украдкой наблюдая за ней. Ощущая, как чувства во мне будто вспыхнули с новой силой и сдерживать их становилось все тяжелее. Мне хотелось снова признаться Санрайз в любви, прямо здесь, прямо сейчас, в присутствии всех, в присутствии Дарлиса! Но тут она строго посмотрела на меня и я растерялся.

– Ты должен был использовать магию! – с упреком в голосе произнесла она.

Все еще очарованный ею, я не сразу вспомнил аргументы против и даже когда ответил, мои слова прозвучали как-то жалко и неубедительно:

– Я не хотел рисковать. Ты победила в поединке и могла уйти…

– И ты думал, что я смогу просто смотреть, как этот монстр убьет тебя?!

Ее взгляд был исполнен негодования и я почувствовал как мои щеки запылали от стыда. Я мнил себя героем, что готов отдать свою жизнь за любимую, однако не учитывал ее собственные чувства. Возможно она не испытывала ко мне той же любви, которой я пылал к ней, однако я все еще был ее другом и разумеется она не стала бы холоднокровно смотреть на мою смерть.

– Прости, – вздохнул я, ощущая себя наивным инфантильным ребенком.

Взгляд Санрайз смягчился и она поднявшись посмотрела на нас с Дарлисом:

– Я не хочу, чтобы кто-то из вас погиб. Тем более из-за меня.

Она знала, какие чувства я питал к ней и явно догадывалась, что нечто подобное испытывает Игорь, потому взгляд ее был наполнен смесью решимости и мольбы:

– Не смейте сдаваться, если есть шанс спастись! Я не справлюсь без вас.

Ее проникновенные слова и даже больше взгляд, тронули меня и переглянувшись с Дарлисом, я решительно произнес:

– Обещаю, я буду рядом с тобой до самого конца, каким бы он не был.

Санрайз кивнула и неожиданно обняла меня, шепнув:

– Спасибо. Я не хочу снова остаться одна.

Мне показалось, что за последними словами Санрайз скрывалось нечто особенное и, похоже, Дарлису тоже. Когда я обнял Санрайз в ответ, он с улыбкой на губах и ревностью в глазах полушутливо высказался:

– И я тебя не оставлю, мы же женаты.

Санрайз не сдержалась от смеха и, выпустив меня из объятий, шутливо ткнула Игоря кулаком в плечо, тут же обняв его и уверенно ответив:

– Я знаю.

Эта картина могла бы развеять мои фантазии о нашем светлом будущем с Санрайз, однако, все еще ощущая тепло ее объятий, я не позволил ревности испортить этот восхитительный момент.

Зато его решил испортить Родмантер, явно возмущенный нашими улыбками и весельем после всего произошедшего. Я заметил, как он направился в нашу сторону с Лигестом иКорфулом. Северяне несли с собой бурдюки, вероятно намериваясь набрать воды, однако заметив нас, Родмантер изменил маршрут, очевидно планируя продолжить начатый в логове хорлангов разговор.

– Что-то не так? – заметив мой взгляд, спросила Санрайз, выбравшись из объятий Дарлиса.

Замявшись, я качнул головой:

– Все так… Хотя наши северные друзья явно не в восторге от того, что ты спасла меня.

Санрайз с Дарлисом оглянулись на троицу, выдвинувшуюся к нам.

– Меня это не волнует, – пожав плечами, холодно произнесла Санрайз.

Она посмотрела на меня, сурово добавив:

– И тебя не должно.

– Все же пока мы в них нуждаемся, поэтому лучше не нагнетать обстановку, – напомнил Дарлис.

– Я и не собиралась. Но если нагнетать обстановку начнет он, я сдерживаться не стану.

К счастью, заметив маневры Родмантера, в его планы снова вмешался Кальтерн, позвав Санрайз:

– Миледи, подсобите с костром?

– Конечно, – отозвалась она, не сводя глаз с зависшего в паре шагов от нас Родмантера.

Покончив с гигиеническими процедурами, мы втроем направились к лагерю в сопровождении презрительного взгляда скабенита.

Вскоре костер был разведен, а в общем походном котле забурлила похлебка. К счастью хорланги не проявили интереса к нашей поклаже и припасам, даже тем, которые принадлежали нашим погибшим товарищам. Поскольку до Мерграндора было уже не так далеко, мы единогласно решили приговорить провизию тех, кто не пережил встречу с хорлангами, чтобы облегчить ношу лошадей и сберечь собственные запасы. В итоге вышел довольно сытный обед, за которым мы помянули павших.

Несмотря на то, что нам удалось выжить, настроение у всех было подавленное. И в гнетущей тишине само собой пришло время для разговора, от которого, как бы Кальтерн не старался, нам было не убежать.

Дождавшись пока послеобеденная нега смешавшись с горечью утраты ослабит бдительность нового командира скабенитов, Родмантер снова завел свою пластинку, язвительно обратившись к Кальтерну:

– Ну что, теперь время и место подходящие, чтобы выяснить, почему Родерхейма и Боргульда с Готрихом нет с нами?

Он многозначительно уставился на Санрайз, но Кальтерн резко ответил ему:

– Их нет, потому что они проиграли в своих поединках и довольно об этом!

– Тогда и его здесь быть не должно! – парировал Родмантер, ткнув в мою сторону пальцем.

Возразить мне было нечего и я молча уставился в костер, ощущая новый приступ вины, который лишь усилился от того, что я разделил со всеми еду павших товарищей.

– Но очевидно, для миледи Санрайз его жизнь куда важнее наших, верно? – повел бровью Родмантер.

Я чувствовал, что должен как-то вступиться за Санрайз, прикрыть ее от выпадов скабенита, но чувство вины не позволяло оспорить его слова. Проклятье, если бы я сам воспользовался магией, Санрайз не пришлось бы сейчас это выслушивать!

К счастью, у Дарлиса нашелся достойный ответ:

– Заткнулся бы ты, Родмантер! Санрайз спасла и твою шкуру тоже, или ты забыл?

Скабенит нервно облизал губы, бросив взгляд на остальных северян, которые удивленно уставились на него. Они все еще не знали о магии, которую мы использовали, чтобы защитить их и Дарлис решил внести ясность:

– Рейнар и Санрайз призвали на вас магическую защиту, чтобы дать вам хоть какой-то шанс уцелеть в поединках, а теперь вы будете винить их в том, что ваши друзья проиграли?!

Пережившие встречу с хорлангами северяне растерянно переглядывались, возможно лишь теперь осознав, как именно Родмантер умудрился уцелеть в клетке. Торлунг и Лигест хоть и избежали поединка с хорлангами неожиданно учтиво кивнули мне и Санрайз, выражая свою благодарность и остальные последовали их примеру, сменив гнев на милость. Однако Родмантер не собирался так просто сдаваться.

– В этом бы не было нужды, если бы вы сразу воспользовались своей магией и атаковали этих проклятых богами дикарей! – кое-как выкрутился он и видимо рассчитывая вернуть себе расположение остальных добавил, – Вы могли вмешаться, когда на арене был Родерхейм, но вы не пожелали!

Он впился взглядом в Санрайз, очевидно считая именно ее ответственной за все произошедшее. Я уже собрался с силами, чтобы просто разбить ему морду, но в этот раз Санрайз ответила ему сама одной обезоруживающей фразой:

– Как и вы.

Родмантер завис, внезапно осознав, что угодил в ловушку собственных слов и Санрайз небрежно закрыла ее, добавив:

– Родерхейм сам принял условия хорлангов и если они вас не устраивали, вы могли вмешаться.

Родмантер изменился в лице, будто лишь сейчас осознал эту возможность и она, похоже, изменила его отношение к произошедшему. Заметив это, Санрайз все же решила сгладить суровую правду:

– Вы бы не стали смотреть, как ваши друзья сражаются на арене, если бы не верили, что они справятся.

Эти слова задели меня, напомнив, что я не справился и поэтому Санрайз пришлось вмешаться, однако в этот раз я не стал жалеть себя, утопая в чувстве собственной никчемности, а пообещал себе, что теперь буду больше полагаться на меч и стану воином, готовым к любому сражению! Чтобы Санрайз больше не пришлось рисковать ради меня.

Слова Санрайз нашли отклик среди северян. Кто поникшим взглядом, кто коротким замечанием, но все они выразили согласие с ней. Только Родмантер молчал, уставившись в землю, обезоруженный и потерянный от осознания, что если Санрайз и несла ответственность за гибель его друзей, то не больше его самого. Мы все были к этому причастны и даже сам Родерхейм с Боргульдом и Готрихом.

В повисшей тишине, нарушаемой лишь треском костра, да шелестом реки, освобождавшейся от ледяного плена, Кальтерн подвел итог:

– Никто из нас не может предвидеть судьбу и последствий принятых решений. По крайней мере, я точно знаю, что у наших братьев было не меньше шансов уцелеть, чем у нас всех. Мы рисковали в любом случае и вполне возможно, что судьба павших оказалась милостивее, чем та, что уготована нам.

Эти слова прозвучали как последний тост в честь погибших и северяне приложились к бурдюкам с вином. Теперь, когда вину за гибель товарищей мы разделили на всех, отношения между нами и северянами вернулись к прежнему состоянию и даже Родмантер, хоть и не смирился с гибелью друзей, к нам претензий больше не имел и молча удалился пережить личную скорбь.

– Что ж, – выдохнул Кальтерн, – Полагаю, самое время продолжить путь.

Свернув лагерь и сориентировавшись на местности, мы вдоль реки направились к переправе, которая по прикидкам Кальтерна была в паре часов езды от нас. Эта переправа отмечала собой незримую границу между дикими и заселенными землями и после нее нам предстояло держать ухо востро и молиться, чтобы на пути нам не попались разъезды Кранаджа. Несмотря на данную угрозу, перспектива, наконец, выбраться из глуши к цивилизации лично меня воодушевляла. Особенно когда погода снова начала портиться.

После жути и духоты логова хорлангов морозный воздух, который прежде нас угнетал, казался благословением. Пейзаж вокруг оживал под весенним солнцем и наполнялся красками, но после обеда небо снова застили тучи и поднялся ветер, унося те редкие слова, которыми мы время от времени обменивались.

Заметив, как Санрайз кутается в плащ я, пользуясь изгибами узкой тропы, поравнялся с ней и виновато заметил:

– Я должен тебе рубашку.

– Ерунда.

Санрайз серьезно сдвинув брови посмотрела на меня, ткнув пальцем:

– Все, что ты должен мне, это сдержать обещание, которое дал и больше не рисковать жизнью понапрасну.

На этот раз в ее взгляде было больше мольбы, нежели обиды. Я смотрел в ее бездонные глаза пытаясь разглядеть в них отражение собственных чувств, которые и не думал прятать. Она почти сразу отвела взгляд, но я успел заметить тень смущения на ее лице.

– Больше не буду, – улыбнувшись, ответил я.

Санрайз будто с облегчением вздохнула и снова устремила взгляд на макушки сосен впереди, а я, последовав ее примеру, безапелляционно заявил:

– Но я все равно куплю тебе рубашку, когда доберемся до ближайшего торговца.

Санрайз фыркнула, покачав головой, потом будто сдавшись, вздохнула:

– Хорошо,

Она пронзила меня ехидным взглядом, добавив с коварной, но дико очаровательной ухмылкой:

– Но тогда я куплю тебе броню покрепче, чтобы тебя больше никто не продырявил.

– Оу, ты не обязана, я ведь сам виноват, что меня продырявили.

– Считай, что это подарок на твой новый день рожденья.

Только после этих слов я осознал, насколько был близок к окончательной смерти. Странно, но это не заставило меня бояться ее больше. Возможно потому, что я уже слишком хорошо был с ней знаком.

– О, тогда ладно, – улыбнулся я.

Слова Санрайз навели меня на тему, которой мы удивительным образом избежали, несмотря на весьма продолжительное знакомство. Взглянув на чарующий профиль Санрайз я, помедлив, спросил:

– А когда твой день рождения?

Санрайз удивленная вопросом посмотрела на меня, потом отвернувшись ответила:

– Если планируешь что-то подарить, то не стоит.

– Я не хочу его случайно пропустить. Если не скажешь, я буду каждый день тебе что-нибудь дарить.

Санрайз засмеялась, вызвав удивленные взгляды северян и ревнивый Дарлиса, который ехал впереди:

– О, это звучит заманчиво!

– Тогда не говори, – наслаждаясь ее удивительно безмятежным смехом, ответил я.

Храня улыбку на губах, она смущенно посмотрела на меня:

– Двадцать четвертого июля, но ты не обязан мне ничего дарить.

Как же мне хотелось поцеловать ее! Коснуться волос, прижать к себе и приникнуть к ее губам!

– Может быть, – завороженный ее красотой тихо выдохнул я, – Но традиция есть традиция… И я хочу сделать тебя счастливой.

Санрайз робко опустила взгляд, чувственно облизав губы. Мне показалось, я опять сказал что-то лишнее и уже хотел извиниться, как она вдруг ответила:

– Тогда надеюсь, мы доживем до этого дня.

Счастливо улыбаясь, я встретился взглядом с Игорем, который явно хотел вклиниться в наш разговор, но дорога через густую рощу не позволяла ему к нам присоединиться.

– А Дарлис уже бывал на твоем дне рождения? – не сдержавшись, спросил я через пару минут молчания.

– Да. В прошлом году.

Санрайз как будто задумалась, потом призналась с тенью грусти в голосе:

– Я давно не отмечала свои дни рождения. После монастыря, где я выросла, у меня не было ни желания, ни подходящей компании.

Она чуть улыбнувшись посмотрела на меня:

– Но после вашего вторжения в мою жизнь, компания появилась.

Санрайз перевела взгляд на Игоря и от меня не укрылось тепло в ее голосе:

– Дарлис поселился рядом со мной и когда родился Элан, выпытал дату моего рождения. Я и не думала его отмечать. С тех пор только один день рождения для меня имел значения, день рождения Элана.

Санрайз замолчала, вероятно снова столкнувшись с тревожными мыслями о сыне, потом все же продолжила, вернувшись к воспоминаниям, которые оказались весьма светлыми:

– Но Дарлис решил, что должен устроить мне праздник. Я уже успела забыть о том, что выдала ему дату и ничего особенного не ждала от нее, но в тот день он собрал всю нашу компанию и вместе с Элидрис они едва ли не силком увезли меня с Эланом в Кельморн, где из моего дня рождения сделали грандиозное событие.

Слушая Санрайз, я мысленно ненавидел Дарлиса и в то же время восхищался им. Мне безумно хотелось переплюнуть его и устроить для Санрайз по-настоящему запоминающийся праздник, но превзойти подобное у меня едва ли выйдет. К счастью, в тот день Игорю еще не пришла в голову мысль подарить Санрайз руку и сердце…

– Здорово, – коротко ответил я, испытывая жгучую ревность.

Санрайз кивнула, вздохнув:

– Но, пожалуй, слишком для меня. Хотя ничего подобного для меня еще не делали.

– А когда день рождения Элана? – желая сменить тему, спросил я.

– Тридцатого мая.

– Это ведь скоро? – имея лишь смутное представление о местном календаре, предположил я.

– Скоро.

Санрайз вздохнула, снова сделавшись мрачной:

– И я не хочу, чтобы он встретил его в клетке этого ублюдка Кранаджа!

– Мы этого не допустим, – без тени сомнений заверил ее я.

Тревога и страх в глазах Санрайз сменились знакомыми злостью и решимостью, какие я уже видел, когда она спасала мне жизнь в норе хорлангов. Кивнув, она произнесла с не меньшей уверенностью:

– Не допустим.

Помедлив, я решил сменить тему на что-нибудь более приятное и предложил:

– Как насчет присмотреть ему подарок в Мерграндоре?

Санрайз пожала плечами, явно пребывая мыслями слишком далеко от таких понятий, как праздник. Но я не сдавался и задумчиво посетовал:

– Признаться, я даже не представляю, что можно подарить ребенку здесь. В моем мире с этим проще.

– А что в вашем мире дарят детям? – не сразу и без особого интереса спросила Санрайз.

Я с улыбкой вспомнил свою фантазию, как мы живем с ней и Эланом в моей реальности и я задариваю их обоих удивительными, почти волшебными украшениями, гаджетами, игрушками и вкусняшками. В какой-то момент я даже пожалел, что здесь нет наших торговых центров с сотней магазинов и миллионами игрушек, от которых дети в этом мире были бы в восторге. Но приступ ностальгии оказался совсем мимолетным. Здесь я научился проще относиться к вещам и уже давно не тянулся к карману в поисках своего смартфона. Здесь я находил удовольствие в окружающей реальности и обществе, а не в предметах, без которых вполне можно было обойтись.

– В основном игрушки…, машинки, роботы, конструкторы, – немного рассеянно ответил я, – Иногда велосипеды. Для тех, кто постарше игровые приставки и компьютеры или игры к ним…

– Игры?! – удивленно вскинула бровь Санрайз, почти шепотом уточнив, – Те самые?

Я улыбнулся:

– Да, те самые. Но не такие опасные, как та, из-за которой я попал сюда.

– Уф, такого Элану точно не нужно…

Я не сдержался от смеха, решив про себя также. Хотя теперь я ничуть не жалел о том дне, когда игра "Буран, Тайга и Асмодей" сломала мою прежнюю жизнь.

Взглянув на Санрайз, я чуть смущенно признался:

– Я часто представлял вас в своем мире…

– Правда?

Она снова удивленно посмотрела на меня. Я кивнул, смущенно отвернувшись:

– Воображал, как мы гуляем по городу, балуем Элана самыми разными игрушками, заходим в разные места и пробуем блюда, которых здесь нет.

– Я помню пиццу, которую пробовала у тебя. Было вкусно.

Не сдержав смешок, я посмотрел на Санрайз влюбленным взглядом. Мне безумно хотелось обнять ее и впервые от воплощения этого желания меня удержало только то, что мы ехали верхом.

– Я бы мог приготовить ее для тебя.

– Серьезно?

Глаза Санрайз внезапно загорелись как у ребенка, наконец избавившись от засевшей в глубине хандры и сделав ее еще очаровательней.

– Думаю, большую часть необходимых ингредиентов у вас можно найти, – пожал плечами я.

Она посмотрела на меня с игривым прищуром:

– Тогда я знаю, что хочу на день рожденья!

– Отлично! – засмеялся я, – Значит с меня пицца!

Я не имел представления, как и где буду ее готовить, но сейчас это не имело значение, главное, что Санрайз снова улыбалась.

– Осталось придумать подарок для Элана.

Подозревая, что Дарлис и здесь успел отметиться своей заботой и вниманием, я не стал уточнять, как праздновали его дни рождения и сосредоточился на вариантах, которые мог бы устроить сам, невольно приходя к осознанию, что знаю слишком мало о спокойной жизни в этом мире, чтобы не то что организовать для кого-нибудь праздник, а даже элементарно отовариться к нему.

– Сперва его нужно освободить, – вернула меня к суровой реальности Санрайз.

По ее взгляду было ясно, что до тех пор она не желает предаваться жизнерадостным фантазиям и я не стал их развивать, а вскоре снова полил хоть и не сильный, но противный дождь, сведя возможности для разговоров к минимуму.

Мы сосредоточились на окрестностях, все больше обретающих следы цивилизации. То тут, то там встречались поля, ожидающие плуга. Деревья выстраивались стройными рядами на горизонте, отмечая ближайшие дороги, а кое-где мне виделся дымок, поднимающийся в небо, несмотря на холодную морось.

Здесь отсутствие монстров нас уже не удивляло. Куда опаснее теперь было нарваться на людей. Но к счастью, в такую погоду они, похоже, сидели по домам и только неприкаянные повстанцы шныряли по окружным лесам…

Так, без особых приключений мы добрались до обещанной Кальтерном переправы. Прежде бурная с весенним паводком река вдруг образумилась, остепенилась и спокойно несла свои воды к видневшемуся вдалеке белокаменному мосту, украшенному гербовыми изображениями земель, что раскинулись за ним.

Кальтерн заставил нас осадить лошадей, едва мы различили переправу в дымке утихающего дождя. Как он пояснил, в эту пору мост не пользовался особой популярностью у мирных жителей, поскольку вел на дикий тракт и труднопроходимые топи, зато это было на руку местным криминальным элементам. К сожалению, людям Кранаджа это было хорошо известно и за мостом периодически приглядывали гвардейцы.

– Основное движение здесь начинается летом, когда дороги подсыхают, – продолжил Кальтерн, – но на всякий случай лучше разведать обстановку, прежде чем соваться к переправе.

Доверившись его опыту и пользуясь случаем, мы углубились в чащу, подальше от дороги и устроили привал. В разведку Кальтерн снова назначил самых опытных следопытов Лигеста и Торлунга, но на этот раз к ним решил присоединиться все еще мрачный и угрюмый Родмантер. Мы же расположились у кустов можжевельника, прячась от ветра и возможных посторонних взглядов за их пока еще куцыми листьями. Костер разводить было нельзя, дабы не привлекать внимания дымом, поэтому согреваться пришлось кутаясь в плащи и допивая остатки вина.

Возможно именно желание согреться напомнило мне о своем намерении прокачать навыки мечника и помявшись какое-то время в нерешительности, я тихо позвал:

– Санрайз.

– Да?

С трудом одолевая смущение и злость на самого себя, я кое-как выдавил:

– Помнишь, ты когда-то пыталась привести меня в форму…, в моем мире?

– Серьезно?! – тут же вклинился в разговор говнюк Дарлис, улыбнувшись во все свои зубы, – У него было все настолько плохо?

Я не имел ни малейшего желания обсуждать свое прежнее тело и уже хотел заткнуть Игоря, но тут Санрайз качнула головой, неожиданно вступившись за меня:

– Не настолько. Просто я решила, что ему не повредит немного потренироваться.

Она взглянула на меня, чуть улыбнувшись:

– Но ты вроде был не в восторге от моей тренировки.

– Боги, это мягко сказано, – еще больше смутившись улыбнулся я, потом уже серьезно попросил, – Но сейчас я бы хотел, чтобы ты меня снова потренировала.

– Но теперь ты в этом не нуждаешься, – ответила она, окинув меня взглядом, в котором мне померещились огненные озорные искорки, каких я прежде не замечал.

От этого взгляда по моему телу прошла дрожь и я впервые ощутил сильнейшее, почти неудержимое желание. Конечно, я хотел ее и прежде, хотел всем естеством, но Санрайз была для меня эфемерным совершенством, которое я почитал за радость касаться одним лишь взглядом и старательно гнал прочь пошлые мысли о более близком общении. Когда я обнимал ее, мне казалось, что я, наконец, обретал счастье и этого мне было достаточно, но сейчас от ее взгляда, скользнувшего по мне, я ощутил первобытное дикое желание обладать ею.

– Да…, – как-то невпопад выдохнул я, уставившись себе под ноги, – Но я думал о практике с мечом.

Кое-как совладав с собой, я снова заглянул в глаза Санрайз, все еще ощущая, как пылают щеки, благо скрытые щетиной:

– Мне она явно не повредит. Если бы ты не вмешалась в мой поединок… Я слишком полагаюсь на магию и однажды это может стоить мне жизни.

– Я могу тебя потренировать, – вклинился в наш разговор Дарлис.

Он явно раскусил мое желание проводить больше времени с Санрайз и теперь намеривался этому помешать. Но если прежде меня бы это разозлило, в этот раз его вторжение пришлось кстати. После внезапной вспышки желания, я опасался, что ляпну или еще хуже сделаю что-нибудь, что навсегда отвратит Санрайз от меня.

– Неплохая идея, – одобрила Санрайз, обратившись к Игорю, – Из меня учитель не очень и я сама часто полагаюсь на магию, а Дарлис прекрасно владеет мечом.

Игорь гордо зарделся, но в борьбе с собственными чувствами я не обратил на него внимания, лишь через минуту пожав плечами:

– Я не против, если тебе не в тягость.

– Не в тягость. Я как-то занимался фехтованием в нашем мире и даже давал уроки в кружке сабберфайтеров.

– Здорово, – улыбнулась Санрайз, – Может и я чему-нибудь у тебя научусь.

– Можем начать прямо сейчас! – вдохновился Дарлис, сверкнув белозубой улыбкой.

В его глазах я прочел вызов. Очевидно его так же одолевала ревность и он, похоже, намеривался перевести нашу борьбу за сердце Санрайз в традиционный формат дуэли. Предчувствуя позорный проигрыш, я бы предпочел тренировку в более интимной обстановке, однако не собирался пасовать перед Игорем и, пожав плечами, принял вызов:

– Почему бы и нет. Сейчас все равно делать нечего.

Я посмотрел на Санрайз, в тайне надеясь, что она к нам присоединится, но она качнула головой:

– Я, пожалуй, пока просто понаблюдаю.

Как оказалось, скабениты прислушивались к нашему разговору и желающих понаблюдать оказалось больше, чем мне бы хотелось. Хотя я поймал на себе не только насмешливые, но и подбадривающие взгляды северян, которые очевидно одобряли мое намерение прокачать навыки мечника. К счастью, Кальтерн избавил меня от публичного позора резонно указав:

– Если вы намерены тренироваться, то вам стоит уйти подальше в чащу, чтобы звоном стали не привлечь ненужного внимания.

Дарлис равнодушно пожал плечами, а я был только рад избавиться от внимания северян. К сожалению, Санрайз так же решила нам не мешать и только напутствовала, когда мы с Игорем направились вглубь чащи:

– Используйте защиту!

– Двусмысленно прозвучало, не находишь? – засмеялся Дарлис.

Я лишь натянуто улыбнулся:

– Пошляк ты!

– Пфф, кто бы говорил! Сам только что пожирал ее глазами, как доставщик пиццы в сам знаешь каком видео.

Я хотел было огрызнуться, но крыть мне было нечем, кроме совсем ребячьего: «это не правда!», что Дарлис бы точно не воспринял всерьез, поэтому я просто молча краснел, представляя, как порву этого ссаного учителя в нашем тренировочном бою.

Видимо почуяв мой настрой, Игорь насмешливо заметил, когда мы отыскали небольшую полянку достаточно удаленную от нашего отряда:

– Отличная возможность избавиться от конкуренции, а?

– Я не собираюсь драться с тобой всерьез, – сухо ответил я.

– Я тебя тоже не собираюсь убивать, но если ты действительно хочешь освоиться с мечом, тебе придется драться всерьез.

– Окей, ближе к делу, сэнсэй.

– Вернее будет фехтмейстер…

– Ой да пох…й!

– Ну вот, придется тебе пи…ды дать за неуважение к мастеру, – довольно сияя, отозвался Игорь на мой комментарий.

– Попробуй. Если хочешь серьезного спарринга, я не против.

– Отлично, сейчас проверим, насколько ты серьезен.

Мы оба разошлись и приняли стойки: он держал полуторник у правого плеча двумя руками, а я привычно выставил его вперед.

– Слишком далеко, – тут же упрекнул меня Дарлис, – Ты держишь меч, как будто сам боишься пораниться.

– Я боюсь, что ты меня поранишь, – раздраженно ответил я.

– И не зря!

Игорь внезапно шагнул ко мне и, уведя меч вниз, взмахнул им вверх, едва не отрубив мне руки. Только в последний момент я успел отскочить и выставить блок, в котором уже не было смысла:

– Бл…ть! – нервно сорвалось с губ.

– Видишь. Твой меч слишком далеко от тела, чтобы вовремя выставить защиту, а если решишь атаковать из такой позиции, то удару не хватит силы, потому что у тебя почти прямые руки.

Все еще раздраженный и обиженный на Дарлиса, я все же прислушался к его словам:

– Ясно, – вздохнул я, – Что-нибудь еще, факмейстер?

– Ты слишком осторожничаешь, потому выставляешь меч вперед, чтобы удар противника пришелся на него, – пропустив мой пассаж мимо ушей, заметил Игорь, – Но толковый противник так бить не станет, а если и ударит, то может выбить меч у тебя из рук. Готов спорить, когда ты сцепился с вождем хорлангов, у тебя руки уже через минуту начали ныть.

Проницательность Дарлиса убедила меня в том, что учитель из него неплохой и я нехотя признал:

– Да, было дело.

– Потому что ты боишься подпустить врага ближе и сильно их выпрямляешь…

Мне хотелось послать Игоря на х…й, объявив, что нихрена я не боюсь, но врать самому себе не хотелось, потому ему я тоже врать не стал и смирившись попытался скопировать его стойку:

– Так лучше?

Он обошел меня по кругу словно парадируя учителей, которых видел в кино и тычками придал мне правильную форму. Мне это неожиданно напомнило самый первый день в Орлинге, когда подобным образом меня тренировал Рыжик, мой добрый покойный друг…

– Вот теперь норм. Руки уже не так напрягаются? – спросил Дарлис.

Я прислушался к ощущениям, не замечая особой разницы, но все же кивнул:

– Да, вроде. Что теперь?

– А теперь я буду тебя бить, – с комичным смирением в голосе объявил Дарлис, – Возможно даже ногами.

Он снова принял свою стойку и, не дав мне опомниться, бросился в бой. Только когда наши мечи со звоном столкнулись, я вспомнил о защите, но призвать ее не успел, потому что Дарлис вошел в какой-то дикий раж и основательно насел на меня, не давая ни мгновения понять что происходит. Он избежал боя в клетке с хорлангами и где-то в подсознании я убеждал себя, что он бы справился не лучше меня, но сейчас я не был в этом уверен. В конце концов, он каким-то хитрым выпадом подобрался ко мне вплотную и с силой ударил меня в грудь, тут же порезав мечом предплечье, от чего я благополучно выронил свой меч!

– Бл…ть! – выругались мы почти синхронно.

– А где твоя защита?! – испуганно спросил Дарлис, уставившись на кровь, ползущую по моему рукаву.

– Сука, я тебе сейчас в рифму отвечу! – прошипел я, оценивая масштаб трагедии, – Я не успел ее поставить!

– Соррян, я думал, что хотя бы с магией у тебя порядок.

– Да иди ты!

К счастью порез оказался не сильным и даже зелье переводить на него не хотелось, поэтому я просто стянул рукав лозой, чтобы кровь не расползлась по всей руке.

– Закончим на этом? – дружелюбно предложил Дарлис.

– Ни х…я! Теперь пока тебя не отпи…жу, не успокоюсь, – подобрав меч ответил я.

Игорь хихикнул, но потом все же серьезно напомнил:

– Только давай на этот раз с защитой.

Обида на Дарлиса и злость на самого себя требовали, чтобы я обошелся в этом поединке без магии, но дикое желание прибить Игоря вынудило меня призвать на него защитную руну, от греха подальше, а чтобы поединок был честным, я призвал защиту и на себя.

– Готово? – спросил Игорь.

Я кивнул и тут же впервые решил атаковать сам. Я начал как в шахматах: ударами, которые мне казались традиционными, потом пытался подловить Дарлиса неожиданными финтами, которые он также непринужденно отбил, перейдя в контратаку. Теперь я снова увяз в обороне, как тогда с вождем хорлангов и буквально за пару минут Дарлис снова меня обезоружил и приставил свой клинок к моей груди.

– И это ты называешь серьезный бой? – ухмыльнулся он.

Я был взбешен своей неудачей, злился на Игоря, но в большей степени на самого себя. Мне казалось, что если бы ему выпал жребий сразиться с вождем хорлангов, Санрайз бы не пришлось вмешиваться, а я… Бл…ть, я без магии становился обузой для друзей!

Оттолкнув меч Дарлиса я снова подобрал свой и игнорируя слова засранца, опять встал в стойку.

– Не смотри на мой меч, смотри на меня, – посоветовал Игорь.

– Хорош пиз…ть, давай по новой!

Дарлис пожал плечами и мы снова сошлись. Мне казалось, я двигаюсь на пределе своих возможностей, но Игорь был быстрее. В то время как мои руки снова заныли от усталости, он находил время подбадривать меня, отмечая удачные броски и выпады, а иной раз и вовсе подпускал к себе только чтобы указать мне на способы защиты или атаки. Он каким-то удивительным образом совмещал теорию и практику и я сам не заметил, как стал двигаться иначе. Ловить ритм и задавать свой, но в тот момент, когда я уже, окрыленный успехом, предвкушал, как пырну Игоря мечом, он внезапно отскочил в сторону, остановив меня решительным «Стоп!».

– Что?!

Пытаясь отдышаться, я закрутил головой, решив, что поблизости появились настоящие враги, но вокруг никого не было.

– Я знаю, что тебе мешает, – неожиданно объявил Игорь.

– И что же? – раздраженно вздохнул я.

– Ты сам сказал, что слишком полагаешься на магию и поэтому не относишься к бою на мечах серьезно.

Мне уже приходилось оставаться в этом мире без магии и я бы мог напомнить об этом Игорю, но тогда я был бессмертен и мне хватало тех навыков обращения с оружием, которыми я обладал, поэтому я позволил Дарлису продолжить.

– У меня магии нет и даже когда вы с Санрайз рядом, я не могу рассчитывать на вашу защиту постоянно. Поэтому каждый бой для меня не на жизнь, а на смерть.

– И к чему ты клонишь?

Дарлис облизав губы, пожал плечами:

– Попробуем еще разок, – он шагнул ко мне и неожиданно ткнул меня мечом, лишив магического щита, – Но на этот раз без этого.

Я, прищурив взгляд, посмотрел на него, невольно гадая, не довел ли я его до желания прикончить меня.

– Не волнуйся, я тоже буду без защиты и на этот раз буду осторожнее с твоей нежной кожей, – криво улыбнулся он.

– Не могу обещать тебе того же! – обозлился я, вскинув меч.

Новый поединок Дарлис начал внезапным прямым выпадом, словно одним ударом хотел покончить со мной, но я успел увернуться. Прежде я не замечал призрачную броню, которую призывал на себя и порой это выходило мне боком, когда она иссякала. Теперь же, когда я знал, что магия меня не защищает, я чувствовал себя будто голым перед разъяренным волком, клацающим зубами. Но Дарлис оказался прав. Опасность пропустить удар заставила меня сосредоточиться на бое. Теперь я будто отмечал каждое движение Дарлиса и он никак не мог меня достать даже весьма хитрыми финтами. С другой стороны я до него тоже не мог добраться. Мне казалось, что Дарлис просто великолепно защищается, но когда он будто намеренно открылся для удара, я не смог этим воспользоваться.

– Боишься пораниться?! – насмешливо спросил Дарлис.

Теперь было очевидно, что подставился он специально.

– Теперь-то без читов игра пошла…

Он молниеносно вскинул меч и едва не угодил мне в шею, лишь в последний миг отведя руку.

– Если бы это был настоящий бой, ты бы уже был трупом!

Несмотря на одолевающий меня гнев, я не стал тратиться на слова и снова бросился на Игоря, а он между тем продолжал трепаться:

– Думаешь, что сможешь отсидеться в обороне, а потом снова воспользуешься магией?

– Нет! – рыкнул я, пытаясь выйти из обороны, но Дарлис небрежным движением меча, снова вынудил меня защищаться.

– Все еще осторожничаешь, – констатировал он, – А если Санрайз в этот момент нуждается в помощи?

Удар! Мой меч жалобно зазвенел, но Дарлис не дал мне отступить, шагнув следом и снова ударив изо всех сил:

– А магии у тебя нет!

Удар! На этот раз сбоку, так что я едва успел парировать:

– Она сможет рассчитывать на тебя?!

Злость, бушующая во мне, внезапно уступила место ревности. Дарлис не собирался убивать меня, но этот бой все же был сражением за сердце Санрайз! Он явно намеривался доказать мне, что я не достоин быть с ней! Что у меня просто не хватит силенок защитить ее, а значит рано или поздно я подведу ее…

Зарычав как умалишенный, я ощутил, как на смену охватившей меня горячке боя пришел странный холод. Движения – мои и Дарлиса – внезапно стали странно четкими, словно наш бой был многократно отрепетированной постановкой, но победить в нем должен был тот, кто пойдет в наступление и сломает защиту противника. Теперь я будто прозрел и стал замечать бреши в обороне Игоря. Какие-то он явно оставлял намеренно, но я не стал их использовать, я знал, что он успеет их закрыть. Вместо этого я стал высматривать бреши не очевидные, сам не заметив, как от глухой обороны, перешел к четко выверенным выпадам, все сильнее и сильнее наседая на Дарлиса.

– Вот теперь я вижу, что бой для тебя не забава! – оскалился в усмешке Игорь.

Этот урок оказался полезным для меня и фатальным для Дарлиса. Он отвлекся лишь на мгновение, за которое я успел ударить в преднамеренную брешь мечом, а как только Дарлис ее предсказуемо закрыл, атаковал его ногой в бедро. Этого оказалось достаточно, чтобы сломать защиту Игоря и в следующее мгновение мой клинок прильнул к его шее, оставив на ней неплохой порез!

Дарлис удивленно застыл, но почти сразу на его лице расплылась улыбка:

– Запомни эти ощущения и тогда будешь драться лучше.

Из всех ощущений я помнил только дикую ревность, но в ответ коротко кивнул, опустив меч и отступив:

– Спасибо за урок.

– Впечатляет.

Неожиданный комментарий заставил нас снова вскинуть оружие и синхронно повернуться к неожиданному гостю.

– Ты действительно хороший учитель, – заметила улыбнувшись Дарлису Санрайз, – Хотя мне кажется, для тренировочного поединка это было слишком опасно.

Я нервно уставился на Игоря, гадая, как давно Санрайз за нами наблюдает и слышала ли она его мотивационную речь, призванную сделать из меня достойного мечника…

– Спасибо, – улыбнулся Игорь, – Хотя правда это или нет, покажет время.

Горячка поединка, который из тренировочного почти перешел в настоящий отступила и мы с Игорем опустили мечи, обменявшись взглядами.

Если Санрайз и слышала что-то, то виду не подала. Она подошла ближе и тут же удивленно выдохнула:

– Боги, вы не использовали защиту?!

В ее глазах мелькнул испуг, тут же сменившись осуждением.

– Без риска уроки плохо усваиваются, – пожал плечами Игорь.

– Тогда рисковать будете после того как мы разделаемся с Кранаджем! – строго потребовала Санрайз, – Я не хочу, чтобы вы калечили друг друга!

Вскинув палец, она сурово произнесла:

– В наказание зелья не получите!

– Уф, все жены такие строгие? – хихикнул Дарлис, подмигнув мне.

– Нет, только у бестолковых мужей, – парировала Санрайз, вызвав смешок у меня.

– За это я тебя и люблю! – неожиданно ответил Игорь.

Эти слова явно озадачили Санрайз и по ее смущенному и растерянному взгляду я догадался, что Дарлис впервые сказал нечто подобное и теперь она пыталась понять, говорил ли он серьезно или всего лишь играл свою роль.

– Ты пришла к нам присоединиться? – спросил я, надеясь сменить тему, прежде чем она сумеет разобраться.

– Нет. Я пришла за вами. Разведчики вернулись и нам пора двигаться дальше.

– Отлично!

Дарлис посмотрел на меня:

– Ну что, еще пара тренировок и из тебя выйдет толковый мечник. Пробная тренировка была бесплатной, на следующие придется оформить абонемент.

– Следующую ты можешь не пережить, – с напускной серьезностью ответил я.

Заметив настороженный взгляд Санрайз, я улыбнулся ей беззаботной улыбкой. Вздохнув, она покачала головой и мы направились обратно к отряду.

– Надо полагать, тренировка вышла толковая, – отметил Кальтерн, заметив наши порезы.

– Мы немного увлеклись, – ответил Игорь.

– Да, мы слышали. Остается надеяться, что только мы. Лигест с Торлунгом и Родмантером у моста никого не обнаружили, но это не значит, что вокруг не может быть людей Кранаджа. Поэтому с этого момента всем быть тише воды и ниже травы.

Никто спорить не стал и мы, оседлав лошадей, отправились к переправе. Я снова ловил на себе взгляды северян, но в этот раз в них было заметно больше уважения. Все-таки как не крути, а маги везде считались подлецами и трусами, в отличие от хорошего мечника, которым я должен стать, чтобы быть надежной опорой для Санрайз.

Преодолев мост, мы по пустынной, залитой грязью проселочной дороге довольно скоро добрались до широкого королевского тракта. Следуя ему, мы могли бы уже к вечеру оказаться у стен Мерграндора, но для повстанцев этот путь был заказан: на нем было слишком легко повстречать гвардейцев Кранаджа, а то и его воинство нежити. Если жители Оскернелия несмотря на всю свою стойкость не жаловали скверную погоду, мертвецы к ней были равнодушны и по словам Кальтерна часто торчали на дорогах, как заплутавший скот, потому мы свернули с предательски удобного объезженного коварного тракта, на менее истоптанную тропу, почти перпендикулярно уходящую на восток и теряющуюся под сенью наступавших гор.

– Впереди деревня Тервия, – объявил Кальтерн, когда тропа запетляла под высокими дубами, – Ее жители не жалуют Кранаджа и пару раз выручали наших, предоставляя кров или лошадей.

Он оглянулся на нас, мрачно добавив:

– Но это было сравнительно давно, поэтому на радушный прием особо не рассчитывайте.

– По эту сторону реки я бы вообще не рассчитывал на удачу, – покачал головой Родмантер, – Повезет, если сможем мимо проехать без неприятностей.

Мрачное настроение скабенитов не внушало спокойствия, но деваться нам было некуда. Дорогу зажало между двух гор и если обходить каждое поселение на пути к Мерграндору нам придется потратить не одну неделю, а то и месяц, чтобы добраться до столицы.

Через полчаса, как Кальтерн и обещал, впереди в небольшой низине показалась окруженная частоколом деревня из мрачных серых домиков с глиняными крышами. Поначалу мы не заметили никаких тревожных признаков: все было тихо, только ветер шуршал листьями деревьев, да периодически щебетали птички, радуясь приходу весны. На миг мне даже показалось, будто я приехал в какую-то сельскую глубинку из своего детства и на душе на какое-то время стало спокойно, будто впереди нас ждал уютный домик, бабушка с пирожками и три беззаботных месяца летних каникул. Но когда мы подъехали ближе, оказалось, что все совсем не так чудесно как хотелось бы. Еще на подъезде мы заметили отряд северян, дюжины две, которые застыли под порывами ветра, словно терракотовая армия.

– Трупы! – сплюнул Лигест, отличавшийся орлиным зрением.

Противореча его заявлению, северяне внезапно разошлись и пропустили из хлипких ворот телегу, которая поскрипывая колесами, медленно поползла к нам.

– Уйдем с дороги! – скомандовал Кальтерн.

Повинуясь приказу, мы свернули в чащу, укрывшись за массивными дубами и принялись наблюдать за крадущейся по дороге телегой. Ею правил вполне себе живой на вид старичок, а рядом с ним на козлах сидела девочка, беззаботно что-то напевающая, словно живые мертвецы на выезде из деревни были для нее привычным делом.

– Значит деревня еще обитаема, – решил Кальтерн.

Он посмотрел на Санрайз:

– Если вы готовы рискнуть, мы можем поехать вперед и молиться, чтобы там не оказалось королевской гвардии или людей Саргоса. Или мы можем поехать в объезд.

– Мы рискнем, – ни секунды не размышляя, ответила Санрайз.

– Кто бы сомневался, – вздохнул Родмантер.

– Тогда вперед.

Кальтерн кивнул и, подавая пример, направился обратно к дороге. Мы приближались к деревне настороженно и хоть Кальтерн велел нам держать руки подальше от оружия и сохранять спокойствие, мы в любой момент были готовы схватиться за мечи и использовать магию. На полпути до отряда нежити, Кальтерн напомнил нам о нашей легенде, велев забыть наши подлинные имена. Скабенитам он сходу придумал свою легенду, ловко переплетя ее с нашей. Теперь его отряд стал охотниками на чудовищ, промышлявшим в горах на кальтерпиев и лагориц. Судьба свела нас недалеко от Порхунда, где северяне согласились сопроводить нашу семью до Мерграндора, обеспечивая безопасность.

– Здесь сильно важных чинов быть не должно и я не думаю, что наша история будет кому-то интересна, однако расслабляться не стоит, – закончил инструктаж Кальтерн.

Когда мы, наконец, доехали до мертвых стражей, их равнодушное поведение ничуть не изменилось, зато из-за створки ворот выступил вполне себе живой скабенит с жиденькой «козьей» бородкой мышиного цвета и широченными плечами:

– Кто такие и зачем пожаловали? – без каких либо любезностей спросил он.

Кальтерн жестом дал понять, чтобы мы помалкивали и спокойно ответил телеграфным слогом:

– Путники. Двигаемся к столице. У вас проездом.

Мы все насторожились, ожидая новых, более каверзных вопросов, но скабенит, окинув взглядом наш отряд, с минуту помолчал, словно производя какие-то расчеты в уме, потом предупредил:

– В деревне стоит гарнизон Хеско, так что не вздумайте прикасаться к оружию.

– И в мыслях не было.

Скабенит снова оглядел нас, особенно задержав взгляд на Санрайз, что меня сильно напрягло, однако в следующий момент, он махнул нам рукой, позволяя проехать.

– Кто такой этот Хеско? – спросил Дарлис, когда ворота остались позади и мы заехали на такую же размытую деревенскую улицу, лишь местами засыпанную сеном.

– Понятия не имею, – сплюнул Кальтерн, – Похоже, очередной подпевала Саргоса, поставленный над одним из гарнизонов нежити. Если повезет, мы с ним и не встретимся…

Последние слова он произнес без особой уверенности и на то были все причины. Стоило нам проехать пару десятков метров и оказаться на главной улице Тервии, осажденной ветхими, темными, казавшимися гнилыми домиками, как мы обнаружили целую толпу ходячих мертвецов!

Они бродили по деревне словно скот. При этом я заметил свет в окнах домов, говорящий о том, что здесь по-прежнему живут люди, однако живых на улице я не заметил, кроме парочки верзил, которые беседовали у покосившегося забора одного из домов. Впрочем, Кальтерн пояснил, что люди это не простые, а скорее всего из карательных отрядов Родмунта. Надзиратели перегоняли мертвецов из селения в селение как скот и заодно, наглядный пример. Собирать налоги и держать в узде оппозиционеров было гораздо проще, имея за спиной толпу нежити, готовой сжечь деревню дотла. В те времена, когда порядок в Оскернелии наводил лично Саргос, такие армии могли пополняться почти всеми жителями деревни. Когда Родмунт, похитив Элана, примкнул к Кранаджу, обязанность кошмарить северян перешла к нему и в этом деле он преуспел едва ли не больше Саргоса. Отчасти это объясняло запустение вокруг. Если Саргос считал подобную тиранию суровой необходимостью, то его преемник откровенно наслаждался полученной властью.

– Ведите себя естественно, – снова напутствовал нас Кальтерн, когда мы просачивались через особенно плотные ряды мертвецов.

Трупы были столь же равнодушны к нашим лошадям, как и к минувшему дождю, потому порой их приходилось буквально таранить. К счастью, подобное обращение их не напрягало и нам кое-как удавалось сохранять спокойствие.

Курсируя среди мертвецов по хлюпающей грязи, мы высматривали живых. Их встречалось не много и пока я не заметил ни одной женщины, старика или ребенка. К счастью, среди нежити их тоже не было.

– Не нравится мне это, – шепнула Санрайз.

– Задерживаться здесь мы не станем, так что не переживайте, – обнадежил Кальтерн, – Проедем насквозь, потом еще несколько километров и будем у пригорода Мерграндора.

Но оптимизм Кальтерна не оправдался…

Тервия была не большой деревней, но пробираясь мимо нежити по забирающей вверх дороге мы успели преодолеть лишь половину пути, когда окрестную зловещую тишину разорвал не менее зловещий вопль рога! Все, кто был жив в этой деревне, включая нас, вздрогнули от громогласного рева и казалось, что даже нежить забегала бодрее.

Кальтерн внезапно осадил коня, едва не подняв его на дыбы и вместе с остальными северянами стал озираться по сторонам, словно ждал нападения. Мы тут же последовали его примеру, однако никто не спешил на нас кидаться. Рог снова завопил и наши спутники, что прежде равнодушно ехали сквозь ряды мертвецов, вдруг сделались бледнее тумана опускавшегося на поля.

Я было решил, что рог возвещал о том, что нас опознали и теперь по всей деревне подняли тревогу, однако мертвецы по-прежнему были равнодушны к нам и даже живые мужики, с топорами наперевес высыпав из домов на дорогу словно не замечали нас.

– Проклятье! – выругался Кальтерн, с какой-то обреченностью уставившись на Родмантера.

– Королевский рог! – со злобной гримасой процедил сквозь зубы скабенит.

Мы с Дарлисом и Санрайз переглянулись все еще не понимая до конца, что происходит, но уже через минуту ситуация прояснилась… До нас донесся грохот копыт по влажной земле и в тумане за воротами, до которых мы не успели доехать, появились всадники. Целое войско облаченных в черное рыцарей ворвалось в деревню, равнодушно сметая с пути зазевавшихся мертвецов!

– Святая Благодать! – выдохнула Санрайз, когда мы увидели того, кто возглавлял авангард войска…

Облаченный в черную с золотом броню, с не покрытой головой нам на встречу ехал сам король Севера, узурпатор Кранадж Гилентигор!