Честное предупреждение

Глава 37.

Я вбил адрес, который дал мне Майрон, в GPS-навигатор и отключил голосовые подсказки. Маршрут я диктовал Рейчел сам — непрерывные команды приложения всегда действовали мне на нервы. Навигатор показывал шестнадцать минут пути. Мы управились за двенадцать.

Эмили жила в старом доме из кирпича и штукатурки на Пьемонт-авеню, недалеко от улицы Фигероа. Слева от застекленной входной двери располагалась кнопочная панель с номерами восьми квартир. Когда на настойчивые звонки в восьмую никто не ответил, я прошелся по всем семи остальным кнопкам.

— Давай же, давай, — торопил я невидимых жильцов. — Кто-то же должен ждать доставку еды. Откройте чертову дверь.

Рейчел обернулась, проверяя улицу позади нас.

— Ты знаешь, какая у нее машина?

— «Ягуар», но я видел проезд на задний двор. Наверняка у нее там парковочное место.

— Может, мне стоит пойти...

Электронный замок щелкнул, и дверь открылась. Я даже не посмотрел, какая квартира нас впустила, и просто толкнул дверь. Мелькнула мысль: раз мы так легко вошли, Сорокопут мог сделать то же самое.

Восьмая квартира находилась на втором этаже, в конце коридора. На мой тяжелый стук и выкрикивание имени Эмили никто не ответил. Я дернул ручку — заперто. Я отступил в разочаровании, внутри начало нарастать дурное предчувствие.

— Что будем делать? — спросил я.

— Позвони ей еще раз, — предложила Рейчел. — Может, услышим телефон через дверь.

Я отошел по коридору метров на шесть и набрал номер. Услышав гудки в трубке, я кивнул Рейчел. Она прижалась ухом к косяку восьмой квартиры, не сводя с меня глаз. Звонок переключился на голосовую почту, и я дал отбой. Рейчел покачала головой. Она ничего не услышала.

Я вернулся к двери.

— Вызовем копов? — спросил я. — Скажем, что беспокоимся о человеке? Или позвоним хозяину дома?

— Похоже, управляющего здесь нет, — сказала Рейчел. — Я видела номер телефона на объявлении о сдаче квартиры у входа. Схожу перепишу и позвоню. Заодно проверю, ведет ли проезд на задний двор и есть ли там ее машина.

Она указала на пожарный выход в конце коридора.

— Смотри, чтобы дверь не захлопнулась, — предупредил я.

— Не волнуйся.

Я смотрел, как она уходит и исчезает на лестнице. Затем подошел к пожарному выходу, гадая, сработает ли сигнализация. Помедлив мгновение, я нажал на перекладину, и дверь распахнулась. Сирены не последовало.

Выйдя на внешнюю площадку, я увидел, что лестница ведет на крошечную парковку позади здания. На площадке стояло ведро со шваброй и банка, наполовину заполненная окурками. Кто-то в доме курил, но не у себя в квартире. Я перегнулся через перила, пытаясь разглядеть, что находится внизу. Там виднелись пустые цветочные горшки и садовый инвентарь.

Дверь за моей спиной захлопнулась. Я резко развернулся. Снаружи была стальная ручка. Я схватился за нее и попытался повернуть. Заперто.

— Черт.

Я постучал, но понимал, что Рейчел еще не успела вернуться к квартире Эмили. Пришлось спуститься на парковку и поискать машину. У Эмили был серебристый внедорожник «Ягуар», но его нигде не было видно. Я пошел по подъездной дорожке к фасаду здания, поглядывая на окна второго этажа — туда, где, по моим расчетам, находилась квартира Эмили. Окна были темными.

Когда я вышел к главному входу, Рейчел нигде не было. Я достал телефон и набрал ее, но меня отвлекло движение на улице. Я заметил автомобиль, выезжающий из-за припаркованных машин на Пьемонт. Я успел лишь мельком увидеть его, когда он проезжал мимо следующего выезда.

— Джек? Ты где? — ответила Рейчел.

— Я перед входом, и я только что видел отъезжающую машину. Она двигалась бесшумно.

— «Тесла»?

— Не знаю. Возможно.

— Ладно, я не буду ждать этого парня.

— Какого парня?

— Домовладельца.

Я услышал громкий удар, треск дерева, а затем глухой звук удара о стену. Я понял: она только что выбила дверь восьмой квартиры. Я бросился к входной двери подъезда, но она была закрыта.

— Рейчел? Рейчел, я не могу войти. Я обойду...

— Я тебе открою, — сказала она. — Иди к главной двери.

Я взбежал по ступенькам. Замок уже жужжал, и я ворвался внутрь.

Взлетев на второй этаж, я добрался до восьмой квартиры. Рейчел стояла в прихожей.

— Она...?

— Ее здесь нет.

Я заметил кусок дверного косяка, валяющийся на пороге. Но когда я полностью вошел в квартиру, это оказалось единственным признаком беспорядка. Я никогда не был здесь раньше, но передо мной предстало жилище, где царили чистота и порядок. В жилой зоне не было никаких следов борьбы. Короткий коридор направо вел к открытой двери ванной, а вторая дверь налево, предположительно, в спальню.

Я направился туда, чувствуя неловкость от вторжения в личное пространство Эмили.

— Там пусто, — сказала Рейчел.

Я все равно проверил, остановившись на пороге спальни и заглянув внутрь. Щелкнул выключателем, и по обеим сторонам двуспальной кровати зажглись лампы. Как и во всей квартире, здесь было прибрано; кровать заправлена, покрывало разглажено — на него даже не садились.

Затем я проверил ванную, отдернув пластиковую шторку — ванна была пуста.

— Джек, я же сказала, ее здесь нет, — повторила Рейчел. — Иди сюда и расскажи мне про машину.

Я вернулся в гостиную.

— Она поехала вверх по Пьемонт, — сказал я. — Если бы я не смотрел туда, я бы ее пропустил. Темного цвета и бесшумная.

— Это была та «Тесла», которую ты видел у коронера?

— Не знаю. Я не успел рассмотреть.

— Так, подумай. Ты можешь сказать, она только отъехала от тротуара или просто проезжала мимо?

Я на мгновение задумался, прокручивая сцену в голове. Машина уже двигалась по улице, когда привлекла мое внимание.

— Не могу сказать, — ответил я. — Я увидел ее, когда она уже ехала.

— Ладно, я никогда не сидела в «Тесле», — сказала Рейчел. — У них есть багажник?

— Кажется, у новых моделей есть.

До меня дошло: она спрашивает, могла ли Эмили быть в багажнике той машины.

— Черт... надо ехать за ней, — выпалил я.

— Она уже далеко, Джек, — осадила меня Рейчел. — Нам нужно...

— Что за хрень здесь происходит?

Мы оба резко обернулись к входной двери. Там стояла Эмили.

Она была в той же одежде, что и в офисе. За плечами висел рюкзак с логотипом «FairWarning».

— Ты в порядке, — вырвалось у меня.

— А почему мне не быть в порядке? — спросила она. — Вы что, выломали мою дверь?

— Мы думали, что Сорокопут... что он был здесь, — сказал я.

— Чего? — не поняла Эмили.

— Почему ты не отвечала на телефон? — спросила Рейчел.

— Потому что он сдох, — ответила Эмили. — Я висела на нем весь день.

— Где ты была? — спросил я. — Я звонил в офис.

— В «Грейхаунде», — сказала она.

Я знал, что она ненавидит водить, потому что выросла в стране с левосторонним движением и боялась переучиваться. Но я был сбит с толку, и, должно быть, это отразилось на моем лице. «Грейхаунд» — это автобусы дальнего следования.

— Это паб на Фигероа, — пояснила Эмили. — Мой любимый бар. Да что, черт возьми, происходит?

— Я не знаю, — признался я. — Мне показалось, что за мной сегодня следили, и когда...

— Сорокопут?

Внезапно моя уверенность пошатнулась.

— Не знаю, — сказал я. — Возможно. Я видел парня на «Тесле» у офиса коронера, и я...

— Откуда ему знать, что надо следить за тобой? — спросила Эмили. — Или за мной, раз уж на то пошло.

— Вероятно, Хэммонд, — предположил я. — Либо он рассказал ему, либо что-то было в компьютере или документах, изъятых из лаборатории Хэммонда.

Я увидел страх в глазах Эмили.

— Что нам делать? — тихо спросила она.

— Слушайте, я думаю, нам всем нужно немного успокоиться, — вмешалась Рейчел. — Давайте без паранойи. Мы до сих пор точно не знаем, следили ли за Джеком или за тобой. И если следили за Джеком, почему он должен был переключиться на тебя?

— Может, потому что я женщина? — предположила Эмили.

Я собирался ответить, но осекся. Рейчел могла быть права. Весь этот хаос начался из-за того, что мне показалось, будто я сопоставил фоторобот с лицом за рулем машины на парковке с расстояния не меньше двадцати пяти метров. Это было притянуто за уши.

— Ладно, — сказал я. — Почему бы нам не...

Я замолчал, когда в дверном проеме появился мужчина. У него была густая борода и связка ключей в руке.

— Мистер Уильямс? — спросила Рейчел.

Мужчина уставился на кусок дверной рамы на полу, затем осмотрел запорную планку, висевшую на одном расшатанном шурупе.

— Я думал, вы меня дождетесь, — сказал он.

— Прошу прощения, — ответила Рейчел. — Мы думали, это чрезвычайная ситуация. Вы сможете починить дверь сегодня?

Уильямс повернулся и увидел, что, когда дверь выбивали, она ударилась о боковую стену прихожей. Ручка оставила вмятину размером с кулак.

— Могу попытаться, — буркнул он.

— Я не останусь здесь, если дверь нельзя запереть, — заявила Эмили. — Ни за что. Не тогда, когда он знает, где я живу.

— Мы не знаем этого наверняка, — возразил я. — Мы видели отъезжающую машину, но...

— Слушайте, давайте оставим мистера Уильямса чинить дверь, а сами пойдем куда-нибудь и поговорим? — предложила Рейчел. — Я получила новую информацию от ФБР сегодня. Думаю, вам захочется это услышать.

Я посмотрел на Рейчел.

— И когда ты собиралась мне рассказать?

— Мы отвлеклись, когда уходили от Гвинет Райс, — ответила она и кивнула на дверь, которую все еще осматривал Уильямс, словно это объясняло задержку.

— Кстати, как там Гвинет Райс? — спросила Эмили.

— Хороший материал... но чертовски печальный, — ответил я. — Он искалечил ее на всю жизнь.

На середине фразы меня кольнуло привычное чувство вины репортера. Я знал, что Гвинет Райс станет лицом этой истории. Жертва, которая, скорее всего, никогда не оправится, чья жизнь была жестоко и необратимо изменена Сорокопутом. Мы используем ее, чтобы привлечь читателей, не заботясь о том, что ее ужасные травмы останутся с ней еще долго после того, как о нашей статье забудут.

— Ты должен переслать мне заметки, — сказала Эмили.

— Как только смогу.

— Так что мы делаем? — спросила Рейчел.

— Можем вернуться в «Грейхаунд», — предложила Эмили. — Там было довольно тихо, когда я уходила.

— Пошли, — скомандовала Рейчел.

Мы двинулись к выходу, и Уильямс повернулся боком, чтобы пропустить нас. Он посмотрел на меня.

— Это вы вынесли дверь? — спросил он.

— Эм, вообще-то, это я, — сказала Рейчел.

Уильямс быстро смерил ее взглядом с ног до головы, когда она проходила мимо.

— Сильная женщина, — заметил он.

— Когда нужно, — бросила она.