Девочка бандита

Глава 18

Мой парень, с которым мы вместе несколько месяцев — он звал меня на эти выходные в загородный дом к его друзьям.

Догадывалась, он хотел, чтобы мы наедине остались. И обрадовалась, что у родителей юбилей и у меня есть причина для отказа.

Но даже сейчас, когда наш дом захватили преступники, я не жалею, что не поехала с парнем.

Ведь я бы с ума сошла в страхе за родителей и сестер.

Едва мы спустились — Хаз притянул меня к себе. Буквально вырвал из рук папиного друга. И уставился на дядю Валеру тяжелым взглядом.

— Что там со стрельбой, выяснили? — спросил он ровно. Словно отношения к этому не имеет.

— На улице. Хлопушки, наверное. Так, народ, отменяется паника. За стол, — в этом беззаботном предложении даже я слышу фальшь.

Папины друзья все поняли. И теперь пытаются бдительность Хаза усыпить. Улизнуть.

Может, получится?

Они уйдут и приведут с собой помощь.

Полицию.

Чем же всё это кончится?

— От нервов некоторым хочется есть, — поддержал Хаз идею гостей вернуться за стол. Его руки на моей талии, он подвел меня к арке, ведущей в столовую и остановился.

Спиной ощущаю, как вздымается его грудь. Смотрю, как дядя Валера залпом опрокидывает в себя одну стопку водки, за ней другую.

— Черт знает что, куколка, — усмехнулся Нил. Наклонился ко мне. Дыханием обжег ухо. — Меня ищут. Теперь и братьев моих тоже. Лев ранен. А я тут праздную какой-то сраный юбилей. В компании незнакомых мне людей. И компания паршивая, к слову. Что скажешь, Надя? Стоишь ты всего этого?

Хазов выпрямился. И я интуитивно почувствовала, как он глазами обвел столовую. Словно приговор хочет вынести и выбирает первую жертву.

А я будто щит для него, маленький и слабый.

— Ужасно, — высказалась, не удержавшись. — Вы сами вломились в наш дом. И ты дал время, чтобы…

— А ты нихрена не сделала. То, что гости уйдут прямо сейчас — я слушал на протяжение пятидесяти минут, Надя. Ты играешь со мной, куколка? Или просто тупая?

Вспыхнула.

Тупой меня еще не называли, я отличница…

Господи.

Это совсем другое.

— Они уйдут, — заметила, что папин друг что-то негромко и быстро говорит дяде Коле, нервно поглядывает в нашу сторону.

И к дьяволу послала свое хорошее воспитание, уже открыла рот, собираясь заявить, что мы немедленно уезжаем и всем пора домой.

Но меня опередили.

Телевизор. Какая-то передача, что фоном шла — она сменилась на выпуск новостей.

На экране появились фотографии младших Хазовых.

И диктор повторила историю про пожар в колонии и побег старшего убийцы…

Его руки, лежащие на моих бедрах, сжались крепче.

— Какой кошмар, — заохали гости.

И папин друг, что пару минут назад на втором этаже видел Вадима — посерел на глазах. Цветом сравнялся со стеной.

Убедился — в нашем доме бандиты.

— Пойдем мы, наверное, поздно уже, — пробормотал он, не глядя в сторону меня и Нила, суетливо похлопал себя по карманам брюк. И поторопил остальных, что находятся в блаженном неведении. — Надя устала, завтра приедут юбиляры и еще посидим. Собирайтесь.

Он все-таки бросил опасливый взгляд на Нила, стоящего за моей спиной.

Кратко посмотрел. Какая-то секунда. За которую у меня сердце несколько раз перевернулось в груди.

А потом грохнул стальной голос Хаза.

— Никто никуда не пойдет.

Охнула, когда он легко толкнул меня в сторону и шагнул в столовую. Папин друг рванулся было ему навстречу.

Уловить не успела, настолько быстро Хаз выхватил пистолет и выстрелил.

В люстру, она огнями взорвалась и яркие осколки разлетелись в стороны, завизжали гости.

— Не надо, Нил! — рванулась к нему и попыталась повиснуть на его руке, сжимающей пистолет.

Он стряхнул меня, снова вытянул руку, его огромная темная фигура, подсвеченная светом телевизора, настолько угрожающей показалась, чужой, в нашем доме, где я всех знаю с детства.

— Все на пол! — рявкнул он.

И гости послушались, с завыванием опустились на пушистый ковер.

— Что ты делаешь! — я так испугалась, что страха лишилась, в бессилии топнула на месте ногой, — не трогай никого! Не смей!

Он резко развернулся и толкнул меня в сторону. Лопатками ударилась в стену. Он навалился сверху.

— Рот закрой, — приказал грубо, ухватил меня за шею. — Просто заткнись, Надя. Я говорил никого не впускать. Я время давал их прогнать. Теперь никто отсюда не выйдет. Услышала меня?

Лишь молча кивнула, глядя в его глаза, черные, горящие гневом.

Нет, нет, что он творит. Его приставания, касания, поцелуй — все это сейчас какой-то игрой кажется. Да, он играл со мной, он монстр, у которого чувств быть не может, убийца.

Он смотрит в упор на меня, тяжело дышит, я тоже.

В столовой творится немыслимое, а мы будто в доме вдвоем, он продолжает сжимать мою шею, взглядом скользит по моему лицу, его полные губы приоткрыты, он так ужасен и так порочен, воплощение зла.

Ненавижу, ненавижу, ненавижу.

И хочу.