Девочка бандита

Глава 27

Хаз

Меня прогибает от злости.

Нахуй шею свернуть хочется куколке.

Чтобы не лезла, блдь, куда её не просили.

А вместо этого — целую. Терзаю её губы, кайф ловлю. Хороша, черт. Тихо стонет в мои губы. Адреналин искрит в крови, пьянит.

Давлю ладонью на шею девчонки, в себя впечатываю.

Надя задрожала.

От холода или желания — черт знает.

Но я в шаге от того, чтобы прямо здесь разложить её. Закончить танцы с бубнами, взять то, что моё по праву. Может, тогда перестану девчонке спуск давать. Стирать из памяти то, как она откровенно на наказание нарывалась.

Мну платье её.

Пробираюсь ближе к упругой заднице.

Вдавливаю пальцы, вырывая тихий вскрик.

Сильнее завожусь.

Кровь горит, сжигает всё к чертям.

Возбуждение крючками впивается, под кожу. Тянет.

Я взорвусь скоро. И лучше Наде быть готовой к последствиям.

— Хватит, — голос брата прорезается сквозь толщу воды. — Нил, в доме продолжишь брачные игры.

— Завались, — беззлобно бросил, отступая от куколки на шаг. — Не тебе нотации читать.

Будто я не видел, каким взглядом брат врачиху пожирал.

Она Лёву лечила, а Вадим её в воображении уже во всех позах нагнул.

Усмехаюсь, поправляя одежду. Почти идеальная картинка получается.

Нас три брата, их — три сестры.

Только Люба сдохнет быстрее, чем успеет к Льву подойти. За*бала, её выходки в горле сидят. Надя тоже чудит, но у той хотя бы смекалка работает, мозги есть.

У Любы скоро пуля в голове будет, если не перестанет моё терпение испытывать.

Одна Вера нормально свою работу делает, не прикопаться.

— Что с ней делать будем? — брат кивнул на девку, скрестил руки на груди. — Здесь пристрелим или в доме?

— Даже не знаю...

Протянул лениво, интуитивно чувствуя напряжение Нади.

Бросил взгляд на неё: замерла, не дышит.

Только смотрит внимательно, дыру во мне прожигает.

Пальцы её подрагивают, но больше не рискует тянуться ко мне.

— Хаз, — прошептала, сглатывая. — Пожалуйста.

— Я предупреждал? — сделал шаг к ней, склонился. Для нас двоих этот разговор оставил. — За её выходки ты будешь отвечать.

— Я помню, — смиренно глаза прикрыла. — Я буду. Не надо в неё стрелять.

Стоило бы.

Может бы зачатки мозгов появились.

Но лишняя шумиха нам ни к чему.

— Жизнь Любы на счетчике, — выдыхаю, решение приняв. — Если мне что-то не понравится, любая мелочь... Если она сейчас рванет, — предупреждаю. — Я ей башку снесу. Даже догонять не буду, отсюда снять успею. Поняла?

— Поняла, — послушно кивнула.

Нихера Надя не поняла.

Кивает, как болванка, а потом в самое пекло лезет.

Испытывает моё терпение.

Девчонки повезло, что на неё член встает.

— Она будет тихо сидеть.

— А ты можешь такое обещать? Ты ею не управляешь, Надь. Не давай за другого обещаний. Потому что спрашиваю я с тебя. У тебя уже один залёт. Решай, в какой позе отрабатывать будешь.

Надя смотрит на меня, не моргая.

Дрожит, прикасаясь пальчиками к щекам.

Но не спорит.

Машу рукой, позволяя помочь сестре.

И девчонка срывается с места. Подбегает к Любе, помогая ей встать с земли. Что-то долго втирает, но это не моё дело. Своё условие я сказал.

Меня эта Люба конкретно за*бала.

Если кладовка не поможет, то пойдёт в подвал.

Трупом.

— Два залёта.

Вадим рядом со мной идёт.

Девчонки — впереди. Надя на себе сестру тянет, сама толкает, не давая сбежать. И на меня оборачивается. Проверяет, не взял ли я Любу на мушку.

— У твоей фаворитки два залёта, — брат пояснил, усмехаясь. — Она соврала, Нил, мы оба это прекрасно знаем. Косвенно помогла сбежать сестрице. С этим разбираться не будешь?

— Уши скрути и завязывай подслушивать чужие разговоры. Моя фаворитка, — глаза закатил, интересное слово Вадим подобрал. — Мои проблемы. Я сам решу.

— Как скажешь, куда уж мне до опасного криминального авторитета.

И ржет.

А мне ничерта не смешно.

Лёва с ранением, другой брат с жизнью разрушенной — моя вина.

Из-за меня они в это влезли, потому что я затормозить вовремя не успел. Не слушал их, когда просили оставить всё. Не давить до конца. Предупреждали же.

Но я сам всё решаю.

— Тогда... - брат замедлился, прямо посмотрел. Знаю, чего от меня хочет. — С врачихой решаю я. Сам.

— Сам.

Согласился.

Мне забот хватает.

Я в брате уверен, спуску не даст. И не станет глупости творить, чтобы Веру защитить.

Пусть решает, мне не жалко.

— Наверх, сейчас же.

Бросил Наде, как только в дом вошли.

Девчонка замялась, но через секунду приказ выполнила.

— Проконтролируй их, — бросил Вадиму, сам к Любе подошел. Дёрнул её за руку, за собой потащил. — А с тобой мы потолкуем. Какого х*я ты смелой стала.

— А мне ждать надо было?! — вскрикивает, когда я к кладовке тащу. — Я пыталась помочь, а ты мне отказал. Я не хочу ждать, пока вы меня убьете.

— Решила сразу нарваться?

— Не надо, Хаз!

Взмолилась, когда дверь открыл. Толкнул её в темное помещение, пропитанное спертым воздухом.

Осмотрелся, нет ли лишних предметов.

А потом шаг назад сделал.

— Зря ты Надю выбрал, — бросила в след. Я остановился. — Не надо её трогать.

— Раньше нужно было о сестре переживать.

— Да она же... Она... Да на ней негде пробы ставить, слышишь?! Хотя, да, видимо правильно решил. Она же всем дает, кто платит.

— Повтори.

Гаркнул развернувшись.

Дёрнуло что-то внутри.

Пальцы сжались в кулак.

— Ты её выбрал, а она и так со всеми спит! — продолжила кричать мне в лицо. — Она с половиной университета уже успела закрутить! А только первый курс!

— О сестре такого мнения?

— В семье не без урода. Я предупредить решила. Если бы ты шлюху хотел, ты бы заказал её. Надя выглядит чистенькой, но далеко не такая. Ты бы подумал, Хаз... Зачем она тебе?

Вместо ответа — с грохотом закрыл дверь.

Ключ провернул, едва не сломав от злости.

— Она ещё врать будет! — не унималась, сквозь слой дерева продолжила вещать. — Ещё скажет, что девственница! Всем говорит, а потом... Потом сразу и сдаст, как до телефона доберётся!

Шлюха, значит?

Невинной прикидывается?

Словам Любы верить — себе дороже.

Но проверить можно.

И если Надя проверку не пройдёт...

То пожалеет об этом.