Его мрачное лицо напротив. Гора мышц нависает надо мной. На моих плечах осколки, но Хаз словно не замечает, его пальцы впились в шубку.
Он смотрит на меня, не мигая.
— Не надо, — выдавила.
— Что не надо?
Мы бы уже не разговаривали, не будь моя старшая сестра врачом. Этот мужчина натворил столько зла, что волосы дыбом встают.
Ему и сейчас ничего не стоит просто свернуть мне шею и бросить тут. А Вера все равно спасет его брата, ведь там с ней в доме осталась еще Люба.
Я совсем одна.
Никто не заступится.
— Был бы у меня пистолет, — начала, заикаясь. И выплюнула. — Ты бы уже валялся здесь, в гараже. С пробитой головой.
— Интересно. Ты бы стреляла в спину? — он продолжает сжимать меня, продолжает смотреть.
— Я бы стреляла в лицо.
Широкая ладонь сместилась с моего плеча на шею, и я ощутила, она влажная. Он порезался. Об осколки.
— Угрожать, что ты, вместе с братом, со мной развлечешься…
— Так ты обиделась? — Хаз сдавил мой подбородок, поднял лицо к себе. На его сжатых губах едва заметная усмешка. От него пахнет дымом и… порохом. Он наклонился. И выдохнул мне в губы. — Не переживай, куколка. Я своим не делюсь. С тобой буду лишь я.
Хаз отпустил меня и резким движением достал пистолет из кобуры, что болталась у него подмышкой.
— Держи, — он вложил оружие в мою ладонь.
Едва не выронила, от неожиданности. Оно оказалось тяжелым и просто ледяным, торопливо перехватила его другой рукой.
Подняла голову.
— Пять секунд у тебя, — бросил он спокойно и чуть отступил. — Чтобы выстрелить мне в лицо.
Он меня не боится. Я не выгляжу угрожающей, даже с пушкой в руках я все та же девчонка, которая от страха трясется и не может отвести глаз от этого мужчины.
Пять секунд...
Они бандиты, вломились в наш дом. И неизвестно, что с родителями, и что будет, когда Вера спасет младшего брата этого монстра…
Пять секунд истекли непростительно быстро, один взмах ресниц и несколько ударов сердца. Хаз шагнул ближе и выдернул из моих заледеневших пальцев пистолет.
— Слабовато, куколка, — оценил он. Толкнул обратно к машине. Ствол уперся мне в грудь, прошелся вдоль расстегнутой шубки вниз, разбрасывая в стороны полы.
Серебристое платье на мне. Новое, открытое, на тонких бретельках.
И я без белья, ведь бюстик было бы видно.
Мужской взгляд замер на моей груди.
Я дышу часто-часто, как после бега. Кожа покрылась мурашками от холода и его внимания.
— Почему не выстрелила? — его голос, низкий, глубокий, он в уши забрался, словно патокой ядовитой растекся по венам. Черные глаза поймали мои. — Просто иметь оружие недостаточно, маленькая. Нужна еще причина.
А ведь причина была...
— Убери...те руки. Пожалуйста, — всхлипнула.
Близость этого дьявола опять взволновала так сильно.
Мы в продуваемом ветром гараже.
А между нами накалился воздух.
— Я тебя пока не трогал.
Хаз убрал пистолет в кобуру. Поднял с засыпанного стеклом сиденья мой телефон и небрежно сунул в карман.
— Если Вера спасет вашего брата вы нас отпустите? — интуитивно попыталась вызвать в нем благодарность.
Его движения — скупые и выверенные, словно в голове непрерывно компьютер работает, выполняет заданную программу, он просто машина, бездушный, бесчувственный.
Он мне не ответил.
Я поняла сама.
Не нужно ждать от этого мужчины милости.
Как только Вера поможет его брату — нас всех прикончат. А со мной он, возможно, еще и развлечется, как он сказал.
Чертова слабачка, ведь у меня был шанс в него выстрелить.
Я этого человека почти не знаю.
Но уже ненавижу всем сердцем.
Со злостью уставилась в его широкую спину, обтянутую водолазкой. Хаз шагнул из гаража на улицу, я следом.
Он вдруг обернулся. Так резко, что я едва не налетела на него. Задрала голову.
На его лицо падает свет фонаря, в черных глазах отражается блеском. Он снова смотрит оценивающе, властно.
— Хочешь уйти? — из его рта вырвалось облачко пара. Он сощурился. — А что ты готова предложить мне за себя и сестер?