Надя
Повернула ключ в замке. И замерла, когда поняла, что дверь не заперта.
Это я, когда уходила, не закрыла?
Осторожно толкнула створку. И вытянула шею, заглядывая в квартиру.
Свет горит. И на полу две пары сапог. Мужские ботинки.
— Явилась? — из коридора показалась сначала голова Любы. А потом сестра вышла сама. Сложила руки на груди. — Ну заходи, заходи. Чего там встала, как неродная.
— А ты здесь что делаешь? — нахмурилась и переступила порог. — Ты же к родителям поехала? И откуда у тебя ключи… — осеклась, когда следом за Любой вышла Вера. — Вер? А ты почему не на смене?
Прижала к себе пакет с кружкой и сломанную розу. Торопливо скинула ботиночки.
— Ты только посмотри на нее, — сварливым голосом сказала Люба. Будто меня здесь нет. — Растрепанная. Красная вся. Там у нее что, футболка на левую сторону надета? — углядела она, когда я сняла шубку. — Ну вот, — торжественно заключила Люба. — Я говорила.
— Что ты говорила? — не расставаясь с цветком и пакетом, двинулась мимо сестер в кухню.
Розу я все равно поставлю в воду. Подрежу сломанный стебель… и добавлю еще немного сахара, слышала, что так цветы дольше стоят.
А это, вообще. Первый за мои восемнадцать с половиной лет цветок от мужчины. Леше я говорила, что лучше конфеты.
Какие нежные лепесточки. Как вкусно пахнет…
— Надя, я с кем разговариваю? — в спину прилетел недовольный голос Любы. — Нет, ее точно разбаловали.
Зашла в кухню.
И чуть не вскрикнула от неожиданности, взглядом наткнувшись на незнакомого мужчину за столом.
— Ой.
— Здрасьте, — кивнул он мне. Поднял кружку и отпил чай. — Ильдар.
Неуверенно кивнула в ответ. Кажется, этого Ильдара я видела с Любой, когда мы выезжали со двора.
Поклонник ее новый.
Но почему они здесь?
Обернулась.
— И нечего так смотреть, — поймала мой взгляд Люба. Сдвинула меня с прохода и шагнула к столу. — Кекс еще будешь? — спросила у мужчины. Подложила ему на блюдце шахматный кекс и облизнула палец. — А ты давай, рассказывай, Надя.
Пожала плечами и выскользнула в коридор.
— Что тут такое? — шепотом спросила у Веры.
— Люба на работу ко мне заявилась, — негромко ответила сестра и сонно потерла глаз. — И черте что там устроила. Мол, ты где-то по притонам пропадаешь. И если не вернуть тебя домой — что-то случится. Она столько наболтала в этих своих ток-шоу… почему у тебя телефон выключен?
— Не знаю, — похлопала себя по джинсам. — Сел, наверное. Но я же ей объяснила, — возмутилась. — У Яны день рождения. И родители сняли ей большой дом для праздника.
— А футболка почему на левой стороне?
Посмотрела на свою футболку, которую второпях надевала в машине Хаза и покраснела.
Ну как тут объяснить…
Просто на левой стороне. Ладно хоть джинсы вывернула.
— А это от кого? — Вера потрогала сломанную розу.
— Это подарок, еще вот, — смущенно улыбнулась и открыла пакет с новой кружкой. — Симпатичная?
Достала белую кружку. Совершенно обычная, без всякий надписей, рисунков. Но знаю — что он ее купил, как обещал — и восторга сдержать не могу, как ребенок.
— Очень красивая кружка, — Вера подавила улыбку. — У тебя парень появился?
— Да.
— Из института?
— Что делать-то будем? — в проеме кухни выросла мрачная Люба. — Я думаю, родителей не стоит посвящать в наши проблемы? Зачем их волновать?
— Проблем у нас никаких нет, — возразила и резко повернулась. Смело встретила ее взгляд. — Пойти на день рождения — не преступление. А вот тебе лучше бы не трепать языком с журналистами.
— Слышишь, как она со мной разговаривает, Вер? — усмехнулась Люба.
— Так, всё, — Вера потянула меня в сторону, — Надя дома, с ней всё в порядке. Я поехала в больницу, у меня смена, между прочим. Вы остаетесь? — покосилась она на Ильдара, что распивает чай. — Приятно познакомиться, — бросила ему и двинулась в прихожую.
— Я, значит, по притонам шляюсь, — шепотом пожаловалась Вере, пока она обувалась. — А сама притащила к нам в квартиру незнакомого мужчину. Тот кекс я нам с тобой покупала. А он почти все съел.
— Утром забегу в магазин и новый куплю, — улыбнулась сестра. Обняла меня за плечи и заглянула в глаза. — Надюша, да ты просто светишься. Влюбилась?
— Похоже, — мне жарко. И словно что-то подбрасывает изнутри. На месте оставаться не хочется, мне надо двигаться.
Я бы сейчас музыку включила на всю громкость и танцевала. В новом белье. Ни разу его не надевала, хотя купила месяц назад.
Черный откровенный комплект.
Думала, что для Леши, но сомневалась.
Зато теперь представляю, как с меня снимает его Хаз. Зубами. И целует. И…
— Я побежала, утром мне все расскажешь, — Вера чмокнула меня в щеку. — С Любой не ругайся, ладно? Посидят и уйдут.
Вера выпорхнула за дверь.
Закрылась за ней и потопталась на месте. Закусила губу.
Для меня это ново — вот так болтать с сестрой. Непривычно еще. Ведь до того вечера в доме родителей сестры на меня не обращали внимания.
А сейчас нестерпимо хочется поделиться.
Вера старше, у нее больше опыта. Может, если я расскажу ей про Хаза… она что-то подскажет.
Нил уедет в воскресенье, со мной или без меня.
А я не в состоянии сама принять решение.
Достала сотовый из шубки. Демонстративно игнорируя Любу с ее поклонником, ушла в комнату. Поставил сотовый на зарядку.
Погладила бархатистые лепестки розы.
Если он уедет — я не смогу.
Потому, что — да, я влюбилась. Впервые в жизни. Раньше думала, что в Лешу была влюблена, но это совсем другое, не сравнить.
— Не звонили еще подружки? — в дверях показалась Люба.
— Нет, — буркнула и открыла ноутбук. Вера просила не ругаться, и я не буду, пусть средняя сестра и бесит меня.
— А то я вам там сюрприз устроила, — сестра прошла в комнату и присела на постель. Уткнулась в экран сотового. — Твоя Янка кучу фотографий выложила, с геолокацией. Я вот и думала. Самой к вам поехать или полицию туда вызвать? — рассуждает Люба.
— Ты к ним полицию вызвала? — не поверила. Развернулась на крутящемся стуле.
— От имени соседей, — подтвердила сестра. — Шум никто не любит.
Моргнула.
— Ты серьезно сейчас?
— Да, Надя, я серьезно.
— Зачем ты моей подруге день рождения испортила? — вскочила.
— А затем, — Люба тоже поднялась. Шагнула на меня и сощурилась. — У нас с тобой незакрытые счеты, сестренка. Я ведь не знала, что ты так быстро вернешься.
Мне или кажется. Или она сейчас про Нила говорит. Мы с ней не обсуждали то, что в доме случилось. Но мне и ее интервью журналистам достаточно было.
— Ты же сама тогда была виновата, — напомнила. — Тебя бы застрелили, Люба.
— Гордишься, что спасла меня? — она сделала еще шаг, и я машинально попятилась. Сестра на мой испуг хмыкнула. — Ох. Ты — глупый ребенок, Надя. Ничего не знаешь. Ничего не умеешь. Куда полезла? И радуешься чему, розе этой жалкой? Дешево себя продала, — припечатала она. И добавила. — Я видела, кто тебя привез.
Это таким убийственным тоном сказано, что у меня мурашки по спине побежали.
Сестра видела Хаза?
Видела — понимаю по ее лицу.
Впервые она на меня так смотрит. Словно я её враг.
— Ладно, цветок свой в воду поставить не забудь, — усмехнулась Люба и двинулась к выходу. — Мы с Ильдаром поехали. Спокойной ночи, Надюша.