— Иди сюда, врач, — позвал Веру Вадим. И пошел к брату.
Я осталась на месте, не могла шевельнуться.
Не хочу Хаза видеть.
В новостях его лицо мельком показывали,
Кажется, если войду в ту комнату, если увижу там преступника…
Это будет последним доказательством реальности.
Не выдумка и не сон.
— Ты, — Вадим выглядывает, покачивая пистолетом. — Чего застыла? Особое приглашение нужно?
— Я… Я сестру заберу сейчас, — наклонилась к Любе, постаралась подхватить её под руки. — Не оставлять ведь её здесь.
— Минута у тебя.
Мужчина ушел, а я дышать стараюсь. Взять себя в руки, не вызывая чужой гнев. Нужно слушаться их, тогда они могут отпустить нас. Так ведь?
Я вздрогнула всем телом, когда меня дернули за шубку.
Наклонилась к сестре.
— Беги за помощью, — шепнула она. Взгляд у Любы осмысленный и испуганный, и на миг показалось, что обморок она просто изображала.
— Меня же пристрелят, — ответила так же шепотом, покосившись в сторону гостиной.
— Вера их отвлечет, беги, — упрямо повторила Люба. — Или убьют нас всех. Надя. Давай.
Может, она права. Я сообразить не могу.
Это опасно — вот так злость мужчин вызывать.
Но Вера под прицелом, а Люба не сможет быстро бежать. У неё сотрясение может быть, едва в себя пришла.
Только я осталась.
И родители, которые непонятно где.
Если они не приехали ещё — я обязана их предупредить.
Я кивнула и сдвинулась на шаг в сторону выхода.
— Мне нужно таз с теплой водой, полотенце, — начала перечислять Вера, её голос проникал сквозь открытую дверь. — Спирт найди.
Я отступила к выходу еще, вся дрожала от страха.
Вадим сейчас выглянет и в меня выстрелит.
Я мысленно сосчитала до двух. И рванула на себя дверь.
Выскочила на улицу со скоростью поезда, у которого стоп-кран сорван, адреналин забурлил, закипела кровь. Я лопатками чувствовала прицел пистолета.
В доме что-то грохнуло, закричал кто-то.
Я должна была вернуться, помочь сестрам, но тело не слушалось. Я неслась вперёд, не останавливаясь. Вязла в сугробах, едва не упала, когда зацепилась за старую лавочку.
И таки упала, когда выстрел услышала.
Всё тело окаменело, я рухнула в снег. В ушах звенело от громкого хлопка, прикрыла лицо руками. Казалось, что за мной сейчас прийдут. Секунды вечностью тянулись, тишина стояла.
А Вадима всё не было.
Он не может брата оставить! Там мои сестры, он не рискнет. И Веру с Любой не потащит за мной, не справится. Я на свободе сейчас, нужно воспользоваться.
Я рывок сделал, добираясь до ворот.
Выскочила наружу.
Здесь воздух словно чище, пьянит, голова кругом идёт.
Осмотрелась, выбирая, в какую сторону бежать. Выстрел должны были услышать соседи, полицию вызвать. А я бросилась по привычному маршруту, к дому, где папин лучший друг жил.
И с размаху врезалась в стоящего за поворотом мужчину.
— Тише, куколка, — он дым в лицо мне выпустил, удержал от падения. — Держу тебя.
— Пустите! Сейчас же пустите!
Я завертелась в его руках, пока мужчина не отступил. Показательно руки вверх поднял, усмехнулся. В полутьме его не рассмотреть было, только огонёк сигареты и луна светили.
Только поняла, что лицо незнакомое.
Не Лев, не третий Хазов.
И выдохнула спокойно.
Я отряхнулась от снега, дернула шубку ниже.
— Мне помощь нужна! Телефон, позвонить.
— Связь сдохла из-за бури. С чем помочь надо, куколка?
— В полицию позвонить. Там… Там преступники! Хазовы, их полиция ищет. Нужно звонить. Они моих сестёр похитили. Пожалуйста, помогите мне.
Взмолилась, хватая мужчину за рукав куртки. Тот дернулся, но я не выпускала.
Нельзя время упускать.
Сестры там одни остались, ждут меня.
Я должна их спасти.
— Там действительно преступники! — он, наверное, не поверил мне. Решил, что я перепила или разыгрываю его. — Вы обязаны мне помочь!
— Прям обязан? Ну пошли.
— Куда?!
Незнакомец сделал шаг ко мне вплотную, а я — от него.
Ещё один.
Обернулась назад, на дорогу проверяя, а в следующую секунду оказалась в жесткой хватке. Мужчина крепко держал, не вырваться.
В лицо ударил запах табака и металла, легкие нотки ореха.
Взгляд уперся в подбородок, покрытый густой темной щетиной.
— Не боись, сейчас разберёмся. Пошли-пошли, спасу я тебя.
И под нос себе ругнулся, но я не разобрала ничего, только о семье что-то.
Я глянула в сторону, где дом знакомых, но мужчина уже уводил меня. Тянул за собой, а его ладонь горячая сквозь шубку обжигала.
Дрожь прошла по телу, собираясь внизу живота.
— Замерзла? Я щас согрею. Разберёмся с проблемами, и сразу тебя отогрею.
Что-то было в словах мужчины, от чего я смутилась. Интонация, которая совсем не похожа на ласковую. Нотки рычания в словах, злость непонятная.
Я едва поспевала за мужчиной.
Он тянул меня за собой, кажется, если бы я остановилась — даже не заметил.
Крупный. Высокий такой, а ведь у меня сапожки с каблуками. Я голову запрокинула, старалась рассмотреть его лицо. Впереди дом замаячил, тусклый свет ударил в глаза.
У меня появился шанс оценить спасителя.
Красивое лицо, мелкий шрам на брови.
Мужчина на меня посмотрел, так, что дыхание сперло.
Изучающе и с интересом явным.
А глаза у него темные-темные, едва возле зрачка светлеющие.
Я настолько залюбовалась им, что не сразу поняла, куда меня привели. Обернулась, пытаясь понять, где мужчина живёт.
И оцепенела.
Животный страх окутал.
— Зачем вы меня сюда привели?! — это ведь мой дом. Машина на месте, где мы бросили её. — Нет, надо убираться. Пока они не…
— Вот разберусь с братьями, куколка, и пойдём с тобой. Прямо в спальню и пойдём.
Сказал он.
И сердце ухнуло в пятки. Ведь это…
Это не спаситель, он и есть палач.
Монстр, которого сейчас ищет вся полиция города.
Хотела закричать, но прохладная мужская ладонь накрыла мои губы. Меня развернули, спиной прижали к широкой мужской груди. И грубо втянули в дом.