Дом с черными тюльпанами

Глава 6. Преображение

— Поехали. Опаздываем в салон. Бардак у них тут! Надо менять клинику! Ну ты как, Ась? — по возвращении осведомляется Дина.

— Нормально.

Я успокоилась, посидев в машине, но неприятный осадок от произошедшего в кабинете гинеколога, конечно, остался.

— Не переживай. Я разнесла эту тётку в пух и прах.

Поднимаю на неё взгляд.

— Тарасова Антонина Степановна. Новенькая, как оказалось. Приняли её в срочном порядке, потому как предыдущий врач неожиданно уволился. Клиентов не знает. Всего три дня здесь работает. Четвёртого не будет, — добавляет уверенно.

— Что это значит?

— Это значит, что она потеряла работу, — выдаёт на полном серьёзе. — Я только что разговаривала с госпожой Немцовой. Она позвонила руководству клиники. Вопрос решён.

— Вы…

Мне приятно, что за меня заступились, но такой ценой…

— Шутите, Дина?

— Нет, — отражает невозмутимо. — Запомни: никто и ни при каких обстоятельствах не может так обращаться с Немцовыми.

— Но я…

— Ты теперь тоже часть семьи.

— Хочешь сказать, из-за меня уволят человека?

Она кивает.

— Очевидно, что да. Тарасова — недалёкая дура и поплатится за своё невежество и хамство.

— Даже не знаю, что говорить в таких случаях… Благодарность будет странно звучать, учитывая итог.

— А не надо ничего говорить. Просто прими как данность.

— Неужели они настолько влиятельные люди?

— Даже не представляешь насколько влиятельные и богатые.

— Разве все тренера нашей страны живут в замках и летают на частных самолётах?

— Ну во-первых, госпожа Немцова — далеко не все, — делает ударение на последней фразе. — Она главный тренер сборной и президент Федерации фигурного катания.

— Это я знаю.

— А во-вторых, Эмма Багратовна жена бизнесмена — миллиардера. И этого уже достаточно для того, чтобы у тебя отпали все вопросы. Вань, вы помните о моей просьбе? — обращается к водителю.

— Да, Дина Андреевна. Вот как раз сейчас заезжать буду.

— Отлично. Ты умеешь хранить секреты, Ась? — подмигивает мне девушка, когда сворачиваем куда-то с главной дороги.

— Чужие секреты мне ни к чему.

— Это будет наш общий. Потому что мне знатно влетит, если ты меня сдашь. Держите, — передаёт Ивану свой телефон и карту.

Он пару минут спустя притормаживает у колонки и озвучивает оператору её пожелания.

— Очень давно хочу съесть что-нибудь запретное. Ты не против, если мы позавтракаем в машине по дороге, а не в ресторане? — Дина складывает ладони вместе, изображая знак мольбы.

— Ешьте где угодно, — пожимаю плечом.

— Что значит «ешьте»? Тебя тоже велено накормить как следует, ведь насколько мне известно, ты пропустила вчера ужин.

Не вопрос. Утверждение.

— Как вообще можно есть в такой обстановке? — вырывается у меня вслух и Дина смеётся.

— Ты привыкнешь.

— Вряд ли.

— Спорим, да?

— Очень в этом сомневаюсь.

— А я нет.

— Ваш заказ, — водитель передаёт девушке пакеты.

— Ура-ура! Ты, то есть вы, — исправляется быстро, — про себя не забыли, надеюсь?

— Не забыл, Дина Андреевна. Не беспокойтесь, — улыбается парень.

— А я и не беспокоюсь вовсе, — встрепенувшись, резко меняет тон она. — Всего лишь дань вежливости. Ясно?

— Ясно.

— Ну что, Ась, устроим тайный гастрономический разврат? — возвращается ко мне и принимается раскладывать еду на откинутый между нами столик. — У нас есть молочные коктейли, фри, картофель по-деревенски, наггетсы, креветки в темпуре, цезарь-ролл и бургеры. Не знала, что конкретно ты любишь.

— Фастфудом моё расположение «купить» хотите? — вырывается непроизвольно.

— Нет, — отвечает блондинка, не задумываясь. — Просто голодная как волк и подумала, что ты не станешь привередничать.

— Я вовсе не привередничаю.

— Ну да ну да, — цепляет картофелину и, закинув её в рот, довольно мычит. — Жаль, что я могу позволить себе это крайне редко, — вздыхает с сожалением.

— Почему?

— Боюсь растолстеть. Ежедневно столько усилий прикладываю для того, чтобы привести себя в форму.

— У вас прекрасно всё с формами, Дина Андреевна, — подаёт голос водитель и щёки блондинки розовеют.

— Скажите, пожалуйста, Иван, — она прочищает горло, — вы забыли правило номер три? — чеканит по слогам.

— Нет, я всё помню.

— Вот и прекрасно. Будьте любезны, следите за дорогой. Молча, — наказывает сердито.

— Как скажете.

— Супер. Если не хочешь фастфуд, Ась, то мы всё-таки завезём тебя в ресторан, — продолжает вести диалог со мной. — Перенесу салон на час. И плевать, что с десяток человек будут сидеть и ждать нас, да? — умело манипулирует.

Останавливаемся перед светофором и мой желудок предательски громко урчит, таким образом реагируя на запахи.

— Скажи, а ты когда вообще ела последний раз? — напрягается Дина.

— Позавчера, кажется, — призадумавшись, отвечаю.

С этим в детском доме были проблемы. Мне не хотелось лишний раз попадаться своим обидчикам на глаза.

— Кажется? Жуть! Ну-ка быстро кушай! — командует строго. — Нам сегодня нужно многое успеть. Ты должна твёрдо стоять на ногах, а не в обморок падать.

— Я не падаю.

— Вот-вот свалишься. Угощайся, мне одной ни за что столько не одолеть.

Я не хотела поддаваться на уговоры, но голод и здравый смысл, вступая в сговор, побеждают.

Выбор падает на цезарь-ролл с курицей.

— Молодец, — одобряет Дина.

Едим в тишине какое-то время, а потом я решаюсь.

— Вы… Не могли бы рассказать мне чуть больше о Немцовых. В смысле я, сидя за столом, так до конца и не поняла, кто есть кто.

— Секундочку, — она вытирает пальцы о салфетку. — У меня для тебя есть это, — забирает сумку с соседнего сиденья и достаёт оттуда коробочку с известным логотипом. — Держи. Теперь у тебя есть телефон. Распаковывай.

— Я… Не могу его взять.

— Почему? — хмурится.

— Он стоит целое состояние.

— Ася, привыкай к тому, что тебя будут окружать дорогие вещи, — сама открывает коробку, достаёт оттуда яблочный гаджет и включает его. — Сейчас я отправлю тебе файлы, с которыми ты ознакомишься, пока будут работать стилисты, — вкладывает мне его в руки.

— Стилисты? — моя очередь хмурится.

— Да. Мы будем подбирать тебе гардероб, но начнём не с этого. Начнём с преображения, — её глаза загораются предвкушением. — Ты готова?

— Нет.

Смеётся.

— Зато честно.

— Стричь и перекрашивать волосы я не стану, — наотрез отказываюсь.

Дина ухмыляется, обхватив губами коктейльную трубочку.

— Серьёзно. Если вы задумали что-то подобное, то я с места не сдвинусь! — предупреждаю.

— Знаешь, — Дина внимательно на меня смотрит, чуть склонив голову влево, — у некоторых членов семьи Немцовых были сомнения относительно вашего родства… Так вот: у меня никаких сомнений нет. Ты точно Немцова…

*********

В салоне я чувствую себя неуютно.

Мама всегда занималась собой сама. Да и мне причёски-макияжи перед соревнованиями мы тоже делали сами.

Становится дико не по себе, оттого что сейчас мной занимается целый отряд специалистов по красоте.

Один колдует над волосами, второй работает с педикюром, третий накладывает маску на лицо, четвёртый мучает мои брови.

Они то по очереди ко мне подходят, то со всех сторон обступают.

Особенный дискомфорт испытываю перед визажистом. Милая, улыбчивая девушка не задаёт вопросов, молча выполняя свою работу, но я точно знаю, что мои синяки и ссадины станут поводом для обсуждения после того, как мы покинем это заведение…

Долго сидеть в кресле тяжело, хоть и приятно. Клипы быстро надоедают, журналы мне неинтересны, брать к чаю конфеты из вазы я попросту стесняюсь.

А очень хочется. Давно я сладкого не ела.

— Закончила.

Смотреть в зеркало мне запретили, поэтому когда бровист, вдоволь поиздевавшись над моими несчастными, прежде нетронутыми бровями, удаляется, решаю не терять времени зря и ознакомиться с теми файлами, которые прислала мне Дина.

Это краткое досье на каждого члена семьи. С фотографиями.

Начинается всё с хозяйки дома, конечно.

Немцова Эмма Багратовна. Советская фигуристка. Заслуженный мастер спорта СССР. Заслуженный тренер. Российский государственный и общественный деятель.

Награждена медалью «Герой труда» и несколькими орденами «За заслуги перед Отечеством». Имеет почётный знак «За заслуги в развитии физической культуры и спорта» — за выдающийся вклад в повышение авторитета российского спорта на международной арене.

Там много всего. От почётной грамоты Президента до звания Лауреата Национальной премии общественного признания достижений женщин «Олимпия».

Если вкратце, всю свою жизнь Эмма посвятила фигурному катанию. Сперва каталась сама: трижды становилась лучшей на чемпионате СССР, дважды брала этот титул в Европе и один раз на чемпионате мира, но в восемьдесят первом году получила серьёзную травму и неожиданно для всех завершила карьеру.

После продолжительной паузы начала тренерскую деятельность и вот уже на протяжении многих лет её ученики приносят нашей стране победы на различных международных соревнованиях.

Тренируются они, между прочим, в Ледовом Дворце имени Немцовой, который отстроил Эмме её муж.

К слову, про личную жизнь. Эмма трижды была замужем. Собственно, третьим мужем и стал известный, состоятельный бизнесмен Лев Немцов.

На снимке рядом с ней стоит крупный, темноволосый мужчина с суровым взглядом и я вдруг понимаю: он — тот старик в инвалидном кресле.

Сейчас этот человек мало похож на себя прежнего.

Лев перенёс два инсульта.

Теперь крупной золотодобывающей компанией руководит его сын Сергей.

Получается, мой отец?

Удивительно, но им оказывается тот хмурый, молчаливый мужчина, который так и не поднял на меня взгляд за ужином.

У Сергея Львовича в биографии указан один единственный брак, с моделью Евой Титовой. Сейчас Ева является директором сети СПА-салонов «Eva beauty».

Нынешняя жена моего отца увлекается йогой, коллекционированием брендовых сумок и ретритами. Четыре раза в год летает на Мальдивы.

У пары двое детей: Марат и Мирослава. Разница в возрасте четыре года. Марату за неделю до моего появления в доме исполнилось восемнадцать. Мире на данный момент четырнадцать.

Про мою маму там ничего и близко нет.

Вскользь просматриваю информацию по ближайшим родственникам.

У отца есть сестра, Вита. Виолетта — та, острая на язык дама с короткой стрижкой. В профайле указано, что она, как и мать, тренер, а вот муж её, Вениамин Фролов — художник и поэт.

Что до Нины (речь о старушке, пытавшейся рассказать про расклад Таро) — это родная сестра Эммы, которую последняя забрала к себе из Болгарии.

Теперь всё относительно ясно.

Добираюсь до Мирославы.

Учится в школе. Тренируется в центре Немцовой. На первенстве страны в позапрошлом году была третьей и пока это её лучший результат.

Увлечения: вокал, моделинг, блоггинг. Любит путешествовать.

Перелистываю дальше.

Марат.

Почему-то сердцебиение резко учащается, когда я начинаю читать о нём.

С раннего детства увлечён хоккеем.

Успешная юношеская спортивная карьера.

Капитан команды.

Несколько лет жил и тренировался в Канаде, обучаясь в частной школе.

Три последних года живёт в России. Выпускается в этом году.

Знает три языка.

Блестяще играет в шахматы.

Умеет водить машину и мотоцикл.

Умеет… Стрелять?

— Омар, помнишь, мы как-то подстригли Маратика под Эминема? — раздаётся над левым ухом и я понимаю, что кое-кто поймал меня на том, что я слишком долго разглядываю внука Немцовой.

Смутившись, выключаю экран.

— Такое сложно забыть, Сабиночка, — отвечает коллеге парикмахер. — Там же у нас обесцвечивание было помимо короткого ёжика.

— Не напоминайте про этот ужас, — подключается к беседе Дина, клацающая ногтями по планшету.

Омар смеётся.

— Ему было четырнадцать, Ась, — зачем-то объясняет мне блондинка. — Приехал домой на лето. И это надо было видеть. Драные хулиганские штаны, висящие на жопе, безразмерная футболка с черепами, снэпбэк, кроссы-тракторы, цепи до живота. Я думала, Эмму Багратовну Кондратий хватит.

— Подростки… Всё хотят перепробовать.

— Иногда лучше не надо, — возражает Дина.

— Да брось, ему даже шло, — спорит с ней Сабина. — Марат у нас в любом виде красавчик.

— Бесспорно. У него идеальные черты.

— Подлецу всё к лицу, — кивает мужчина.

— Ну нет, — не соглашается помощница Немцовой. — Слава Богу, что это дурацкое увлечение рэпом прошло так же быстро, как началось. И слава ему же, что с тех пор мы видим привычного нам Марата.

— Зато Мира эстафету переняла, — говорит визажист, порхая кистью по моим скулам.

— Ещё раз вы сделаете ей розовые пряди — вылетите с работы, — сообщает Дина, продолжая печатать.

— Мы думали, это согласовано.

— Разумеется, это не было согласовано. Девчонка солгала, — цедит сквозь зубы. — Возвращаясь к нашему разговору, вы ни за что не переубедите меня: в большинстве случаев кардинальные перемены заканчиваются неудачными экспериментами. Природа даёт человеку лучшую из комбинаций. То, что гармонично и выигрышно смотрится.

— Мы ни в коем случае не будем переубеждать тебя, Диночка. Скорее даже наоборот. Наша Асенька тому пример. Мы просто подчеркнули её природную красоту.

— Готово?

— Да, можете принимать результаты работы.

Краем глаза замечаю, что на часах уже шесть.

Они пол дня на моё преображение потратили!

— Готова себя увидеть? — Дина, в секунды оказавшаяся рядом, смотрит на меня и широко улыбается.

— Не знаю, — отвечаю честно, ощущая резко подступившее волнение.

Блондинка медленно разворачивает меня к зеркалу, а вся команда замирает в ожидании того, что я скажу.

Поднимаю взгляд. Смотрю на своё отражение и поверить не могу в то, что это действительно я…