Глава 26

Тушуюсь и, не глядя на мужчину, передаю ему лейку.

— Вам с чем пироги делать? Ягоды, грибы или с мясом?

— Мясо! — хором отвечают Таи и Ева.

Кивнув, убегаю в дом и перевожу дыхание. Как мне удержаться? Как не заиграться и не поверить, что такая жирная корова, как я, достойна семейного счастья? И такого потрясающего мужчины… И чудесной дочки!

Глотаю слёзы и раскатываю тесто для пирогов.

В дом входит Таир.

— Ева собирает цветы, — со смехом сообщает мне. — Хочет сделать Мерседес венок. Я взял с дочки слово, что она не выйдет за ограду.

На нём шорты и офисная рубашка, на которой он закатал рукава. Покосившись на мускулистые предплечья мужчины, перевитые узором выступающих вен, невольно прикусываю нижнюю губу. Мужественность и забота — убойное сочетание. Не понимаю, почему жена бросила их с дочкой. Очень хочу узнать всю историю, но не осмеливаюсь спросить.

— Тебе помочь? — неожиданно предлагает Таир, и у меня тесто выпадает из ослабевших пальцев.

— А?

Мужчина усмехается и, приблизившись, шепчет:

— Странно выкать женщине, которая видела меня без исподнего. Не считаешь?

Казалось, сейчас моя стеснительность проявит себя во всей красе. Стушуюсь, зардеюсь и сбегу. Хорошо, если не затопчу по дороге самого Таира. Но что странно… В меня словно чёртик вселяется! Вместо того чтобы краснеть, я бойко отвечаю:

— Тогда и я буду общаться без формальностей. Странно выкать человеку, который видел меня верхом на корове!

Таир улыбается, и вокруг его глаз снова собираются лучики-морщинки. Мне это так нравится, что хочется прикоснуться, но я опускаю взгляд и беру тесто.

— Поможешь?

— Что делать, — деловито уточняет Таир и встаёт за моей спиной. Заперев меня в ловушку своих длинных рук, опирается о стол: — Приказывай.

— О, — едва дышу я. — Городской босс позволяет повелевать простой дояркой? Этот момент стоит запомнить.

— Я так точно не забуду, — шепчет он мне на ухо.

Ощущаю спиной жар мужского тела и не знаю, что и думать. Беру в руки скалку и раскатываю кусочек теста:

— Таир, скажи честно. Тебе нравятся полненькие женщины?

— Не уверен, — мурчит он и, положив ладони на мои руки, помогает раскатывать. — Но знаю точно, что мне нравишься ты.

По спине бегут мурашки, сердце отчаянно колотится, и я едва могу прошептать:

— Опять меня дразнишь?

— Нет, — серьёзно говорит мужчина. — Я честен с тобой. Думаю, это любовь с первого взгляда.

«Любовь», — набатом звенит в голове.

— Не могу сказать, почему, но ты мне понравилась сразу, как увидел, — с теплом в голосе заканчивает Таир.

— До того, как ты меня бабкой назвал, или после? — нарочито смеюсь я.

— Всё потому, что я не стал брать в деревню линзы, — виновато ворчит мужчина.

На миг позволяю себе поверить в сказку и насладиться теплом этого невероятного мужчины. Представить себя его женой и мамой шаловливой девочки. Ева появляется на пороге, будто ощущает, что я о ней думаю. Таир ничуть не смущается, продолжает «помогать» мне, обнимая со спины.

— Я тоже хочу! — подбегает Ева.

Но стоит ей коснуться стола, как одна из четырёх ножек ломается, и посуда съезжает на пол. Щи разливаются по комнате зелёным морем, светлые островки теста шлёпаются, забрызгивая всё вокруг. Девочка замирает, глядя на нас огромными невинными глазами, а потом выпаливает:

— Это не я!

Загрузка...