Доярка для босса с ребёнком (СИ)

Глава 8

Сажаю малышку за стол и, присев на корточки, внимательно осматриваю её руки и ноги:

— Ты не поранилась?

— Нет, — она мотает головой и тут же заявляет: — Это не я! Оно само!

— Разумеется, — обречённо вздыхаю я.

Судя по началу, к концу странного отдыха большого босса из города от деревни «Вперёд» и камня на камне не останется. Мне всё равно придётся искать себе новое жильё. И Мерседес, и козочкам…

— Ты любишь творог? — хлопоча на кухне, спрашиваю девочку, которую боюсь упускать из виду даже не секунду. — Ещё есть сыр.

— Не зьнаю, — коверкает она слова. — Молока хочу!

— Сейчас вскипит, — указываю на кастрюльку, — остужу и налью в кружку. Хочешь, пока почитаю?

— Про Мерседес? — радуется она и тут же спрашивает: — А на корове можно покататься?

— Теоретически можно, — задумываюсь я. — Мерседес очень спокойная и не пугливая. Будешь себя хорошо вести, попробуем.

— А как это? — неожиданно интересуется ребёнок. — Как хорошо себя вести?

— Не знаешь? — удивляюсь я и загибаю пальцы: — Не ломать заборы, сараи и дома!

— Это не я! — тут же кричит девочка.

Кажется, начинаю понимать, почему ребёнок неуправляемый. Похоже, её воспитанием никто не занимался. Осторожно интересуюсь:

— А почему вы с папой вдвоём приехали? Где твоя мама?

Внезапно малышка затихает, взгляд её становится пустым. Придвинув к себе чашку с молоком, от которого поднимается парок, Ева начинает дуть, пока не появляется пенка.

В этот момент в дом входит Таир. С волос капает вода, обнажённый торс сверкает капельками воды в лучах солнца, очки запотели, и это так мило, что сердце ёкает в груди.

— Есть полотенце? — хрипло спрашивает мужчина.

— Да! — вскакиваю и, стараясь не смотреть его на мокрые брюки, в которых Таир и мылся, иду к старому сундуку. Достаю одно из полотенец, купленных бабой Полей ещё во времена молодости, протягиваю, не глядя: — Вот.

— Спасибо, — он начинает вытираться и спрашивает Еву: — Вкусно?

— Нет, — не отрываясь от чашки, бурчит девочка.

— Пьёт, значит, нравится, — посмеиваясь, шепчу я. — Иначе чашка оказалась бы там же, где пирожок. На полу!

Но Ева всё слышит.

— Это не я! — стукнув пустой чашкой по столу, кричит она.

А мне уже смешно.

— Да-да, это корова хвостом махнула, — весело говорю ей и спрашиваю у мужчины: — Скажите честно, вы приехали сюда спрятаться после того, как Ева разрушила детский сад?

Шучу, конечно! Но злиться или удивляться сил уже не осталось.

— Вы слышали об этом? — серьёзно уточняет Таир.

Поперхнувшись, я кашляю, а он садится за стол и придвигает к себе кастрюльку с остывшим молоком и залпом осушает. Отставив, устало смотрит на меня снизу вверх:

— Я не знал, что делать. Однажды оказалось, что моё имя в чёрных списках агентств по найму нянь и гувернанток не только нашего, но и близлежащих городов, и я устроил Еву в городской детский сад. Несколько дней было тихо, секретарь отвозил и привозил мою дочь. Казалось, всё наладилось, никто не звонил и не жаловался, но вчера…

— Это не я! — вмешалась Ева и разревелась: — Почему мне никто не верит?!

Мы с её папой стараемся успокоить девочку.

— Я тебе верю, — желая утешить малышку, горячо убеждаю её. — Сама такой была. Чего ни коснусь, всё в руках горело. Люди даже говорили, на мне проклятие! А вот баба Поля сказала, что это простое невезение. И добавила, что за всё невезение когда-нибудь очень сильно повезёт. Так и случилось!

Улыбаюсь, вспоминая, как добрая бабушка предложила остаться у неё жить. Первое время я вздрагивала, от людей пряталась, но постепенно это прошло. Еве повезло, что при всём невезении у неё богатый влиятельный отец. Меня же никто не защищал, кроме чужой бабушки.

Девочка, кажется, мне верит и успокаивается. А её отец делится:

— Вот и я вчера вспомнил о Пелагее Гавриловне. Когда впервые приезжали к ней, Ева была крошкой. У неё постоянно болел животик, и никакие лекарства не помогали. Но на руках бабы Поли она не плакала. Мой друг говорил, что она экстрасенс, но я в такие вещи не верю. Но…

— Иногда, когда жизнь уходит из-под ног, нужно во что-то поверить, — заканчиваю за него.

И в этот момент мы становимся ближе. Всего на один миг что-то объединяет толстую деревенскую доярку и большого босса из города. Что-то тёплое и приятное, как подогретое козье молоко.