Доярка для босса с ребёнком (СИ)

Глава 4

Дикий визг разливается по дому, и я, бросив всё, вбегаю в комнату. Так и замираю от открывшегося зрелища. Таир стоит в одних трусах и на вытянутых руках держит извивающуюся дочь. Взгляд тут же притягивается к крепким бицепсам мужчины. Они будто живые змеи перекатываются под загорелой кожей, завораживая меня.

Таир словно вылеплен талантливым скульптором, и его идеальное тело потрясающе красиво! Широкие плечи, напряжённый торс и кубики пресса, которые я лишь на фото видела. Мощные бёдра, крупные икры и привлекательные стопы.

Как стопы могут быть привлекательными, для меня остаётся загадкой, но при взгляде на ноги Таира других мыслей просто не возникает. У мужчины даже пальцы на ногах красивые! Отмечаю, что второй пальчик длиннее большого.

«Палец Мортона», — вспоминается мне.

Или, как ещё это называют, греческая стопа. Такое строение встречается у каждого десятого и, как правило, не причиняет дискомфорта. Считается, что мужчина с таким строением будет под каблуком у жены, но я не представляю, что Таир может быть подкаблучником.

«Кстати, а где его жена? — задаюсь неожиданным вопросом, — Почему он приехал в деревню только с ребёнком? Занята? Или?..»

— Добродея! — рявкает Таир, отвлекая меня от потока мыслей. — Вас так сильно испугал вид моих трусов?

— Что? — растерянно моргаю и мотаю головой: — Нет, конечно. Что я, трусов не видела?

«Таких действительно не видела, — отмечаю, глянув на плавки мужчины. — Ого, какой бренд! Да эти труселя стоят, как весь мой гардероб!»

Не говоря о том, что подчёркивают всё, что скрыто тонкое шёлковой тканью. И снова я думаю о жене Таира, на этот раз отчаянно ей завидуя.

— Почему вы застыли? — перекрикивая плач девочки, одёргивает меня мужчина. — Разве не собираетесь нам помочь?

— Чем помощь? — едва ворочаю языком, всё ещё находясь под впечатлением от близости такого шикарного представителя сильной половины человечества.

От него даже аромат приятный исходит! Перебивая запах навоза, меня окутывает дымка свежескошенной травы и морской соли. И сразу мысленно выстраивается картинка, как Таир стоит посреди поля клевера и, широко замахиваясь косой, срезает под корень сочную зелень. Он обнажён по пояс, а на загорелой коже, под которой бугрятся мышцы, блестят капельки пота…

— Хотя бы подметите осколки! — вырывает меня из грёз злой мужской голос.

Вздрогнув, наконец могу отлепить взгляд от этого Аполлона и опускаю голову, глядя под ноги. Ахаю в ужасе — вокруг всё усыпано осколками битой посуды. И, заметив распахнутые створки старенькой горки, шепчу:

— Это же был любимый сервиз бабы Поли!

Но горевать некогда — Таир стоит босиком, а его дочь визжит, не переставая и извивается. То ли испугалась, то ли поранилась. Хватаю веник и принимаюсь подметать. Сгребая звенящие осколки в сторону, первым делом освобождаю мужчине путь к кровати, на которую тот садится.

— Ева, — поставив дочь на колени, Таир заглядывает девочке в глаза. — Где больно? Покажи!

Малышка постепенно успокаивается и, крепко обняв папу за шею, только всхлипывает. Таир внимательно осматривает дочь, но, судя по всему, она не пострадала.

— Баба Поля очень берегла этот сервиз, — заметая осколки на алюминиевый совок с высокими бортиками, сообщаю я. — Ручная роспись… Видите берёзки? Впрочем, уже не понять, что здесь было нарисовано. Что случилось?

— Это не я! — неожиданно громко вскрикивает Ева и смотрит на меня злым волчонком.

— А кто тогда? — хмыкаю я и сваливаю осколки в мусорное ведро. — Твой папа?

— Я оплачу ущерб, — сурово вмешивается Таир.

— Не нужно, — внимательно осматривая пол в поисках упущенных осколков, я качаю головой. — Бабушке Пелагее деньги уже не нужны. Мне лишь жаль, что память, которая осталась после неё, превратилась в груду бесполезных осколков.

Мужчина давит меня тяжёлым взглядом:

— Бабушка умерла?

— Год назад, — тихо сообщаю я. — Вы не знали?

Таир отрицательно мотает головой и невпопад говорит:

— У вас голоса чем-то похожи. И комплекция.

— Да, я толстая, — обиженно отвечаю ему. — И голос старый. Спасибо, что сообщили мне об этом!

Резко выдёргиваю пакет из ведра:

— Отнесу мусор… Ай!

Ощутив внезапную колющую боль, роняю пакет и смотрю на струйку крови, скользящую по пальцу. Таир вмиг оказывается рядом со мной и хватает за запястье. От близости потрясающе привлекательного и полуголого мужчины сердце начинает отплясывать джигу.

Но Таиру этого будто мало! Он вдруг наклоняется и легонько дует на ранку, едва не касаясь кожи твёрдыми красиво очерченными губами.

У меня едва ноги не подкашиваются!