Глава 73

Фрося обвела настороженным взглядом помещение, скользя глазами по обстановке и лицам — на неё, со своей стороны, уставились, сидевшие на нарах, два десятка женщин разного возраста и вида.

Фрося прислонилась спиной к дверям и затравленно смотрела на тесные своды камеры для такого большого количества людей.

В одной из женщин она узнала ту молодуху из камеры предварительного заключения, которая хотела силком отобрать у неё свитер.

Безусловно, и та сразу же узнала Фросю и что-то быстро шептала какой-то заключённой, сидевшей на нижних нарах возле стола, плотно придвинутого к стене с решётчатым окошком под потолком.

Не успела Фрося, как следует оглядеться и выбрать подходящую линию поведения, как старая знакомая с разбитыми губами вдруг поднялась со своих нар, и двинулась в её сторону.

Она не спеша подошла к Фросе и воинственно уперев руки в бока, стала напротив в метре от неё, мерзко осклабилась и вдруг, плюнула в лицо:

— Что сучара, я тебе же говорила, мы ещё встретимся, а, ну, шементом скидывай свой свитерок и лопари у тебя гожие, тоже скидывай, а может тебе помочь.

Фрося тщательно рукавом свитера вытерла плевок.

Надо было срочно что-то предпринять, если она сейчас покажет свою слабость, то её растопчут эти урки, как букашку.

Она твёрдо решила, пусть изобьют, но она добровольно с вещами не расстанется.

— А ты попробуй сними, ведь уже пробовала, что забыла или морда твоя поганая уже зажила.

От резкого отпора Фроси, старая знакомая несколько растерялась, но оглянувшись, увидела, что к ним медленно приближаются две молодые женщины приблатнёного вида и тут же воспряла духом.

— Послушай бикса, ты зря пасть разеваешь, я посмотрю на тебя, когда ты будешь мне и другим колёса лизать, а, ну, скидай шмотки.

И не успев ещё договорить, неожиданно схватила Фросю руками за горло и начала яростно давить.

Раздумывать было некогда и Фрося изловчившись, со всей силы всадила нападающей коленом в живот.

Получив страшный удар, молодуха скинула руки с горла, согнулась и схватилась за раздираемое болью место, и тут же, Фрося с размаху ударила кулаком ей в лицо.

Рука у Фроси по-прежнему была очень сильная, привычная к тяжёлому физическому труду, что и прочувствовала на себе напавшая на неё заключённая.

Она вначале осела на пол, а затем, рухнула без сознания, завалившись на спину.

У Фроси мелькнула дурацкая на этот момент мысль — а мой Сёмка сейчас бы гордился матерью.

Но посторонние мысли быстро отхлынули от сознания Фроси, потому что две приблизившиеся к этому времени к месту драки уголовницы, не решительно замерли на месте, переводя взгляд с Фроси на лежащую на полу напарницу и обратно.

Фрося со своей стороны также оценивала создавшуюся обстановку — безусловно, в камере были не все блатные и с этими двумя прошмыговками она как-нибудь справится, но, что дальше, ведь, в конце концов, изобьют до потери сознания и, что она этим докажет, останется без вещей, а ещё и увеченная.

В это время к ним приблизилась та здоровенная баба, с которой накануне шепталась, медленно приходящая в себя поверженная Фросей.

Следом за ней двинулись ещё три женщины, ситуация принимала кровавый для Фроси оборот.

Фрося поняла, что эта здоровая баба была в этой камере явным авторитетом.

Именно, от её слова зависело, будет ли с ней расправа или оставят в покое.

На последнее она уже не могла рассчитывать, потому что её окружили со всех сторон жаждущие мести товарки поверженной ею противницы.

Всё было не на её стороне, только за спиной оставалась дверь, но повернуться и стучать, звать на помощь она не успеет, да и придёт ли она, эта помощь.

Авторитетная баба и Фрося не сводя друг с друга взгляда примерялись к обстановке.

После не долгого молчания, атаманша сквозь зубы спросила:

— Откуда будешь бобриха, авторитет имеешь или без крыши решила обороняться, ведь не таких здесь обламывали.

— Я не понимаю о чём ты мне говоришь, но почему я должна этой шмокодявке свои вещи отдавать.

Вступив в разговор со здоровой блатной бабой, отвечая ей, Фрося несколько отвлеклась и не заметила, что поверженная ею поднялась на ноги и приблизилась с боку.

Со страшным визгом, она вцепилась Фросе ногтями в лицо, а следом за ней бросились в драку и остальные, нанося суматошные удары по голове, плечам, животу и спине.

Фрося стояла пригнувшись, закрыв лицо и живот руками.

Отвечать на сыпавшиеся со всех сторон тумаки было бесполезно, нельзя было раскрываться и подставлять особо уязвимые места.

Нападавшие в своём рвение больше мешали друг другу, но некоторые удары были достаточно болезненными.

Фрося не кричала и не звала на помощь, а подыскивала подходящий момент для решительной контратаки.

Вот, бы ей добраться до той главной отвратительной толстой бабы, но на это нельзя было рассчитывать, потому что та не принимала участие в избиении, а с ехидной улыбкой наблюдала со стороны.

В голове у Фроси уже мутилось от частых ударов, лицо горело от прогулявшихся по нему ногтей, на теле казалось не было живого места, ещё немного и она упадёт и Фрося решилась атаковать.

Двумя ладонями схватила первую попавшуюся руку и не обращая больше внимания на сыпавшиеся со всех сторон на неё удары, упёрла локоть пойманной руки о колено и надавила всей тяжестью своего не худого тела.

Раздался хруст, а следом дикий раздирающий душу и слух дикий крик боли.

Мгновенно все участвующие в драке женщины разбежались по своим нарам, возле дверей осталась стоять одна растерзанная Фрося, а на полу возле её ног лежала и корчилась, и страшно выла от боли с вывернутой под неестественным углом со сломанной в локте рукой молодая блатная.

Дверь в камеру резко распахнулась, на пороге стоял дежурный охранник:

— Что здесь происходит, в карцер захотели?

Со своих нар подобострастно ответила авторитетная баба:

— Не переживай начальник, девочки немного повздорили, сейчас всё уладим, вот только Зинульке нужна, похоже, медицинская помощь, ручку бедняжка о парашу побила, кажется сломала.

Безусловно, охранник сразу же оценил обстановку в камере.

Подобное происходило постоянно и повсеместно, но часто новичка быстро обламывали, а эта бабёнка решилась постоять за себя и похоже, неплохо справилась.

Хотя видно, что и ей тоже изрядно досталось, но по всем признакам во враче особо не нуждается.

Пока подоспевшие другие охранники уводили в санчасть девушку с переломанной рукой, Фрося, следуя строгой команде, проследовала вглубь камеры, чтоб занять какие-нибудь свободные нары.

Она шла в глубь камеры с высоко поднятой головой, раздираемая страшной болью во всём теле и понимая, что выигран только первый раунд, а бой ещё продолжается.

Загрузка...