Хозяин. Барин

Глава 46

— Почему я тебе должна помогать? — надменно вскидывается Стефания. В широких брючках и толстовке оверсайз она похожа на девочку подростка, только со свадебной прической и кольцами на тонких пальчиках.

— Фанечка, — обнимает ее за плечи муж. В такой же точно толстовке с надписью «Только поженились!», с узким золотым ободком на безымянном пальце. А в глазах счастье плещется. Что бы там кто не говорил, а Славка действительно любит Стефанию.

Такой взгляд ни с каким другим не спутаешь. Глаза не врут.

— Вот видишь, какое кольцо, — протягивает ко мне руку Юрина дочка. — Это папа подарил мне на свадьбу. Тут два карата. Очень дорогое…

Обалдело глазею на идеально круглый булыжник в платиновой оправе. У моей бывшей свекрови есть похожее.

— Ну и что? — пожимаю плечами. — Я тебя попросила нам помочь из имения выбраться. До заправки довезти. Там нас подхватят…

— Интересно кто? — хмыкает Стефания. Складывает ручки под грудью. Словно запирается от меня. Но меня и так все устраивает. Чем дальше от Мыши, тем лучше.

— Если я тебя возьму с собой, что мне за это будет? — улыбается она надменно. Глумится в своей барской прихоти.

— Ничего, — пожимаю плечами. — У меня ничего нет, Стеша. Даже не знаю, как с тобой расплатиться. Видимо, зря я пришла сюда, — разворачиваюсь к выходу.

Впиваюсь зубами в нижнюю губу, пытаясь не разреветься прямо тут, перед лицом наглой мажорки.

— Всего хорошего, — бросаю напоследок. — Мне от тебя точно ничего не надо. Я ошиблась. Думала, в тебе хоть что-то человеческое осталось…

— Ты тут не очень-то, — нахально огрызается Стефания.

— Нет, ну вы только поглядите! — всплескивает руками баба Тая. — Ну нормальная же девка росла. Жалостливая. Котят домой волокла, щенков вон у отца лечила. Какой бес в тебя вселился, а? Душу дьяволу продала, что ли? — наступает гневно.

— БабТая… Я… — шмыгает носом Стефания. — Я просто терпеть не могу Лиду. Она двуличная…

— А ты жестокая! — уперев руки в боки, наступает Таисия.

— Тетя Тая, пойдемте, — лепечу от порога.

— Погоди, — мотает она головой. Тычет толстым, как сосиска, пальцем в птичью грудку Стефании. — Ты забыла, как за мамкой плакала?

— Помню до сих пор, только не понимаю…

— Твой отец у Лиды дочку отобрать хочет, — шепчет старуха. — Просто помоги людям уехать…

— Но папа… — пытается возразить Стефания и осекается на полуслове. Видимо, вспоминает что-то. Понимает, что Юра может.

— Ладно, — соглашается она нехотя. — Я помогу. Что только не сделаешь, только бы тебя у нас дома больше не видеть. Иди сюда, — театрально подзывает меня пальцем.

Словно в чаду подхожу к окну, у которого застыла Стефания.

— Вон беседку видишь? — показывает она на белеющую возле реки рыбачью сторожку.

Юра у нас и рыбак, и охотник.

— Жди нас там с дочерью примерно через полчаса. За рулем Слава будет. Я охрану попрошу у крыльца остаться. Пока папу ждать будем, захочу с домом попрощаться. Я — невеста, мне можно, — добавляет насмешливо и неожиданно впивается в меня внимательным змеиным взглядом. — Если ты удерешь, папа не простит. Он ни за одной телкой не гонялся. Потом на себя пеняй, если что, — улыбается мерзко.

А я ее еще жалела! Змея подколодная!

— Да, я все понимаю, — киваю совершенно спокойно. — Ты меня не подведешь? — буравлю строгим взглядом. Нервничаю ужасно. Довериться Стефании — как самой себе в лицо плюнуть.

— Не беспокойтесь, Лида. Мы не подведем, — доносится из-за спины хриплый голос Славки. — Я сам поведу машину.

— Слава… Папа…

— Молчи, — мотает головой Стешкин муж. — Тут никто не арестован. Имеет полную свободу передвижения. Встретили случайно. Нас попросили подвезти. В чем проблема?

— Да, ты прав, — нерешительно кивает Стефания и зыркает на меня недовольно. — Не тормози, Лидочка. Мы тебя точно у сторожки ждать не будем.

— Хорошо, — бегу со всех ног обратно к дочери и больше всего боюсь напороться на Юру. Сворачиваю из боковой галереи в центральную часть.

Медленно крадусь вдоль балкона, выходящего в нарядный холл. Цепляю взглядом люстру и слышу доносящийся снизу раскатистый бас Лютова.

— Да сделаем тест. Не беспокойся, тетя Тома. Все будет, как я сказал. В этом доме мое слово закон.

«Хорошо, что я уезжаю», — наклонившись, бегу к себе.

— Все получилось? — несется ко мне Милена, стоит только войти в Юрины апартаменты.

— Да, нас вывезут из имения. А вы на заправке подхватите, — шепчу, обнимая подругу.

— Тогда идите, — крестит меня Милочка. — И я пойду.

— Скажи, мы спать легли, — подмигиваю ей.

— Обязательно, — улыбается она. И уходит. А я иду к Анечке. — Мы с тобой сейчас поиграем. В догонялки. Хочешь? — сажусь на корточки рядом.

— Хоцю, — кивает она. — С зайкой? — сует мне в лицо своего зайца.

— Да, и зайка с нами, — целую дочку. Вдыхаю родной запах и точно знаю, я ее никому не отдам. Ни за что! Ни при каких условиях!

А сумасшедшие бабки и их сторонники пусть в баню идут.

— Тогда пойдем, — подхватываю малышку на руки. Сглатываю слезы. Мельком кошусь на собственное отражение в зеркале.

Зря я костюм не переодела! Если утром он мне казался самым красивым, то сейчас раздражает своей аляповатостью и глупыми воланами.

Зачем я только доверилась Юре? Зачем? Я ему точно не пара.

— Готова? — вплывает в детскую баба Тая. — Беги, пока Стешка не передумала… — машет она рукой.

— А вы?

— А что я? Запрусь тут и буду спать.

— Зачем?

— Нужно же тебе фору дать. Юрка дверь подергает и пойдет к братьям. А когда хватится, ты уже к Москве подъезжать будешь.

— Спасибо! — обнимаю старушку. — Наверное, мы никогда не свидимся, — целую в щеку. — Но я вас буду помнить…

— Что ты такое говоришь? — стукает меня по плечу бабулька. Целует в щеку как маленькую. — Юрка у нас мужик суровый. Но он тебя любит, а значит, вернет…

— Любит, как же! — ворчу себе под нос до самой сторожки. Вместе с Анечкой сажусь на низкую лавочку. Жду. Ребенок мой рисует фигурки на мокром песке. А я пытаюсь унять накатывающую волнами дрожь.

А ну как Стефания сдаст меня отцу и не приедет?