Хозяин. Барин

Глава 55

— Тогда почему глаза на мокром месте? — прижимаю к себе любимую. В груди екает так нехило. Душа наполняется вселенской радостью.

Ребенок. Мой и Лидин. Я уж и не чаял. Даже не загадывал. Внуков ждал. Хотя от Стешки дождешься.

Утираю мокрые дорожки с щек, целую в лоб, в висок и выдыхаю, даже не успев подумать.

— Так… Значит, со свадьбой затягивать не будем. Из Москвы вернусь, и распишемся. Сейчас Тоху отправлю в наш местный ЗАГС. У него там родня работает.

— К-какая родня? — недоумевающе глядит на меня Лида. То есть по другим пунктам вопросов нет.

— Ну, какая? — хмыкаю я. — Первая любовь. Сходит, договорится. Денег даст…

— Погоди… А как же платье? Туфли? Или мне в костюме новом идти? — спохватывается Лида. Вскакивает нервно, бегает по спальне.

Смешная такая. Нежная.

— Да ладно! Закажи прямо сейчас на сайте. Карту я тебе оставлю. Заеду потом, заберу твои покупки. Себе и Анечке выбери что-нибудь. Бюджет неограничен. А костюм этот розовый я лично сожгу, — добавляю мстительно.

— Тебе он не понравился? — ойкает она испуганно.

— Хороший костюм, Лида. Очень хороший, — заверяю я. — Только несчастливый. Выкину его на фиг.

Крепко целую жену в губы.

— Не провожай, Лидочек, — забираюсь рукой под халат. Сминаю легонько упругую попу.

А сама ликую мысленно. Чувствую, как в душе поднимается волна драйва.

Что, Варнас, доигрался? Я тебе, суке, сейчас покажу небо в алмазах. Данькину мать я трогать не буду. У нее своя правда. Да и не воюю я с женщинами. А ты, скотина бесхвостая, поплатишься. Огребешь и за нее, и за себя.

— Погнали, ребята! — у себя в кабинете надеваю заплечную кобуру, прячу ствол. Надеваю куртку и первым выхожу из дома.

Следом выходят серьезные парни во главе с Михайловым.

— Я тебя умоляю, не жести, — просит меня Яша, как только мы садимся в машину.

— Даже не собираюсь. По рогам кое-кому настучу, и вернемся, — обещаю тихо и почти на ухо хвастаюсь брату.

— Да иди ты! — стукает меня кулаком по плечу Яков. — Поздравляю, братан, — выдыхает еле слышно.

— Я как именинник сегодня, — сообщаю заговорщицки.

— Помнишь, как в детстве шушукались под одеялом, — фыркает брат. И я снова растягиваю губы в улыбке.

По дороге даю распоряжения Тохе и персоналу.

И только когда машина выезжает на трассу, окликаю водителя.

— На завод к Варнасу, Миша.

— Надо бы сначала обстановку разведать, — глубокомысленно тянет Яша, что-то читает в телефоне. Кому-то пишет.

— Что там? — интересуюсь требовательно.

— Да нормально все. Варнас на заводе один. Нагрянем, как снег на голову. Лаура нам пропуска выпишет…

— А не боишься? — смотрю строго.

— Да она сегодня последний день дорабатывает перед декретом. Варнас ей там что-то не выплатил… Она его и так терпеть не могла. А тут закусилась…

— Может, ну его, тот пропуск? — усмехаюсь я. — И так ворвемся, снимем охрану и порешаем.

— Ты опять в СИЗО хочешь? Соскучился по супу с селедкой? — косится на меня недовольно брат. — Честно говоря, я забодался, Юра. Хватит бузить. Остепенись уже. Работай цивилизованными методами. Дети у нас на подходе. О них подумай. О Лиде, — пеняет мне тихо.

— А с Лаурой как? Не хочешь жениться на ней? — бросаю пробный камень.

— На таких не женятся, братан, — мотает головой Яков. — Там через Триумфальную арку полки прошли. Ну на фиг.

— А залетел ты, — хмыкаю я. — Может, проверить надо…

— Да все проверено. Тест сделали при первой возможности. Мой ребенок. Сын. Все нормально будет. И Лаура образумится. Ну, я надеюсь…

— Все хорошо будет, — пожимаю предплечье брата. — Справимся. Воспитаем. Лютовы мы? Или кто?

— Да я не парюсь, — улыбается Яшка.

Машина тормозит возле здания заводоуправления. У Варнаса все не как у людей. КПП отдельно не вынесено. Сэкономил, баклан. Теперь по полной поплатится.

— Я первым пойду, — бодает головой воздух Яков. — Ты поостерегись. Если что, моего воспитай…

— Да пошел ты! — огрызаюсь я и первым выскакиваю из машины.

Тут же попадаю в круг охраны. Жду, пока прикроют брата, и только потом начинаю движение.

— На нас выписан пропуск, — заявляет брат толстому престарелому охраннику. — На имя Лютовых поищи.

— А, есть, — кивает тот. Наверняка никогда не слышал ни про захват, ни про наши войны. Счастливый человек. Жаль, работает тут последний день.

Берем пропуска, магнитные карты, открывающие путь к лифтам и на этаж дирекции. Поднимаемся по лестнице. Лифт в нашей ситуации — всегда ловушка.

Поднимаемся на второй этаж. Тихо открываем дверь в приемную.

— Тсс, — прикладываю палец к губам. Пристально смотрю на секретаря. И она сникает. Покрывается красными пятнами. — Артем, женщине воды налей, — прошу самого молодого из команды. Мне еще тут баб в обмороке не хватало. А трупов тем более.

Вхожу в кабинет первым.

— Привет! — сажусь около стола. С другой стороны плюхается Яша.

Наша охрана становится полукругом.

Варнас, седой и обрюзгший, бледнеет. Оседает в кресле. Дергается. Видимо, хочет или кнопку охраны нажать, или достать пистолет.

— Не рыпайся, — предупреждаю тихо. — Будь мужиком. Если сейчас забузишь, я с Любой рассчитаюсь. Понял?

— Да, конечно, — берет себя в руки Варнас. Садится ровно. Смотрит в упор. — Что вы хотите?

— Тема такая, Генрих Палыч, — впервые в жизни называю врага по имени-отчеству. — Ты на себя много взял. Мать моего друга детства использовал и подставил…

— Да никого я не подставлял! — вскидывается он. Словно на катапульте, подрывается из-за стола.

— Угомонись, — приказываю глухо. — И слушай. Ты стрелял в меня, — дотрагиваюсь до раненого плеча. — И я требую компенсации.

— Чего ты хочешь? — охает старик. Смотрит затравленно, как побитая собака.

— Завод, — пожимаю плечами. — Я могу, конечно, тут камня на камне не оставить, — усмехаюсь печально. — Но какая в этом выгода, Генрих Палыч? Ты сражался, как солдат. Тут никто не спорит, — подливаю меда в бочку с навозом. — Но победил я. Если б не твое дурацкое желание меня устранить… О чем ты думал, старый? Любу подвел. Мою женщину чуть не пристрелили. А она у меня беременная, — вздыхаю тяжко. — Поэтому отдавай мне контрольный пакет, и разойдемся по-хорошему. А то если я мстить начну, мало не покажется.

— Ты предлагаешь мне вот так сдаться? — сверлит меня внимательным взглядом Варнас. Сжимает кулаки. А сам идет красными пятнами.

— Ну а что тебе остается? — пожимаю плечами. — Ты один, а нас тут целый взвод. Отвезу тебя к себе в Мокшанку. Посажу в подвал. Любу к тебе отправлю для компании. Хочешь? — предлагаю насмешливо. Беру на понт. Естественно, никого я никуда везти не собираюсь. Опасно это.

Хотя подвал недавно освободился. Коновалы, что мучили мою дочь, продали квартиры, выплатили все компенсации. Наверное, на вокзал поехали жить.

— Нет. Не хочу, — мотает головой Варнас. — Я согласен. Отдам тебе контрольный пакет. Ради Любы отдам. Но сам останусь на заводе. В любой должности, Юрий Дмитриевич. Это детище мое. Без него я подохну.

— Хорошо. Главным инженером назначу. Устраивает? — предлагаю миролюбиво.

— Да, согласен, — держится старик. — Но ты, Юра, Любе ничего не предъявишь. Ты обещал.

— Клянусь, — прикладываю руку к груди и поворачиваюсь к брату. — Нотариуса вызывай, Яша. Сейчас дарственную оформим.