Измена со вкусом капучино

Глава 39. Больничное ожидание

Почти четыре часа ожидания. Сижу на полу напротив палаты отца. За это время я так и не шелохнулась. Я не очень верующая, бабушка одной молитве научила. И, кажется, все это время я мысленно гоняла ее по кругу. Мама сидит в паре метров от меня, рядом с ней, на лавке, стоит пакет от Алекса.

— Ален, может поешь? — ты совсем себя измотала. Мама подходит ко мне, наклоняется, чтобы поцеловать в макушку, — А у тебя седина появилась.

— Мам, у меня и рога есть, и седина, и морщин за последние дни столько вылезло — весь комплект.

И все благодаря самым близким, — не хочу продолжать разговор.

Сейчас я могу думать только о папе. И не хочу ни на что больше отвлекаться.

А ведь, правда, за время всех этих разборок я постарела лет на десять.

Открываются двери операционного блока. Илья Сергеевич выглядит печальным и уставшим.

— Все оказалось сложнее, чем мы предполагали.

Я не слышу продолжения. Картинка перед глазами плывет, во рту металлический привкус, вздрагиваю, как от холода.

— Алена Николаевна, — понимаю, что под носом ватка с нашатырем. — Вы куда от нас?

Лежу на кушетке в ординаторской, под ногами лежит что-то свернутое. Рядом мама, держит мою ладонь, во второй руке тетрадь — она обмахивает меня ею.

— Вы поели? Давление совсем на нуле, — хирург строго смотрит на меня.

— Что с папой?

— С вашим папой лучше, чем с вами. Он сутки пробудет в реанимации, чтобы мы могли за ним наблюдать. А потом переведем в палату. А вы что подумали? — из — под маски на меня смотрят выразительные карие глаза, брови сведены к носу.

— Вы же сказали, что все хуже, чем вы думали.

— Алена, ну вы же почти медик, — по морщинкам у глаз, понимаю, что Илья Сергеевич улыбается. — Мы планировали за три часа управиться, в остальном все штатно. Ваш папа — боец! У меня к вам странное предложение, — смеется, — двести пятьдесят граммов не хотите? Может, подкрепитесь чуть? — Машет мне бутылочкой с раствором глюкозы.

— ОЙ нет, — я с бутылечками я завязала. Я за прероральное поступление веществ.

— А есть тогда, почему отказываетесь? Тогда чтобы до завтра я вас здесь не видел. Прописываю вам вкусный обед — ужин, здоровый сон и комедию какую-нибудь или книгу для поднятия боевого духа.

— А можно мне ваш номер? Не хочу, чтобы звонили маме. Я буду опорой отца и если нужно, мне важно принимать решения. — Встаю с кушетки, слабость в теле. В голове каша.

— Давно девушки мой телефон не спрашивали, — протягивает визитку. — Ваш номер есть в карте?

— Не знаю. Запишите, пожалуйста. Пожалуйста, если что — звоните, пожалуйста, мне. Не маме, пожалуйста.

Мама возмущена, но ничего не говорит.

— Алена, вы за последние три секунды уже сто раз сказали 'пожалуйста', не волнуйтесь, буду держать вас в курсе, почти коллега! — подмигивает. — Обещайте мне, что сейчас пойдете и поедите. И фото вашей тарелки с едой мне в мессенджер пришлете. Если от волнения вы еще раз грохнитесь, а если еще и в присутствии отца, что оно вас подумает?

— Что? — это состояние мне ума не прибавляет.

— Что вы себя загнали, и будет винить себя. А нам этого не нужно.

Понимаю, что Илье Сергеевичу надо бежать дальше. А я его отвлекаю по дурацким вопросам.

Выхожу из ординаторской, он выходит следом. Мама перехватывает врача, видимо, интересуется дальнейшими перспективами.

Иду есть. Впервые я в кафе иду сама с собой.

Милое местечко. Десять столов стоят в шахматном порядке. Скатерти сине-белье, а стулья почему-то зеленые. В моей голове, это странное сочетание, вернее, не сочетание.

Дальше есть проход в соседний зал, но не видно, что там.

— Вам бизнес-ланч? Или по меню? — приветливая девочка- хостес.

— А в чем разница? — Я для всех теперь выгляжу так, что создается впечатление, что могу позволить себе только одно блюдо из обеденного меню?

— У нас разные залы. Уточняю, куда вас проводить.

Ааа, это немного успокаивает.

— Не знаю, я у вас впервые. Могу посмотреть бизнес-меню, а потом в другой зал, если что, перейти?

— Конечно, пойдемте.

Иду следом, не понимаю этой хитрой загадки с разными залами, все равно посетители сидят вразнобой.

Беру куриный суп, винегрет и котлету из индейки. Два стакана яблочного компота. Ватрушку, на вид, как бабуля пекла. Все это есть не планирую. Лезу в рюкзак за телефоном. А там куча сообщений. От всех. И Захар, и Андрей, и Оксана, и Алекс. Делаю фото для отчета. И никому не отправляю, я понимаю, что хирург все сказал для поднятия настроения.

Сообщение, что свёкор пытался дозвониться. Начинаю всем, кроме “папаши”, отвечать. Пишу, что все хорошо, перезвоню сама, как буду готова говорить. Как классно, что есть люди, которые подают руку в сложной ситуации.

— И где ваша еда? Пока вы голодаете, в этом мире злится один хирург — приходит сообщение с незнакомого номера. Сверяю его с визиткой.

— Спасибо за заботу, — отправляю фото с тарелками.

— Так то лучше.

А. может, зря я бросила медицину? Вот так бы строила сейчас глазки прекрасному коллеге.

Пробую суп, не очень вкусный, пресный. Голод просыпается. И азарт. Отправляю Илье Сергеевичу фото еды, потом себя с котлетой на вилке.