Измена со вкусом капучино

Глава 5. Родительский дом..

Решаю ехать к родителям, если останусь в кофейне, то умру от мысли, что я никому не нужна. И меня все предали. В витрине-холодильнике забираю последние пироженки. И сэндвич с рыбой, он тоже изгой, уже второй день никто его не покупает. И завтра придется выбросить.

Смотрю в телефон — два пропущенных от Алекса. Видимо, свекровь с проповедью ему дозвонилась, вот он решил мне до конца все испортить.

Приходит сообщение “Ты где? Домой, когда вернешься, нам нужно поговорить”. Ага, ему нужно, а мне не нужно. Отключаю телефон. И иду домой... к родителям.

На пороге встречает мама, с лицом будто похоронила всех разом.

— Аленушка, ну как так? Вы же хорошо жили?

— Давай не будем плач Ярославны устраивать. Если я не к месту, я найду где переночевать, — стою у двери и не понимаю, нужно ли не разуваться.

— Что ты придумала? Мы тебе всегда рады, это твой дом, — мама уходит на кухню, слышу, как свистит в кране вода, лязгает крышка металлического чайника.

— Я пироженки принесла. А папа где?

— В магазин побежал. Я ему сказала, что вы просто поругались. Вот он пошел тебе 'что-нибудь вкусненькое купить, как в детстве.

Мама идет в комнату; которая была моей, теперь она — кабинет отца. Выносит домашний костюм, который я носила, когда в медицинском училась. Прям помню, как нужно было зубрить латынь, а я на ткани цветочки простым карандашом обводила. Иду переодеваться, и как будто не было этих шести лет.

Ложусь на диван, голову кладу маме на колени Ален, как будете жить дальше? Ты же его любишь?

— Я пока не думала. Не знаю, люблю ли я его, или с благодарностью это чувство перепутала. Ипи его рыцарским поступком была удивлена. Кто теперь разберет.

Один раз Алекс меня спас, кажется, я тебе не рассказывала эту историю, чтобы ты не волновалась.

Ко мне два дня приходил один и тот же курьер, забирал заказы — кофе навынос, начал приставать.

Конфликт вроде замяли. На следующее утро в шесть двадцать я отключаю сигнализацию и включаю свет в кофейне. В семь мысленно поздравляю себя с началом рабочего дня, и вешаю табличку “Открыто”. И вот первый гость — этот курьер.

— Ваш заказ скоро будет готов, — веду себя максимально отстраненно, в разговор с не вступаю.

— Я хочу извиниться за вчерашнее, не знаю, что на меня нашло, вытаскивает из кармана конфету.

Ставлю стаканы на стойку, холодная рука хватает меня за запястье.

— А может мы все-таки сходим на свидание?

— А чем у нас сейчас не свидание? Руку уберите! — резко дергаюсь, его рука рикошетит и попадает в стройную стопку бумажных стаканчиков. Они катятся по столешнице, глухо падают на пол.

Следующей летит банка с ложками — звонко, с грохотом.

Я не думаю о своей безопасности, только бы до чашек не добрался.

Чайная и кофейная пары стоят недешево, чтобы ими можно было вот так, разбрасываться. Да, в подсобке у меня всегда есть короб с заменой, но какого хрена!

Взгляд падает на кофемашину. На часах семь-ноль-шесть.

Как только шестерка на часах сменилась семеркой, на пороге появился Брезга, то есть Алекс.

— У вас здесь все нормально? — на лице у Алекса удивление.

— Да. Молодой человек сейчас забирает свой кофе и выходит отсюда навсегда, или я вызову наряд.

— А не шел бы ты мимо? Мы взрослые, сами разберемся. Видите, какие у нас горячие отношения, — курьер перекрывает подход к барной стойке.

— Мне кажется, что вы неприятны девушке, Алекс умеет быть жестким, даже от голоса становится не по себе. — Мужик, уйди, а?

Не сказать, что началась прям драка, но потасовкой это уже назвать можно. В тот момент я переживаю и за Алекса, и за целостность кофейни, и за то, чтобы в моем заведении не было никакого криминала. Как-то ловко Алекс скрутил курьера, через минуту тот уже лежал у входной двери лицом вниз.

— Я не могла не оценить поступок.

— Какой ужас! Ален, никогда не думала, что у тебя такая опасная работа. Может, ну ее? В универе остановишься, вспомни, как халат и чепчик тебе шел. Дочь, ты же была лучшей на курсе.

— Ага, лучшей на курсе, лучшей по жизни, — так у меня на душе пусто. Думаю, если бы могла поплакать, порыдать с боем посуды, точно бы стало лее. — Никакой медицины, я ее наелась на сто лет вперед.

— Ну и зря. Всегда в белом халате, и нас лечить, и свекровь, мы уже немолоды. А потом детки пойдут.

— Давай сменим тему. Вообще, у меня день рождения. Праздник чуть подгажен, но переживем.

— Может, все обойдется? Может, и ничего не было? — какая-то грустная надежда в голосе у мамы.

— А что, может я себе любовника заведу, а лучше двух. И будем мы все жить счастливо, создавать иллюзию на семейных мероприятиях.

— КТО это тут собрался любовника заводить? — в дверях показался папа. — Я тут торт купил, кукурузные палочки, чтобы тебя развеселить, а ты и не грустишь. Тебя, кстати, муженек разыскивает. Говорит, у тебя телефон отключен, мать наша трубку не берет. Мне дозвонился — беспокоится. Правда, так и не сказал, что между вами произошло.

— Все, как у всех, молодые горячие. — щебечет мама.

— Людмила, не встревай! Алена сама ответить может.

Если папа назвал маму полным именем, значит, крепко она его достала. Видимо, пока я не приехала, они уже обсудили возможные варианты. Но папе нужно услышать и мою версию.

— Так, дочь, что у вас произошло?

Мама смотрит на меня, как будто я собираюсь Родину предать. Эх, папа, что же мне тебе ответить.