Измена. У него другая семья

Глава 14

— Вы моя новая мама? — спрашивает ребенок и лицо девочки озаряется улыбкой.

На вид ей лет пять, может чуть больше. Светлые волосы заплетены в две косички, на пушистых кончиках заколки-бабочки. Девочка одета в розовые штанишки и белую футболку с веселым принтом. На ногах мохнатые тапочки в виде морды зайчика.

— Тебя как зовут? — подхожу к ней и присаживаюсь на корточки, — Мое имя Рита, а твое?

— Папа зовет меня Мышка, а когда сердится, то просто ребенок, — охотно рассказывает девочка, — А так я Аня, кот Феликс, но я его просто Филя зову.

— Тебе не кажется, что ему не нравится так висеть? — перевожу взгляд на кота, что все еще висит с обреченным видом жертвы, — Да и тяжелый он, наверное.

— Очень, но если я его отпущу, Филя опять уйдет по бабам, — авторитетно заявляет Анечка, — Я слышала, так Лена сказала. Когда Филя уходит, то его долго нет. Поэтому я лучше буду его держать, — пыхтит, поправляя кота девочка и тот неожиданно вырывается на свободу. Быстрее молнии сигает через перила и скрывается в саду.

— Убежал, — расстраивается Аня, но тут же с улыбкой поворачивается ко мне, — Ты заболела, да?

— Аня, оставь Риту в покое! — грозный голос Любимова застает нас врасплох, и мы обе вздрагиваем.

На террасу выходит Сергей.

— Папа! — с визгом бросается к отцу Аня, а тот подхватывает ее на руки.

Девочка чмокает отца в щеку.

— Почему не соблюдаем постельный режим? — хмурится Любимов, обращаясь ко мне, — Или ты решила избавиться от ребенка?

— Чушь не говорите, — ворчу я, протискиваясь мимо него в свою комнату.

— Папа, Филя опять сбежал, — сообщает Аня.

— Я даже догадываюсь почему, — хмыкает Любимов, — Иди, найди Лену, а мне с Ритой поговорить нужно, — опускает с рук дочь и Аня убегает в свою комнату.

— Поговорим? — предлагает Любимов.

Я киваю, а он усаживается на кресло, как всегда, вытянув ноги. Указывает мне взглядом на кровать, я сажусь, подперев спину подушками.

— Хотелось бы уточнить несколько моментов, — первой начинаю я, — Разговора насчет невесты не было, тем более, насчет мамы для Анечки.

— Понимаю, что поступил некрасиво. Нужно было все объяснить, но, если честно, я побоялся, что ты откажешься. А тут как бы перед фактом поставил, — хитро улыбается Любимов.

— Мы уже на ты перешли? Дано царское разрешение? — подшучиваю я.

— Вне работы, Маргарита Юрьевна, — тут же возвращается в облик главного врача Любимов.

— Ясно.

— Ладно, сейчас все расскажу, захочешь, останешься, — решается он, — Три года назад я развелся с мамой Ани.

— Не знала, что ты был женат, — перебиваю я.

— Я не афиширую свою личную жизнь, тем более на работе.

— Похвально.

— Так вот, Лида нашла себе другого мужчину. И не смотри на меня так удивленно, я не настолько, видимо, божественно хорош, и от таких уходят женщины, — усмехается Любимов.

— Ты себе льстишь, — фыркаю я, а он продолжает.

— Продолжим, короче, моя жена уехала с новым мужем в Америку. Тот американец. Вышла за него замуж и благополучно живет там. Разрешение на вывоз своей дочери я не дал, да Лида и не особо настаивала. Это к вопросу, откуда у меня дочь. К тебе Аня никак не относится, и мамой для нее ты не станешь.

— Это радует, — почему-то мне, несмотря на его слова, становится как-то тоскливо. Все же я люблю детей, а Анечка такая хорошенькая, маленькая.

— Дело в другом. Ты знаешь, что клиника не полностью принадлежит мне. Мои родители уже довольно давно живут в Германии и остальная, большая часть, принадлежит им. В свое время отец много вложил в клинику, это ему мы обязаны контрактами на лечение, оборудование, лекарства. У нас практически все поставки оттуда. Он никогда не вмешивается в мою работу, у него в Германии такая же клиника, только одного профиля. Мой отец — пластический хирург. Сейчас он все еще практикует, но годы берут свое и встал вопрос о том, кто возьмет на себя управление клиникой уже там, в Германии. Я отказываюсь переезжать, мне больше нравится работать здесь и быть специалистом широкого профиля, пластическая хирургия меня никогда не привлекала. Вопрос в другом, отец может продать свою долю мне, а я стану полным владельцем здесь, или продать кому-то другому. Он может пойти на этот шаг из принципа, чтобы завлечь меня к себе в клинику.

Я не придумал ничего другого, как заявить, что собираюсь жениться и моя жена категорически против переезда. Так как мы работаем вместе в одной клинике и нам все здесь нравится. Как говорится, сказал, но не подумал, где взять такую невесту. А когда узнал твою ситуацию, у меня появился шанс. Я помогу тебе, сохраню твою тайну, дам прийти в себя под моим присмотром, успокоишься, отдохнешь. А ты поможешь мне. Родители приезжают через две недели, чтобы решить этот вопрос. Если моя невеста, то есть ты, им понравишься, то отец полностью отдаст клинику мне. А у меня столько планов насчет развития, финансы тут не играют особой роли. Они у меня есть. Но вот советоваться по каждому поводу или нововведению с отцом, и спрашивать его согласие я уже не буду. Поэтому мне нужна твоя помощь, сыграешь мою невесту, Рита? Обещаю, что со своей стороны помогу тебе, если моя помощь будет нужна.

Сижу, смотрю во все глаза на Любимова. То, что он просит сделать не так уж и страшно. Сыграть влюбленную невесту думаю, смогу. И я понимаю его, для чего ему это нужно. Сергей — замечательный хирург, отличный управленец. В его руках клиника уже зарекомендовала себя на хорошем уровне. В ней отличные специалисты, оснащенный стационар, лабораторная база. Сергей может добиться большего, направлений масса, например, еще стоматология, косметология. Но это уже я так думаю. И будет жаль, если в управление придет совершенно чужой человек и все пойдет прахом.

— Но я еще замужем, как на это посмотрят твои родители? — почти согласилась я.

— Если ты не против, то получишь развод в течение трех дней, я договорюсь. Услуга за услугу, как говорится, — предлагает Любимов.

— Тогда я согласна, только квартиру у мужа получу, — улыбаюсь я.

— Да без проблем, — смеется Сергей, — По рукам?

— Ага, — и мы скрепляем руки, как заправские заговорщики.

Скоро я буду свободна и надеюсь, что больше не увижу своего мужа и сестру. Пусть оставят меня все в покое, видеть их не хочу.