— У тебя хорошее настроение, — хмуро произносит Любимов, когда приезжает домой на обед. Правда, обед у Любимова почти в три часа дня, но ему нормально.
Аня еще в садике, а я, как дисциплинированная больная, сижу у себя в комнате.
— Рита, ты ребенка-то вообще хочешь сохранить?
— Конечно, — удивляюсь я.
— У тебя постельный режим, помнишь?
— К чему эти вопросы?
— Куда ты ездила сегодня? Мне сказали, что ты уезжала почти на полтора часа.
— Фу, Сергей, не порти мне настроение, — улыбаюсь Любимову, а тот еще больше хмурится, — Ну ладно, встречалась со свекровью, и как результат, у меня теперь есть квартира! — взвизгиваю я, подпрыгивая на кровати.
— Ох, заеду после садика и куплю наручники, ты какие хочешь с опушкой из розового меха, угадал?
— Да ладно вам, господин врач, — подхожу к Сергею и специально встаю близко, отчего он напрягается, — Может, наручники — это моя неисполненная тайная фантазия.
— Ты в туалет сегодня ходила, Рита — обнаглита? — расцветает, наконец, улыбкой Любимов, — Мне кажется, тебе моча в голову ударила, оттого мозг плохо работает.
— Вот надо все опошлить, — морщусь я, — Попросить хотела об услуге.
— И какой, кроме того, что уже накосячила, свинтив из дома?
— Можно тебя попросить, съездить со мной за вещами? Мне нужно их забрать из квартиры мужа. Одна я что-то побаиваюсь, — делаю Любимову трогательные глазки.
— Беру свои слова обратно, — хмыкает Сергей, — Это не моча, это дурь твоя лезет из всех щелей.
— Ну а что такого?
— А что там ценного, в этой твоей мужниной квартире? Трусы твои — неделька с зайчиком?
— У меня нет таких трусов, — рычу я.
— Тем более.
— У меня красивое белье, дорогое, между прочим. В этом я не привыкла себе отказывать.
— Ох, эротичная ты моя, не поверю, пока не увижу. Значит, поедем за трусами? — усмехается Любимов.
— И за ними тоже, у меня там еще шуба, точнее, пара шуб и колечки с сережками.
— Тогда да, наивная ты моя, надо ехать. Думаешь, твое барахло еще не прибрали к рукам?
— Вот и выясню, но свое заберу!
— Хорошо, поехали, а потом за наручниками, — соглашается Сергей, — Пойдем обедать и едем. Я пока грузоперевозку закажу. Судя по твоим разговорам, парой грузовиков не обойдемся, — смеется он и выходит из комнаты.
— Да там пара чемоданов будет! — возмущенно кричу ему вслед, — Ну может, еще пара сумок… больших сумок, — произношу уже тише.
Насчет сумок я явно погорячилась. С частью моих вещей — полный… Ну пусть будет овощ, как говорит Любимов. Дверь открываю своими ключами, хорошо, что муж еще не поменял замки. Любимов остается в подъезде. В прихожей меня встречает Ксения в моем же шелковом халате. Самом любимом, между прочим. Лавандового цвета с черными кружевами.
— А что? Предупреждать о визите уже не надо? — кривит свое лицо сестра.
— Это пока еще мой дом, — не разуваясь, прохожу в спальню, где у меня и Миши встроенная гардеробная.
Н-да, после меня квартира изменилась до неузнаваемости. Я, в отличие от Ксении, работала, да еще и ночные дежурства, но сейчас тут полный бардак. Интересно, как Мишеньке нравится такое? Бывало, он мне за невидимую пыль и соринку на полу выговаривал.
Перебираю довольно похудевшие вешалки с одеждой, машинально отмечая, что на Мишиной стороне осталась лишь одна чистая отглаженная рубашка.
— Давай быстрее, я тороплюсь, — стоит позади меня сестра.
— Что ты за будущим мужем так плохо следишь? Рубашек вот нет, чистых, — достаю с плечиков пару блузок, брюки, тянусь за норковой шубой.
— Не твое дело, — огрызается Ксения, — А шубу зачем берешь?
— Это моя, вообще-то, — удивленно смотрю на нее, — Тебе она короткая будет.
— Ой, да забирай, подумаешь, — ехидно произносит сестра, — Мне твои шмотки не нужны.
— А почему тогда в моем халате ходишь? — отмечаю, как бы между делом.
— Снять? Новый еще не купила.
— Нет, спасибо, я после других не ношу, — выдвигаю полку с нижним бельем и облегченно вздыхаю: ладно, хотя бы здесь ничего не трогала, — Могу посоветовать химчистку, куда я отвозила костюмы Миши и рубашки.
— Сама справлюсь, ты еще долго? — ворчит сестра.
— Принеси мне воды, пожалуйста, — мне очень нужно, чтобы Ксения ушла.
Сестра подозрительно смотрит на меня, обводит взглядом ящики с бельем и, недовольно фыркнув, уходит.
Быстро отодвигаю еще один ящик и набираю код на своем личном сейфе, где у меня лежали драгоценности. Надеюсь, муж их не забрал. Открываю встраиваемую узкую дверцу и облегченно вздыхаю. Вот они, мои коробочки! Хорошо, если не пустые. Встряхиваю одну, пробую на тяжесть и быстро складываю в сумку все футляры, сверху заваливаю нижним бельем кружевным, всевозможных оттенков. У меня фетиш по белью, я прямо тащусь от красивых трусов и лифчиков. Особенно вот этот комплект, темно-вишневый, вставки из бархата и отделан черными крошечными бантиками. Красота! Этот комплект я купила в Италии, куда мы ездили с Мишей на нашу первую годовщину. Стоил довольно дорого, но тогда Миша на мне не экономил.
— Держи, а то скажешь потом, что тебе и воды в моем доме не дали, — протягивает мне кружку сестра.
Делаю вид, что сильно хочу пить, и выпиваю полбокала. Надеюсь, сестра туда хотя бы не плюнула, да и яд могла положить. Но придется рискнуть. Оглядываюсь вокруг, вроде все взяла.
— Унесешь? — презрительно спрашивает Ксения, — Твой мужчина мог бы и помочь.
— А он ждет меня, не переживай, — тащу волоком в прихожую чемодан и сумку.
— Подожди, Рита, хорошо, что ты пришла. Хотела тебя попросить, — вдруг спрашивает Ксения.
— О чем?
— Давай все же по-человечески, откажись от своей доли, а?
— С чего бы это? — удивляюсь я.
— У меня ребенок будет, роды, клиника, затем содержать его нужно, учить… — начинает сестра, — На это нужно много денег, а ты хочешь оставить Мишу ни с чем. Куда тебе одной столько? Да и новый мужик у тебя не из бедных.
— А что, будущая свекровь тебе мало за ребенка денег дает? — с мерзкой улыбкой спрашиваю я и удивленно смотрю на сестру, как она становится бледной, испуганной, — Только не говори мне, что твой будущий муж не знает об этом? Свекровь выкупает у тебя внука с условием будущего отказа от него и последующего развода?!