Измена. У него другая семья

Глава 35

— Сергей, как себя ведет твоя дочь?! — возмущенно кричит Лида.

— Ты правильно заметила, МОЯ дочь, — рычит Любимов и подхватывает бывшую жену под локоть, — Так как ты пришла сюда даже без подарка для дочери, сделай всем приятное, свали отсюда! — Сергей тянет Лиду на выход из сада, а та ругается:

— Пусти меня, Любимов, — кричит Лида, — Я мать, имею право видеть свою дочь!

— Через суд, дорогая. А я всеми силами буду мешать этому, объявлю, какая ты хорошая мать и сколько тебя не было в стране.

— Скотина!

Они уходят, голоса стихают. Анечка всхлипывает, обхватив меня за шею и прижимаясь мокрой от слез щекой к моему лицу.

— Она не вернется, Рита? — сквозь рыдания спрашивает Аня.

— Не знаю, — честно отвечаю я, — Но ты не забыла, у тебя сегодня праздник? Давай не расстраивать наших гостей, а продолжим веселиться, хорошо? — подхватываю Аню за ручку и веду к детям, которые притихли и сидят за детским столом молча.

— А кто угадает, какой у Анечки торт, тому достанется первый кусочек, — предлагаю я, задорно хлопая в ладоши, — Аня вам назовет персонажей из любимых мультфильмов, а вы угадаете, да?

— Да! — стройный хор детских голосов, а я наклоняюсь к Анютке, вытирая влажной салфеткой слезы.

Девочка уже не плачет, глаза загорелись восторгом от новой забавы, и это очень хорошо. Пусть хотя бы ненадолго отвлечется от визита матери.

Аня убегает к детям, а я иду навстречу к Любимову, что появился в саду, слава богу, один.

— Дай я тебя поцелую, что ли, — неожиданно предлагает Сергей, чем вызывает у меня смех:

— С чего бы это? — уклоняюсь от его губ, которые так и тянутся к моим губам.

— Бесит, — признается Сергей, — Успокоиться хочу.

И он меня целует, да так, что ноги подкашиваются, а по рукам мурашки бегут слоновьим топотом.

— Ох, — выдыхаю я, когда Любимов меня отпускает.

Перед глазами все плывет, голова кружится.

— Ага, я такой, — самодовольно произносит Любимов, — Труселя с розочкой на тебе, Рита-соблазнита?

— Нет, я специально в панталоны с начесом вырядилась, — фыркаю я, вырываясь из кольца его рук.

— Жаль, а счастье было так близко, — усмехается Сергей, — Ну что там? — кивает в сторону детей.

— Вроде успокоилась, — докладываю я.

— Отлично, пойду посмотрю, — и Сергей уходит, оставляя меня в некоторой растерянности. Что значит, было так близко?

Вечером после того, как Сергей уложил Аню, он спустился ко мне в сад, где я сидела в кресле-качалке, накрытая пледом.

— Не замерзла? — заботливо спросил он, протягивая мне чашку с горячим какао.

— Нет, тут так хорошо, — устало улыбнулась я.

Если честно, у меня уже слипались глаза, такой насыщенный день получился.

— Как Анютка?

— Нормально, расстроена, конечно, но мы снова перебрали все подарки, распределили по кроватям в домике всех кукол, и стало легче.

— Ты замечательный отец, — признаюсь я, а Любимов хмыкает, — Что?

— Замечательный, что лишил Аню мамы?

— Да какая она мать? Или в том, что она тогда уехала, виноват ты?

— Возможно, я не знаю, — задумчиво произносит Сергей, — Тогда все быстро случилось. Лида, она совсем другой была: одежда, драгоценности, СПА, бренды, дома моды. Я не соответствовал ее желаниям. В смысле, ей казалось, что у нас мало денег. Я практически все вкладывал в клинику, но ей не отказывал ни в чем. Жил на работе, домой приезжал только ночевать, и то не всегда. Когда узнал, что у Лиды другой мужчина, удивился, не то слово. Я думал, что у нас все хорошо. Лида сидит с малышкой, я зарабатываю деньги, все в семью. Это же наше будущее, наш доход, развитие. А оказалось, ничего не нужно. Лида вдруг поняла, что никогда меня не любила.

— Она тебе так и сказала?

— Да, в один вечер я приехал домой, а она меня встречает и говорит, что уходит к другому мужчине, уезжает. Никогда меня не любила, а поняла только сейчас, разницу между чувствами. Получается, что его она любила и, видимо, любит.

— Бывает… А как же Аня? Лида не хотела брать ее с собой?

— Почему, хотела, но я отказался подписывать согласие на выезд дочери. Понимал, что если отпущу Аню с матерью, то вряд ли когда-нибудь увижу своего ребенка. Тем более, уже тогда Лида не особо и занималась Анюткой. После рождения дочери жена быстро как-то вернулась в общество, увлеклась светской жизнью, приемами. Аня все время была с няней. Только я этого не замечал, тоже со своей стороны ушел в работу. На тот момент родители из нас были никакие. Но если учесть, что мы женились по залету…

— Ах, вот оно что… — усмехаюсь я, — Врач и залет, однако, Сергей Геннадьевич.

— Было такое, согласен, грешен, — обнимает меня за плечи Любимов, затем отпускает и заваливается в соседнее кресло-качалку, — Да и не нужна ей дочь. За четыре года ни разу не позвонила, даже с праздниками не поздравляла, а тут на тебе, я ваша мама. Мне больше за Анютку обидно, хотя она девочка умная, все понимает, но ей же больно.

— Конечно, больно, — соглашаюсь я с ним, — Когда Аня подрастет, сама решит, будет общаться с матерью или нет. А Лида тоже для себя должна определиться, чтобы просто так не расстраивать ребенка. Или ты присутствуешь в жизни дочери, или уходи насовсем.

— Согласен, — прикрывает устало глаза Любимов, — Ты будешь хорошей матерью, я это точно знаю.

— Надеюсь, — киваю я, хотя Сергей меня не видит, — Я постараюсь.

Какое-то время молчим, и я слышу, как засопел Сергей, задремал. Я подтягиваю к подбородку плед и наблюдаю, как спит Любимов. Во сне его лицо стало не таким хмурым, на губах — еле заметная улыбка. Красивый мужчина спокойно спит, сложив руки на груди. На него приятно смотреть, не могу отвести глаз. То, что сказал Сергей насчет своей бывшей жены, не укладывается у меня в голове. Как можно его не любить?

Пусть Любимов — циник, возможно, совершил ошибку, когда отдал себя всего работе, а Лида без него заскучала. Но нужно было как-то поговорить, решить проблему. Думаю, Сергей бы пошел навстречу своей жене. Опять же из-за Ани попытался сохранить семью. Проблема этой пары была в том, что они оба не любили друг друга. Ни Лида, ни Сергей явно не горели желанием сохранить этот брак и не страдали после развода. Жаль только Анечку, что оказалась между двумя, по сути, чужими друг другу людьми. А с другой стороны, лучше раньше, чем прожить годы с нелюбимым человеком.