Измена. У него другая семья

Глава 21

Прощаюсь с Изольдой, полностью меняя мнение о ней. Раньше она мне нравилась как специалист, и под ее руководством я многому научилась. А сейчас удивилась тому, какой она человек. И если вначале ее слова про жену Любимова меня задели, то сейчас и на это я смотрю с другой стороны. Здесь желание оградить меня от боли и разочарования в будущем, да, скорее всего, так и есть.

Направляюсь по привычке в ординаторскую, но уже около двери меня перехватывает почему-то злой Любимов. Подхватывает под локоть и ведет на выход.

— Сейчас я отвезу тебя на встречу с адвокатом, а потом домой не смогу. У меня внеплановая операция, — говорит он, пока мы спускаемся по лестнице.

— Я могу сама доехать на такси, — предлагаю ему, и он останавливается, внимательно смотрит на меня.

— Сама, значит, — зачем-то говорит мне.

— Ну, да, — удивленно смотрю на него, — И я хотела поблагодарить вас за помощь. Моя сестра… Она такая… — не нахожу слов, чтобы выразить все, что думаю о сестре.

— Сука, — подсказывает главный врач.

— Вы слышали наш разговор? — выдыхаю я.

— Не весь, но мне хватило, — соглашается Любимов, — Одно не могу понять, почему ты стояла и ее слушала? Послать можно было в одну очень хорошую страну, где ей и самое место.

— И какую?

— Нахуянтию! — сквозь зубы произносит Любимов, — Пора наточить зубки, Маргарита Юрьевна. Иначе так и будешь получать по своему прекрасному фейсу.

— Фу, мы не дрались, — морщусь я, — Да и как бы это выглядело: она беременна, я на сохранении. Кому и с кем драться?

— Нужно спортом заниматься, — огрызается Любимов и снова подхватывает меня за локоть и тащит к машине.

— Борьбой, что ли? — в ответ ворчу я.

— Нет, языком учиться работать, а еще вот этим, — тыкает меня пальцем в лоб и открывает дверь своей машины.

— Ну, знаешь ли, те! — задыхаюсь я от возмущения, потирая горящую во лбу точку, куда он ткнул.

— Знаю, я чертовски обаятельный мужчина, мне говорили, — усаживает меня в машину Любимов и от злости сильно хлопает дверью, а я начинаю улыбаться, — Улыбается она, шмакодявка безответная, — садится и тоже хлопает дверью, а потом сидит, положив руки на руль.

Я тоже сижу, молчу. Мало ли. Раздраженный мужчина на тигра похож, неизвестно, что ему еще в голову стрельнет. Наконец, Любимов поворачивается ко мне, кладет одну руку на мой подголовник. Он ужас какой высокий по сравнению со мной и сейчас прямо нависает, давит своими широкими плечами и взглядом. Но красивый зараза, так и хочется щелкнуть его по носу, даже рука зачесалась.

— Из-за тебя машину чуть не испортил, — ворчит он, охватывая меня взглядом, — Языковую агрессию нужно вырабатывать, Маргарита Юрьевна.

— Это какую-такую агрессию? — хмурюсь я.

— А такую, чтобы глотки словами перегрызать и посылать в страну…

— Да знаю я, — прерываю его, — Но я просто была не готова.

— К чему? Что твоя сестра всю жизнь была розовый одуванчик, а тут вдруг в кактус превратилась?

— Да нет, Ксения всегда такая была, — задумчиво произношу я, а Любимов чуть наклоняется ко мне.

— Тогда какого овоща ты перед ней распиналась?! — сердито спрашивает меня, а в моей голове внезапно образовался полный вакуум. Ни одной внятной мысли, только вижу его красивые губы и поднимаю взгляд. Он смотрит мне в глаза, да так, что у меня пальчики на ногах сжались. И не пойму, что тут больше, страха или … Что?! Ну, мысли, соберитесь уже, хоть что-нибудь нужно ответить.

— Я есть хочу, — выдаю первое, что пришло в голову. Н-да, Маргоша, ты облажалась, причем по полной.

— С адвокатом почавкаешь, — отстраняется от меня Любимов, а я облегченно вздыхаю, распрямляя плечи. Даже не заметила, как вся чуть ли не сплющилась у двери.

Сергей заводит машину и выезжает со своего места у больницы.

— Надеюсь, что я отказал ей в услугах, ты не против? — спрашивает он, даже не глядя на меня.

— Я только за, что потеряла клиника, могу возместить, — тут же предлагаю ему.

— Девять месяцев наблюдения, анализы, УЗИ, одноместную палату, роды, уход… — перечисляет Любимов, а мне по лбу его стукнуть хочется.

— Таких денег у меня нет, — шепотом произношу я, — Но она этим не воспользовалась?!

— А могла бы, — ворчит главный врач, — Но я даже рад, что так получилось. Должна будешь.

— Хорошо, — соглашаюсь я, складывая руки на колени.

— Ну вот, опять, — ударяет руками по рулю Сергей, — Смирилась, согласилась, сидишь с обреченным видом. Рита, ты вообще глотки грызть умеешь?

— Не пробовала, — честно признаюсь ему.

— Начинай тренироваться, — выдает Любимов.

— На вас?

— Об меня зубы сломаешь, — усмехается он.

— Тогда не вижу подходящих кандидатов.

— На муже своем попробуй. Забери у него все, что тебе положено и ребенку твоему. Надеюсь, что здесь нет возражений? — бросает на меня грозный взгляд и снова на дорогу.

— Тут нет, — признаюсь ему.

— Вот и отлично, мы приехали, — Любимов глушит машину, и мы выходим у довольно дорогого ресторана.

Делаю шаг к дверям, думая о том, как буду платить. Навряд ли адвокат должен оплачивать наш обед, но Любимов мягко берет меня под локоть и разворачивает к себе.

— Слушай сюда, Маргарита Юрьевна, адвокат этот дорогой, но опытный. Обдерет твоего мужа как липку, если ты хочешь. И измену ему припишет, и доведение тебя до нервного срыва в положении, я справки предоставлю. Это чтобы жизнь малиной твоему муженьку не казалась, — поясняет он, — Расходы я беру на себя и не спорь со мной. Вот как пару глоток перегрызешь, научишься, тогда и спорить будешь, и то, как можно тише, чтобы я не услышал. Твой муж, конечно, тоже не дурак и найдет такого же адвоката, но правда на твоей стороне. Так что запрашивай как можно больше, все равно получишь только половину от заявленного. Не жалей своего бляд… палкотыкательного.

— Кого?!

— Ой, ну все, не сдержался, подумаешь, — отмахивается Любимов, — Сейчас я вас представлю друг другу и уеду. Заберешь Аню из садика? Боюсь, не успею, операция сложная.

— Конечно, адрес только пришлите, — соглашаюсь я.

— Пришлю, и чтобы сразу домой, поняла меня? И в кровать! Приеду, укол сделаю, — строго смотрит на меня Сергей, а мне смешно становится.

Хочется вытянуться по стойке смирно и отдать честь.

— Не беси меня, Маргарита Юрьевна, — шипит сквозь зубы Любимов, — Знаю, о чем думаешь, но сейчас идешь, и считай это твой первый бой. И мы на ты, если память у кого-то короткая!

— Есть! — все-таки не сдерживаюсь я, за что получаю легкий щелчок по-своему гордо вздернутому носу. Вот же зараза какая, а говорил, беременных не бьют!