Комбо-Психо. Книга 3

Глава 24

Даже после того, как я избавился от Поцелуя Маалы и Бескрайнего разума Дьявола, препятствие, что я ощущал, когда пытался объединить свои внеранговые заклинания с диском маны, чтобы перешагнуть на уровень бога, никуда не исчезло.

И я очень долго ломал голову над тем, в чём, собственно, дело, пока в один прекрасный момент не собрал, наконец, достаточно дополнительных страниц для гримуаров, наводку на которые мне дали боги.

Всего мне удалось собрать около шестидесяти штук, чего хватило всего на завершение всего одного листа моего гримуара. Но этого и не понадобилось.

Когда я вписал в него заклинание, которое, как мне думалось, будет отлично сочетаться со Стрелой шторма, до сих пор помогавшей мне с ускорением стрельбы, я тут же ощутил необъяснимый резонанс.

Две оставшихся у меня магии SSS-ранга, находящиеся на соседних листах в гримуаре, буквально тянуло друг к другу. К счастью, на этот раз я не стал сразу идти на поводу у своего гримуара.

Потому что начав разбираться в этом, я неожиданно нашёл ответ и на то, каким в принципе образом моему гримуару удаётся комбинировать заклинания, и на вопрос о помехе, не дававшей мне начать слияние магии и магических кругов.

Мой гримуар был экспериментальным. Я их давно стёр, сделав его обложку просто чисто-чёрной, но когда-то на ней был выбит его серийный номер. 13/45−01.

Углубившись в архивы исследовательского отдела Башни Магии, я нашёл, что значили эти цифры. 13 — номер проекта, именно поэтому, чисто символично, создатели вписали в гримуар тринадцать страниц. 45 — номер серии созданных в рамках проекта гримуаров. А 01 — порядковый номер моего гримуара в серии.

Вот только, отыскав результаты экспериментов тринадцатого проекта, я узнал, что сорок пятая серия была последней, а принадлежащий к ней гримуар — единственным в своём роде.

А всё потому, что, хотя на сорок пятой попытке исследователям всё-таки удалось создать гримуар, действительно способный комбинировать заклинания, побочные эффекты для души пользователя были слишком сильны, чтобы вообще был смысл продолжать испытания.

Первый работающий гримуар тринадцатого проекта был отправлен в утиль, но итоге, по стечению обстоятельств, попал ко мне. И мне, на самом деле, дико повезло, что единственными заклинаниями, что я выучил, были Идеальный блеск и Вегвизир, а также что я ни разу не использовал само свойство комбинирования.

Потому что, хотя обычно гримуары существовали как бы в отдельной «комнате» внутри души, связанные с ними, но не контактирующие напрямую, гримуар тринадцатой серии переплетался с душой накрепко. Именно поэтому, в том числе, из него было невозможно «вычеркнуть» магию.

Каждое изученное заклинание, а тем более каждая применённая комбинация, которые по сути являлись автоматическим перемешиванием и объединением конструктов двух магий, искажали душу всё сильнее и сильнее.

Но затем я поглотил дух Бафомета, обладающий огромной силой, а также способный к самовосстановлению. Все повреждения, что гримуар наносил душе, начали просто зарастать со временем, и я смог заниматься комбинированием сколько угодно.

Тем не менее, даже сейчас, став архимагом, я не мог изменить основы. Мой гримуар по-прежнему оставался накрепко связан с моей душой.

Когда обычный маг, тот же Агур, пытался объединить заклинание из гримуара с магическим диском, это получалось без проблем. Ведь магический контур из его гримуара можно было спокойно изъять.

Но контуры моей магии были накрепко связаны с моим гримуаром, а через него — с душой. И, пытаясь объединить одно из заклинаний с магическим диском, я буквально пытался порвать свою душу на части. Хорошо ещё, что никаких особых усилий к этому не прикладывал, иначе могло случиться непоправимое.

Однако после того, как я заполучил четырнадцатую страницу гримуара и записал на неё заклинание, пазл сложился сам собой. После того, как я скомбинировал бы две свои последние магии SSS-ранга, в моём гримуаре не осталось бы обычных заклинаний, только внеранговые.

А это значило…

Что я смог бы создать самую настоящую легенду.

Комбинирование. Стрела шторма плюс Божественная скорость.

Название: Шторм.

А теперь самое интересное.

Адская армия, Бездонное тело, Вечное оружие, Душа психопата, Пламенная энергия, Чистый разум и Шторм. Объединение с магическим диском!

Завибрировав, но не от нестабильности, а скорее будто в предвкушении, диск маны вокруг моего сердца разразился вспышкой невероятной энергии, вырвавшейся из моего тела и отбросившей в сторону захваченную Маалой фею. Почувствовав неладное, она бросилась в атаку, но не успела помешать мне.

Семь моих заклинаний, семь типов божественной магии, утягивая за собой мой гримуар, а следом и мою душу, начали будто бы падать на магический диск. И сначала одно погрузилось в него и растворилось без следа, потом второе, потом третье и так далее.

Однако на моменте, когда седьмой и последний Штормовой шаг исчез внутри магического диска, ничего не закончилось. Вслед за заклинаниями, будто привязанный к ним прочнейшими канатами, на диск маны упал гримуар, который на самом деле был просто невероятно сложной магией.

А за гримуаром диск маны поглотил и мою душу.

На мгновение мой разум погрузился в кромешную тьму, а когда вынырнул обратно, мир предстал уже совершенно иным перед моими глазами.

Глазами бога.

Тело было лёгким, как пёрышко, и невероятно сильным.

Вокруг меня клубился ветер, готовый в любую секунду подхватить меня и за доли секунды перенести меня туда, куда захочу.

Я чувствовал все потоки энергии, мог в мгновение разложить их на составляющие, проанализировать любую магию.

В моей тени клубилась тьма, готовая по первому моему приказу отправить в атаку на врага тысячи и миллионы солдат.

Моя мана была неиссякаема и обжигающе горяча, распространяясь вокруг пламенными протуберанцами.

Две кобуры на поясе приятно оттягивала тяжесть оружия, и я точно знал, что с его помощью смогу уничтожить любого врага.

А разум был идеально чист, освобождён от всех лишних идей и мыслей, и только где-то в его глубине таилась, ожидая своего часа, пугающая чернота.

Бог силы, бог скорости, бог восприятия, бог теней, бог магии, бог оружия, бог душ. И все эти титулы были моими.

— Реально думаешь, что эта крылатая букашка тебе поможет? - усмехнулся я, глядя в красные глаза Лункум.

— Ты должен стать моим! - вместо ответа возопила фея, бросаясь в атаку.

Несмотря на то, что я стал богом, и в том числе богом магии, что было куда круче, чем использовать человеческие артефакты типа Негасимой Свечи, у неё энергии всё-таки было куда больше. Всё-таки в Лункум через явившегося в Хейху клона втекала энергия высшего бога, не новорождённого, как я, а захватившего уже десятки, если не сотни миров.

И всю эту энергию она вливала не только в свою божественную магию ветра, но и в другие невероятные заклинания высших рангов, которые фея умудрялась создавать по несколько десятков за раз и на уровне, значительно превышающем сильнейших серых.

Определённо, сразись я с ней до обожествления — точно помер бы, не протянув и пары секунд. Вот только сейчас всё уже было совсем по-другому.

Мой набор возможностей по-прежнему был невелик. Даже стал у́же, ведь артефакты Бафомета на этом уровне боя не играли никакой роли, и я лишился и щитов, и алхимии. Но божественной магии у меня было в семь раз больше, чем у Маалы.

И это компенсировало и огромный арсенал богини всеединства, и почти бесконечную энергию, втекавшую в тело феи.

Я создавал пачками теневых фантомов, теперь без труда достигающих уровня архимагов и выше. Носился над чёрной землёй на огромных скоростях, недоступных даже для Крыльев Семи Ветров. Сшибался с феей врукопашную, ломая её тело разрушительными ударами. И, разумеется, атаковал из уже не семи, а семи десятков пушек, лишившихся широкого выбора снарядов, но обрётших невероятную убойную мощь.

Лункум не отставала. Теневые фантомы погибали, не успевая провести даже пару атак. Ветер, наполнявший её крылья, позволял ей поспевать за мной без особых проблем. Её тело регенерировало с огромной скоростью. А снаряды пушек, более разрушительные, чем любая человеческая магия, она просто сбивала контрзаклинаниями.

Если бы всё это затянулось, я бы скорее всего проиграл. Скорость, с которой я восполнял свою энергию, не шла ни в какое сравнение с теми темпами, что главное тело Маалы накачивало маной фею.

Вот только богине всеединства стоило задуматься о том, что свои инструменты надо использовать бережно. Несмотря на то, что последствия моих ударов тут же исчезали: кости срастались, гематомы рассасывались, а оторванные части вырастали обратно, в какой-то момент я заметил, что из носа феи текут кровавые ручейки.

Затем кровь пошла из глаз, ушей, стала стекать с уголков губ, проступать через поры на коже. Рука Лункум сломалась, при том что я там не был даже близко, и хотя перелом сросся, новая травма, на этот раз ноги, не заставила себя долго ждать.

Её организм буквально разваливался на части от слишком огромных объёмов маны, которые в него закачивались, и вскоре это уже стало невозможно игнорировать.

В один момент Лункум, только что активно преследовавшую меня и поливавшую заклинаниями, вдруг будто выключили. Вся её магия исчезла, а она сама, будто кукла без верёвочек, начала падать.

Догнав падающее тело, я подхватил его и, приземлившись, аккуратно положил на землю. Никаких признаков жизни в нём уже не было, кровь насквозь пропитала её одежду, от внутренних органов, насколько я мог понять, осталось кровавое месиво, от мышц — мочалка, а половина костей была сломана.

Вот тебе и всеединство.

Не знаю, при каких обстоятельствах избранная фея попала к Маале. Поймали ли её, либо же она сама решила встать на сторону врага, не видя будущего для Хейхи. Но, в любом случае, то, что с ней произошло, было достаточным наказанием за любой проступок.

Поднявшись в воздух снова, я устремился к серости, закрывающей верхушку возвышенности в центре кратера. Маала, сама по себе, не могла покинуть этой области, однако и пуповина, связывающая клона с главным телом, находилась внутри, так что мне не оставалось ничего иного, кроме как отправиться туда.

Влетев в серость, я действительно будто оказался в ином мире. Внутри, по идее, сравнительно небольшой зоны, верхушка возвышенности была всего около пятидесяти метров в поперечнике, пряталась обширный кусок земли, с полями, горами и реками, высоко в небе над которым я появился.

Правда, всё это было пепельно-серого цвета, и совершенно неподвижно, будто на старой фотографии. Выглядело это очень странно и даже как-то противно, но наслаждаться пейзажами мне было некогда.

— Думаешь, я позволю тебе отсечь меня от Великой Общности⁈ — прогремел под серыми небесами разгневанный голос.

В следующую секунду поля, горы и реки передо мной вздыбились, вспухли, начали менять очертания и вскоре приняли облик верхней половины тела огромной лысой женщины с неопределёнными чертами лица. Лишь глаза гигантши выделялись, в них будто бы крутились два серых вихря, жутких и одновременно странно притягательных.

— Мы думаем, что у тебя не будет возможности ему помешать! — вдруг раздался из-за моей спины не менее могучий голос.

Семь сотканных из энергии фантомов, полупрозрачных, но вполне ощутимых, появились секундой позже.

— У вас нет здесь власти!

— Благодаря тому урону, что понесла твоя божественность — есть! — воскликнула самая высокая и величественная фигура Замхура, а после простёрла свои огромные руки, схватив ими гигантшу за плечи.

Другие фантомы тут же последовали его примеру.

— Нет, не смейте!

— Давай, Алистер! Мы не сможем держать её долго!

Дважды просить меня было не надо. Сорвав с шеи подвеску с осколком божественного меча, я влил в неё ману вместе с частичкой своей души. А потом, воспользовавшись одновременно божественностями силы, скорости и оружия, запустил железяку прямо в лоб гигантше, туда, откуда ощущались самые сильные колебания энергии сущности Маалы.

Железка, которой обычно было невозможно и хлеб нормально порезать, вошла в божественное тело будто горячий нож — в масло. И в следующую секунду огромное тело, сотканное по большей части именно из энергии «главной» Маалы, начало таять, как злая западная ведьма из сказки.

Фантомы семи богов почти сразу же тоже начали пропадать, похоже это был максимум, на которых их хватило. А я, выхватив из кобуры пистолет, устремился вниз, к тому месту, где из огромного таявшего тела постепенно проступали очертания вполне человеческого на вид силуэта.

Маала, или, скорее, просто ещё одно тело, которое она заняла когда-то в далёком прошлом, лежала, неподвижная, кажется, потеряв сознание, и выглядела при этом невероятно умиротворённо и безобидно. Однако когда я подлетел и наставил на неё пистолет, её глаза открылись, и я увидел всё тот же красный цвет.

— Пожалуйста, не на!.. — воскликнула она, вскидывая руки к лицу, но договорить фразу не успела.

Пуля пробила её голову насквозь.

Тяжело дыша, я сел на землю прямо там, где сидел. Это было опасно, максимально.

Если бы не появившиеся фантомы богов, я бы ни за что не смог одолеть эту великаншу, способную, очевидно, использовать энергия основного тела Маалы без каких-либо ограничений.

Но теперь, похоже, всё было кончено. И, в подтверждение этого предположения, серый мир вокруг меня начал постепенно рушиться, распадаясь на мелкий пепел.

Я не был уверен, смогу ли выжить, оставшись в этом месте, пока оно будет исчезать. А потому пришлось спешно вскакивать и уносить ноги. Благо, с моим нынешним уровнем это было несложно.

Выбравшись обратно на территорию Края, я забрал тело Лункум и поспешил к своим ребятам. Впрочем, спешить особо было некуда. Со смертью Маалы все её миньоны распались в такой же пепел, в какой превратился и её мир.

К сожалению, уцелеть удалось не всем. Оборотень Туг и Шейла погибли, а также, к моему огромному сожалению, умер Глен закрыв своим телом Линду от удара. Ризелла лишилась руки, гном Банрам — ноги, а у Вана, похоже, на всю жизнь останется стильный шрам через всё лицо.

Исцелить все эти повреждения, нанесённые магией серых, ребятам не удалось даже сильнейшей целительной магией. А когда мы все вместе вернулись в Хейху, нас ждала ещё одна порция потрясений.

Как оказалось, даже я не смог этого предвидеть, серые успели через порталы перебросить несколько сотен тысяч бойцов в города по всему континенту. Убежища сыграли свою роль и без них всё могло бы оказаться куда плачевнее. Но за те недолгие, вероятно, полчаса, что прошли с начала перемирия, Хейха лишилась более чем четырёх миллионов жителей.

Из войск, оборонявших границу, уцелело около семидесяти процентов. По сравнению с общими потерями среди населения это было очень много, но это были бойцы, готовые отдать свои жизни, а не гражданские. Маале, похоже, для её Общности обычные люди были не нужны.

Этот день стал днём траура, но также и днём триумфа. Край был очищен от серой заразы, и боги, связавшиеся со мной через несколько дней, пообещали, что больше не допустят проникновения чужаков на территорию Хейхи.

А также они сообщили, что у меня осталось не так много времени, прежде чем этот мир сам отторгнет меня. Я и сам это чувствовал. Нарастающее с каждым днём давление, будто я был пробкой в бутылке с шампанским.

И оставшиеся мне в этом мире дни я провёл, в кои-то веки, отдыхая и веселясь. Многие погибли, но куда больше выжили, и это определённо было поводом для радости.

А потом, попрощавшись с остальными, взяв с них слово найти меня, когда они сами достигнут божественного уровня, и забрав с собой У́ра, с этим мне помогли боги, я просто растворился в воздухе, на долгие годы покинув Хейху и отправившись в новое, невероятно увлекательное приключение.

Конец.