Крафтер (СИ)

Глава 6

Проснулся я с ощущением, будто на меня поочерёдно наступили мамонт, медведь и, на всякий случай, ещё и Плюм. Голова гудела, во рту пересохло, а в воздухе витал запах перегара вперемешку с чем-то… ванильным? Я приподнялся с дивана, что не могло меня не радовать. Хотя бы уснул на мягком, а не в какой-нибудь канаве. Уставившись на потолок, попытался восстановить в памяти события прошлой ночи.

Первой всплыла сцена, где я оказался в каком-то баре с сомнительным освещением, явно не для аристократов, но с удивительно качественными напитками. Там я ввязался в спор с местным барменом, уверяя, что способен создать идеальный коктейль. Итог? Бармен пал жертвой собственного вызова, а его заведение — жертвой пяти новых «уникальных» напитков, которые либо разгоняли кровь, либо вызывали кратковременное левитационное похмелье.

Следующее видение: шикарное помещение с картами, фишками и богатыми людьми, которые явно не ожидали, что в их круг ворвётся небритый аристократ в потрёпанном свитере. Но я был не из тех, кого можно прогнать взглядом. Я принял участие в карточной игре, даже почти выиграл, но потом меня отвлекли огненные трюки Плюма (он зачем-то изображал свечу на столе). В итоге казино я покинул с парой трофейных фишек и чей-то перчаткой в кармане.

Я вдруг вспомнил, как сидел на сцене какого-то богемного заведения, держа в одной руке бокал вина, а в другой — какую-то кошку (откуда она взялась, непонятно). Передо мной стоял человек с моноклем. Он читал стихи, после чего публика требовала уже ответа от меня самого. И я, не будь дурак, начал импровизировать. Талант у меня безусловно был, потому что публика то каталась со смеху, то разражалась аплодисментами. Я не помнил, кто победил, но у меня почему-то остался чей-то берет.

Последнее воспоминание перенесло меня в центр города. Я стоял на площади, вдохновенно произносил речь перед небольшой толпой подвыпивших людей. О чём речь, я понятия не имел, но народ поддерживал меня громогласными возгласами. Потом я залез на постамент к местной статуе, объявил её «хорошим парнем», и там провёл как минимум минут пятнадцать, пока кто-то не предложил переместиться в другую часть города.

Остальное вспомнить уже не получалось. Я осмотрелся. На одной руке у меня красовался пиратский браслет, на другой — дорогие часы, которые явно мне не принадлежали. На полу валялась пустая бутылка из-под рома. Рядом с кроватью стояла обувь, принадлежащая явно разным людям.

Я глубоко вздохнул, посмотрел на потолок и резюмировал:

— Великолепно. Надо повторить!

Плюм, уютно устроившийся на моей груди в виде пушистого клубка, согласно пискнул.

— Да-да, отдыхай, друг мой. У нас с тобой талант попадать в незабываемые приключения.

Я откинулся назад и закрыл глаза. А потом резко сел.

— Чёрт. А где машина?

Ладно, разберемся. Спустившись вниз, я сразу понял, что мне срочно нужна еда. Голова гудела, желудок требовал хоть какого-то подобия цивилизованного завтрака, а душа… душа пока молчала, вероятно, тоже переживая последствия вчерашнего веселья. И я чувствовал, что вчерашние приключения пошли мне на пользу, ведь душевных сил заметно прибавилось, что не могло не радовать!

На столе уже ждала запотевшая бутылка минералки, горячий суп, свежий хлеб, сыр и яичница-глазунья. Настасья подготовила правильный рацион после попойки. Умница!

Бутылку я осушил в один присест, а ел, уже не торопясь, наслаждаясь каждым кусочком. Плюм, притащившийся следом, уныло устроился на краю стола, очевидно, переживая свое первое в жизни похмелье.

— Не жалей себя, друг мой, — усмехнулся я, отламывая кусочек хлеба. — Мы ведь знали, на что шли.

Я едва успел доесть завтрак, когда снаружи раздался гулкий рев двигателя. Машина остановилась прямо у крыльца, и почти сразу в воздухе разнесся зловещий звон колокольчика.

Я нахмурился. Колокольчик? В такое-то время? Григорий, стоявший неподалеку, вдруг резко побледнел.

— Ох, ты ж… — пронеслось у него на выдохе, и он мгновенно развернулся, бросившись к выходу.

Плюм, до этого мирно страдающий похмельем, лениво приоткрыл один глаз.

— Кто это там? — не спеша поднимаясь, пробормотал я.

Настасья, до этого спокойно раскладывающая свежие булочки в корзину, выглянула в окно и тут же заохала:

— Батюшки!

Я перешагнул через порог столовой и направился к входной двери.

Во дворе, прямо перед домом, остановился массивный черный автомобиль, блестящий, словно лакированный гроб. На его капоте красовалась витиеватая надпись серебряными буквами: «Вечный покой».

Из автомобиля вышли трое мужчин в строгих черных костюмах. Один из них, высокий, худой, с тонкими усиками и бледным лицом, медленно достал карманные часы, открыл их и, удовлетворенно кивнув, пробормотал:

— Точно по графику.

За ним из машины извлекли длинный черный футляр. Я сощурился. Гроб. Они привезли мне гроб.

— Григорий, — медленно протянул я, поворачиваясь к дворецкому, который выглядел так, будто собирался испустить дух прямо здесь и сейчас. — Не хочешь объяснить?

— Э-э-э… — промямлил старик, нервно поправляя воротник. — Видите ли… Когда… э-э… когда вас… считали… ну… того…

— Мертвым? — подсказал я.

— Да! Вот! — воскликнул он, словно я только что решил за него сложнейшее уравнение. — Тогда я, э-э, по традиции, заказал похороны! Ну, чтобы все было как положено! Но… потом… как-то… забыл отменить…

Настасья, до этого скромно выглядывающая из-за двери, шумно осела на ближайшую табуретку.

— Свят-свят-свят…

Я глубоко вздохнул, с трудом сдерживая смех.

Тем временем похоронщики, не обращая внимания на наш разговор, методично раскладывали вокруг машины черные бархатные ленты, создавая впечатление жутковатой сцены из театральной постановки.

Высокий с усиками, очевидно главный среди них, сделал шаг вперед и с важностью объявил:

— Похоронное бюро «Вечный покой» готово выполнить свой долг. Где тело барона Льва Морозова?

Я картинно оглядел себя, похлопал по груди, потом по плечам.

— Хм. Кажется, оно прямо перед вами.

Усики нервно дернулись.

— Простите… Что?

Я усмехнулся и склонил голову набок:

— Не хотите проверить? Вдруг я просто очень хорошо сохранился?

Похоронщики на мгновение застыли, переглядываясь.

— Прошу прощения… — переспросил главный, его тонкие усики вздрогнули. — Вы… э-э… не умерли?

Я широко улыбнулся:

— Ну, если и умер, то, похоже, воскрес. Или я просто слишком упрямый для смерти.

Двое его подручных, широкоплечий молчун и худой, как подсвечник, субъект, неловко переглянулись.

— Такого в договоре не прописано… — пробормотал один.

— Ну, технически, если он сам говорит, что живой… — задумчиво протянул второй, но главный отмахнулся.

— Погодите! — Он снова повернулся ко мне. — Но… у нас все документы в порядке! Свидетельство о смерти подписано! Гроб заказан! Ритуальные услуги оплачены!

Григорий нервно закашлялся и, кажется, попытался вжаться в тень крыльца. Я прищурился:

— Оплачены?

— Ну… нет, конечно, — похоронщик нервно усмехнулся. — Но это уже мелочи!

Я скрестил руки на груди:

— Так, погодите. Вы пришли хоронить меня бесплатно?

— Эм…

— Это что же, промоакция? Первый клиент в подарок?

Похоронщики снова переглянулись.

— Нам велели забрать тело! — неуверенно заявил усатый, но теперь в его голосе было куда меньше пафоса.

— Ну так забирайте, — великодушно махнул я рукой. — Если сможете.

Он замер, потом окинул меня взглядом с головы до ног. Я посмотрел на него в ответ. Мы молчали.

Позади меня Настасья судорожно крестилась, а Григорий выглядел так, будто готовился к побегу через окно. Один лишь Матвей Семёнович буднично листал газетку на веранде.

— Эм… — похоронщик кашлянул в кулак. — Видимо, произошла… неловкая ошибка.

— Видимо, — согласился я.

— В таком случае, нам… наверное, стоит…

— Разве вы не оставите гроб в качестве компенсации за моральный ущерб? — невинно поинтересовался я.

Тут даже Григорий фыркнул. Похоронщики спешно сгребли свои черные бархатные ленты, упаковали гроб обратно в машину и, не теряя ни секунды, скрылись с территории особняка.

Я проводил их взглядом, затем повернулся к Григорию:

— Забавно. Может, закажем им чаю на следующую встречу?

Тот лишь тяжело вздохнул и прикрыл лицо рукой.

Я улыбнулся и вернулся в дом, оставляя за спиной недоуменных слуг и воспоминания о собственной «смерти».

Возле входной двери валялся мой мешок с драгоценностями — к счастью, хоть его я не потерял. А вот деньги, которые я вчера столь бережно извлек из сейфа… Исчезли. Очевидно, я их успешно прокутил.

— Лиха беда начало, — философски произнес я, закидывая мешок на плечо. — Еще заработаем.

Но пора бы уже разобраться, куда меня занесло. Я повернулся к Григорию, который после утреннего стресса выглядел лет на десять старше.

— Григорий, где мы находимся? Я имею в виду не просто город, страну, а что это вообще за мир? Какие тут порядки, власть, технологии?

Дворецкий кашлянул в кулак и поправил манжеты.

— Милорд, думаю, вам стоит воспользоваться интернетом. И… ну… померить температуру? Возможно после вчерашнего еще не отошли.

Я приподнял бровь.

— Температуру? — подняв руку я потрогал свой лоб. — Не, все нормалдос. Что там за интернет такой?

— Интернет, — повторил он. — Это… э-э… сеть знаний. Там можно найти информацию обо всем, что вас интересует.

— То есть нечто вроде библиотеки?

— Гм… В некотором роде.

— Ладно, допустим. И как мне попасть в этот ваш… интернет?

— Через компьютер.

— Через что?

Григорий тяжело вздохнул, поняв, что мне потребуется более основательное объяснение.

Он провел меня в одну из комнат, где стоял странного вида стол с чем-то, что отдаленно напоминало магический верстак, но в гораздо более… примитивном исполнении. Григорий сел перед ним, нажал пару кнопок, и вдруг… передо мной засветился прямоугольный экран.

Я замер.

— Это что, зеркало?

— Нет, милорд, это монитор.

— Похоже на зеркало.

— Но это не зеркало.

— Тогда зачем он светится?

Григорий собрал остатки терпения.

— Это сложная магия.

— Ха! Это, должно быть, самая примитивная магия, что я видел.

Странное дело, но ауры в предмете я не ощущал. Должно быть, кто-то могущественный сотворил данный агрегат и спрятал все проблески силы.

— Это не магия, милорд.

— Да-да, конечно, не магия. И еще скажи, что это не магический артефакт.

— Это не магический артефакт.

Я подозрительно посмотрел на «компьютер».

— Ладно. И что с ним делать?

— Вот тут клавиатура, вот тут мышь.

— Мышь?

— Неживая.

— Уже лучше.

Григорий терпеливо объяснил, как работает это устройство, а я тем временем делал пометки в уме. Система была… нелепой, неудобной и раздражающе медленной.

Но. Если я хотел быстро разобраться в этом мире, мне стоило освоить этот шайтан-аппарат. Я сел за стол, потёр руки и принялся за изучение.

Григорий, видимо, решив, что свою часть миссии он выполнил, направился к выходу, но на пороге вдруг замешкался и, явно робея, спросил:

— Милорд… Простите за дерзость, но… Где моя «Ласточка»?

Я обернулся и широко ему улыбнулся.

— Всё зашибись, Григорий. Позже разберемся.

Он ничего не ответил, лишь с силой зажмурился и удалился прочь, вероятно, проклиная тот день, когда в древнее поместье приехал Морозов.

Я работал с этим странным устройством, называемым «компьютер», и всё больше поражался его возможностям.

Нет, правда. Никаких бесконечных фолиантов, библиотек с пыльными полками, поисков редких манускриптов! Просто нажал несколько клавиш и вот она, информация, прямо перед тобой! Я был в восторге.

Мир, в котором я очутился, назывался Землей. Обычное, приземлённое название. Никакой загадочности. Зато государство, в котором я находился, именовалось Российской Империей. Империей! Это уже звучало достойно.

Правда, про мой род информации было… смехотворно мало. Лишь скучное упоминание, что Морозовы являлись одним из древнейших аристократических родов.

И что это мне давало? Да ничего. Ну, кроме осознания, что я, судя по всему, последний оставшийся в живых носитель этой великой крови.

А ещё я узнал нечто шокирующее. Артефакторика в этом мире была не развита. Совсем. То есть, вообще. Некоторые считали её чем-то наподобие старинного ремесла, но в основном все относились к ней как к бесполезному занятию.

БЕСПОЛЕЗНОМУ!

Я несколько минут сидел в абсолютной тишине, глядя на экран. Затем закрыл глаза, медленно вдохнул и выдохнул.

— ВОЗМУТИТЕЛЬНО.

Мир без артефакторики… Это даже представить сложно. Это все равно что мир без… без… смысла! Как же хорошо, что теперь у этого мира появился я.

Успокоив дыхание, я уставился в экран. Порталы… Они существовали и здесь. Я уже знал это, но теперь вникал в детали.

Никто не знал, откуда они появляются. Просто в какой-то момент пространство рвалось, и из ниоткуда возникала зияющая дыра в реальность. И если её не закрыть, из неё начинали лезть монстры и кое-кто похуже.

Люди боялись их. Разумеется. Большинство людей боится того, чего не понимает. Но, как я понял, страх не мешал им… извлекать выгоду. Трофеи монстров использовались повсюду. В медицине, в алхимии, в той же косметологии (в косметологии, Карл!).

Плюс в порталах находили древние артефакты, которые люди не могли воспроизвести. А вот я мог. Я тихо усмехнулся.

Вся эта возня с порталами, с поисками редких трофеев, с рисками — это был просто неэффективный, тупой способ пытаться что-то добыть.

Но я знал истинную цену порталов. Не золото. Не древние артефакты. Не жалкие косметические снадобья.

А ИНГРЕДИЕНТЫ.

Материалы для создания настоящих артефактов. И это значит, что порталы — мой новый золотой рудник для обеспечения моей пенсии, ведь я привык брать от жизни лишь самое лучшее! Да и я все-таки артефактор, и без исследований уже вскоре на стену полезу.

Более детально углубившись в эту тему, я узнал про… Клинков.

Клинки занимались всем, что касалось порталов. Их главной задачей было закрывать прорывы (ваш капитан), которые несли угрозу людям. Эти ребята контролировали все и отвечали за то, чтобы ничто не вырвалось наружу и не угрожало жизням людей.

Будучи структурой, полностью подконтрольной империи, она давала свои бонусы ее членам. Так, поднимаясь по их внутренней иерархии, рядовой член мог рассчитывать на квартиру, ресурсы, доступ к редким артефактам, найденным в иномирье, и, конечно же, доступ к самим порталам. А значит, и ко всем тем ценным ингредиентам.

И последнее интересовало меня больше всего!

В итоге, просидев до самого вечера, я принял решение: с утра — к Клинкам. Время терять не стоило. Надо было заняться делом, а не сидеть в этой старой усадьбе.

Спустившись вниз, я быстро перекусил. Стол, конечно, накрывали все те же слуги, но теперь было заметно, как поместье стало оживать. К этому моменту в вазах красовались полевые цветы, за окнами качались деревья, а воздух в доме стал как-то свежее. Старая жизнь уходила, а новая только начиналась.

Набросив взгляд на свой новый артефакт, а именно боевой утюг, который до сих пор стоял в углу холла, я отпустил пару слов:

— Следи за домом, не давай никому заскучать.

Он стоял и, кажется, даже мигал глазом. Ну, или это мне показалось… Неважно. Если утюг готов действовать, я мог немного расслабиться.

Закрыв за собой дверь, я вернулся в свою комнату. Перед тем как лечь спать, я решил немного освежиться. Направился в ванную, снял с себя все эти грязные одежды, которые были почти такими же изношенными, как и мое настроение после всех этих бессмысленных приключений.

Под струями горячей воды я расслабился. Душ прогонял все следы усталости, оставляя только чувство чистоты и легкости. Я пару раз потянулся, наслаждаясь этим моментом. В мире, где все стремится к беспорядку, такой маленький ритуал был просто необходим.

Поменяв свитер на свежий, я надел что-то более комфортное и, оставив за собой дымку пара, направился к кровати. Теперь я был готов.

Прямо перед тем как лечь, я еще раз подумал о завтрашнем дне. Чем больше я об этом думал, тем больше начинал понимать: в том, что я собираюсь делать, есть определенная доля риска, но… рисковать — это моя стихия. Я никогда не был сторонником долгих раздумий и подготовок.

— Ну что ж — прошептал я себе под нос, — Утром новый день и новые возможности.