Кровь Дельфора

Глава 15

Я возвращался из лавки, волоча тяжеленную сумку с продуктами — в основном картошку и прочие овощи, но большая бутыль молока для Арны веса тоже добавляла. Сам я предпочёл бы пиво, но с пивом последнее время у меня почему-то совсем не получалось. И не потому, что Арна как-то меня осуждала, просто с некоторыми женщинами некоторые вещи сами собой становятся неуместными. Вот и с Арной не очень получается пить пиво, сразу ощущаешь себя каким-то выходцем из низов. В её обществе было бы уместнее вино, но вино я сам не люблю, вот и приходится обходиться морсом.

Неожиданно домашнее хозяйство оказалось большей частью на мне. Арну, конечно, учили ведению хозяйства, но для неё это ведение заключалось исключительно в управлении слугами. Причём от готовки она вовсе не отказывалась, но после нескольких попыток я решил эту обязанность возложить на себя. Мне приходилось готовить во время учёбы, да и потом тоже — денег на трактиры у меня никогда не было. От высокого поварского искусства я был всё равно бесконечно далёк, но в целом у меня обычно всё-таки получалось нечто съедобное.

Я вежливо раскланялся с соседом через дом — так и не удосужился узнать, как его зовут, — приветливо помахал Тенке и, наконец, добрался до своей калитки. В доме я с облегчением поставил на пол сумку — руку она мне оттянула изрядно, — и не сразу заметил, что Арна уже дома.

— Привет, Арна, — поздоровался я. — Что-то рано ты домой вернулась. Ничего не случилось, надеюсь?

— У меня закончился вводный курс, — ответила она со слегка озадаченным видом. — Мне сказали, что нужно неделю или две ждать, пока наберётся группа для инициации.

— Вот как? — слегка удивился я. — Мне казалось, что вас будут подольше готовить, но вообще этого можно было ожидать. И что ты будешь делать эту неделю? Или даже две?

— Никаких идей на этот счёт, — пожала она плечами. — Я бы позанималась, но совершенно не представляю, что мне стоит почитать. Потом схожу к кураторше курса, может быть, она даст какие-нибудь рекомендации.

— То есть ты, наконец, дошла до инициации, — задумчиво сказал я. — Страшно?

— Не особо, — вздохнула она. — Какой смысл бояться неизбежного? Только мучить себя напрасно. Если мне суждено умереть, то лучше уж умереть, не трясясь от страха.

— Достойная позиция, — кивнул я уважительно.

В самом деле достойная — чувствуется, что она это говорит совершенно искренне, не рисуясь. Всё-таки рядом с такими женщинами невозможно быть слабаком и нытиком — хочешь не хочешь, а приходится соответствовать.

— У меня есть предложение, — вдруг заявила она. — Давай сходим в Облачное.

— В Облачное? — поразился я. — Зачем?

— Я посмотрела график схождений — сейчас сошлись сразу четыре острова. Это очень редкое событие, и многие пути стали гораздо короче. Мы можем сходить поискать то, что потеряли, и уложиться всего в два дня. Или даже меньше.

— Неожиданно, — немного растерянно сказал я. — Вот именно в Облачное у меня совсем не было планов возвращаться. По крайней мере, в обозримом будущем.

— Артём, пожалуйста, — она просительно посмотрела на меня. — Это самое подходящее время, чтобы попробовать вернуть потерянное.

Непонятно, с чего ей вдруг загорелось посетить Облачное, где мы легко можем встретиться с людьми, с которыми нам встречаться не стоит. Нет, кристаллитный нож — это, конечно, вещь очень ценная, но он у нас был не последним. Да и непонятно, так ли нам нужен ещё один кристаллитный нож — продать его непросто, и след подобная продажа оставит слишком яркий. Такие ножи имеет смысл использовать разве что на подарки, но сколько подарков нам нужно? Мне кажется, тот нож совсем не стоит риска, но как сказать «нет», когда женщина просит?

— Ну давай сходим, раз такое дело, — без особой охоты согласился я. — Поищем…

Мы остановились на минуту посмотреть сверху на Маум — город, мимо которого мы столько раз проходили, и в котором нам так и не довелось побывать. Наверное, и не доведётся — а жаль. Маум очень красивый город — по крайней мере, издалека выглядит красивым.

— Я всё-таки так и не понял, Арна, — сказал я, рассматривая разноцветные башенки и флажки на шпилях, — с чего вдруг ты так загорелась вернуть этот ножик? Вряд ли мы сможем продать его в обозримом будущем, слишком уж заметная вещь.

— Меня этот нож вообще не волнует, — сказала она со вздохом. — Мне нужен был повод уйти из Дельфора так, чтобы это не вызвало подозрений.

— Ты хочешь уйти из Дельфора? — поразился я.

— А ты мог бы? — она внимательно смотрела на меня.

— Если говорить в принципе, то мог бы, конечно, — подумав, ответил я. — Мне Дельфор нравится, но не настолько, чтобы я без него вот прямо тосковал. Однако мне необходим Дельгадо. Он сказал, что без его помощи я, скорее всего, погибну при инициации, и я ему верю. А потом мне придётся его помощь как-то отрабатывать. Не знаю, где придётся отрабатывать — может быть, и в Дельфоре. Да и тебе лучше инициацию проходить в Дельфоре — зачем тебе уходить?

— Я и не собираюсь пока уходить, мне просто хотелось узнать, как ты относишься к Дельфору.

— Да никак особо не отношусь, — пожал плечами я. — Место и место. В чём-то приятное, в чём-то не очень. Для того чтобы осесть надолго, Дельфор выглядит в целом неплохим вариантом. Кое-какие порядки там, конечно, здорово раздражают, но с этим можно смириться. А что насчёт тебя? Как ты относишься к Дельфору?

— Да в общем-то, так же как и ты, — ответила она без колебаний. — Жить там можно, но можно жить и не там. То есть я так относилась раньше. Но с некоторых пор Дельфор меня начал сильно пугать.

— Ты насчёт того, что он живой? — догадался я. — Это действительно немного пугает. Я предпочитаю об этом не задумываться.

— Нет, я имею в виду не это, — покачала головой она. — Но как раз из-за этого я и хотела поговорить с тобой подальше от Дельфора. У меня есть подозрение, что он слышит каждое наше слово.

— Скорее всего, не только слышит, но ещё и видит, — резко помрачнел я. — Вот Дельгадо, например, даже знает, что мы на самом деле не парочка, хотя со стороны всё выглядит как раз так, будто у нас есть отношения.

Арна смутилась и покраснела.

— Ну я же тебе объясняла… — начала неловко оправдываться она.

— Да я не в упрёк тебе говорю, — махнул я рукой. — Просто слишком уж много он о нас знает того, чего знать не должен. И не только он, кстати.

— Думаешь, он в самом деле за нами подсматривает?

— Если ты имеешь в виду за тем, как ты переодеваешься, то вряд ли, — усмехнулся я. — Не знаю, Арна. Но то, что в Дельфоре нужно внимательно следить за тем, что говоришь и делаешь — это факт. Даже если разговариваешь наедине. Даже если сам с собой. Ты права, что Дельфор не стоит обсуждать в Дельфоре. Так что именно ты хочешь обсудить?

— Знаешь, вот так сразу трудно сказать… — она задумалась, пытаясь сформулировать свою мысль. — Мои одногруппники начинают вести себя непонятно… слишком странно себя вести.

Я терпеливо ждал, когда она сможет выразиться яснее.

— Вот помнишь, Дельгадо сказал тебе, что с Ивисом Сульдином всё само собой образуется?

— Вообще-то, не только он мне такое говорил, — заметил я. — Кураторша твоего курса то же самое сказала, буквально теми же самыми словами.

— И всё действительно постепенно образовывается. Практически образовалось. Я сначала думала, что Дельгадо поговорил с ним или что-то в этом роде, но поведение Ивиса никакими разговорами не объяснить. Как бы это сказать… он стал меня забывать.

— Это ещё как? — непонимающе переспросил я.

— Вот прямо так. Поначалу он глядел на меня с ненавистью, у него даже морда непроизвольно кривилась. А потом часто начало случаться так, что он смотрит на меня, будто пытается вспомнить, кто я такая, потом вспоминает и начинает смотреть с ненавистью. А последнее время часто даже и не может вспомнить — посмотрит с недоумением, а потом равнодушно отворачивается. После бывает, вспоминает, а бывает, что так и не вспомнит.

— Интересно, — в полном замешательстве прокомментировал я.

— Ещё как интересно, — вздохнула она. — А недавно он меня просто напугал. Он мне улыбнулся, представляешь? Потом нахмурился, посмотрел недоумевающе и отвёл взгляд. То есть он всё реже и реже вспоминает, что меня ненавидит.

— А что насчёт других? — пришла мне в голову мысль. — Только с ним странности?

— В том-то и дело, что не только, — мрачно ответила Арна. — Я сначала относила его странности на то, что Дельгадо как-то на него воздействовал, но потом начала замечать изменения и в сестричках тоже. Понимаешь, они поначалу держались отдельно и всячески показывали, что им плевать и на меня, и на Ивиса. Наша вражда их только развлекала. А сейчас они начали дружелюбно нам обоим улыбаться, и всегда готовы помочь — с конспектом или ещё чем. И про Дельфор говорят вот прямо с придыханием. История Дельфора у них сейчас любимый предмет.

— Совсем как наши соседи, — заметил я.

— Именно! — энергично кивнула она. — И если подумать, то все дельфорцы как раз такие. Они все одинаково себя ведут.

— А в себе ты ничего такого не замечаешь?

— Нет, — покачала она головой. — В себе не замечаю. И кстати, в тебе тоже никаких изменений не вижу.

— Я в тебе тоже изменений не вижу, — задумчиво сказал я. — Тогда возникает сразу два вопроса: почему они изменились, и почему не меняемся мы.

— Я долго над этим думала и, кажется, знаю ответ. С ними что-то делают на продвинутой медитации, которую мне запрещено посещать. Другого варианта я не вижу — это единственное отличие между мной и остальными. И это хорошо объясняет, почему в Дельфоре не разрешают жить бездарным — им мозги медитацией не промоешь.

— Ну, возможно, так и есть, — согласился я. — А почему тогда нам не стали мозги промывать?

— Тебе, я думаю, из-за того, что ты для чего-то нужен Дельгадо, — предположила Арна. — А мне, возможно, потому, что я княжна. Нет, скорее всего, Дельгадо просто решил не ссориться с тобой. Тебе бы, наверное, не понравилось, если бы мне здесь промыли мозги?

— Очень бы не понравилось, — подтвердил я.

— Похоже, ты опять меня спас, — грустно заметила она.

— Брось, — отмахнулся я. — Спас, не спас, какая разница. Ничего ты мне не должна, и можешь не подсчитывать долги.

— Спасибо, Артём, — слабо улыбнулась она. — Вот только твои слова долг не отменяют. Но не будем об этом. Что нам делать?

— А что мы можем сделать? — хмыкнул я. — У нас вариантов нет, Арна. Если не считать варианта просто сдохнуть при самопроизвольной инициации. А после инициации я окажусь должным Дельгадо, и наверняка у меня не получится сказать: «Извини, великий, я передумал». Я уверен, что там непременно будет некий обязывающий договор. А у тебя, кстати, после инициации есть вариант просто уйти — ты всё оплатила деньгами и ничего никому не должна.

— Я не хочу тебя бросать, — покачала головой она. — Буду с тобой до конца, каким бы он ни был. Да и куда я пойду? Если меня даже в Дельфоре пытаются достать, далеко мне не уйти.

— Значит, ничего не делаем, — подытожил я. — Но будем внимательно прислушиваться к себе, и если вдруг начнём слишком любить Дельфор, то придётся убегать. Ну что — пойдём за ножиком, раз уж мы здесь?

Подземелье Облачного уже настолько мне знакомо, что ещё визит-другой, и я начну воспринимать это как возвращение домой. Те же извилистые тёмные ходы, те же змеи, на которых я уже не обращал внимания, между делом отрубая им головы.

До места эпической битвы мы добрались действительно быстро. Нам пришлось два раза переходить с острова на остров, но уже к вечеру мы были на месте. Впрочем, переходы ничем особенно не выделялись, и, если бы Арна их мне не показывала, я бы и не понял, что перехожу на другой летающий остров.

— У меня просто нет слов, — признался я, разглядывая огромные скелеты.

Арна тоже впечатлилась, и было чем. Гигантская минога переоценила свои возможности и не смогла заглотить гигантскую змею. Она проглотила её примерно наполовину, а дальше её желудок, видимо, растянуться уже не смог. Загнутые внутрь небольшие зубы не могли откусить часть змеи и не позволили её выплюнуть. Минога в результате просто сдохла, и так и осталась частично высунувшейся из воды — задняя часть змеи, лежащая в коридоре, не позволила ей уйти в глубину. Мелкая живность обглодала обеих, и сейчас два гигантских скелета, намертво сцепившись, образовали композицию, которая представляла собой аллегорию жадности.

— Мама всегда говорила мне, что жадность до добра не доводит, — сказал я, качая головой. — Она знала, о чём говорила.

— А вот у миноги такой умной мамы явно не было, — смешливо фыркнула Арна. — Чувствуешь гордость, глядя на это? Это ведь мы сделали.

— Ну, я бы не стал преувеличивать нашу роль, — хмыкнул я.

Пока мы рассматривали композицию, на берег выбросилась небольшая минога и бодро поползла к нам. Я попытался отбросить её остриём копья; она вцепилась в лезвие и начала его заглатывать — или, точнее говоря, надеваться на лезвие, не обращая внимания на то, что таким образом просто разрезает себя на две половинки.

— Нет, про вред жадности они точно ничего не слышали, — заметил я, с изумлением глядя на это представление.

На берег выбросилась ещё два червяка.

— Пойдём отсюда, — сказал я, стряхивая с копья уже почти располовиненную миногу, в которую радостно вцепились подруги. — Тот ножик, что оставался в голове змеи, лежит на дне, его не достать. Давай поищем второй, который упал в коридоре.

Коридор был практически чистый, если, конечно, не считать скелета змеи. Я думал, что здесь будут лежать горы скелетов маленьких миног, но, похоже, живность, которая пришла позже, сожрала их вместе со скелетами. Найти нож удалось довольно быстро, хотя и не сразу — он отлетел за камень и лежал там, совершенно незаметный из центра коридора. Не отлети он туда, возможно, его нашёл бы кто-нибудь другой — наверняка здесь кто-нибудь, да проходит, хотя бы изредка.

— Ну вот, цель достигнута, — я аккуратно завернул найденный нож и положил его в рюкзак. — Надеюсь, у тебя нет мысли доставать тот ножик, который ты змее в нос воткнула?

— Нет, — она оглянулась на озеро и невольно содрогнулась. — Но интересно, конечно, что в этом озере спрятано. Наверное, что-то очень ценное, раз это невозможно достать.

— Не суди по первому впечатлению, — возразил я. — Вполне возможно, что это как раз достаточно просто сделать. Например, это может оказаться лёгким для магика. Или существует какое-нибудь вещество, которое отпугивает червяков. А может, нужно просто откатить какой-нибудь камень, чтобы вода ушла и озеро обмелело. Если бы точно знать, что там есть что-то ценное, то можно было бы подумать над этим.

— Думаешь, там может ничего не быть? — удивилась Арна. — С такой охраной что-то обязательно должно быть.

— Может быть, что-то ценное, но такое, что для нас никакой ценности не представляет. Скажем, какая-нибудь очень редкая руда. Но нам-то что с ней делать? Мы же не шахтёры и не металлурги.

— Ну да, вряд ли там шкатулка с самоцветами, — неохотно согласилась она.

— Вот и закрыли этот вопрос, — решительно сказал я. — Пусть какие-нибудь приключенцы головы над этим ломают. И пусть тот нож будет им наградой, если они ничего ценного там не найдут. А у нас хватает и других забот.

— Хватает, — вздохнула она помрачнев.

— Значит, двинулись домой. Сегодня успеем вернуться?

— Не успеем, — покачала головой Арна. — Мы не сможем вернуться той дорогой, которой сюда пришли. Двадцать седьмой остров отойдёт от Белого меньше чем через час. Даже если успеем до него добежать, пройти через него всё равно не успеем и застрянем там до следующего схождения. Есть другой маршрут в Маум, который будет держаться ещё двенадцать часов. Доберёмся до Дельфора завтра утром. Или даже раньше, если будем быстро идти.

— Ну, веди тогда, — согласился я.

Тёмные коридоры тянулись бесконечно. Не представляю, как те же дверги могут жить под землёй… хотя у двергов города вовсе не напоминают тёмные норы. И всё равно, камень над головой вместо неба понемногу можно выносить, но жить так постоянно — это очень на любителя. Не на меня.

Мы шли молча — всё, что можно, уже обсудили, а трепать языком впустую я не привык. И Арна, похоже, тоже — во всяком случае, пустой трескотни я от неё никогда не слышал. Шли мы с небольшими остановками для отдыха — полчаса, не больше. Будь мы подальше от дома, уже, наверное, стали бы располагаться на отдых и ночлег, но мы единогласно решили идти без отдыха, и как следует отдохнуть уже дома.

Я остановился, подняв руку. Арна немедленно тоже остановилась и вопросительно посмотрела на меня.

— Что-то не очень большое быстро приближается, — шепнул я. — Человек или некрупный зверь.

Арна без лишних слов кивнула и передвинулась чуть вбок, чтобы мы могли атаковать с двух направлений. Ждать пришлось совсем недолго — через минуту из прохода рядом выбежал человек. Увидев нас, он испуганно отскочил, взял копьё наперевес и напыщенно возвестил:

— Вам не удастся взять меня на испуг, разбойники!

Сказано это было ломким юношеским голосом и звучало настолько пафосно, что я засмеялся. Арна тоже тихонько фыркнула.

— И кто же здесь разбойник? — сквозь смех спросил я. — Это же ты на нас напал!

— Я на вас не нападал! — возмутился он. — Это вы меня подкараулили!

— Ты совсем блаженный, что ли? Вот бы мы торчали в подземелье, надеясь, что ты на нас выскочишь.

— Тогда что вы здесь делаете? — в замешательстве спросил он.

При ближайшем рассмотрении он оказался совсем молодым — моложе Арны, а ей всего восемнадцать. Точнее, почти восемнадцать — а когда у неё день рождения, кстати? Какой-то я совсем невежливый — даже не поинтересоваться у подруги, в какой день надо дарить ей цветы и целовать со всем дружеским пылом. В общем, юнец оказался совсем юнцом — не удивлюсь, если он вообще сбежал из дома.

— Мы идём по своим делам, — охотно ответил я. — А вот что здесь делаешь ты? И вообще, сколько тебе лет?

— Сколько надо, — резко ответил он, и я окончательно уверился, что ему не больше шестнадцати. — Я охотник.

— Охотник, да? — с иронией переспросил я. — На прохожих охотишься?

— Тим, оставь в покое молодого человека, — вступилась за него Арна. — Как тебя зовут?

— Герин, — неохотно ответил он.

— Я Рина, а это Тим. Так что с тобой случилось, Герин? Почему ты так бежал? Может, тебе помощь нужна?

Из мальчика как будто вытащили стержень.

— Можно, я с вами пойду? — шмыгая носом, спросил он.

— Можно, конечно, — ответила Арна до того, как я успел открыть рот. — Мы идём в Маум — если тебе туда, можешь идти с нами.

— Мне всё равно, — вздохнул он. — Можно и в Маум.

— Так что с тобой случилось, Герин?

История оказалась простой и довольно стандартной, хотя вытащить её оказалось не так уж легко. Юноша действительно сбежал из дома, решив стать великим охотником. Я мысленно скинул ему возраст до пятнадцати или даже до четырнадцати — в шестнадцать подростки тоже придурки ещё те, но к этому возрасту направление дури уже перемещается на девочек.

В гостинице Маума он встретил двух опытных охотников, которым в команду как раз нужен был третий. Он им соврал, что уже охотился, и они обрадовались, что, наконец, смогут охотиться полной командой. А в подземелье они на него напали. Однако Герин заметил, что его собираются ткнуть копьём в спину, и сразу убить его не вышло, а потом ему чудом удалось сбежать. Рюкзак со всеми вещами и деньгами пришлось, увы, оставить.

В этом месте мы с Арной переглянулись, вспомнив ту парочку, которая точно так же прикончила товарища. Похоже, это те же самые, и дело у них поставлено на поток.

— Знаешь, Тим, — сказала Арна, — а давай-ка прогуляемся, познакомимся с этими ребятами.

— Если только мы сможем их найти, — скептически отозвался я. — Но давай поищем, я, вообще-то, тоже не против. Герин, вы расстались далеко отсюда?

— Да нет, недалеко, — ответил он неуверенно. — А что вы хотите сделать? Они очень опасные, и с оружием хорошо управляются.

— Вот и посмотрим, насколько они опасные, — резко закончила разговор Арна. — Веди, Герин.

На удивление, Герин хоть и убегал, но дорогу запомнил. Может быть, и в самом деле из парня выйдет хороший охотник, раз в стрессовой ситуации способен соображать.

— Стой! — я придержал его за руку. — Ты уверен, что нам туда?

— Уверен, — подтвердил он. — Я точно здесь пробегал, вот даже мой след остался.

— След вижу, — кивнул я. — Вот только за этим проходом нет двух людей, а есть что-то большое.

— Насколько большое? — деловито спросила Арна.

— Большое, но не очень, — прикинул я. — Что-то вроде большого скорпиона.

— Бежим отсюда! — заволновался Герин.

— Без паники! — успокоил его я. — Надо же выяснить, что там за зверь. Вдруг он просто кажется большим, а на самом деле это какая-нибудь мышь.

— А если там и вправду большой скорпион? — он не особо успокоился.

— Вот тогда и будем стремительно убегать, — обнадёжил его я. — Оставим женщину прикрывать наше отступление и совершим манёвр.

Арна тихонько фыркнула, но промолчала. Герин так, по-моему, и не успокоился, но паниковать вроде перестал.

В конце прохода перед нами открылся большой круглый зал, в котором и в самом деле нашёлся скорпион — заметно побольше того, что я убил в прошлый раз.

— Здесь они на тебя напали, Герин? — спросила его Арна.

— Здесь, — дрожащим голосом подтвердил он, не отрывая глаз от скорпиона.

— Неудачное место, — авторитетно заявил я. — Слишком большой зал, невозможно зажать в углу, вот ты и смог убежать.

— Зато они не смогли, — заметила Арна, показывая на две кучки на полу, которые явно и были теми самыми компаньонами Герина. — Не удивлюсь, если окажется, что секторали их деятельность надоела, и она послала скорпиона.

— И очень даже возможно, — согласился я. — Вот смотри, Герин, как всегда заканчивают разбойники.

Скорпион раздражённо защёлкал жвалами.

— Бежим! — пискнул Герин.

— Спокойно, Рина нас прикроет!

— Прикрою, прикрою, — Арна в конце концов не выдержала и засмеялась.

Герин смотрел на нас, как на сумасшедших, и явно размышлял: сразу убегать или сначала всё-таки посмотреть, как нас сожрёт скорпион.

— В общем, я тебе так скажу, — обратился я к скорпиону. — Мы с тобой драться не хотим, но нам нужен один рюкзак, который не твой трофей. Я сейчас его заберу, а ты всерьёз подумай, стоит ли с нами связываться. Герин, какой рюкзак твой?

— Который у стены лежит, — дрожащим голосом отозвался тот.

Я спокойным шагом направился к рюкзаку. Скорпион стрекотал и щёлкал жвалами. Один раз он даже дёрнулся ко мне, но всё же остался на месте. Я поднял рюкзак и так же спокойно пошёл обратно.

— Забирай и пошли отсюда, — я подал рюкзак Герину. — Пока, чудовище! — я помахал на прощанье скорпиону и двинулся прочь.

Герин был так потрясён, что молчал до тех пор, пока мы не вылезли наружу. Заговорил он, только когда оказался на поверхности и его немного отпустило.

— Почему он на вас не напал? — потребовал он ответа.

— Потому что мы его не боялись, — пафосно ответил я. — А не боялись потому, что чисты душой.

— Не обращай на него внимания, Герин, — засмеялась Арна. — Тим просто дурачится. Понимаешь, это был не простой страж. Вот эти твои товарищи, они слишком часто убивали новичков. В конце концов секторали это надоело, и она послала стража. Он сделал то, за чем его послали, а мы ему были не нужны. К нам никаких претензий не было. Понимаешь?

— Ну так, — неуверенно ответил Герин. — Вроде понимаю.

— Иди домой, Герин, — мягко сказала Арна. — Попробуешь снова поохотиться, когда станешь сильнее и научишься как следует владеть оружием. Сейчас ты пока не готов. Вернёшься домой?

— Вернусь, — вздохнул он. — Спасибо, Рина, спасибо, Тим. Может быть, мы когда-нибудь ещё встретимся.

— Может быть, — улыбнулась ему Арна.