Кровь Дельфора

Глава 2

Арна так и сидела на лавочке; когда я вышел, на лице её сразу отразилось облегчение. Для правительницы княжества она слишком уж явно показывает свои чувства — хотя я давно уже понял, что она просто домашняя девочка, которую никто не готовил ни в магики, ни в правительницы. Правда, для домашней девочки она очень уж ловко обращается с копьём, но увлечения у людей разные бывают.

— Ну как? — она сразу же потребовала отчёта.

— Сложно сказать, Арна, — со вздохом ответил я. — Ректор заявил, что учить меня здесь не будут, но один вариант всё-таки предложил.

— Риной зови… Тим, — потребовала она. — Если будешь Арной звать, рано или поздно кто-нибудь услышит и задумается.

— Думаешь, ничего не закончилось?

— Есть у меня чувство, что ничего ещё не закончилось, — грустно ответила Арна. — Даже можно сказать, уверенность. Если задуматься, то как меня может достать здесь мелкий князёк из дальней дыры? А если не задумываться, то у меня предчувствие просто кричит, что надо спрятаться поглубже. Разум убеждает меня, что всё позади, но я почему-то больше верю предчувствию.

— А мелкий князёк из дальней дыры — это ты про Мерка Галена? — я заинтересованно на неё посмотрел.

— Я не обманываюсь насчёт величия секторали Корус, — резко ответила она. — Да, это захолустье. И я прекрасно сознаю, что князья Коруса вовсе не великие правители. Никаких иллюзий насчёт собственной значимости у меня нет, так что можешь оставить свою иронию при себе.

— Иронии и не было, — мягко сказал я. — А что касается твоей значимости, то твоё предчувствие ясно говорит, что ты её сильно недооцениваешь.

— Может, и недооцениваю, — недовольно буркнула Арна и перевела разговор: — Так что тебе сказал ректор?

— Пойдём в канцелярию тебя определять, — я подхватил со скамейки свой рюкзак и копьё. — По дороге всё расскажу. В общем, ректор сказал, что учить меня по стандартной программе нельзя, нужно ученичество у сильного магика. Он готов взять меня в ученики, если я соглашусь после обучения выполнить его задание. Но прежде чем обучаться, я должен сначала укрепиться физически. Должен охотиться и ещё медитировать.

— Почему-то я не чувствую в твоём голосе радости, — она проницательно посмотрела на меня.

— Ну, охота на стражей дело рискованное…

— Да, риск есть, охота дело опасное, — подтвердила Арна. — Но это ведь необязательно. Всегда можно податься в холопы — никаких опасностей, знай трудись, ну разве что выпорют иногда.

— Очень смешно, — скривился я. — Мне больше всего не нравится его условие насчёт того, что после обучения я должен буду выполнить какое-то задание. Что это будет за поручение, и получится ли у меня выжить в процессе? Вряд ли он собирается поручить что-то простое.

— Вряд ли простое, — согласилась она. — А кто-то другой сможет тебя обучить?

— Он сказал: достаточно сильный магик. Наверное, такого можно найти, вот только я не уверен, что его стоит искать. Ректор же сразу понял, что я в этом мире гость. А ещё Дельгадо сказал, что у меня слишком много энергии, и что Мать отказала мне в благосклонности как раз из-за этого. Так вот, не захочет ли какой-то другой сильный магик вместо учёбы меня просто выпотрошить и забрать эту энергию?

— Такое тоже нельзя исключать, — признала Арна. — Я слышала, что магикам нужна энергия. Правда, непонятно, почему ректору это не нужно.

— Возможно, великий это просто перерос, — пожал я плечами. — Кстати, он уже бывал у нас — может, поэтому? Мой Рифейск назвал дырой, что истине полностью соответствует. Дыра и есть дыра, хоть и нехорошо так отзываться о родном городе.

— Не одной же мне так отзываться о родных местах, — хмыкнула Арна. — А он может тебя домой отвести?

— Сказал, что не может из-за того, что у меня слишком много энергии. Да и не хочет — чего ради он стал бы это делать? И ещё он сказал, что сам я тоже не перейду, практически наверняка погибну по дороге.

— А ты действительно хочешь вернуться? — она серьёзно посмотрела на меня.

— Не то чтобы хочу вернуться… — я задумался, пытаясь сформулировать для себя то, о чём до сих пор не особо хотел задумываться. — Ты правильно тогда сказала, что мне незачем возвращаться. Никто меня там не ждёт. Я не вернуться хочу, я хочу иметь возможность вернуться. Чтобы остаться здесь потому, что я так решил, а не потому, что мне больше некуда деваться, понимаешь?

— Кажется, понимаю, — кивнула она.

— Ну а чтобы иметь возможность решать самому, нужно учиться. В общем, раз Дельгадо согласился, то я не вижу смысла искать кого-то другого. Если другой великий и согласится меня обучать, это точно так же будет не даром, и он за это спросит тоже не деньги. А кстати, вот ещё вспомнил: мне пришлось подарить ректору нож, а то он поначалу никакое ученичество мне предлагать не собирался.

— Ножи у нас просто улетают, — заметила она.

— Этот с пользой улетел, — немного виновато ответил я. — Его стоило отдать даже не ради ученичества, а за то, что он про эти ножи рассказал. Оказывается, кристаллитные ножи — это очень большая редкость, дверги их практически не делают. И если бы он это не рассказал, я практически наверняка стал бы продавать сначала именно ножи, и это могло для нас очень плохо кончиться. Ножи нельзя никому показывать, и навершия для булавы, наверное, тоже. Продавать можно только мечи, их много делают. Ну, много только по сравнению с ножами, так-то с ними тоже лучше подождать.

— Денег вроде пока хватает, — пожала она плечами.

— У нас же ещё ювелирка есть, — вспомнил я. — Там, правда, ничего дорогого нет, но гривен хотя бы двадцать мы за неё должны выручить.

— Проживём как-нибудь, — махнула рукой Арна. — И насчёт охоты не беспокойся — похожу с тобой, когда время будет. А сначала надо с тобой немного позаниматься, чтобы ты хотя бы основные приёмы работы с копьём изучил. Нам надо снять дом, и обязательно с двориком, чтобы было где тренироваться.

Похоже, Арна не собирается в ближайшее время со мной расставаться. Я сделал вид, будто принимаю это как должное, постаравшись не показать свою радость — она-то сейчас вполне может без меня обойтись, а вот мне без неё придётся гораздо труднее.

Чтобы найти канцелярию, нам пришлось порядком поплутать. Треугольная башня периодически мелькала в просветах, но попытка пройти напрямую постоянно упиралась то в забор, то в живую изгородь. Пришлось спрашивать дорогу у прохожего — поначалу юнец лет шестнадцати, взглянув на нас, брезгливо поморщился, но потом увидел выражение моего лица и предпочёл ответить вежливо.

Погуляв по Обители, я подумал, что Арна совершенно справедливо сомневается, будет ли она здесь в безопасности. Вот сейчас на территорию свободно зашла увешанная оружием парочка, спокойно гуляет везде, спрашивая дорогу, и ни у кого это не вызывает ни малейшей реакции. Что помешает так же зайти убийцам? Или даже закатать кого-нибудь в ковёр и спокойно вынести? Вполне возможно, что тот же Дельгадо потом найдёт и поубивает злодеев, вот только поможет ли это жертве? Вопрос, конечно, риторический.

Добраться до треугольной башни оказалось несложно — мы просто пропустили довольно незаметную дорожку, которая туда вела. Первый этаж башни был полностью пуст, лишь в центре располагалась скульптурная группа, где некий персонаж побеждал какую-то многоногую хитиновую тварь, без особых затей отрывая ей голову. Судя по свободным развевающимся одеяниям, персонаж был магиком, но при этом было совершенно неясно, почему он решил не полагаться на магию, а предпочёл оторвать голову твари голыми руками. Возможно, скульптура должна была внушить студентам мысль, что магия магией, но не стоит забывать и о физкультуре.

По правой стене шла пологая лестница наверх, по которой мы и поднялись на второй этаж. Стена здесь тоже заканчивалась, и следующий пролёт шёл дальше вверх уже по другой стене, а в небольшой холл выходило несколько дверей с табличками. Я повертел головой и обнаружил рядом с ближайшей дверью табличку «Канцелярия». За дверью обнаружились помещение совершенно причудливой формы, и четыре стола, за которыми восседали сурово выглядящие мегеры. Я моргнул от удивления — если не считать странной формы комнаты, общая обстановка была настолько похожа на финотдел завода Орловских, что я даже усомнился, действительно ли это другой мир. Видимо, некоторые вещи не зависят от конкретной Вселенной. И если это так, то разозлить этих тёток также было крайне неумным поступком.

— Да не минует вас свет Матери, достойнейшие, — почтительно поздоровался я. — Сюда ли следует явиться абитуриентам?

— Завалились прямо с копьями своими, — брюзгливо заметила как бы в пространство одна из мегер. — Думают, наверное, что в пещеру попали.

— Просим простить за невольное неуважение, — примирительно сказал я, аккуратно ставя своё копьё в угол и давая знак Арне. — Мы только что прибыли и не имели возможности привести себя в порядок. Обещаю, что в следующий раз мы явимся в надлежащем виде.

— Обещает он, — уже намного мягче передразнила меня тётка. — Ты, что ли, абитуриент?

— Увы, это пока не я, — развёл я руками. — Может, немного позже. А сейчас позвольте представить вам Рину Стаб — замечательную девушку и талантливую магичку.

— Погоди, погоди, — вдруг встрепенулась тётка. — Так это тебя великий в ученики берёт?

Интересно, как они здесь общаются? Телефонов я нигде не приметил, а в канцелярии все уже всё знают.

— Пока что не берёт, — с сожалением отказался я. — Великий поставил предварительное условие, которое мне ещё предстоит выполнить.

— И чем же ты его заинтересовал? — все вчетвером с любопытством уставились на меня.

— Сам не могу понять, почтенные, — развёл я руками. — Хотел бы я знать, почему великий Дельгадо выделил меня из множества других, не менее достойных. Скажу вам по секрету, меня это даже немного пугает. Учёба у великого наверняка лёгкой не будет.

— Наверное, великий подумал, что такой шустрик может и выжить, — по-доброму улыбнулась мне мегера, а остальные дружно ухмыльнулись.

— Очень надеюсь, что труды великого не окажутся напрасными, — с серьёзным видом подтвердил я.

— Ну ладно, пошутили и хватит, — улыбка у неё исчезла. — Великий распорядился выписать тебе разрешение на охоту.

— А куда потом, с этим разрешением? — недоумевающе спросил я. — В гильдию?

— У нас в Дельфоре нет гильдии.

— Тогда куда сдавать трофеи для оплаты? — не понял я.

— Платить тебе не понадобится, — успокоила меня она. — Обитель предоставляет эту привилегию своим студентам бесплатно. Правда, студентам только в рамках практики, а вот тебе великий почему-то разрешил охотиться неограниченно.

Мы явно по-разному понимали идею оплаты, но я не видел никакого смысла в объяснении своей позиции. И так было ясно, что платить мне никто не будет, так что мои планы подзаработать на охоте не успели даже толком оформиться.

— Так, меня зовут Ирель, я курирую аспирантов, тобой тоже я буду заниматься. Со всеми вопросами можешь подходить ко мне, но лучше не подходи.

— Рад знакомству, почтенная Ирель, — я слегка поклонился. — А моё имя Тим Браст.

— Мне уже сообщили, — она махнула рукой Арне. — Твоё разрешение уже готово, Тим, можешь забирать. А тобой, девочка, займётся почтенная Сульта, она курирует первый курс, подходи к ней.

— Сердечно благодарен, почтенная Ирель, — вежливо сказал я. — У нас, с вашего позволения, есть ещё одно дело: нам в приёмной комиссии сказали, что здесь могли бы посоветовать, где снять жильё. Нам нужен небольшой домик в две-три комнаты, с двориком для тренировок. Лучше с закрытым.

— Тренироваться в Обители можете, у нас прекрасные залы. Великий дал тебе допуск, просто записывайся заранее.

— Это для серьёзных тренировок, — возразил я. — А для чего-то вроде утренней зарядки нужно что-нибудь попроще и поближе.

— Если так, то да, — она задумалась. — Даже затрудняюсь что-то советовать… Фиса, ты не знаешь — старая Адила ещё сдаёт тот домик, что ей от сестры достался?

— Она что-то говорила, что не хочет больше сдавать, — откликнулась та. — Кому она ни сдавала, всё ей жильцы не по нраву приходились. Но поговорить, наверное, можно.

— Иди на улицу Серого Тумана, там у любого спросишь, где Адила живёт, её все знают. Может, и уговоришь сдать, язык у тебя подвешен. Характер у неё трудный, зато дом хороший, и берёт она недорого.

Если Адила и была старой, сказать это по ней было совершенно невозможно — с виду ей можно было дать лет тридцать пять, ну, может быть, сорок, и в волосах у неё не было ни следа седины. К счастью, когда я её искал, то спрашивал просто Адилу. Впрочем, я в любом случае не стал бы спрашивать кого-то старого — эпитет «старая» не обрадует любую женщину, будь она хоть скрюченной старухой. Если хочешь поддерживать с женщиной хорошие отношения, нужно твёрдо уяснить себе, что она вовсе не старая, и вообще очень даже ничего.

— Пусть улыбнётся тебе Мать, почтенная Адила, — радостно приветствовал её я. — Вижу, что нас направили верно.

— Направили верно? — недоумевающе переспросила она хмурясь.

— Мы искали хороший дом с хорошей хозяйкой, — объяснил я. — Почтенная Ирель из канцелярии смогла предложить нам единственный вариант — тебя.

— Эта крыса Ирель про меня так сказала? — изумилась Адила.

— Она обманула? — обеспокоился я. — Дом на самом деле плохой? Если дом плох, то нам придётся искать что-то другое, и я не уверен, что у нас получится найти что-нибудь достойное.

— Да нет, дом хороший, — немного растерянно ответила она. — Но вообще-то, я больше не сдаю — надоело мне терпеть оргии и пьянки.

— Вот поэтому мы к тебе и пришли, почтенная Адила, — серьёзно сказал я. — Мы проделали далёкий и трудный путь не для того, чтобы пьянствовать. Нам нужно учиться, серьёзно учиться, и для нас очень важно, чтобы наш дом был тихим и уютным местом.

— А вы вообще кто — брат с сестрой? Или парочка?

— Мы просто друзья, которые через многое прошли вместе. Может, в будущем и станем парочкой — кто знает? Я парень видный, — Арна тихонько фыркнула, — да и Рина тоже красивая. Но в обозримом будущем нам будет не до того. Пока что мы нацелены только на учёбу.

— Нацелены только на учёбу? — недоверчиво переспросила Адила. — Не очень-то верится, но может быть и так. Ладно, попробую сделать ещё одну попытку, сдам вам дом. Но у меня условие такое: первое же безобразие будет и последним.

— Нас это условие полностью устроит, — твёрдо заверил я. — Безобразий не будет.

— Тогда пойдём смотреть дом, — она двинулась по улице. — Он мне достался от покойной сестры, я бы лучше его продала. А кстати, может, вы лучше его купите? В своём доме жить приятнее, и за съём платить не надо будет.

— Может, и купим, — уклончиво ответил я. — Но не сейчас. Мы только начинаем учиться, ещё непонятно, как у нас судьба сложится. А кстати, если вдруг найдёте покупателя на дом, предупредите нас хотя бы за неделю.

— Предупрежу, конечно, — она махнула рукой. — Да не волнуйтесь насчёт этого, не продастся он. У нас очень сложно дом продать, покупателей-то нет почти.

— А почему покупателей нет? — удивился я.

— Потому что новым людям у нас почти невозможно получить разрешение на постоянное проживание. Чтобы приезжему остаться здесь насовсем, кто-то из постоянных жителей должен уехать. Или помереть. Но приезжему и тогда вряд ли разрешат остаться — скорее всего, кому-нибудь из жителей выдадут лишнее разрешение на ребёнка.

А нас убеждала купить, ай-яй-яй, как некрасиво. И куда бы мы этот дом потом дели?

— Продать-то этот дом я всё равно когда-нибудь продам, вот только он может и двадцать лет продаваться, и пятьдесят, — грустно сказала Адила. — А кстати, что-то забыла я сразу спросить: у вас самих-то вид на жительство есть? А то у нас без разрешения на проживание можно не больше трёх дней находиться. Давайте сразу покажите свои документы, чтобы у меня потом со стражей проблем не было.

— У меня студенческий билет, — сказала Арна, доставая из кармана голубую карточку.

— А у меня только разрешение на охоту, — я достал свою бумагу.

— Надо же — разрешение на охоту, — удивилась Адила, разглядывая мою бумажку. — Даже не слышала про такое никогда. Но раз тебе здесь охотиться разрешено, значит, и жить тоже разрешили. Так может, всё-таки купишь дом?

— Разрешение временное, — объяснил я. — Мне нужно укрепить духовную структуру, прежде чем начать заниматься магией, для этого мне разрешение и дали.

— Если у тебя духовная структура слабая, то тебе не стоит здесь охотиться, — покачала она головой. — У нас и сильные охотники погибают, случаев хватает. И магией надо обязательно владеть хотя бы на уровне студента второго курса.

— Вот прямо так? — растерялся я.

— Студенты на практику ходят группой под присмотром двух преподавателей, — она с жалостью посмотрела на меня. — Это же Дельфор. Вы что-нибудь вообще о Дельфоре знаете?

— Да в общем-то, ничего, — признался я. — Только то, что здесь Обитель есть. Нам стоит знать что-то важное? Сделай одолжение, почтенная, расскажи, пожалуйста.

— Самое важное — это то, что Дельфор создали два великих магика, а не один — Дельгадо и Форим. Ну, с Форимом вы вряд ли пересечётесь, а с Дельгадо встретиться возможно. Хотя не советую встречи с ним искать, очень не советую. То есть не подумайте чего, мы все очень любим великого, но… как бы это сказать…

— Любите на расстоянии, — подсказал я.

— Да, именно так, — согласилась Адила. — На расстоянии. Так вот, они вдвоём вложили столько сил в созидание, что Дельфор ожил. Вы, конечно, можете делать сейчас скептический вид, но мы в это верим, и вы тоже обязательно поверите. Все через это проходят. Дельфор живой, и магия — его кровь. И он очень не любит магиков, которые его кровь сосут, понимаете? А чтобы бороться с магиками, Дельфор создаёт стражей.

— Любая же сектораль создаёт стражей, — заметил я. — Чем отличается Дельфор от той же Мерадии, например? Там вообще твари жуткие.

— Разница есть, — покачала головой она. — Обычная сектораль не замечает людей, она просто поддерживает баланс. Она выполняет закон, установленный Матерью: когда из ничего создаётся что-то, всегда появляется нечто со знаком минус, чтобы в сумме был ноль. Есть ресурсы, и есть некие стражи, которые эти ресурсы уравновешивают — звери, озёра лавы, затопленные пещеры, неважно что. Не лезь к ресурсам, и не столкнёшься со стражем — сами по себе люди стражам неинтересны.

— А в Дельфоре, получается, не так?

— А в Дельфоре единственный ресурс — это магия. Магик не может не потреблять магию, а значит, любой магик — враг. Что бы вы ни делали, где бы вы ни находились, вы всегда в опасности, понимаете? Всегда помните об этом, пока живёте в Дельфоре.

— Не знала этого, — призналась Арна. — В книгах про это ничего нет. Про Дельфор вообще очень мало пишут.

— Мы не особенно разговариваем с простецами, — пожала плечами Адила. — Дельфор только для магиков; не будь вы одарёнными, вы бы сюда просто не попали. Магикам запрещено проводить сюда простецов без разрешения, за это наказывают.

— Почему запрещено? — заинтересовался я. — Казалось бы, наоборот, простецы магию никак не трогают. Дельфор должен к ним спокойнее относиться.

— Может, и относился бы спокойнее, если бы стражи сначала символ благосклонности проверяли, — пожала плечами Адила. — Только они не проверяют. Простецу в Дельфоре выжить слишком сложно будет, да и зачем он здесь? У нас работы и магикам не хватает.

— И землю тоже магики пашут? — с недоверием спросил я.

— Никто у нас землю не пашет, — с иронией посмотрела на меня Адила. — Кому это надо? Да и не разрешат пахать, у нас и на огород возле дома разрешение не получить. Маленькую грядку с лечебными растениями разрешат, цветы ещё можно, а для огорода нужно городскую управу как-то убедить, что тебе просто необходимо выращивать еду. Не представляю, как это сделать.

— А в другие секторали вы что-нибудь продаёте?

— Магию и продаём, что же ещё? — отмахнулась она. — Вот мы и пришли, это и есть мой дом. Ну, смотрите, подойдёт он вам или нет.

Дом оказался действительно хорошим и сразу нам понравился. Три комнаты — две маленькие спальни и гостиная, большая чистенькая кухня, ванная и туалет. Удобства, как в хорошей городской квартире — в Рифейске такие дома есть разве что у фабричного начальства. Магики здесь живут определённо неплохо; впрочем, с первого взгляда видно, что Дельфор — очень богатый город, и даже бедняки здесь могут называться бедняками лишь в сравнении.

Тренировочная площадка тоже присутствовала, и это была именно тренировочная площадка, а не просто огороженный дворик. Манекены, мишени, стойка с тренировочными мечами, и слой чистого белого песка поверх земли, чтобы можно было отрабатывать кувырки и падения.

— Сестра у меня боевиком была, — пояснила Адила. — Мастером меча. Сильно переоценила себя, взяла заказ на очень сильного магика, почти великого. Заказ выполнила, но и сама не выжила. Ну как, устраивает вас?

— В самом деле очень хороший дом, почтенная, — искренне сказал я. — Конечно, он нас устраивает.

— Я беру пятнадцать гривен в месяц, — объявила она. — Сможете столько платить?

— Дороговато, конечно, — вздохнул я. — Вот с Рины за целый год обучения всего двенадцать гривен взяли, а здесь за месяц пятнадцать.

— Сколько-сколько с тебя взяли? — Адила с удивлением посмотрела на Арну.

— Двенадцать гривен за год, — подтвердила та.

— Таких цен не бывает, — с недоверием заметила Адила. — Почему так мало-то? Какой у тебя символ?

— Жёлтый, — ответила Арна, почему-то смущённо.

— Жёлтый⁈ Правда, что ли, жёлтый? Большая редкость, я таких никогда и не встречала. У меня-то обычный синий был, как у всех. Иногда к нам с зелёным приходят, но редко. На нашем курсе был один с зелёным, на всех смотрел, как на грязь. Когда его панцирная рысь порвала, никто его добрым словом не вспомнил.

— Ещё ведь и белый символ есть, — с недоумением заметила Арна.

— Таких в истории вроде всего-то двое и было, — махнула рукой Адила. — И оба очень рано умерли. Когда такой подрастает и начинает силу Матери принимать, то просто не справляется и умирает. Чтобы с белым символом был шанс выжить, нужно лет с трёх закаляться и медитировать, а кто этим занимается? Это же надо суметь предвидеть, что Мать тебе такой высокий символ даст. Надеюсь, кстати, что у тебя с этим нормально, с жёлтым символом тебе тоже придётся непросто.

— Пока всё нормально вроде, — неохотно ответила Арна.

— Ладно, не моё это дело, — хмыкнула Адила. — Ну что, будете снимать? Пятнадцать гривен, и цена окончательная.

— Будем, почтенная, — вздохнул я и полез за деньгами.