Лишняя невеста. Позор академии (СИ)

Глава 16. Выбор

В груди разливается паршивое чувство.

Пожалуй, я не верю, что пара местных фиф могла отравить Иву. Но всё же, их слова не вовремя, вот совсем.

Вздыхаю. Разминаю плечо, ноющее после полёта.

— Угрозы, с порога, при свидетелях? Как глупо. Может, лучше скажете, что не так? Я что-то устала гадать.

Правда! Я отделалась от няни, убрала чешую с лица — но Иву явно травили по какой-то другой причине. По какой? Уж явно не из-за того, что она бегала за ректором? Может, ещё чьего-то парня она случайно соблазнила, увела?

Блондинка спрыгивает с кровати.

— Я не понимаю, Лерр, ты дура или только прикидываешься? Надеешься, что что-то изменится? Нет, ты всё равно занимаешь место Миры! Это она должна была учиться в этой академии, ходить с нами на занятия, прилететь сюда!

— Всеотец, ты знала, что платиновая и всё равно попёрлась учиться, — шатенка машет тонкой рукой, и вид у неё, будто её вот-вот стошнит. — А сюда зачем подалась? Тебе же одна дорога — замуж и повыше в общество!

Занимаю чужое место?

Погодите. Усталая голова не очень соображает, но я всё же вспоминаю, как ревизор говорил подобное. Что ректор взял меня в академию и при этом отклонил другую, более способную студентку. Так… в этом дело?!

У них была подруга?

Слова про “замуж” я пытаюсь пропустить мимо ушей — хотя они бьют в самое больное место! Внутри взвивается пламя. Руки сами снова хватают сумку.

Резко иду к кровати.

— Да, я получила место просто так, — цежу, кидая пожитки на покрывало. — Да! Потому что Зариан Фир — мой жених. Но вашей подруге оно бы не досталось, потому что его не было. Понятно объясняю? Ректор создал его специально для меня. Несправедливо? Может быть. Но если хотите моральных компенсаций — я всю жизнь жила в условиях, которые вам и не снились! Не училась не потому что не хотела. А потому что у родни были на меня другие планы. Потому что каждый мой шаг контролировали мать и няня. Эта академия — мой единственный шанс вырваться на свободу, и я пользуюсь им. Считаете, что я хуже кого-то из вас? Ни разу. Скоро докажу вам в поле.

Говорю всё это, даже не глядя на них, продолжая злобно разбирать вещи.

А потом разворачиваюсь.

— И да, это последний раз, когда я объясняюсь несмотря на ваши идиотские обиды. Продолжите мне гадить — я буду действовать иначе. Как женщина из рода Лерр. Как платиновая драконица, невеста ректора и так далее. Как стерва.

Блонди только поднимает бровь, дыша сквозь зубы.

А я заканчиваю разбирать вещи и иду в душ.

Чувствую, хорошее времечко ждёт впереди.

На следующее утро мы выстраиваемся в поле.

Трава здесь… кажется, она даже не успела пожелтеть, она жёлтая изначально. И воздух прохладнее, хотя всё равно не особо холодный. Ректор стоит, сложив руки за спиной, расправив плечи — и пытается задавить нас своей аурой, как всегда. Ветер бросает золотые волосы из стороны в сторону, придавая ему вид бунтарский и диковатый.

— Вы прибыли в суровый край, — вещает он. — Как знаете, здесь шли войны — ещё недавно, ещё до того, как удалось отстроить Красногорье. Как вы наверняка знаете, бои оставили следы, и магия демонов — которых многие до сих пор считают нашими врагами — и сейчас отравляет это место.

Да уж, вчера местечко казалось уютнее.

— Вы здесь, чтобы увидеть настоящие опасности, грозящие сейчас Арракону — и настоящие способы борьбы с ними. Мы будем исследовать аномалии. Будем бороться с эфемерными тварями, которые опасны для местных. Будем использовать дикую магию, пытаться подчинить её и загнать в артефакты и зелья.

Я тут с “домашней” магией едва освоилась, а он про какие-то новые горизонты! Хотя звучит… увлекательно.

— Впрочем, то, что вы оказались здесь, не значит, что вам всем нужно рваться к горам. Посмотрите правде в глаза: половине из вас не стоит о боях и думать. — Опять золотой драконище смотрит на меня, ну конечно! — Да, нам всегда нужны стражи. И артефакторы, и исследователи. Но также нужны лекари и курьеры. Прошу вас разумно, ответственно подойти к выбору занятий и оценить свои силы.

Иногда мне кажется, что у него какое-то подспудное желание запереть Иву в чулане и не выпускать — “для безопасности” и потому что она “притягивает неприятности”. Иногда в последние дни мне кажется, что его… тянет её защищать. И я не знаю, что с этой мыслью делать!

— Общая практика, впрочем, будет у вас у всех, — добавляет Зариан Фир. — И я жду, что вы все её сдадите. Но в первую очередь — с пользой проведите отведённые вам три недели.

— И чем же ты будешь заниматься? — интересуется Оррей, когда мы оказываемся рядом на занятии. — Помимо того, что соблазнять самцов?

Он стреляет глазами в пару парней, которые зачем-то с утра следят за мной.

— Артефакторикой, наверное, — стараюсь держать непроницамое лицо.

Тему с самцами скромно не развиваю и про поиски мужа молчу!

Брюнет всё равно меняется в лице.

— Серьёзно? С чего вдруг?

С того, что это похоже на инженерное дело? Ну, наверное! Я пока ни малейшего понятия не имею, что там ещё намешано — но разберусь, не впервой же?

Самое удивительное — что ректор тоже решает пристать ко мне с подобными расспросами. Позже.

— Ива. — Он подзывает меня после вводного занятия и начинает допрашивать: — Ты уже решила что-нибудь?

Так и хочется ляпнуть, что да, решила: ему очень идёт стоять вот так, руки за спину, и демонстрировать превосходство над студентами. Но он, кажется, тоже про выбор специальности?

Снова говорю про артефакторику. Ловлю и его удивление.

— Лекарское дело безопаснее. — Мы начинаем идти по дороге, по направлению к деревне.

— Серьёзно?

— Разумеется. Можно стать отличным врачом, не вылезая из госпиталя. Артефакторика или алхимия? Ты в любом случае всегда будешь копаться с дикой магией. Ей сложно ловить! Она может выйти из-под контроля, призвать какую-нибудь тварь или поранить тебя.

Склоняю голову к плечу.

— Слушайте, вы же сказали мне выбрать. Или вы под этим подразумевали “слушай меня, раз не хочешь слушать семью”?

— Я хочу чтобы ты выбрала что-то безопасное.

Набираю воздуха в грудь. Это странное ощущение в последние дни — оно усиливается, становится почти невыносимым!

— Да, я пока ничего не знаю про артефакторику. Но попробую осторожно, не переживайте.

— Я тоже мало знаю, — внезапно морщится мужчина. — Это же самое новое направление для нас, ещё лет тридцать назад все вообще считали, что это тёмная магия и только жалкие гоблины могут с ней возиться. Но если хочешь, я хотя бы помогу разобраться.

— Как?

— Как преподаватель. Что-нибудь раскопаю.

Что-то колет меня. Так сильно, что я не выдерживаю — просто останавливаюсь.

— Слушайте, что с вами, а?

Золотой дракон замирает тоже.

— В смысле?

— Я больше не могу! Да, я попросила вас о помощи — но с чего такие резкие перемены? С чего вы вдруг стали нормально со мной разговаривать и вываливать на меня всю эту… что это, а? Забота, я не понимаю?

Может, получается слишком резко.

Но я вдруг понимаю, что мне… обидно.

Не потому что он в моментах обращается со мной как с первоклассницей. А как раз потому что в целом он сейчас обращается со мной нормально.

Потому что он может вот так — просто сделать вид, что ничего не было!

Что он не вызывал меня, едва стоящую на ногах, через всю академию.

Что я не оказывалась на коленях в его кабинете.

Что он не рычал на меня и не пытался отчислить.

Да, Ива вела себя паршиво. Угрожала его свободе. Но настолько ли, чтобы оправдать грубость и унижения?

И мне вдруг так обидно, что он может просто забыть про всё — что я отворачиваюсь и иду дальше, даже не глядя на него.

— Сама не догадаешься? — летит в спину. — Ты же такая догадливая в последнее время.

О силы магические! Так мы можем часами разговаривать, я уже проходила!

Но за спиной раздаются твёрдые шаги. И я понимаю: глупо лезть в бутылку, когда от одного слова этого мужчины зависит моё будущее. Поэтому только выставляю руку:

— Не берите в голову. Я просто считаю, что со всем справлюсь.

Кажется, дракон шумно втягивает воздух.

— Да стой. — И моё предплечье хватает капкан.

Я аж дёргаюсь, вот так попавшись! А миг спустя оказываюсь развёрнута за плечи — не грубо, но надёжно, прям в одно движение!

Золотой дракон нависает надо мной — и это как-то не по-ректорски. Совсем.

— Я просто хочу. Чтобы ты. Не покалечила себя, — негромкие, приправленные тихим рычанием слова вылетают из его рта по слогам. — Это ясно? Ты это хотела услышать?

Вообще нет, вот честно!

— Вы всё-таки считаете, как и моя семья, что я слабая и беспомощная? — бормочу, опешив. — Вы же из… — как их там? — сторонников прогресса. Вам не кажется, что способности женщины можно как-то посильнее уважать?

У него дёргается уголок губ. Хватка на плечах становится мягче. Приятнее — думаю я внезапно.

— Ты двадцатилетняя студентка. Вы все слабые и беспомощные, — произносит этот образцовый самец с искрами в глазах.

— А вы в двадцать тоже таким были?

— Я? Нет, я исключение.

Очень странно мы стоим.

Я даже невольно смотрю по сторонам. Боясь найти пушинки или флюиды — или что там моя драконица источает. Мысль терзает, и пытаясь справиться с ней, я глубоко вдыхаю. Последнее уж точно не должно принести проблем, но на миг — на миг! — золотой взгляд скользит по вороту моей блузки и падает на грудь.

Кажется, это становится последней каплей для нас обоих.

— Ладно. Артефакторика. — Жених отпускает меня так же резко, как и поймал. — Не худший вариант. Зная тебя — могла и в стражи податься, да?

Я должна сказать ему, что я разумная девушка и принимаю исключительно разумные решения.

Но вместо этого получается:

— Не подкидывайте мне идеи.

Последняя дурацкая мысль на это утро — что я буду рада его позлить. Хотя бы так компенсировать нанесённый мне моральный вред.

А ещё он действительно красивый, когда слегка злится — но об этом я не думаю. Совершенно.

После разговора я и впрямь иду записаться на артефакторику.

Структура занятий здесь такая же, как и в стенах академии. Записывайся, бери часы, следи за посещениями сам.

Только в начале дня — общие занятия.

При желании можно и всякого разного понабрать успеть.

— Потрясающе, что в этом году столько молодых талантов! — улыбается нам милейшего вида дама с седыми кудряшками. — Вам всем наверняка не терпится научиться создавать артефакты, да? А может — ловить магию? Вы ведь все знаете, что для начала работы каждому из вас придётся добыть свою порцию магии самостоятельно?

Во-первых её энтузиазм слегка преувеличен. Нас пятеро, и мы легко влезли в очень маленький кабинет! Во-вторых… Ого. Я, прямо скажем, ожидала другого.

Даже после туманных предостережений ректора я представляла, что буду сидеть в какой-нибудь лаборатории. Мне принесут туда “материалы”, и надо будет что-то спаять или намагичить.

Но “ловить” магию, самой?

Что это вообще значит?

— И о дикой магии вы наверняка уже слышали! — пышет энтузиазмом преподавательница. — С одной стороны, я бы сказала, не бойтесь: это же просто магия, вырвавшаяся из чьего-то источника! У неё и особых свойств мало — кроме того, что она не растворяется в оболочке мира. Но с другой стороны бояться, конечно же, надо. Во-первых, вырвалась она, скорее всего, при печальных обстоятельствах: кого-то ранили или кто-то потратил очень много сил в бою. А ещё она нестабильна, и контролировать её сложно. Опасно даже.

Жуть.

Наш маленький класс сосредоточенно молчит. Я смотрю на блонди с шатенкой, которые насупились на соседней лавке. Бледный парень справа смотрит на меня, словно пытаясь понять, что я тут забыла.

— А поймать магию нужно лично, чтобы она стала вашей. Вы уже представляете, в чём сила вашей драконьей формы. Легче всего вам будет делать артефакты, которые получат частичку ваших способностей — или подойдут по духу. С алхимией, кстати, тот же принцип. Можете уже начинать думать и придумывать! Но сперва научимся, конечно, ловле.

По-моему, разделение труда здесь всё же не помешало бы. Но с другой стороны — лететь в горы? Искать там добычу, высматривая с высоты полёта? И хватать, нести в когтях, и создать из неё предмет, который будет отражением моих способностей и характера?

Шикарно же!

Вдруг посещает мысль: а я же и не видела почти никаких местных “артефактов” пока что. Только громоздкий и страшный механизм, контролирующий расписание в академии. А у меня потенциально море идей из прошлой жизни! Вдруг я смогу изобрести здесь сотовый телефон? Или телевизор? Вот же он, очевидный путь к успеху — и как я раньше не подумала!

Аж дыхание учащается.

В этот день нам и впрямь объясняют, как ловить магию — да и на следующий тоже. А потом мы отправляемся на первую практику.

Утро слегка пасмурное, но приятное. Наша группа потенциальных артефакторов бредет в поле — и там встречается с потенциальными стражами.

Сеттир Оррей кривовато улыбается мне.

Ректор не улыбается. он просто пришел курировать наше занятие — и я начинаю думать, что по другому быть не могло.