Лишняя невеста. Позор академии (СИ)

Глава 25

Я открываю глаза будто после долгого сна.

Некоторое время лежу, глядя в белёный потолок. Чувства приходят не сразу. Воспоминания — тем более.

Но когда приходят…

Резко сажусь, откидывая плотное одеяло!

— Госпожа! Ивонька! Как я рада, что вы очнулись!

От знакомого голоса рядом бросает в дрожь.

Во все глаза смотрю на Агату. Няню. А та подхватывает меня под плечи.

Первая ассоциация — весьма дурацкая, признаю. Я гадаю, не умерла ли снова и не попала ли… в какую-нибудь “отправную точку”. Туда же, куда и в предыдущий раз.

Потом резко перевожу взгляд на плечо, сдираю с него белоснежный рукав сорочки — и с облегчением вижу замазанную чем-то ранку.

Первое, что я делаю после…

“Зариан?”

Нет ответа.

“Зариан! Отзовись… пожалуйста! Если слышишь. Ты меня слышишь?!”

Тишина в ответ пугает. От неё бросает в холодный пот. Она даже не похоже на молчание — в последнее время я привыкла что-то чувствовать, даже просто “протягивая” связь.

А сейчас — не чувствую ничего. Только пустоту.

Он же в порядке? Его не стали бы убивать? А что если “не стали бы, но произошёл несчастный случай”?! А если его держат где-то в тюрьме, раненого или накаченного вон той сонной дрянью?

Потом в голове щёлкает ещё одна мысль.

Второе, что я делаю — бросаюсь к окну. Распахиваю ставни, впиваюсь взглядом в металлические прутья. Решётка. Хватаю её, не зная, что хочу сделать. Обращаться с землёй и металлом я так и не научилась. Но, может, если уж мы с Арикой недавно раздробили каменную плиту…

Что будет, если я просто обернусь? Разрушу ли я стены? Или покалечу себя? Можно попробовать! Отчаянно призываю силу — но попытка ухватить любую магию идёт как-то не так.

Снова пустота и чернота внутри. Я словно пытаюсь зачерпнуть воды из пересохшего колодца!

Медленно разворачиваюсь к Агате.

— Почему я не могу колдовать? — спрашиваю нервно.

— Госпожа…

— Где Зариан Фир, мой жених? — голос становится чётке и жёстче.

— Госпожа Ива! Я не знаю. Пожалуйста, что вы делаете, что на вас нашло? Лучше оденьтесь! Ваш дядя велел…

Я не хочу слушать, что там ей приказано. Я хочу вытащить из неё информацию силой, как драконица!

Но со мной что-то случилось. Что-то явно не так. Последствия яда?

— Пожалуйста, оденьтесь, — повторяет Агата жалобно.

Она подхватывает со стула и протягивает мне ужасное на вид платье.

Я чуть не смеюсь от того, как всё повторяется. Но всё-таки позволяю нацепить на себя три юбки, нетерпеливо застёгиваю верх. Внутри горит. Как и в прошлый раз, мне плохо физически, но сейчас морально гораздо хуже. Руки подрагивают.

— Леди, я на самом деле так рада снова вас видеть! — не унимается няня. — Так обрадлвалась, когда ваша маменька решила меня не отпускать! Понимаю, что вы многое пережили и наверняка удивились, очнувшись в незнакомом месте…

То есть, мы не дома у Ивы?

— А где мы?

— Не могу сказать. Не велели.

— Но хотя бы в городе, в столице?

Мне кажется, что в ней. Из окна я видела другие крыши, далёкие чужие сады… Хотя поверить сложно! Сколько часов я спала, что меня донесли до города? И разумеется, меня утащили в какой-то незнакомый Иве дом!

Сколько у богатых драконьих лордов может быть имущества, особняков, лабораторий и прочих подходящих мест? Представить тошно. Наверное, меня постарались спрятать. В каком-нибудь здании среди кучи других.

— Да, госпожа.

Ладно.

О большем я подумать и не успеваю. Видимо, крики няни привлекли внимание — и к нам стучат.

Услышав, что я одета, дядя Ивы распахивает дверь.

— Ивайя.

Несколько секунд я просто смотрю на него. В небольшой белой комнатке он выглядит даже внушительно. Опять дорогие одежды, напомаженные усы. В висках стреляет. Меня всю начинает колотить — то ли от слабости, то ли от переизбытка эмоций.

И я не подготовилась, не знаю, как себя вести!

— Что вы со мной сделали? — спрашиваю прямо.

— Доставили сюда, девочка. В безопасность!

— Нет, вы усыпили меня! Выстрелили в меня на глазах у других студентов!

Лицо дяди немного бледнеет — он оправляет полы сюртука.

— Лорд Вйор… немного перестарался. Но его можно понять! Ты слишком нервничала, упрямилась, несла всякую чушь. А этот дикарь Фир вообще собирался драться за тебя!

Руки сжимаются до боли.

— Что с Зарианом?

— Забудь про него.

Я сейчас вцеплюсь ему в горло, без магии, просто зубами!

На самом деле, у меня такое чувство, будто из груди кусок вырвали. Больно, вот прямо больно. Там, где уже успела обосноваться связь, всё саднит и кровоточит. Это что, тоже влияние истинности? Скажите пожалуйста, что дело только в ней!

— Будешь хорошо вести себя, и я отвечу, — то ли смягчается, то ли продолжает издеваться дядя.

В этот момент дверь снова открывается — и к нам врывается тучная мать Ивайи!

Когда она бросается ко мне, я ожидаю разного. Например, звонкой пощёчины. Но вместо этого женщина заключает меня в удушающие объятья!

— Глупая девчонка! Наконец-то тебя привезли!

— Не надо… — выдавливаю я из себя.

— Только представь, как твоя мать волновалась! — снова ощетинивается дядя. — Стыд и позор!

Полагаю, волновалась она не из-за того, что в меня выстрелили отравой? Но всё же… приветствие — чуть теплее, чем я представляла. Так что несколько секунд мы стоим, изображая семейное воссоединение. Агата тихо пыхтит в стороне.

Потом я думаю, что надо воспользоваться этим моментом затишья.

— Слушайте, почему вы не хотите отдать меня Зариану Фиру? Я соблазнила его, как вы хотели, — выпаливаю.

— Поздно, — качает головой дядя. — Он потерял силу.

— И вместе него вы правда отдадите меня лорду Вйору?

— Успокойся, девочка! Нет конечно, никто не хочет отдавать тебя Рейниделу.

Правда?..

— А кому тогда?

— Кому-нибудь богатому и достойному! Вот увидишь, жених найдётся действительно лучший, кто-нибудь из самого Совета.

У меня вдруг закрадываются подозрения.

Дело ведь и правда не в том, что меня захотели отдать этому ревизору, да? Дело в том, что они копали под Зариана. А потом — решили… что копается плохо. Неэффективно. Что Ива не сможет влиять на золотого дракона — да и вообще, ревизор убедил их, что Зариана легче сместить.

А вместо него лучше породниться с кем-нибудь из самой верхушки.

Вот в чём план. Не просто продать меня — засунуть в какую-то по-настоящему важную семью!

И влиять через меня на жениха. Влияние…

Чёрт…

— А почему я не могу применить магию? Что вы со мной сделали?

— Дал тебе зелий, успокаивающих, — поправляет шейный платок дядя. — И да, твоя связь с Фиром — её мы успокоили тоже, она совершенно ни к чему будущему мужу!

Он сделал… что?!

Поначалу я даже застываю от такой наглости. Во-первых потому что он... посмел тронуть мою связь?! А ещё этот маньяк, который уже отравил Иву, снова опоил меня зельями! Под завязку.

Не удивительно, что я так паршиво себя чувствую. Удивительно, что ещё жива!

— Откуда вы узнали про связь?

Тут дядя не сразу отвечает.

— Никто ведь даже не знал, — продолжаю я. — Вам могла рассказать… буквально только леди Шаеллар.

— Они с Фиром достойная друг друга пара! Она так не хотела его отпускать, что сама прибежала к лорду Вйору! Если в прошлый раз её пришлось уговаривать, чтобы она рассказала о тёмных делах в академии, то теперь — полное содествие!

Чёрт. Я приоткрываю рот. Потом — захлопываю так, что зубы стукаются друг о дружку. Буквально одно хорошо: информация по чуть-чуть льётся. Глядишь, и правда удастся доплыть до чего-то, связанного с зельями?

— Хватит поить меня зельями! — решаю сама, резко выйти на эту тему. — После вашего оборотного я чуть не умерла!

— Чуть не умерла? — ощетинивается дядя. — Ты можешь проявить хоть каплю благодарности?!

Идиот.

— За что? За помощь с оборотом, который я в итоге освоила сама?

— Ах, теперь у неё оборот сам случился! — краснеет дядя.

— Ива, да ты не была бы никому нужна, не став платиновой! — вступает мамаша. — Как я оказалась никому не нужна!

Что?..

— Ты могла надеяться на удачу сколько угодно. Мы с лордом Вйором сделали тебя платиновой, потому что так лучше для тебя. И жениха тебе найдём, который будет лучше!

Я снова столбенею, хотя не понимаю до конца этой тирады. Хочу ещё спросить, уточнить, но…

Именно в этот момент дверь скрипит в который раз, и на пороге возникает ревизор собственной персоной.

Мрачной. Ледяной.

Я очень надеялась его не увидеть. В отличие от остальных, он почему-то смотрит на меня… будто с затаённой злостью. Враждебно.

— Надеюсь, вы не слишком сюсюкаетесь с леди Иваей?

— На самом деле, она ужасно себя ведёт, лорд Рейнидел! — тут же поворачивается мать Ивы.

Я вдруг думаю, что это будет сложнее, чем я представляла.

Почему я рассчитывала, что приду к дяде Ивы и тот начнёт меня слушать? Потому что привыкла… к самостоятельности. К тому, что пусть не с первого раза, но разбираюсь с проблемами.

Но никто тут самостоятельной Иву не видел. Не считал, что она может что-то решать!

— Мне кажется, стоит прекратить отвечать на её вопросы. И перевести её туда, где она не сможет навредить самой себе магическими талантами, — говорит ревизор.

— В подвал? — хлопает глазами мать.

В подвал?!

А ещё в этот момент я понимаю, что дядя Ивайи слушается старого хрыча. Они оба подходят ко мне. Двое путь не самых сильных, но мужчин — к хрупкой девушке!

Агата охает и причитает.

Меня хватают за руки.

Я упираюсь! Но смысла мало! Отчаянно пытаюсь вцепиться в магию — но вместо силы всё внутри перекручивает до тошноты. Пытаюсь добраться до связи, но лишь острее чувствую рану там, где она должна быть!

Дёргаюсь — но место, где ревизор хватает мою руку, обжигает холодом. Боль простреливает плечо.

В итоге меня буквально волокут вниз под ругань и уговоры.

— Дядя! — кричу я напоследок, когда железная дверь закрывается перед лицом. Кулак зло бьёт по ней. Я приваливаюсь к пластине, даже толком не оглядевшись.

Тяжело дышу.

Потом… потом начинаю думать.

Наверное, мне не так уж и важно, где сидеть? Тут даже есть кое-что хорошее: точнее, тут нет Агаты. За мной не следят!

Скорее всего.

А значит, будет время подумать. Хоть немного.

Должны ведь быть и преимущества в том, что тебя недооценивают, да?

Я меряю шагами комнату.

Пять не очень широких шагов от одной стены до другой. С моим-то невеликим ростом. На самом деле, помещение больше — но оно заставлено старой мебелью и ящиками, явно использовалось как кладовая.

В ящиках я роюсь. Нахожу тряпки, мешки с мукой, несколько бутылок с вином! А ещё миски, держатели и странные трубки. Алхимическая утварь? Увы, сложно представить, зачем мне всё это — вряд ли я расколочу бутылку о стену и приставлю кому-нибудь остатки к горлу. Правда? Да и бить заходящих оловянной тарелкой — дурная затея…

Под потолком — маленькое подвальное окно. Оно тоже закрыто решёткой. Прутья приварены на совесть. А ещё сюда поставили кровать — явно недавно, но заранее. Зла не хватает!

Что ещё можно сделать?

Что?!

Мучительно продолжаю виться кругами, тру виски.

А эти зелья, “успокаивающие” магию, сколько они действуют? Месяц? Неделю? Или всё-таки несколько часов, как, хм… большинство препаратов?

Я снова погружаюсь в себя.

Ощущения — просто гадкие. Опять подташнивает при попытке черпнуть магии, но в этот раз я действую аккуратнее. “Прощупываю” себя, словно разминаю затёкшую руку. Пытаюсь растолкать, разбудить что-то внутри!

Снова и снова.

Возможно, я слишком упёртая. Но меня утешают две мысли: во-первых, мне же не отрубили магический канал! Скорее, и правда накачали чем-то вроде транквилизаторов. Те ослабили нейронные связи — или другие связи, не важно! Так, что я просто не могу дотянуться до нужных ощущений.

А во-вторых… Ива бы всем этим не занималась, и это тоже плюс.

Где-то через час в дверь стучат. Я жду самых худших новостей — но это оказывается мать Ивы.

— Я принесла тебе поесть.

Лично, кстати, принесла. Не послала Агату.

Долго молчу. Некстати накатывают воспоминания из прошлой жизни, о моих родителях. Я смотрю на эту женщину — и пытаюсь понять: она хоть немного любила дочь?

— Значит, “меня сделали платиновой”? — спрашиваю, наконец, надеясь вытянуть что-нибудь ещё важное.

Леди Лерр нервно вручает мне поднос:

— Сделали или нет, дядя очень старался! Разбудил в тебе скрытый потенциал нашего рода!

Я вспоминаю и ещё кое-что: Зариан считал Иву платиновой и до её смерти. Значит… процесс “запустили” рано?

— Сколько времени меня поили?

— Почему ты спрашиваешь, будто сама не помнишь? Ты же пила зелья по собственной воле все месяцы!

Месяцы?! И они все пытались сделать вид, что всё хорошо?!

— Ты не думала, что это опасно? — не выдерживаю. — Я не шутила, когда говорила, что пойло дяди меня чуть не убило!

Сначала женщина смотрит на меня широкими глазами. Потом её щёки вспыхивают.

— Но всё же сложилось отлично. Прекрати наговаривать на дядю и прекрати использовать такие вульгарные слова!

— Ты дала добро, чтобы сделать меня платиновой, хотя это могло мне навредить. А теперь так же отдашь какому-нибудь гаду?

Одно могу сказать: на эмоции я эту женщину вывожу легко.

— Всё, хватит! Тебе точно надо подумать, Ивайя!

Дверь захлопывается раньше, чем я успеваю сказать что-либо ещё.

Может, это и хорошо — руки, держащие поднос, уже трясутся.

В следующие два часа я ем. Сижу на кровати. Снова вьюсь в комнате — и продолжаю цеплять магию.

Пока в один момент…

Она не отзывается.

Отзывается!

Сначала я даже не верю. Ощущения — будто нашла каплю дождя в пустыне. Хочется проморгаться. Хочется подскочить! Я запускаю руки в волосы, нервно дёргаюсь туда-сюда — и осознаю, что магия поддалась совсем чуть-чуть.

Но мне ведь буквально чуть-чуть сейчас и нужно!

Дальше всё погружается в туман.

Я начинаю потрошить комнату. Первая добыча — бутылка вина. Откупориваю одну, початую, и зло рычу, глядя на капли на руке. Белое! Нахожу початое красное, в этот раз более тщательно рассматривая жидкость на просвет. Окрылённая, терзаю ящики дальше. Хватаю крышку одного — самую подходящую, с прорехами между досками. Разломать даже её на части — задача ни разу не простая. Но я кое-как справляюсь!

“Пером” мне служит гвоздь, который я ещё минут за двадцать, не меньше, выковыриваю из ящика. Чернилами — вино.

После долгих трудов на первой из четырёх дощечек удаётся начеркать нехитрое послание.

“Помогите! Я Ива Лерр. Меня держат в подвале недалеко. Сообщите Зариану Фиру лично за вознаграждение”.

Теперь самое сложное.

Закусив губу, я прибираюсь в комнате, временно прячу следы погрома. А потом сажусь с дощечкой на кровать.

У меня отобрали магию. Почти. Кроме той, дикой, которую я поймала в горах. От которой ещё остался сгусток внутри! Я уже пыталась трогать её — и вот она отозвалась как ни в чём ни бывало.

От хрупкой надежды хочется зажмуриться.

А я ведь говорила им, что хочу стать артефактором! Но зачем напыщенным снобам слушать Иву, правда?

Прекрасно!

Так что я начинаю колдовать. Совсем немного обычной магии необходимо, чтобы направить основные усилия. Но в целом я обращаюсь к магии дикой.

“Отщипываю” от неё кусочек привычным движением и плету нити.

Пропускаю каждую сквозь дерево, пытаясь как можно чётче представить результат. Выверяю движения. Дышу, не тороплюсь. Контролирую себя, как не контролировала ни на одном занятии!

Вспоминаю, как учил меня Зариан… Стараюсь не поддаться эмоциям, думая о нём, или хотя бы направить страх и злость в нужное русло.

Дую на дощечку, вдыхая в неё жизнь.

Кладу на пол. Она несколько секунд лежит, а потом — переворачивается. Отталкивается от камня и прыгает, вертясь, вперёд-вверх!

Сделав несложный кульбит, мой горе-артефакт замирает. А потом повторяет всё заново.

Недолго думая, я бегу к окну. Прицеливаюсь и метаю дощечку сквозь решётку, на зелёную траву.

Там она тоже сначала лежит, а потом повторяет заданное движение и смешно подскакивает.

Умеренно смешно.

Надеюсь, она не сгинет в первом кусте. Надеюсь, сможет пробраться за ограду, которая окружает дом — тонкие прутьчя я вижу отсюда! Движение, я вроде бы, смогла заложить удачное, прыжок высокий, но кто знает...

Но даже если что-то пойдет не так, это была только первая.

Надо наделать еще.

К ночи небольшая армия деревяшек отправляется покорять город.

Не то чтобы мне весело об этом думать. Я выжата. Падаю в кровать — но несмотря на усталость, ночь проходит в тревогах. Мне снятся выстрелы и огонь, испепеляющий нить между мной и золотым драконом…

Наутро… если честно, больше всего я боюсь, что меня увезут! Окажется, что мне нашли другое место, поближе к какому-нибудь аукционному дому — и все старания пойдут прахом.

Но, наверное, об этом я зря волнуюсь.

Этот дом всё же готовили. Кровати вот поставили заранее. Няня сюда приехала.

Второй страх — что с утра дядя придёт орать на меня, потрясая деревяшкой. Но и этого нет.

Утро спокойное.

Даже разочаровывающе.

Агата приносит завтрак и уходит.

Пытаюсь убедить себя, что “ничего” — это тоже… нормально. Пускай кто-то уже нашёл дощечку. Надо же ещё найти каким-то образом Зариана Фира в городе без интернета! Добраться до него…

Тишина не обязательно значит, что его держат в тюрьме или в больнице. Всё ещё может быть… нормально?

Мне бы лучше подумать, что делать, если план “деревянные солдаты” провалится.

Увы, дикой магии осталось мало. Я сберегла чуток на всякий случай. Так что на второй день прямо с утра я берусь и дальше возвращать свои “обычные” способности.

Вспоминаю, как сидела на холме перед академией, училась шевелить траву. И двух месяцев с тех пор не прошло! А кажется, уже полжизни прожила.

Сейчас я будто снова там.

Потоки магии рождаются очень вяло. Неохотно. Знакомо жгут, заставляют грудь чесаться. Ну и ладно! В том и дело — я ведь проходила через всё это. И пройду снова, в ускоренном режиме.

Десять подходов — собрать магию, подержать и отпустить.

Отдышаться. Ещё десять — поднимать разные ложки и листочки.

Замираю, когда снова приходит Агата.

Присматриваюсь к еде на обед.

Мне вдруг не нравится, что в меню какой-то странного вида ягодный сок. Слишком густой! Я долго его нюхаю, оставшись одна — а потом вспоминаю, что видела, как алхимик “проявлял” магию в пустом флаконе. По сути, он просто касался её той же дикой энергией…

Пробую сделать так же. И сок… ну конечно же фонит!

Зараза!

Выплёскиваю его в траву за окно. Когда в следующий раз меня выводят в туалет — пью из-под крана, решив, что потенциальное расстройство желудка лучше, чем дядюшкины зелья.

Дальше — снова хожу по комнате и пытаюсь воззвать теперь к драконьей магии.

Десять подходов чтобы вырастить чешуйки.

Двадцать — чтобы заново научиться их убирать. В какой-то момент, под вечер мне даже удаётся выпустить крылья! Именно тогда, одраконившись, я в очередной раз пытаюсь разбудить связь.

Отчаянно и зло.

Но вот с ней всё хуже. Намного. Сколько бы я ни билась — ощущение, будто пытаюсь двинуть отрубленной рукой…

От этого, если честно, просто страшно.

Накатывает усталость и тоска. Сомнения, которые я душила весь день, поднимают головы.

А если дело не в зелье?! Что если Зариан всё же пострадал? Он же такой сильный всегда! Такой…”у меня совершенно нет проблем”! Но я видела кровь — сколько в него воткнули этих игл? Мне-то одной хватило. А потом? Что с ним делали, а?

Что если ему по-настоящему плохо?

Или он сидит где-нибудь в магических кандалах? Да чёрт, чёрт!..

И вот в таком настроении я падаю на кровать — и сижу, сижу, когда…

Когда над головой кто-то стучит по металлу.

Подскакиваю. Окно — прямо над кроватью, так что я встаю на ней. И сталкиваюсь нос к носу…

Передо — или, вернее, чуть надо мной сидит незнакомый мужчина. Пару секунд мы расширенными глазами смотрим друг на друга. Потом он манит рукой кого-то ещё.

Отступает.

А в следующий миг сердце заходится. Пальцы вцепляются в пруться до озверения — потому что Зариан падает на корточки перед решёткой.

— Лера! Лер…

Я просто стою. Дыхание сбивается. Руки прирастают к металлу. Потом, опомнившись, я разжимаю одну — и хватаю мужчину за предплечье. Он хватает в ответ. Его ладонь просовывается в комнату, держит меня, обжигает.

— Сейчас. Не волнуйся, сейчас…

Он отпускает и тут же сам вцепляется в металл тремя пальцами. Дёргает. Конечно, у него всё выходит легко! Всплеск магии — и решётка отрывается от окна вместе с кусками раствора.

— Подожди, — шепчу я хрипло. — Нет. То есть…

Конечно, он ничего не ждёт. Откладывает её, подаётся вперёд — и руки обхватывают моё лицо. Чуть вертят голову — дракон словно осматривает меня всю на предмет повреждений. Или болезненного вида. Взгляд — совершенно невозможный, сверкающий, пылающий в темноте.

— Сможешь вылезти? Нет, наверное. Погоди, я разберу кладку.

Я нервно смеюсь, потому что представляю, как он уже разрушает полдома!

— Постой сам.

— Постоять?

Перевожу дух.

— Ты в порядке? — решаю тоже выяснить сейчас, прямо сейчас!

— Конечно, — говорит этот упрямец невозможно уверенно! — Прости, что не среагировал раньше. Что вообще довёл до всего этого! А ты? Не сильно пострадала?

Мотаю головой — но объясняю, что меня опоили и магия ещё плохо подчиняется. Верхняя губа Зариана дёргается в оскале, взгляд искрит.

Я практически купаюсь в его гневе, в его тревоге и заботе. Как же приятно его видеть!

— Ты невероятная умница, — выдыхает он. — Моя лучшая адептка.

Вот так теперь, да?

— Зар. С тобой много народу? Что вы собираетесь делать?

— Много. Вытащим тебя — и не бойся, никуда бежать не нужно. Я созвал всех, кого обещал. Как видишь, меня даже задержать не смогли. Ты поедешь жить со мной — а после будем разбираться в суде.

Ужасно заманчивая перспектива. Такая, что во рту пересыхает!

— А есть сейчас с тобой кто-нибудь из нейтральных представителей закона?

Мой дракон поднимает бровь.

— Есть. Но давай ты вылезешь, Лер?

Вздыхаю. Качаю головой.

— Рано.

На самом деле, вылезти хочется прямо до безумия! К нему. В эти знакомые руки. Я… кажется, помимо всех страхов ещё и банально соскучилась.

Странно, да? Какая-то часть сознания и поверить не может: он же злой препод, с которым я была в плохих отношениях! Именно сейчас, после пусть недолгой, но разлуки, меня посещает эта мысль — и все чувства обостряются до предела.

А я, оказывается, привыкла, что мы видимся каждый день.

Обязательно.

Пальцы ведут по сильный плечам. Играют с золотыми волосами. Какой он всё-таки красивый дракон! Мне горячо. Внутри всё расцветает, и снова появляется ощущение сладкой-сладкой отравы в крови.

Щекотно — в груди, в животе. Хочется покрыться чешуёй!

Но сейчас вылезать рано.

— Зар, слушай, — я улыбаюсь, стараясь придать себе уверенный вид. — Я тут многое всё-таки услышала! Мы можем заставить их признаться в разных тёмных схемах — перед представителями закона. У меня даже есть идея, как. Надеюсь, что… в этот раз хорошая.

Черты лица Зариана привычно заостряются.

Я прямо читаю его ступор. И ужас. И какое-то… тяжёлое недоумение, вроде: “Опять”? “Сейчас, ты серьёзно?”

Но, набрав воздуха в лёгкие, он медленно кивает:

— Ладно. Говори.