Лишняя невеста. Позор академии (СИ)

Глава 4. Дракон

Я понимаю, что до сих пор вжимаюсь в стену.

Смотрю на ректора как кролик на удава.

При прошлой и единственной нашей встрече он был для меня опасным мужиком, наделённым властью, который к тому же меня невзлюбил. Неприятно? Да! Но хотя бы сравнимо с тем, что я видала в жизни.

А теперь он — сумасшедший, всесильный, извергающий огонь и смерть дракон!

Который сейчас — я понимаю на контрасте! — взбешён по-настоящему!

— Лорд Зариан? — говорю робко.

— Хватит опять играть в дуру! — Ещё два широких шага. По-мужски красивые челюсти сжимаются, желваки ходят под кожей. Золотые волосы горят в свете солнца.

Прижимаю к груди книги, словно ища защиты. Обхватываю их плотнее, чтобы мужчина не разглядел обложки.

Обидные слова немного отрезвляют.

Я записалась на его занятия? Да чёрт! Неужели и правда так повезло? Но я же ничего не знала! И он теперь решил, что я преследую его? Поэтому взбешён?

Он нависает надо мной, а я отчаянно пытаюсь ухватиться за мысль: Ива бы его не боялась! Для неё это было не просто привычно. Она… любила этого мужчину, хоть и зря.

К тому же, тут “благородное” общество. Никто никого не сжигает — значит, не сожгут и меня. А вот отчислить и продать могут запросто, если проглочу язык!

— Чего вы от меня хотите? — заставляю себя посмотреть дракону в глаза.

— Ответ услышать! Зачем ты это сделала?

Делаю глубокий вдох и выдох.

— Очевидно же, что я взяла пропущенные часы. Отхожу их, сдам нормативы и буду прилежно учиться!

Такой ответ дракона не устраивает.

— Ты решила поиздеваться надо мной напоследок?

Он вдруг подаётся вперёд, хотя между нами и так почти нет места. Я инстинктивно дёргаюсь в сторону. Куда там! Р-раз — и мощная рука врезается в камни у моей головы!

С такой силой, что шуршит, осыпаясь, крошка.

— Послушайте. — Страх возвращается, я сглатываю. — Я же болела, чуть не умерла! Вы обязаны дать мне шанс восстановиться на учёбе. Если, конечно, не собираетесь злоупотреблять властью.

“А если собираетесь — об этом все должны узнать!” — хочу сказать тоже, но горло подводит.

Дракон и так злится. На его предплечье напрягаются мышцы. Вторая мощная рука вдруг ловит меня за плечо.

Да что он себе позволяет?!

— Ты не хочешь по-хорошему, да? — рычит псих тихо, приближая красивое лицо к моему. — Хочешь войны со мной, хочешь выставить себя ещё большим посмешищем?

Чёрт-чёрт-чёрт.

В золотых глазах — что-то дикое и природное.

От него пахнет даже не костром, а раскалённой сталью.

— Отпустите меня!

— Отвечай!

— Посмешищем меня сделали вы, кувыркаясь с любовницей при живой невесте! — не выдерживаю.

Кажется, это нервы сдают. Знаю, настоящая Ива Лерр такого бы не сказала. Зато в глазах мужчины сверкает удивление.

— Ты стала странно себя вести.

А мне, несмотря на недавний ужас перед ним, нравится эта реакция!

— Что если я скажу больше? — Вскидываю подбородок. — Вы мне больше не интересны. Мне хватило унижений, я словно прозрела. Не имею отныне ни малейшего желания стать вашей женой, даже желаю вам счастья с леди Шаей!

Тогда он усмехается. Остро.

И начинает смеяться.

Это прямо злой смех, меня аж дрожь берёт! Но в то же время, звучит… увы, искренне.

— Конечно. Поэтому ты надеешься, что я не смогу разорвать контракт и буду связан с тобой ещё три года!

— Я понимаю, что это проблема. Мне просто нужно… чтобы вы меня не продавали. Я хочу доучиться, и тогда смогу распоряжаться своей судьбой сама, — говорю то, что поняла из слов Агаты. — Да, знаю, это не выгодно вам! Но, может, мы сумеем договориться?

Это ведь понятная просьба! Даже если и сложная для него. Может, он всё-таки не совсем бесчувственный, может, до него выйдет достучаться?

Сильная рука вдруг прижимает меня к стене, и дракон почти наваливается следом своей тушей!

Большой и сильной.

Мне вдруг становится по-новому неловко в этом положении.

Он же всё-таки мужчина. Красивый, хоть и злой. А я хоть и из двадцать первого века, у меня с мужчинами опыта мало, я не привыкла, чтобы меня так хватали!

Пальцы обхватывают моё плечо — и кожа горит даже под рубашкой и пиджаком.

Взгляд золотых глаз подавляет.

Интересно, он так необычно выглядит потому что дракон? Как Иву вообще сосватали за дракона, это нормально?

Чёрт, да не о том я думаю!

Но меня словно не одну ведёт. Золотой псих вдруг делает какое-то движение головой — и вдыхает воздух у моего лба.

Яркие глаза закрываются. Он наклоняется вперёд. Нос почти касается моих волос…

А потом он словно приходит в себя, и рука сжимает моё плечо с новой силой.

Отстраняется, резко.

— Шаеллар мне истинная, — цедит горячо, с новой волной ненависти. — И я женюсь на ней. Я больше даже лишний месяц ради тебя не потрачу, не то что три года.

Истинная?

Не знаю точно, что это значит. Но дракон произносит это с чувством.

А мне становится стыдно за временную слабость.

Он даже не скрывает, что хочет от меня избавиться! Ну что же. Он хочет жениться на другой, а я хочу задержаться в этой академии.

— Кому-то из нас придётся уступить, — заключаю мрачно вслух. — И вы уже решили, что это буду я. Но я не распрощаюсь со свободой без борьбы.

Резкий выдох.

— Отец! Ты правда думаешь, что мир должен отзываться на твои капризы?

Чувство в золотых глазах вдруг меняется обратно. На отвращение. Взгляд мужчины опять бежит по моему лицу — только в этот раз так, что я отчётливо вспоминаю, как оно изуродовано.

И почему-то это меня наконец по-настоящему обижает!

Да чудовище он! За что он вообще презирает девчонку — за то, что та помешала ему? Или за то, что она, видите ли, посмела навязчиво его любить?! Причём, судя по всему, что я слышала от Агаты, женская навязчивость тут — это сказать “здравствуйте” лишний раз!

Он хозяйничает в академии и измывается надо мной, пользуясь властью и силой.

Я внезапно хочу не просто защититься от него. Я хочу сделать ему больно — так же, как он делал Иве.

Есть ли у меня шансы? Понятия не имею! Но мне не жаль ни капли, если он на ком-то там не женится.

— Знаете что? — выдыхаю. — Пока что мы оба в стенах академии, пока что я соблюдаю правила. И если вы чего-то стоите как преподаватель, вы будете соблюдать их тоже! И отпустите, мне неприятны ваши касания!

Лицо дракона вдруг становится таким, что я боюсь, что всё же перегнула палку.

Что он всё-таки может меня сжечь.

Крылья его носа дёргаются. Губы бледнеют от напряжения, хватка на моей руке остаётся стальной. Зрачки пульсируют.

Но вот он отпускает меня и отшатывается.

Едва почувствовав свободу, я ныряю вниз и в сторону. Проскальзываю у мужчины под мышкой и едва верю, что вырвалась наконец из унизительно-неловкого положения!

Пытаюсь не признаваться даже себе в том, что разговор оставил холод в груди и звенящие вопросы в голове.

Да я понятия не имею, как из всего это выплыть!

— Жду тебя завтра, Лерр, — несётся мне вслед. — Попробуй опоздать хоть на минуту.

После разговора с драконом сердце ещё долго колотится.

Конечно… первое, что я делаю — возвращаюсь в канцелярию и всё-таки пытаюсь выбрать другую программу!

Увы.

Ответ чёткий и безжалостный: это невозможно. Заявка уже попала в какой-то механизм — понятия не имею, о настоящей машине речь или это метафора! — но в общем, их не отменяют.

Бреду обратно вдоль корпусов в расстроенных чувствах.

Делать нечего. Закусив губу, я опять ищу спокойное место. И в этот раз нахожу, хоть и с трудом: немного на отшибе, на крутом краю холма, в окружении кустарника.

Ладно.

Надо хотя бы попробовать разобраться с магией.

И я сажусь на траву. Раскладываю вокруг учебник и конспекты Ивы, которые тоже захватила.

— Хорошо, дорогая память, — шепчу. — Пожалуйста, подсказывай хоть что-нибудь.

“В теле каждого представителя народа Арракона есть два источника силы”, - рассказывает мне учебник, когда я его открываю. — “Считается, что связаны они с разумом и с сердцем”.

Народ Арракона — это про меня? Надеюсь.

Читаю дальше. Сначала жадно впитываю каждую строчку, потом начинаю пролистывать страницы, стараясь отбросить лишнее. Хоть книгу и выдали мне как “лёгкую”, объяснять основы она не спешит, сразу ныряет в какие-то дебри стихийных заклинаний!

Не сопромат, конечно. Но… уф.

Нечто, похожее на первую инструкцию, я нахожу странице на тридцатой. “В данном случае особенно важно разделять потоки. Не стесняйтесь повторять простые упражнения: закрывать глаза, чувствовать течение силы…”

Это уже неплохо.

Конечно, я сразу закрываю глаза и пытаюсь почувствовать.

— Ну же, Ива?

Проблема в том, что когда я говорю на языке Ивы — я знаю, что хочу сказать. Когда я читаю её глазами — я знаю, как люди вообще читают.

А тут… я словно не могу представить механизм. Мне фантазии не хватает!

Потоки — это что-то вроде скрытой силы, которую я должна откопать, как герой блокбастера? Энергия ци и всё такое?

Зажмуриваюсь сильнее, прислушиваюсь к себе.

Ничего, только кровь в ушах шумит!

Открываю глаза, делаю разнообразные пассы руками. И плавные, и резкие, и смешные, и в стиле человека-паука.

Пусто.

Может, нужен другой подход? Что если просто подумать о том, что я хочу получить? Представить результат и отдаться на волю чужого тела. А что? Психованный дракон в ректорском кресле вон вообще и пальцем не шевелил, а предметы двигал! Подозреваю, что это какой-нибудь высший пилотаж, но всё же.

Я смотрю на ветви куста рядом. На часть опавших листьев на земле.

Поднять лист — это довольно просто. Хочу. Мне надо.

Выставляю руку вперёд и рисую в уме картину. Мне кажется, я ощущаю лёгкое покалывание в пальцах…

А потом на моей ладони наливается… это похоже на разноцветный мыльный пузырь!

Он размером с шарик для пинг-понга. И немного растёт. А потом…

“Пуньк” делает пузырь — и лопается.

Лист на земле тихооонько колышется, будто на него мышь чихнула.

Я мотаю головой. Резко пытаюсь повторить. На второй раз замечаю, что у моего пузыря какие-то неровные, эфемерные края. Он снова лопается — и снова во время этого “лопанья” с листом что-то происходит.

Так.

Это неплохо. Даже очень и очень хорошо! Глупая улыбка лезет на лицо. Очешуеть. Магия! Я ведь и правда могу, у меня есть шансы научиться! И сейчас я наворочу тут дел!

С этим настроем я бросаюсь в бой.

Не то чтобы он оказывается таким уж удачным. Я шевелю траву, играю с прядью собственных волос. Увы, после первого успеха улучшений нет ещё долго. Я начинаю подозревать, что пузыри — это не то, как должна высвобождаться магия, чего-то мне не хватает.

А потом… потом я выясняю, что волшебство, даже такое жалкое, почему-то отнимает силы!

Несколько минут — и дыхание напрочь сбито. Я устаю как после пробежки. В груди начинает ныть, а ещё руки чешутся!

Это вот совсем некстати! Снова накрывает тревога: так я не смогу практиковаться днями и ночами! И что делать, как быть? Чешу ладони, упираюсь руками в бёдра, перевожу дыхание.

Конечно, я всё равно продолжаю.

Десятиминутный отрезок — на столько меня хватает.

После него приходится лечь и смотреть в небо.

Ещё десять минут — я думаю о других стихиях и заставляю сухой листок тлеть. После этого приходится вернуться к чтению, причём надолго.

Но ещё десять минут…

Не знаю точно, сколько я занимаюсь. Заканчиваю, когда на улице вечереет. В этот момент я понимаю, что если сейчас не побреду в сторону спальни, то рухну прямо под кустом. Агата, наверное, с ума сойдёт…

Она и так сходит — когда я появляюсь на пороге комнаты.

— Госпожа, где вы были?! — Няня взмахивает руками, чуть не задевая меня. — На целый день пропали, о Боги!

— Представь себе, что местные студенты пропали из дома уже на месяц, — бурчу я, но сил спорить нет.

На самом деле, я во многом благодарна Агате за заботу. Она даже ужин мне приносит! В предыдущие дни это казалось нормальным, я же болела, но сейчас я начинаю думать, что вообще-то в академии должна быть общая столовая. Наверное, завтра и туда придётся сходить.

А пока меня едва хватает чтобы добраться до ванной. Благодарю все добрые силы, что в этом мире есть канализация и тёплая вода. И светильники, работающие на каких-то магических камнях.

Вернувшись, падаю на кровать.

Не много я успела за первый день, да?

Чувствую, завтра меня ждёт тот ещё эпичнейший позор! Вопрос даже не в том, как его избежать. Тут бы минимизировать потери! Может, удастся отвлечь внимание ректора, как-то выкрутиться?

А кстати…

— Агата, а как бы ты описала ваши отношения с лордом Зарианом со стороны? — бормочу, заползая под одеяло. — Я особо об этом не думала — просто жила, как считала нужным. А теперь… как это выглядит для других людей?

Агата обеспокоенно выглядывает из-за ширмы:

— Госпожа! Ну, когда папеньки вас обручили, конечно, вопросы всякие были. Вам же было десять, а лорду Зариану — двадцать. И даже тогда уже была разница в положении. Ещё до того, как лорд Зариан вырос по службе, а наши дела, ну… сами знаете.

Не знаю, конечно! Да и она не очень связно отвечает, и голова у меня уже не варит. Но всё-таки картину я составляю.

Дракона и Иву Лерр обручили их отцы. Зачем? Агата не знает. Но случилось это когда “мой” отец умирал от ранений, полученных в ходе некой войны.

Что думал на этот счёт горе-жених — загадка. Первое время он был нередким гостем в доме четы Лерр. Ива, кажется, тогда в него и влюбилась. Да и он с ней был учтив — хотя, понятно, что относился к ней как к ребёнку, не больше.

А потом… прошло время. Случилась ещё война, с кем-то, кого Агата зовёт “проклятущими демонами” — и теперь я думаю, что это не эпитет! Зариан ушёл на службу и там шикарно проявил себя, практически стал героем. У семьи Ивы дела шли совсем иначе — вдова не справлялась одна. Ей стал помогать её брат, дядя Ивы, но деньги всё равно таяли.

Да и влияние угасало, несмотря на благородную кровь.

Между невестой и женихом наметился провал в положении. И в возрасте. И, скажем так, в общественной ценности: золотой дракон был обласкан вниманием высшего света, любовью женщин, получал милости от самого Совета. Взлетел, короче, высоко.

Так что когда Ива пришла к нему по достижении восемнадцати лет — робкая домашняя девочка его вообще не вдохновила.

О воле отцов он предпочёл забыть. Только вот контракт о ней не забыл и защищал Иву, давая возможность выучиться и обрести свободу по новым законам, если с браком не сложится!

Ну а дальше я знаю. Печальная история односторонней любви. Похоже, Ива влюбилась в образ, который создала себе в детстве — а вот жениху всегда было на неё плевать.

Уже несколько лет он гулял на сторону, а теперь вообще нашёл эту “истинную”. В академии, которой сам напросился управлять. Совпадение? Не знаю.

По итогу моя злость на золотое чудовище остаётся на прежнем уровне.

От такого жениха бежать бы подальше! Но увы.

Долго думать о нём я не могу. Глаза окончательно слипаются. Засыпая, я вижу перед собой золотого дракона, который зло смеётся над моим мыльным пузырём…

Неудивительно, что наутро я просыпаюсь раньше срока.

Всё тело напряжено. Шея затекла. Волнение вдруг накатывает такое, что даже идти никуда не хочется!

Но от проблем не спрячешься.

Придётся встретиться с ними обезображенным лицом к лицу.