Мастер Трав II

Глава 13

Я закинул корзину за спину и двинулся вглубь Кромки. Боль в руке никуда не делась, она пульсировала в такт сердцебиению, напоминая о себе при каждом движении. Но я заставлял себя не думать о ней, сосредоточившись на окружающем мире и на жизни леса.

Лоза в корзине вела себя на удивление спокойно. Я чувствовал через связь её тихое, почти дремлющее присутствие. Она словно понимала, что сейчас время для осторожности, а не для охоты. Уровень нашего взаимодействия поднялся до двадцати двух процентов, и я отчётливо ощущал разницу: команды она воспринимала быстрее, а сопротивление было минимальным, если вообще было.

Я углублялся в Кромку следуя маршруту, который наметил после разговора с Грэмом. Первым делом нужно было найти живокост, который предпочитал влажные места, берега ручьёв и низины. Так что я направился к ручью, который пересекал эту часть Кромки. Шёл осторожно, постоянно оглядываясь и прислушиваясь. Птицы пели где-то в кронах — это хороший знак. А вот тишина была бы поводом для беспокойства.

Ручей я нашёл минут через десять, и услышал его раньше, чем увидел. Вода журчала по камням, покрытым серебристым мхом, а на берегах росли густые заросли разнотравья. Я присел на корточки и начал осматривать растения, одновременно сверяясь с памятью.

Живокост я узнал сразу: у него были крупные, шершавые листья с характерными прожилками, толстый стебель и мелкие фиолетовые цветки, собранные в завитки. Растение выглядело здоровым — оно явно получало достаточно влаги и живы от ручья.

Осторожно, работая одной рукой и кинжалом, я выкопал несколько корней. Они были толстыми, мясистыми, с слизистым соком на срезе. Именно он, судя по всему, и обладал заживляющими свойствами. Копать одной рукой было неудобно, но я справился. Корни я аккуратно очистил от земли, промыл в ручье и сложил в корзину, подальше от лозы. Она зашевелилась, почувствовав движение, но я мысленно послал ей успокаивающий импульс:

ЛЕЖАТЬ. СПОКОЙНО.

Лоза подчинилась без возражений.

Мать-и-мачеху я нашёл чуть дальше, на небольшой поляне, куда пробивались солнечные лучи. Её жёлтые цветки были похожи на маленькие солнца, именно на погибающем экземпляре этого растения я провел свой первый анализ, только там не было никаких цветков и такого пышного куста. Я срезал несколько пучков, аккуратно укладывая их в корзину поверх притихшей лозы.

Росянку искать не стал: Грэм предупреждал, что она редкая и растёт только в определённых местах. На сегодня мне хватит и того, что есть. Живокост и мать-и-мачеха уже неплохая основа для заживляющей мази.

Теперь можно было заняться главным.

Я остановился посреди небольшой поляны, окружённой густым подлеском, и огляделся. Вокруг росли обычные кусты, без особых магических свойств, но явно напитанные живой. Их листья были чуть ярче, чем следовало бы, а ветви чуть толще.

Мои затраты живы были слишком высоки: подпитка растений в саду, варка отваров, усиление тела… Всё это требовало энергии, которую я не мог восполнять достаточно быстро. Ходить даже не с полупустым, а практически с пустым духовным корнем было просто глупо. Я ограничивал сам себя: мне нужно было научиться набирать живу быстро и эффективно, а для этого требовалась практика. В саду эта практика ограничивалась сорняками, которые все-таки были слабыми — в них было слишком мало энергии. Здесь же, в Кромке, росли кусты и деревья, напитанные живой куда сильнее. Плюс там, в доме, я не хотел, чтобы за этим наблюдал Грэм, а когда он заметит неестественно «высушенные» сорняки — лишь вопрос времени.

Так что лучшего места, чем Кромка для практики «поглощения» не найти: здесь никто не увидит, как я использую Дар и никто не задаст неудобных вопросов. Я огляделся вокруг. Никого. Только шелест листвы и далёкое пение птиц. Первым делом я вытащил лозу из корзины и мысленно приказал ей:

ОХРАНЯТЬ. ПРЕДУПРЕДИТЬ ОБ ОПАСНОСТИ.

Через связь пришло понимание: лоза скользнула вверх по ближайшему дереву и затаилась среди ветвей, практически невидимая в переплетении зелени.

Теперь можно было приступать.

Я подошёл к ближайшему невысокому кусту с тёмно-зелёными листьями и мелкими белыми ягодами — ничем не примечательный куст. Но когда прикоснулся к нему, то почувствовал слабый, но устойчивый поток энергии, который циркулировал от корней к листьям и обратно. Странно, раньше такого «ощущения» у меня не было, только при использовании Дара.

Через секунду я активировал Дар.

Связь установилась не сразу: куст сопротивлялся, хоть и не так яростно, как хищная лоза, но достаточно ощутимо. Его воля была простой и упрямой: расти, тянуться к свету и пускать корни глубже. Он не хотел отдавать свою живу, но я уже знал, как с этим справляться. Я решил не использовать тот метод, который применил на хищной лозе — никакого давления и принуждения. Вместо этого я начал давить мягко, но неуклонно. Моя воля обволакивала волю куста, находила его слабые места, просачивалась сквозь них. Это было похоже на воду, которая точит камень не силой, а настойчивостью.

Сопротивление ослабло, и я почувствовал, как жива начинает медленно и неохотно, течь ко мне. Она была… тёплой. Живой. Совсем не такой, как жива, которую я вытягивал из сорняков. Я не стал жадничать: забрал ровно столько, сколько куст мог отдать без ущерба для себя и разорвал связь. Куст остался стоять с чуть опустившимися вниз листьями, чуть поникший, но живой. Через несколько дней он восстановится.

Следующий куст дался легче. И следующий тоже. С каждым разом я лучше понимал, как работает поглощение: не нужно было ломать волю растения, достаточно было найти правильный подход и угол атаки, который для каждого был свой. Каждое растение было уникальным, и к каждому требовался свой ключ. В саду я слишком спешил, и как-то игнорировал этот момент. А возможно схватка с лианой дала мне больше понимания в том, как работает «подавление» воли растений.

Я не спешил и использовал Дар осторожно. Тем не менее, довольно скоро он показал рост в полтора процента и это только Дар — еще росло и поглощение. Выходит, для его развития не требовалось «выпивать» растение досуха. И это хорошо.

Я понял казалось бы очевидную закономерность: чем крупнее и сильнее растение, тем больший рост давало взаимодействие с ним. Сорняки в саду в этом плане почти ничего не давали — они были слишком слабые и сопротивления почти не оказывали. Кусты были лучше, сопротивление было, но деревья…

Деревья я еще не пробовал. Тогда, в первый раз, я попытался с наскоку взять живу у железного дуба. Ошибка. Мало того, что тот дуб был здоровый, так еще и был магическим растением. Нужно было начать с чего-то попроще. Возможно тоже магического, но… поменьше.

Мой взгляд упал на невысокое дерево с тёмно-серой корой и листьями, отливающими медно-зеленоватым блеском — ржавое дерево, если я правильно помнил. Его кора и корни использовались в отварах для укрепления организма, но никаких «мощных» свойств у них не было.

Я подошёл к нему и положил руку на ствол.

Связь установилась мгновенно и я тут же понял свою ошибку: это было как удариться головой о каменную стену. Воля дерева была не примитивная, не тупая, а древняя и несокрушимая, и она отбросила моё сознание с такой силой, что я физически отшатнулся. Пальцы онемели, а в голове зазвенело.

Нет, слишком рано. Это дерево обладало магическими свойствами, и его сопротивление было соразмерным. Я был ещё слишком слаб для такого противника. Хорошо, что я попробовал сейчас, а не в критической ситуации.

Отступив от ржавого дерева, я быстро нашел кое-что попроще. Молодая, тонкая берёза с белой корой и трепещущими на ветру листьями росла на краю поляны. Она напомнила мне о моем родном мире, о родных березах.

Я вздохнул, подошёл к ней и положил ладонь на ствол. Разница была колоссальной: если кусты были ручейками, то берёза была рекой. Жива текла в ней мощным потоком от глубоких корней к самой верхушке кроны. Я чувствовал её силу, жизненную мощь и понимал, что не смогу просто взять и забрать эту энергию.

Но я мог… попросить.

Странная мысль, но она казалась правильной. Я не давил на берёзу, не пытался сломить её волю, а вместо этого я просто установил связь и… ждал. Показывал, что мне нужна её жива, но не требовал её.

Секунды тянулись медленно, а потом, совсем по чуть-чуть, капля за каплей, энергия потекла ко мне.

Это было совсем немного, крошечная часть того, чем владела берёза, но это было больше, чем я получил от всех кустов вместе взятых. И главное дерево отдало эту энергию добровольно.

Я разорвал связь и отступил на шаг. Берёза выглядела точно так же, как и раньше — никаких видимых изменений. Хорошо.

Системное уведомление подтвердило мои ощущения:

[Навык [Поглощение] 12 % → 16 %

Эффективность поглощения увеличена]

Четыре процента за один подход к дереву! Кусты давали по полпроцента, максимум процент. Значит, чем крупнее и сложнее растение, тем больше опыта я получаю от взаимодействия с ним.

Я двинулся дальше и вскоре нашёл то, что искал: старую сосну, высокую и прямую, без каких-либо магических свойств. Просто дерево: большое, старое, полное живы, но обычное.

На этот раз я действовал так же осторожно, создавая «заслонку» в сознании и не торопился. Прикоснулся к сосне и использовал Дар.

Это было похоже на медитацию. Моё сознание погрузилось в дерево, ощущая течение соков по древесине, пульсацию живы в корнях и медленное дыхание кроны. Сосна была старой, очень старой — может, сотня лет, а может, и больше. Она видела как росла Кромка, как менялся лес… даже удивительно, что за это время она не приобрела особых свойства.

И постепенно, не спеша, её жива начала перетекать в меня.

Процесс был медленным, намного медленнее, чем с кустами и чем с березой. Но и энергии было несоизмеримо больше. Я чувствовал, как наполняется духовный корень. Конечно, ни в какое сравнение с тем моментом, когда Древо Живы делилось со мной энергией это не шло. Но это был для меня скачок, который система тут же отметила ростом на три процента.

16 % → 19 %

И тут я услышал голоса. Они моментально заставили меня насторожиться и прервать поглощение.

Голоса приближались: несколько человек, судя по звукам четверо или пятеро. Молодые, беззаботные. Они не таились, не соблюдали тишину — шли так, как ходят те, кто считает Кромку своим задним двором.

И один из голосов я узнал сразу — голос Гарта, уж его-то я теперь ни с чьим не спутаю. Первой мыслью было, что он выследил меня, второй — что нужно срочно бежать, а третьей… третья не успела додуматься, потому что голоса стали еще ближе.

Я замер за стволом сосны, прижавшись к шершавой коре. Осторожно, стараясь не производить ни звука, подтянул к себе корзину, чтобы ее не было видно из-за ствола дерева.

Через связь я почувствовал, как лоза напряглась на ветке надо мной. Она тоже ощутила чужое присутствие и была готова атаковать.

НЕТ, — приказал я мысленно. — ТИХО. ЖДАТЬ.

Лоза неохотно расслабилась, но осталась настороже.

— … говорю тебе, лучше Лунных Колокольчиков ничего нет, — сказал женский голос, высокий и чуть капризный. — Они красивые и долго не вянут.

— Ага, и ничего не стоят. — хмыкнул кто-то, — Сорвал и подарил.

— Колокольчики — это для девчонок, — хохотнул кто-то. — Ралду нужно что-то мужское… Может, каменный корень? Здоровенный такой.

— Каменный Корень? На свадьбу? — спросил другой женский голос, насмешливый.

— Ритуал Связывания Корней — это серьёзно, — сказал Гарт. — Ралд мой друг, и подарок должен быть достойным. Уж постарайтесь подарить что-то… ценное, а не бесполезное.

— Может, солнечную ромашку? — предложила одна из девушек. — Она символизирует верность и…

— Солнечная Ромашка? — перебил её один из парней. — Ты знаешь, сколько она стоит? У меня нет таких денег.

— Можно найти дикую, — пожала плечами девушка. — Здесь, в Кромке. Я слышала, они растут ближе к…

— Дикую Солнечную Ромашку? — Гарт рассмеялся. — Удачи. Их тут давно повыдёргивали. Когда-то они может и росли на границе Кромки, но это было еще до нашего рождения.

Они продолжали спорить о подарках и растениях, но я слушал не столько их голоса, сколько их шаги — как близко они ко мне. Моё внимание привлёк другой голос.

— Гарт, ты слышал? Говорят, что у Элиаса пробудился Дар.

Это был голос Эйры. Память тела (или память Элиаса) отозвалась как-то странно — что-то вроде тоски, смешанной с горечью. Остаточные чувства прежнего владельца, пусть и слабые, но они были где-то тут.

— Вздор. — хмыкнул Гарт, — Мало ли чего говорят.

— Но я слышала, что дед водил его в лес, — продолжала Эйра. — К корню Древа Живы. Чтобы пробудить Дар.

— Откуда слышала-то?

— Хабен говорил. — ответила Эйра.

— И ты этому веришь? — Гарт покачал головой. — Возможно они ходили в лес, не спорю, но к Корню? Пробуждать Дар? Старый Грэм еле ноги таскает. Ну а Элиас… Если бы у него пробудился Дар, он бы уже на каждом углу об этом кричал. Ты же знаешь, как сильно он этого хотел.

— Да, хотел. — признала Эйра, — Но ведь не взялись же слухи на пустом месте?

— Эйра, Элиасу почти шестнадцать, ты слышала вообще хоть о ком-то, у кого Дар пробуждался так поздно?

— Нет… — признала девушка.

— Вот и я о том же. Мало ли что и кто говорит. Они с дедом пытаются хоть как-то покрыть долги: продают какие-то отвары, делают вид, что чем-то заняты… Но это всё бесполезно. Джарл их скоро выгонит и эти двое будут жить в лесу.

Воцарилось недолгое молчание. Во мне закипело что-то вроде злости или раздражения, а может и того и другого одновременно просто от того, что нас уже… списали со счетов. А ведь ничего еще не было закончено. Долги я выплачу, Дар у меня есть, мои отвары будут по качеству лучше гильдейских рано или поздно.

— Ладно, хватит о неудачниках, — Гарт хлопнул в ладоши, прервав тишину. — Пошли искать цветы для Ралда. Эйра, ты говорила что-то о Лунных Колокольчиках? Это в другой стороне отсюда.

Компания двинулась прочь, продолжая болтать о свадебных подарках и ритуале. Их голоса постепенно стихали, удаляясь в глубь Кромки.

Я ждал ещё несколько минут, пока не убедился, что они ушли достаточно далеко. Потом медленно выдохнул. Духовный корень был заполнен примерно на четверть — не так много, как хотелось бы, но лучше, чем ничего. И главное — я многому научился сегодня: например чувствовать растения, обходить их сопротивление и забирать живу без грубой силы.

Лоза спустилась с ветки и послушно заползла в корзину. Через связь я чувствовал её удовлетворение — она явно наслаждалась ролью стража.

Я двинулся в противоположную от компании Гарта сторону, углубляясь в ту часть Кромки, где были едкие дубы. Мне нужно было восполнить запасы живы и немного успокоиться после услышанного. Весь этот разговор, особенно слова Гарта оставили какой-то горький осадок. Вроде бы он не сказал ничего такого, сказал, что думает, но мне было неприятно. Ладно, это все глупости. Я тут по делу. Не нужно думать о постороннем — нужно сосредоточиться на тихой ходьбе и внимательно всё осматривать.

По пути я продолжал выискивать знакомые растения, запоминая их расположение. Здесь росли кусты с красными ягодами — кровь-ягода, которая восстанавливает кровь при кровопотере. Там — россыпь мелких грибов с синими шляпками, названия которых я не знал. А вот это…

Я остановился, присматриваясь к стволу старой берёзы. На её коре рос серебристо-зелёный лишайник с характерным мерцающим отливом. Он выглядел иначе, чем обычные лишайники, и от него исходило слабое, но ощутимое тепло живы.

Я осторожно прикоснулся к нему пальцем и попытался установить связь.

Ощущения были… странными. Лишайник был холодным, но не физически, а как-то иначе. Его жива текла медленно, размеренно, словно густой мёд. И в ней чувствовалось что-то восстанавливающее и целебное.

Энергетический лишайник — всплыло в памяти название. Считается слабым ингредиентом, но по сути является более слабой версией восстанавливающей травы (если говорить о свойствах, конечно).

Я аккуратно срезал несколько пластинок лишайника — может пригодиться. Если совместить его с отваром… будет очень хорошо.

Следующий час я провел переходя от растения к растению. Кусты, молодые деревья, даже несколько крупных папоротников — я забирал понемногу у каждого, стараясь не истощать их полностью. Духовный корень постепенно наполнялся, и боль в руке отступала всё дальше.

Параллельно я позволил лозе поохотиться: она выскальзывала из корзины, исчезала в подлеске и возвращалась через время, удовлетворенная и сытая. Судя по всему, ее пищей становились мелкие твари и крупные насекомые. Какие именно я не знал и не хотел знать. Главное, что она была довольна, а наш процент взаимодействия плавно рос.

Когда духовный корень заполнился примерно на треть, я почувствовал, что достиг предела. Каждое следующее поглощение давалось всё труднее, а духовный корень начинал болезненно пульсировать, словно протестуя против избытка чужой энергии.

Интересно.

В прошлый раз, когда я пытался накапливать живу, боль наступила раньше. Значит, духовный корень адаптируется. Чем больше я практикуюсь в поглощении — тем больше могу вместить.

Хорошо, значит на сегодня достаточно. После встречи с компанией Гарта захотелось развеяться, и я понял, что пора снова увидеть мурлык. Так что я позвал лиану обратно в корзину, и двинулся в сторону едких дубов.

Они были здесь. Десяток мурлык, может больше, сидели на ветках окружающих деревьев, глядя на меня своими огромными янтарными глазами. Их маленькие носы подрагивали, втягивая воздух.

Они ждали.

Я усмехнулся и подошёл к знакомому дереву. Достал горшочек и трубочку, но не стал вбивать её в кору сразу. Вместо этого я сел на землю, скрестив ноги, и положил инструменты перед собой.

— Сначала плата, — сказал я, глядя на ближайшего мурлыка. — Потом товар.

Существо склонило голову набок, словно пытаясь понять. Потом пискнуло и скрылось в ветвях.

Я ждал.

Прошла минута. Две. Три.

Мурлыки на ветках переглядывались, переговаривались на своём писклявом языке. Я чувствовал их замешательство, раньше всё было просто: пришёл человек, набрал сока, дал им полизать. А тут…

Через минут десять они поняли, что угощение так просто не появится, нужно что-то делать. Они видели горшок и видели трубочку, но видели, что я бездействовал. А я наоборот, с удовольствием наблюдал за их перепискиваниями и мельтешением в кронах.

Наконец, один из них — тот самый смельчак, который вчера первым спустился к горшку — решился. Он спрыгнул на землю и медленно, осторожно подошёл ко мне. В его маленьких лапках было что-то… Кусочек смолы. Янтарно-золотистый, полупрозрачный, с явным мерцанием внутри.

Я протянул руку и мурлыка положил его на мою ладонь… В нём, в этом кусочке смолы, я отчётливо ощущал живу — слабую, но стабильную, словно законсервированную. Я даже не подозревал, что существуют такие «штуки».

Смола Древа Живы? Или что-то похожее?

— Принято, — сказал я и вбил трубочку в кору.

Сок начал капать в горшок, и мурлыка радостно запищал. Он принялся слизывать капли с края, урча от удовольствия. Второй попытался подлезть, но я его отогнал. Так он понял, что кто платит, тот и музыку заказывает.

Остальные, увидев как именно, сделка, работает засуетились. Они исчезли минут на пять, видимо возвращаясь к своим 'нычкам, а потом вернулись бешено галдя и один за другим спустились с веток, неся свою 'плату,.

Второй мурлыка — чуть крупнее первого, с тёмной полосой вдоль спины — принёс высохший бутон цветка. Я осторожно взял его и рассмотрел: лепестки были когда-то ярко-голубыми, а теперь поблёкшими, но всё ещё сохраняли форму. Не знаю, что это за вид, но я нутром чувствовал, что растение ценное… было, в живом виде. Но меня эта оплата устроила — проведу на нем Анализ.

Третий притащил горсть орехов, небольших с толстой скорлупой, слегка светящихся изнутри. Энергетические орехи? Я не был уверен, но жива в них определённо была.

Четвёртый принес осколок кристалла живы, совсем крошечный, но настоящий. Бесполезный как будто бы, но у меня была мысль попробовать «заряжать» такие кристаллы для последующего использования в отварах, а вдруг получится?

Пятый сунул мне в руку клок какого-то меха, мягкого и серебристого. Понятия не имею от какого существа, но мех казался… необычным. Слишком гладкий, слишком блестящий.

Мурлык, пришедших «торговать» было меньше, чем сидело на ветках. Там их было десятка три — больше чем в мое прошлое посещение. Видимо, торговля позволена не всем. Молодняк скорее всего «не у дел».

Процессия продолжалась. Мурлыки несли всё, что могли найти: засохшие ягоды, странные камешки, обломки коры, перья неизвестных птиц. Не всё было ценным — большая часть, честно говоря, была мусором, но попадались и настоящие сокровища: ещё один осколок кристалла, несколько бутонов редких цветов, небольшой корешок голубоватого цвета, тоже незнакомый мне.

А потом появился старый мурлыка. Крупнее остальных, медленнее и с полностью белой шерстью. Когда он появился, остальные мурлыки тут же притихли. Похоже, именно он был настоящим вожаком, а не тот крупный, молодой мурлыка, про которого я подумал в прошлый раз.

Он подошёл ко мне и долго смотрел своими умными, оценивающими янтарными глазами. Потом нехотя, словно расставаясь с чем-то очень ценным, положил на мою ладонь…

Кристалл живы.

Целый. Маленький, размером с семечко подсолнуха, но целый и полный энергии. Да, у той же Морны кристаллы были размером с абрикос, но тут энергия была почти золотой, она плескалась в кристалле словно пытаясь вырваться. Я не знал точных цен на кристаллы, но был уверен — этот стоит точно не пару серебряных, а намного больше, возможно целый золотой. А в моей ситуации это огромная сумма, но… всего лишь часть долга.

— Спасибо, — сказал я.

Старый мурлыка издал низкое урчание и неторопливо направился к горшку. Он долго, медленно, с наслаждением слизывал сок, и я заметил как меняется его облик. Шерсть, казавшаяся тусклой и редкой, стала гуще и… даже ярче что-ли. Движения его стали более уверенными, а глаза заблестели.

Вот оно что… — понял я, — Сок едкого дуба был для них не просто лакомством — это было нечто большее, что-то вроде целебного эликсира. Вон как на старого мурлыку повлиял, невооруженным взглядом виден эффект.

Неудивительно, что они готовы были платить за него ценными запасами.

Когда старый мурлык закончил, он ещё раз посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом и взлетел на ветку. Оттуда донёсся резкий писк, и вся стая мгновенно пришла в движение.

Я попытался проследить, куда они разлетаются, но это было невозможно. Они рассыпались во все стороны, исчезая в листве так быстро, что глаз не успевал за ними. Через несколько секунд вокруг не осталось ни одного мурлыка.

Ладно, — подумал я, собирая свои трофеи. — Очевидно, у них есть доступ к кристаллам живы. Пусть и крошечным. Это всё равно невероятная удача, в моей ситуации даже они будут полезны. Тот первый кристалл не случайность, мне нужно только проследить откуда они их берут.

Я вытащил трубочку из дерева и убрал горшок в корзину. Добыча сегодня была богатой: травы для мази, лишайник, живы на треть духовного корня, укреплённая связь с лозой и… вот это всё.

Кристаллы, смола, орехи, засохший цветок… Нужно будет всё это изучить, понять, что можно использовать.

Но сначала — домой.

Путь домой занял минут двадцать. Я шёл быстро, но осторожно, стараясь не привлекать внимания. После встречи с компанией Гарта мне не хотелось ещё каких-то неожиданностей.

Я оставил лиану в том же пне, дал ей те же приказы что и вчера и двинулся из Кромки.

Когда я вышел из леса и направился к дому, что-то заставило меня насторожиться. Необъяснимое ощущение чужого взгляда.

Я замедлил шаг и огляделся. Смотрел сначала на Кромку, а смотреть надо было в другую сторону, в сторону поселка. Неподалеку от него, усевшись прямо на земле, шагах в ста от нашего дома находился человек и смотрел в мою сторону. Невозмутимо и совсем не опасаясь, что я его замечу.

Это был один из приятелей Гарта. Я узнал его, он был позади Гарта во время стычки у реки.

Я на секунду задержался на нем взглядом и продолжил идти к дому, стараясь выглядеть спокойно. Но внутри всё напряглось.

Видимо, после того разговора в лесу про мой Дар, про слухи, Гарт решил все же проверить как я тут, и что вообще происходит в нашем доме. И послал своего приятеля следить за мной.

Что он надеялся увидеть? Как я использую Дар? Как прячу что-то ценное?

Неважно. Важно было то, что за мной следили. И это означало, что нужно быть вдвойне осторожным и совершать выходы в Кромку еще внимательнее и еще раньше по времени. Не думаю, что он будет следить круглосуточно. В поселке просто нет ни у кого столько свободного времени, чтобы подобным заниматься. Парень видел, что я вышел из Кромки с корзиной, но возможно спишет это на то, что я стал как сборщики — добываю растения и сдаю их за медяки. Хорошо, чтобы именно к такому выводу он и пришел.