Мастер Трав II

Глава 7

Проснулся я рано. За окном только-только начинало светать, а воздух был прохладным и бодрящим. Грэм еще спал, так что отличное время сделать часть дел.

Я тихо поднялся, накинул рубашку и вышел во двор. Шлёпа уже бодрствовал и важно расхаживал по своей территории, поглядывая на меня одним глазом.

Первым делом — физические упражнения. Хотя я бы назвал это просто разминкой. Небольшая растяжка всего тела, потом двадцать отжиманий, приседания и, наконец, подтягивания на всё той же балке в доме. Мышцы еще немного побаливали, но так, будто тренировка прошла не вчера, а дня два назад — жива способствовала восстановлению. Было ощущение, будто тело находится… в стадии активного роста. Словно бы тренировки и пробуждение запустили эти спящие доселе процессы. Хотя почему «будто»? — Так оно и было. По сути у Элиаса был организм, которому расти еще не один год. Что ж, стать крупнее мне точно не помешает. Думаю, первое время рост будет быстрый, а дальше придется следить за питанием и давать достаточно калорий и белка, чтобы он продолжался.

После этой небольшой тренировки я принес воду с реки. Сделал три ходки, потому что мне предстояла варка, готовка и в целом придется отмываться после похода к Морне, который предстоял. Даже если отвары выйдут того же качества, что и раньше, всё равно понесу. Я, правда, рассчитывал, что они скакнут в качестве. Была мысль сделать что-то вроде коромысла, но рассудил, что не имеет никакого смысла облегчать себе нагрузку, точнее, распределять её иначе — хват и сила рук важны.

Затем я отправился в сад проверить состояние пересаженных растений и подпитать их живой. И увиденное меня порадовало: серебряная мята, которую я вчера подпитал живой, выглядела значительно лучше, чем та, что росла на лугах. Листья стали крупнее, толще, а их серебристый отлив усилился. Восстанавливающая трава тоже преобразилась: если вчера ее листочки были бледноватыми и немного вялыми, то сейчас они налились соком и приобрели насыщенный зеленый цвет. Даже запах от нее исходил более интенсивный и свежий, с легкой горчинкой.

Я присел на корточки возле одного из кустиков мяты и осторожно коснулся его листа. Активировав Дар, я почувствовал ответную вибрацию — растение откликнулось на мое прикосновение. Его жива была спокойной, умиротворенной, словно мята была довольна своим состоянием.

Растение потянулось к моей живе и взяло ровно столько, сколько могло принять без вреда для себя. Листья мяты слегка вздрогнули, словно от легкого ветерка, а стебель выпрямился еще сильнее.

Дар Симбионта прибавил еще несколько десятых процента в развитии.

Заметил, что повторное взаимодействие с одним и тем же растением дается… легче, что-ли. И никакого дискомфорта и влияния на сознание. Мысленный заслон, который я держал используя дар, работал отлично.

Не спеша прошелся по всем грядкам, подпитывая каждое растение. С каждым последующим вливанием живы я чувствовал, как растения откликаются, словно благодарят меня за заботу. Но сорняки… сорняки были другим делом. С ними у меня был совсем другой разговор.

Я остановился возле пышного куста ползучей горечи с той стороны сада, которую пока не прополол. Положил руку на стебель и активировал Дар, но на этот раз не для того, чтобы отдать живу, а чтобы взять ее.

Связь установилась мгновенно, и я почувствовал знакомое сопротивление. Ползучая горечь цеплялась за свою жизненную энергию, словно понимая, что происходит. Ее жива была «колючей» и агрессивной — такой же неприятной, как и само растение. Сорняк начал вянуть на глазах. Его листья съежились, стебель поник, и скоро от пышного куста остался лишь почерневший остаток.

Я разжал пальцы и отдернул руку. В духовном корне прибавилось немного энергии — совсем чуть-чуть, но каждая капля была важна. Еще с десяток таких же крупных кустов сорняка — и навык поглощение вырос на две десятых. Пусть это пока немного, но чем больше будет это число, тем крупнее растение я смогу «поглощать». Если понадобится, конечно.

Мыслями вернулся к Грэму и его черной хвори. Он рассказывал о Мастерах Яда, которые могли вытягивать из зараженных черную хворь и уничтожать. Вопрос — как они это делали? Нужно спросить Грэма, возможно это подтолкнет меня к пониманию того, как мой Дар Симбионта может помочь в этом. Пока что я даже боялся соваться к этим черным прожилкам. Мой организм был слишком слаб, и если они перекинутся на меня, то просто сожрут. Возможно позже мой навык поглощения живы вырастет и я смогу уничтожать подобное, вот только…

Стоп! — Мозг пронзила неожиданная мысль. — Да ведь эта черная хворь делает то же самое: она поглощает живу, как это делаю я с растениями!

Мысль была неприятная. Ощутил себя на мгновение таким же «паразитом», но тут же попытался отогнать подобные мысли.

Ладно, глупости.

Чтоб отвлечься, вернулся в дом и проверил как там мои весы. Камешки-гирьки лежали аккуратным рядом на столе, каждый помеченный угольком римскими цифрами. А для самых мелких измерений я вчера вечером, поразмыслив, изготовил ещё несколько крошечных гирек в половину и четверть базовой единицы — правда, уже из дерева. Пришлось повозиться, но результат того стоил. Все-таки я имею дело с совсем небольшими весами и может оказаться, что для того или иного ингредиента потребуется еще меньше.

Конечно, погрешность всё равно была. Для этих последних величин я взял речного песка и отсыпал ровно столько, сколько весит монета, потом пересыпал это на стол, сделал кружок и разделил его. И эту половину использовал за основу. Взял кусочек дерева и ножом строгал его ровно до тех пор, пока оно не стало соответствовать половине монеты, а потом другой кусок довел до четверти. Опять же, вовсе не идеально, но идеальностью еще будет время заняться.

Рядом лежала, придавленная камешками, карта Кромки. Я прикоснулся к ней и ощутил плотный пергамент. Интересно, сколько такой стоит? Думаю немало. Даже странно, что его не отыскал Элиас.

Вчерашний урок Грэма дал мне представление о структуре Зеленого Моря, но эта карта показывала масштаб. Кромка была огромна — сотни километров вдоль границы леса, десятки поселений, бесчисленные тропы и неисследованные участки. И это я еще не видел карты глубин и остальных областей Зеленого Моря. Думаю, довольно скоро на карте Кромки появятся уже мои пометки, надо только придумать что-нибудь поудобнее, чем просто уголь. По этому поводу у меня была пара мыслей, которые надо просто реализовать.

Вынес солнечную ромашку, которую прятал на ночь, наружу и тоже немного подпитал ее живой. То же самое сделал с женьшенем, фиалкой и лунником. Больше всего радовал женьшень: он уже заметно увеличился, и прямо-таки требовал от меня живу, стоило мне прикоснуться к нему.

Грэм встал позже меня. Сначала просто медленно ходил во дворе, а потом встал у стола и пару минут смотрел на мои гирьки и весы.

— Неплохо… Мозги у тебя начали работать. — заметил он. — Вроде ничего сложного, но нужно терпение.

Он взял каждый грузок, подкинул в руке и положил обратно.

— Чай будешь? — спросил я.

— Буду.

Я быстро заварил мяту и дал Грэму. Старик принял чашку и уселся на ступеньках дома, глядя на двор.

— А ты чего стоишь смотришь? Давай! Небольшая утренняя тренировка — самое идеальное начало дня. Раз уж взялся и решил стать сильнее, то работай.

Ту разминку я тренировкой не считал, поэтому принялся выполнять то, что говорил Грэм.

В этот раз старик не был слишком требовательным — просто заставил меня отжиматься, приседать, подтягиваться и бегать вокруг дома — никаких подъемов камней. Я заметил, что тело Элиаса неплохо так справляется с бегом. Следствие ли это того, что оно легкое или всё дело в том, что ему приходилось частенько убегать с мест своих «преступлений»? — Не знаю, но это меня порадовало. С моим восстановлением (благодаря живе)в беге я мог показывать неплохие результаты. Так что в этот раз «позора» не было, хотя заставил Грэм меня бежать до полного изнеможения.

Наконец-то старик скомандовал отдых. Я рухнул на землю рядом с крыльцом, хватая ртом воздух. Перед глазами плыли чёрные точки, а сердце колотилось так, будто пыталось выпрыгнуть из груди. Через минуту я перевернулся на спину, глядя в небо. Дыхание постепенно выравнивалось.

— Принеси-ка сюда карту, — сказал он.

Я поднялся, всё ещё чувствуя дрожь в ногах, и принёс карту. Грэм развернул её на коленях и ткнул пальцем в место к северо-востоку от Янтарного.

— Вот здесь, за Медвежьим оврагом, растет кость-трава. Там есть несколько полян, где она растёт целыми зарослями. Отвары из нее помогают при переломах, когда кости сращиваются — она ускоряет процесс в несколько раз.

— Тогда я лучше поставлю отметку. — сказал я и пошел за угольком.

Выбрал небольшой, и как будто бы достаточно крепкий.

Старик ткнул пальцем и я оставил небольшую точку, мысленно запоминая место.

— Дальше, — продолжил Грэм. — Тигровая лилия — красивый ярко-оранжевый цветок с чёрными полосками.

— Где?

Грэм показал другое место — южнее, ближе к границе Средней Зоны.

— Вот тут, в низине у Змеиного ручья. Там влажно и тенисто, а лилии это любят.

Ещё одна точка на карте.

Так продолжалось почти час. Грэм называл растение, описывал его внешний вид и свойства, а потом показывал примерное местоположение на карте. Я слушал, запоминал и ставил пометки.

О половине растений я даже не слышал — в тесте их просто не было. Но все они были полезными — ненужных трав Грэм просто не называл.

К концу этого часа моя голова была забита информацией, а карта покрылась десятками угольных точек и закорючек понятных только мне.

— Теперь повтори, — неожиданно сказал Грэм.

Я моргнул.

— Что повторить?

— Всё растения и где они растут. Начиная с тигровой лилии.

Вот оно что — старик хотел проверить как я запомнил. Проблема заключалась в том, что я помнил всё. Но показывать такую память было нельзя.

— Тигровая лилия: оранжевая с чёрными полосками, ядовитая в сыром виде, но сок обостряет зрение и реакцию. Растёт… — Я сделал вид, что пытаюсь вспомнить. — … в низине у Змеиного ручья?

— Верно.

Я продолжил, намеренно делая паузы и иногда «ошибаясь» в мелочах, чтобы Грэм мог меня поправить — это выглядело более естественно.

— Дед, — сказал я, указывая на карту, — видишь? Она всё-таки оказалась полезной.

Грэм посмотрел на испещрённый пометками пергамент и хмыкнул.

— Может и так, может и так…

В его голосе была то ли грусть, то ли ностальгия. Я вдруг понял — ему было приятно передавать свои знания, добытые походами, охотой и постоянным пребыванием в лесу. Они могли умереть вместе с ним, если бы не нашлось того, кому их передать.

— Ладно, пойду передохну. — поднялся он и вернулся в дом.

Ну а я отправился за ингредиентами. Теперь у меня были весы и самое время заняться пропорциями.

Я взял корзину, небольшую лопатку, тряпки для мха и нож для мяты и восстанавливающей травы. Я не хотел тратить то, что посадил у дома на «калибровку» дозировки — эти растения пойдут уже на полноценную варку.

На этот сбор ингредиентов ушло чуть больше часа. Благо, никаких неожиданностей в виде Гарта или других «старых знакомых» Элиаса не случилось.

Вернувшись домой, я сразу направился к столу и разложил на столе всё необходимое. Каждое растение лежало в отдельных мисочках в воде.

Сначала я решил провести калибровку системы: взял немного каждого ингредиента и начал взвешивать в тех пропорциях, которые использовал в последний раз, когда получил качество в пятьдесят два процента.

Корень железного дуба это основа отвара. Я отрезал кусочек и положил на весы. Получилось примерно три монеты. Записал это угольком на дощечке римской цифрой три.

Восстанавливающая трава по сути была основным активным ингредиентом. Я взвесил пучок, который обычно использовал — две монеты. Отметил и пошел дальше.

Серебряная мята — вторичный эффект. Привычная порция потянула почти на монету. Оставался лунный мох — самый легкий ингредиент и самый проблемный для взвешивания. Щепотка мха весила чуть больше четверти монеты — моим весам было трудно такую малую массу точно определить.

Ладно, поскольку это всё небольшие дозы, дальше я в любом случае могу пойти в «укрупнение» и эти величины очень легко пропорционально увеличивать. Увы, микродозинг тут не применить. Не с этими гирьками и не с таким разбросом.

Я решил начать с восстанавливающей травы, как с основного ингредиента. Логика была простая: если она дает основной эффект отвара, то ее количество критически важно. Остальные ингредиенты я пока решил оставить в базовых пропорциях.

Никуда не спешил.

Уже после первого повышения травы на целую единицу качество отвара выросло.

Я понял, что двигаюсь в верном направлении, вопрос только в том, какое количество травы станет «излишком», после которого отвар просто испортится?

По итогу много попыток не потратил, оказалось что увеличение до четырех монет уже критично и качество вместо роста пошло вниз. Оптимальным оказался вес в три с четвертью единицы. Вот тут отвар показал качество почти пятьдесят восемь процентов. Это было выше моих самых удачных попыток.

[Оценка]

Качество: хорошее (59 %)

Пропорции травы: оптимальные]

Есть! Первый компонент откалиброван. Я отметил черточкой результат и перешёл к мяте.

Здесь процесс был похожим: варки с постепенным изменением количества серебряной мяты. Сразу поднял до двух единиц и не прогадал. Потом пошел по половинке: две с половиной — улучшение, три — тоже, а вот три с половиной — сразу пошло снижение.

Ясно, три единицы — оптимально. Не думал, что мяты нужно так много.

С мхом я намучился. Сразу выяснилось, что повышение количества идет сразу в минус отвары. Мха было нужно совсем немного. Пришлось снижать дозировку.

Пришлось взвешивать четверть монетки мха, делить его надвое и с этой одной восьмой варить. Оптимальной оказалась одна шестнадцатая. Я понял, что чуть позже придется мне откалибровать совсем крошечные гирьки именно для этого капризного ингредиента. А пока же я уставился на результат удачной варки.

Мой лучший результат.

[Оценка]

Качество: хорошее (66 %)

Эффект: заметное восстановление сил

Пропорции: оптимальные

Недостатки: температура не оптимальна. Не лучшее качество ингредиентов. Не лучшая последовательность ингредиентов.]

Шестьдесят шесть процентов!

Я выдохнул. Улучшение пропорций каждого ингредиента процент за процентом улучшило общее качество отвара. И вот теперь оценка показывала хорошее качество. На душе тут же возникла какая-то детская радость: да, не идеально, но улучшенный отвар значит, что для Грэма он станет ощутимо эффективнее! А еще значит, что Морна даст больше денег.

Помимо этого я смотрел на свой навык варки в четырнадцать процентов и понимал, что это не просто цифры. В последние разы, когда я варил отвар, то ощутил внутренние изменения: резкий рост навыка дал странное внутреннее чувство — способность «ощущать», когда смесь была правильной. Теперь я не относился к этому скептически, а прислушивался к варке, как прислушивался к растениям. Возможно, это тоже сыграло роль.

Я посмотрел на отвар — он приобрел насыщенный бурый цвет с золотистыми разводами, а аромат был глубоким и сложным. Теперь осталось использовать ту мяту и травы, которая была у меня в саду. Но и этот отвар я разлил по бутылочкам — он тоже теперь стоит денег.

Начинал варку с воодушевлением, а закончил с небольшим разочарованием: на этот раз качество оказалось шестьдесят четыре процента. То есть на два ниже предыдущей варки. Я нахмурился, анализируя причины. Температура? Время? Я мысленно отсчитывал те же интервалы, но огонь в очаге горел неравномерно и с этим тоже нужно будет что-то делать. Да, похоже дело в нестабильности огня. Без точного контроля температуры я всегда буду получать большой разброс. Нужно будет поэкспериментировать с водяной и песчаной баней, это-то мне доступно.

Я разлил отвар по бутылочкам, закупорил, и приступил к еще одной варке.

Когда закончил, то получил шестьдесят семь процентов. Видимо… кусты должны быть получать подпитку хотя бы неделю, чтобы это отразилось на отваре. Пока этого не заметно, даже если делать поправку на температуру. Залил весь отвар в остальные бутылочки, так что их было восемь полностью наполненных. И еще осталось Грэму. Я перелил остатки отвара в чашку, и пошел к старику в комнату.

— Что там у тебя? — спросил Грэм, увидев меня с чашкой.

— Отвар. И по-моему сегодня у меня получилось лучше, чем раньше.

Он скептически посмотрел на меня, но чашку взял. Закрыл глаза и принюхался.

— Хм… — удивленно раскрыл он глаза, — Интересно…

А потом он сделал глоток и покатал отвар во рту.

— Это… — неожиданно признал он, — Это намного лучше… Невероятно! Как возможен такой быстрый прогресс?

Вопрос был задан даже не мне, а куда-то в воздух.

— Весы, — коротко ответил я.

Вот только я-то понимал, что дело далеко не в весах, а в оценке, которая указывает мне на ошибки и позволяет сразу определить качество отвара, чего без нее я бы делать не смог. Думаю, у местных алхимиков есть свои способы сразу определять качество отвара, вот только это тайны, которыми не делятся с посторонними.

— Весы? — переспросил он, — Как бы не так! Я тоже варил с весами… Алхимия — это не про весы, это про чувство растений, про варку. Тут одними весами не обойдешься, иначе бы каждый мог варить.

Я не стал с ним спорить.

— Дед, я пойду к Морне.

— А?

— У меня есть восемь бутылочек с отваром — не вижу смысла тянуть. Заодно и проверю, как я запомнил дорогу к ней.

Грэм ненадолго задумался, а потом кивнул.

— Да, иди. Передавай ей привет.

— Передам.

— И сразу тренируй передвижение по лесу. Кромка лучшее место для этого.

Через минуту я был снаружи. Все бутылочки были у меня в сумке. Переложил их заранее парой кусков ткани, чтобы не стукались, вот только тут нужна бы ткань помягче, которой, увы, не было. Еще я взял небольшой кинжал и небольшую корзину — хотел снова собрать те ягоды для ясности ума.

Я взял длинную, крепкую палку, которая была похожа на ту, с которой ходил Грэм. Она была неплохой опорой и могла сгодиться как оружие в случае чего — иногда такая вот «дубинка» полезнее небольшого кинжала.

Путь предстоял не такой уж и быстрый — больше часа ходьбы через Кромку.

Путь к дому Морны занял меньше времени, чем в прошлый раз. Память на ориентиры у меня была отличная: я без труда находил знакомые деревья, камни, изгибы тропы. Путь, который с Грэмом мы прошли в первый раз, чётко отпечатался в моей голове, так что я зря волновался.

По дороге я практиковал бесшумную ходьбу: ставил ногу осторожно, сначала край стопы, потом медленно переносил вес и прислушивался к тому, что находилось под ногой, прежде чем опустить её полностью.

Получалось средне, еще и потому что меня выдавали бутылочки, которые стукались друг о друга, даже тряпочка которую я между ними положил не особо помогала. Но… я все равно пытался, правильно, ходить. Иногда я всё ещё наступал на сухие ветки или шуршал листьями, но уже заметно лучше, чем вчера. Тело начинало запоминать правильные движения, но предстояло много часов практики, прежде чем это станет частью меня и тело будет делать всё на автомате.

Чем ближе я подходил к дому Морны, тем сильнее становилось странное волнение внутри.

Сначала я не мог понять его природу — нервничал из-за предстоящего разговора? Да, но не только это. Было что-то ещё — что-то, связанное с самой Морной.

Я остановился в нескольких шагах от калитки, пытаясь понять, что именно я чувствую. Эта женщина… она была интересна мне. Как существо, балансирующее на грани между человеческим и звериным.

Я вспомнил её желтые глаза с вертикальными зрачками. Пугающие, и от которых сложно отвести взгляд, словно смотришь в глаза дикому зверю. Все остальное; её руки, покрытые шерстью от локтей и клыки было несущественным. Только глаза.

Я тряхнул головой, прогоняя эти мысли — не время и не место. Глупости. Да, красивая, глупо с этим спорить, но это всё подростковые гормоны, а не мои чувства. Не стоит путать. Я заметил их влияние еще в прошлый раз и ничего, достаточно было «одернуть» себя и организм успокоился. Ничего страшного. Растущий организм и все.

Вдох-выдох… Вдох-выдох…

Секунд десять — и я успокоился и зашагал дальше.

Дом Морны показался из-за деревьев. Эта живая конструкция из лиан и грибов была больше похожа на часть леса, чем на человеческое жилище. Живая изгородь с шипами окружала двор, а у калитки лежал Угрюм — старый падальщик.

В этот раз он был активнее. Едва завидев меня, он поднялся на свои шесть лап и начал ходить по двору, внимательно следя за моими движениями. Его мутные глаза, казалось, пытались понять, друг я или враг.

Он что, не запомнил меня? — мелькнула мысль.

Я остановился у калитки, не решаясь войти без приглашения. Это тогда, с Грэмом, было как-то… спокойно, а сейчас — нет. Вдруг ее нет дома? И детей что-то не видно.

Наверное с минуту вот так стоял, а потом шагнул. Чего ждать? Постучусь, если есть — отдам отвары, нет — придется зайти в другой раз. Хотел было просто крикнуть, но что-то удержало от этого.

Едва я сделал несколько шагов внутрь, как ко мне, переваливаясь, засеменил падальщик и что-то мне совсем не понравилось выражение его морды. Я схватил палку покрепче. На всякий случай, кто там разберет, что у него в голове?

Неужели он все-таки меня не запомнил? Тогда, кажется, придется показать навыки бега, которые я отрабатывал утром.

— Угрюм! — раздался крик, от которого старый падальщик застыл на месте.

Дверь дома распахнулась, и на пороге показалась Морна.

Ее взгляд уставился на меня и я на пару секунд завис, уставившись в ее звериные глаза.

— Элиас? Чего пришел?

Я похлопал по сумке.

— Отвары. — коротко ответил я.

— Ну так заходи. — махнула она рукой, приглашая.