Между стрoк

Глава 23

Шарлотта

— Вот план на сегодняшний вечер, — говорит Эрик.

Он уже прислал мне программу, но теперь он просматривает ее вместе со мной, как будто я его босс.

Я устала и разбита. Я старалась оставаться бодрой на всех встречах, которые у Эйдена шли одна за другой. Он сдержал свое слово и включил меня во все свои дела. Думаю, он слегка перестарался.

— Хорошо, — говорю я. — И эта премьера фильма «Эхо». Верно?

— Да, — отвечает Эрик.

Его слегка хмурое выражение лица дает понять, что я недостаточно внимательна. Эйден сидит по другую сторону стола. Ему в то же самое время дают инструкции, но его взгляд прикован ко мне.

— «Эхо» — это продолжение научно-фантастического блокбастера, вышедшего два года назад, — добавляет Эйден. — Сегодня состоится мировая премьера.

Я помню первый фильм. Мои родители его обожали. Мне он показался интересным, но слишком затянутым. Как бы то ни было, это абсолютно грандиозное событие!

— Как ты достал билеты в такой короткий срок?

— Они у меня были уже давно.

Я прищуриваюсь, глядя на него.

— Ты запланировал это, когда предложил мне сегодня пожить как ты.

Он поднимает бровь.

— Не похоже на меня.

— Звучит вполне в твоем духе.

Эрик несколько раз смотрит то на меня, то на него, а затем вздыхает.

— Мистер Хартман оставит здесь свою машину, чтобы ее отогнали к его дому. Джо отвезет вас обоих сегодня вечером. Сначала на Родео-Драйв, где я назначил две встречи для мисс Грей...

— Родео-Драйв?

Эйден скрестил руки на груди.

— Да. Мы купим тебе платье.

— У меня есть платье...

— Ты так сказала и в прошлый раз, — говорит он.

Ярко-красный румянец заливает мои щеки. Чертова молния. Да, я так сказала и в прошлый раз, и это не принесло мне большого успеха.

— Хорошо. Пойдем купим платье.

Эйден улыбается.

— И туфли.

— Я не знала, что ты такой шопоголик, — говорю я.

Затем я осознаю, что Эрик здесь, и мои слова могут показаться грубыми.

Или неблагодарными. В Эйдене есть что-то, что заставляет меня постоянно спорить с ним.

— Извини. Спасибо, это очень мило с твоей стороны.

Улыбка Эйдена становится шире, как будто он знает, что я говорю это, играя на публику.

— Не за что, Шарлотта.

На другой стороне стола Эрик снова смотрит в свои заметки.

— Хорошо. Салон по соседству тоже забронирован. Я назначил вам телефонную встречу на то же время. Вы хотели получить последнюю информацию о безопасности вашей сестры.

Он кивает.

— Хорошо.

— Затем машина отвезет вас в «Долби Титр». Я четко дал понять, что ни один из вас не покажется на красной ковровой дорожке.

Эти слова настолько нелепы, что мне почти хочется смеяться. Но это же его жизнь, не так ли? Он ходит на такие мероприятия. Потому что в его сфере важно быть на виду.

Я же, напротив, столько лет старалась не привлекать к себе внимания.

— Мы не задержимся надолго, — говорит Эйден.

Как будто читает мои мысли.

— Мы посмотрим фильм, поговорим с некоторыми известными людьми, а потом уйдем. Мне просто нужно появиться на публике.

— Нет-нет, это звучит...

Удивительно. Нереально. Что-то, что происходит с другими людьми.

— Весело.

Его губы снова искривляются.

— Хорошо.

Магазины на Родео-драйв легендарны. Как и их цены. Именно поэтому я никогда не покупала ни одной вещи от дизайнеров, чьи имена украшают эту улицу и прилегающие к ней кварталы.

Мы находимся в центре Беверли-Хиллз, и люди, которые проходят мимо нас, либо потрясающе красивы, либо туристы. Кажется, что промежуточного варианта не существует. Никаких жителей города, вышедших на прогулку. Никаких обычных людей, заглянувших в роскошный бутик, чтобы сделать покупку.

Пальмы, высаженные вдоль улицы, огромные и настолько прямые, что создается впечатление, будто это инженерное чудо, а не живые растения.

Джо находит место для парковки возле магазина, который я слишком хорошо знаю. Над ним висит всем известное имя.

— Здесь? — спрашиваю я.

Мой голос звучит высоко.

— Мы идем туда, чтобы купить платье?

Эйден закрывает за мной дверь машины.

— Да. Или ты хочешь пойти в другое место?

Как будто этот магазин недостаточно хорош и не соответствует моим стандартам.

— Нет, — тихо отвечаю я. — Это... подойдет.

— Отлично.

— Это не то, чем ты обычно занимаешься в течение дня.

Но потом мою голову посещает внезапная мысль, мои шаги замедляются. Эрик сделал бронирование слишком быстро.

— Или, может, это и есть то, чем ты занимаешься. Ты... Ты часто приводишь сюда девушек перед тем, как выйти с ними в свет?

С такой тактикой он смог бы произвести впечатление на половину страны.

Он открывает для меня тяжелую стеклянную дверь.

— Ты снова задумываешься о моих привычках в отношениях, Хаос?

— Нет.

— Да, задумываешься.

Он подходит ко мне, наклоняет голову, так что его рот оказывается прямо у моего уха.

— Я уже делал такие вещи раньше.

У меня сжимается желудок, и гламурная обстановка вокруг нас кажется немного не к месту. О. Значит, это обычное дело. Я не успеваю сдержать небольшой вздох.

Он понижает голос.

— С моей мамой, когда я был слишком мал, чтобы сбежать. Иногда с Мэнди, когда она тащит меня с собой. Ни с кем больше, Хаос.

Я смотрю на него. Он внимательно наблюдает за мной. Он видел мое разочарование и вспышку ревности. Видел все. Я прищуриваюсь, глядя на него.

— Эйден...

— Мистер Хартман и мисс Грей!

К нам подходит красиво одетая женщина. За ней идут еще два помощника. Один несет поднос с шампанским и водой.

— Добро пожаловать, добро пожаловать! Давайте начнем примерку. Премьера фильма уже скоро. Верно?

Эйден кладет руку мне на поясницу.

— Да. Сомневаюсь, что у вас есть что-то столь же прекрасное, как Шарлотта, но я бы хотел, чтобы вы попробовали.

Через пятнадцать минут на вешалке в роскошных примерочных висит ослепительная коллекция платьев.

— Мне нужно только одно, — говорю я, но моя рука скользит по тканям. Некоторые из них мягкие, как шелк, другие представляют собой сложные узоры из драгоценных камней.

Эйден сидит на роскошном диване прямо у примерочных.

— Сколько у нас времени? — спрашиваю я его.

— Не беспокойся об этом.

В руке у него бокал шампанского, а длинные ноги вытянуты перед собой. Он все еще одет в коричневые брюки. Я смотрю на его наряд с легким недоумением.

— Ты в костюме с работы.

— Действительно.

Продавец отдергивает занавеску примерочной позади меня, и я вхожу внутрь.

— Ты пойдешь на премьеру в нем? — спрашиваю я.

— Нет.

В его голосе слышится веселая интонация.

— Я поеду домой и переоденусь, когда ты пойдешь в одно место по соседству.

— Какое место?

Я снимаю кардиган и платье, которое носила сегодня. Даже освещение в этом магазине потрясающее. Я хорошо выгляжу в зеркале в пол, а в примерочных это редко бывает.

Мои волосы в беспорядке, зачесаны назад в низкий хвост. Может, я смогу собрать их в балерину?

— Это салон. Там тебе сделают прическу и макияж, Хаос.

Наступает короткая пауза.

— Если ты хочешь. Но, видит бог, тебе это совершенно не нужно.

— О.

Я надеваю платье. Оно облегающее, сексуальное, с полностью открытой спиной. Оно совсем не похоже на меня. Но продавщица настояла, чтобы я его примерила.

На нем нет ценника. Как и на других платьях.

Я вспоминаю игру, в которую играла в его доме, и начинаю играть в похожую здесь. Две тысячи долларов? Три? Может, четыре, думаю я, когда вижу встроенную потайную молнию.

Салон. Несмотря на нервозность, при этой мысли во мне нарастает волнение. Я никогда не была на премьере фильма. Там будет куча людей, и, хотя все они деятели индустрии, одно можно сказать наверняка: каждый из них более известен, чем я с моими пятнадцатью минутами славы.

— Хаос.

Его голос ближе, прямо у края занавески.

— Да?

— Хочешь услышать мое мнение об этих платьях? Если нет, я сразу же поеду домой за смокингом, чтобы не застрять в пробке. В магазине уже есть данные моей карты. С нее будет оплачены все твои покупки.

Я отдергиваю занавеску.

— Нет, поезжай. Я смогу выбрать сама. Встретимся позже у салона?

Его взгляд скользит по моему телу. Его глаза расширяются. Я тоже смотрю вниз.

О, да. Это платье с самым открытым верхом, с глубоким V-образным вырезом, который исчезает между моими грудями. Оно стоит целое состояние, но представляет собой не более чем дорогой шелковый платок, оставляющий меня обнаженной сверху и стекающий на пол.

— Я не думаю, что это подходящий вариант, — говорю я.

Эйден медленно качает головой.

— Да, я тоже, — бормочет он. — Потому что я не смогу сосредоточиться, если ты будешь идти под руку со мной в этом наряде.

— Идти под руку? — спрашиваю я. — Я же должна быть твоей тенью.

Его губы изгибаются, на лице появляется греховный взгляд, от которого у меня сжимается желудок.

— Да, Хаос. Будь моей тенью. Пока ты будешь рядом со мной, я буду счастлив.

Я тянусь к занавеске. Мое сердце бьется слишком быстро, и мне это нравится.

— Возвращайся позже, когда я закончу.

— Даже пробки в Лос-Анджелесе не смогут меня остановить.

Я выбираю длинное платье янтарного цвета и пару туфель, состоящих из тонких ремешков. Платье асимметричное вверху — оно драпируется на одном плече, оставляя другое обнаженным.

Я дважды проверяю застежку-молнию в примерочной. Она крепко держится.

Продавцы очень, очень милые. Настолько милых продавцов можно встретить только тогда, когда тратишь баснословные суммы денег. Они добавляют к покупкам маленькую сумочку, говоря, что на этом настаивал мистер Хартман.

Крохотная часть меня шепчет, что все это слишком.

Большая часть позволяет мне погрузиться в сладкую фантазию о том, что только на эту ночь я могу позволить себе этот опыт. Опыт, который я запомню навсегда.

Точно так же салон по соседству хорошо обо мне заботится. Мои волосы моют и сушат феном, пока они не становятся длинными и блестящими. И когда визажист спрашивает меня, чего я хочу, я смотрю на свое голое лицо в зеркале и думаю о своем страхе быть узнанной.

— Сделайте меня другой, — говорю я ей. — Может быть, темный макияж глаз?

Она откидывается назад и оценивает меня.

— Мы могли бы сделать смоки айс и темно-красные губы. Думаю, вам пойдет такой образ.

— Давайте сделаем так.

Когда все готово, я едва узнаю свое отражение. Благодаря каблукам я выгляжу выше, чем на самом деле, а платье заставляет меня чувствовать себя богиней. В салоне мне подали бокал шампанского, потом второй, и я снова чувствую себя Ночной Шарлоттой. Я перевоплощаюсь в другую версию себя.

Эйден ждет меня у входа в салон. Прислонившись к машине, он разговаривает по телефону. Он выглядит высоким, красивым и богатым в своем потрясающем смокинге.

И тут он замечает меня.

Он перестает говорить и медленно опускает трубку от уха. Его глаза оглядывают меня, и я купаюсь в его томном взгляде, в том, с каким неприкрытым наслаждением он задерживается на мне. Впервые с тех пор, как я его встретила, я чувствую, что подхожу ему. Как будто я могу стоять рядом с ним, когда он в смокинге, и всем вокруг будет казаться, что мы созданы друг для друга.

— Черт возьми, — говорит он.