Между стрoк

Глава 45

Шарлотта

Я пробираюсь сквозь толпу. Везде обнаженная кожа и красивый шелк или кружево. Кто-то в пижамах, кто-то в коротких пеньюарах. Сама Мэнди в восхитительном красном шелковом халате. Я провела первую часть вечера, болтая с ней и ее подругами об их компании.

Я и не думала, насколько спокойнее мне будет на публичном мероприятии с правилом «никаких телефонов».

Здесь нет риска, что кто-то посмотрит на меня слишком долго, а потом сфотографирует. Или зайдет в «Гугл» и найдет меня, в мгновение ока узнав все, от чего я пытался убежать десять лет.

К тому же, здесь гораздо больше знаменитостей, чем я могла представить. Логан? Опять? Не могу поверить, что это их мир.

Я оглядываюсь через плечо, и меня снова пронзает электрический ток. Несмотря на прохладный вечер и слишком легкую одежду, мне тепло.

Эйден проталкивается сквозь толпу, чтобы добраться до меня. Глаза у него темные, брови нахмурены. Он выглядит сердитым. И он здесь единственный в костюме.

Слишком уж одетый по сравнению со всеми остальными в шелках и кружевах. Он ловит мой взгляд и беззвучно произносит одно слово: «Стой».

Я ухмыляюсь ему и поворачиваюсь. Это место огромно, настоящее поместье. Интересно, здесь вообще живут люди или это один из тех домов, которые вечно сдают — для съемки музыкальных клипов, отпусков знаменитостей и вечеринок?

Я прохожу мимо бара. Там стоят небольшие деревянные подносы с текилой, готовые к тому, чтобы их взяли. Повинуясь импульсу, я хватаю один. На декоративной доске стоят четыре маленьких стопки, тарелка с нарезанным лаймом и лежит горка морской соли.

Эйден приближается. Оглядываясь назад, я понимаю, что он почти догнал меня.

Я бросаюсь в сторону танцпола. Мэнди там. Я вижу ее светлые волосы и красный шелковый халат, и думаю, не будет ли мне безопаснее быть рядом с ней. Эйден бы тогда не осмелился сделать что-нибудь откровенное.

Но, может быть... я хочу, чтобы меня поймали.

Я вхожу внутрь особняка, попадая в гостиную. Гигантские стеклянные стены, должно быть, раздвинули, позволяя вечеринке легко перетекать с улицу внутрь дома. На огромном столе в центре комнаты выставлены разнообразные товары. Мэнди показывала мне их раньше.

Карманные вибраторы. Стимуляторы точки G. Съедобное нижнее белье.

Несколько девайсов уже лежит в моей сумке с подарками, перекинутой через плечо.

— Хаос, — раздается голос рядом со мной.

Я иду дальше, мимо группы мужчин с ухмылками на лицах, которые дружно рассматривают анальные шарики.

Чья-то рука обнимает меня за талию и притягивает меня к себе.

— Шарлотта, — говорит Эйден хриплым голосом. — Ты пытаешься свести меня с ума?

Я закрываю глаза.

— Может быть.

— Ты играешь в опасную игру.

— Возможно, я просто провожу исследование.

— Здесь? Где все могут тебя увидеть?

Его губы опускаются ниже, скользя по моей шее. В голове происходит короткое замыкание. Оно всегда случается, когда он целует меня туда.

— Ты очень близка к тому, чтобы все видели, какие у нас профессиональные отношения.

— Я думала, — шепчу я, — ты хочешь меня спрятать. В конце концов, моя одежда неприлична.

Он бормочет что-то мне в шею. Похоже на ругательство. Затем его губы снова поднимаются и касаются мочки моего уха.

— Ты не хочешь надевать мой пиджак, так что украсть тебя — единственный выход.

Он тащит меня по коридору. Я чуть не проливаю текилу, и он качает головой, забирая у меня поднос.

— Войди сюда, — говорит он и толкает какую-то дверь.

Она ведет в элегантно обставленную спальню, которая, кажется, почти не использовалась. Он закрывает дверь и встает к ней спиной. Его взгляд скользит по мне.

— Это платье станет моим концом, Хаос. Из-за него я был готов драться со всеми мужчинами на земле.

Я чувствую себя выше и могущественнее, когда он смотрит на меня вот так. Опьяненной магией, которая творится, когда мы вместе.

— Я не думала, что ты такой ревнивый.

Он ставит маленький поднос с текилой на тумбочку.

— Да, я ревную, когда дело касается тебя и прозрачного платья, — мрачно признается он.

Эйден переводит взгляд с меня на стопки с текилой. На деревянном подносе есть небольшая гравировка с надписью: «Бодишоты приветствуются». Я вижу, как он читает ее.

Я делаю еще один шаг назад, меня охватывает волнение.

— Что ты собираешься делать?

Он смотрит на меня.

— Я собираюсь выпить шот, и, если ты будешь продолжать ходить в таком виде, тебе конец.

— О.

Мои колени ударяются о край кровати, и я откидываюсь назад на мягкое одеяло.

Эйден хватает поднос, и вдруг все кажется таким реальным. Здесь, в этом доме, с запертой дверью, он стоит передо мной.

Я позволяю ладоням скользить по ткани. Что это? Бархат, может быть? Что-то мягкое и изысканное.

— Ляг, — говорит он, — и будь хорошим столом для меня.

Я улыбаюсь и делаю, как он говорит.

— Я для тебя всего лишь вещь.

Он качает головой и тянется за шотом.

— Ты гораздо больше этого, но ради правила номер один...

Свободной рукой он легко проводит по моему телу. По моей обнаженной верхней части груди, между грудями, вниз по центру живота.

Он останавливается у края моего платья. Хватает его и тянет вверх, обнажая живот. Я дышу часто.

— Спокойно, — бормочет он и проводит рукой по моей талии, прежде чем налить холодную текилу мне в пупок.

Его пальцы скользят вверх, останавливаясь у моего подбородка.

— Открой, — шепчет он и кладет дольку лайма мне между губ.

Я нежно сжимаю ее зубами и наблюдаю, как он берет щепотку соли. Он медлит, делая короткий вдох, прежде чем наклониться и провести языком по моему левому соску. Тонкая, прозрачная ткань намокает, прилипая к коже.

— Вот так.

Он посыпает солью это место. Не отрывая от меня взгляда, он снова наклоняется и целует низ живота. Меня пробирает дрожь. Кажется, я затаила дыхание.

Он целует еще на дюйм выше, и вот он уже у текилы. Его губы теплые, как и его язык, когда он пьет жидкость с моей кожи.

Эйден поднимается и зависает в нескольких дюймах от моего рта. Он наклоняется ближе, наши губы почти соприкасаются, когда он вынимает лайм из моих губ. Он сосет секунду, а затем выбрасывает его.

Наконец, он опускает голову к моей левой груди и обхватывает ее ртом. Он сосет, а затем облизывает сосок, вращая языком, от чего по мне разливается тепло.

Он смотрит на меня почти черными глазами.

— Кажется, это был неправильный порядок.

Мой голос звучит приглушенно и взволнованно. Обычно сначала слизывают соль, затем пьют текилу, потом закусывают лаймом.

Но Эйден лишь качает головой и выпрямляется.

— Нет, это правильный порядок. Я не мог не закончить на твоей груди.

Он тянется за вторым шотом и повторяет процесс. Наливая, облизывая, насыпая соль.

Тупая боль зарождается в верхней части бедер, и я сжимаю их вместе, пытаясь унять ее.

Эйден проводит рукой по внутренней стороне моего бедра, и когда он снова наклоняется к моему пупку, его рука скользит вверх и нажимает между ног. Он проводит пальцем по ткани стрингов.

У меня перехватывает дыхание. Тяжело дышать, когда между губами остается еще одна долька лайма.

— Знаю, — бормочет он, покрывая поцелуями дорожку от моего живота к губам.

Его большой палец продолжает двигаться, поглаживая меня вверх и вниз.

— Тебе не положено лежать неподвижно.

Его губы смыкаются вокруг лайма, едва касаясь моих в коротком поцелуе, прежде чем он немного отстраняется. Он убирает цитрус свободной рукой и наклоняется к моему правому соску. Он останавливается в дюйме от влажной, соленой вершины. Его пальцы между моих ног начинают обводить мой клитор.

— Вот это, — говорит он, — то, что я не могу дождаться, чтобы попробовать. Ты течешь на кружево, и я хочу, чтобы ты знала, как сильно я хочу, чтобы эта влага была на моем языке.

От его слов у меня сжимается живот, а руки впиваются в одеяло.

— Эйден.

— Знаю. Всему свое время, милая.

Он смотрит на мои соски, словно они все, чего он когда-либо хотел. Будто у меня не крошечная грудь, едва ли первого размера, к которой я годами привыкала.

— Эти сладкие сиськи требуют моего внимания сейчас. Но, Шарлотта... Я хочу, чтобы ты представляла, что я сосу твой клитор.

Он слизывает с меня соль и одновременно надавливает большим пальцем на мой клитор. От этого ощущения я приподнимаю спину на кровати. Его рот всасывает всю мою левую грудь, и я не могу думать от удовольствия.

Он скользит рукой под край моих стрингов, и теперь он полностью захватывает меня. Он засовывает внутрь палец и продолжает надавливать на мой клитор.

Его язык ласкает мой сосок.

Каково это? Чувствовать нечто подобное на моем клиторе?

— Я близко, — шепчу я, проводя рукой по его густым волосам.

Он использует зубы. Прикусывает мой твердый сосок, и оргазм обрушивается на меня, как мягкий летний дождь. Струится по телу. Пальцы ног болезненно поджимаются в туфлях на высоком каблуке, и я падаю на кровать, тяжело дыша.

Я возвращаюсь в реальность. К голове Эйдена, прижавшейся к моей груди, к его тяжелому дыханию. К его среднему пальцу, все еще находящемуся во мне, к его твердым плечам.

К восхитительной тяжести его тела.

— Черт, — бормочет он и опирается на локоть.

В его глазах горит огонь, и я снова чувствую себя готовой.

— Мне нужно быть внутри тебя. И когда я это сделаю, Хаос... это будет не один раз. Как только мы начнем, ты будешь нужна мне постоянно.

Я тянусь к его пиджаку.

— С чего ты взял, что ты мне понадобишься только на один раз?