Меняя правила

ГЛАВА 6

ТЫ МОЖЕШЬ В ЭТО ПОВЕРИТЬ?

БЕЛЛА

Год и один месяц назад

Июль

Я смотрю в кухонное окно, сжимая столешницу так сильно, что пальцы немеют. Мне нужно быть наверху, готовиться к ужину с Одри, но мысль об этом вызывает у меня отвращение.

Что, черт возьми, со мной происходит? Эта Белла слишком напоминает ту женщину, которой я была с Джейком. Нытик, вечно неуверенная в себе.

Я облизываю пересохшие губы и заставляю себя побрести в спальню.

— Белла?

Вздрогнув, я оборачиваюсь и вижу Ксандера на диване.

— Привет. Ты что здесь делаешь? — спрашиваю я, стараясь прогнать туман, в котором витала последние часы.

— Серьёзно? — Он хрипло смеётся. Его волосы влажные, будто он только что из душа. — Я дома уже давно. Звал тебя несколько раз. Когда ты не ответила, подумал, может, ты ушла.

— Я была на кухне. — Морщась, плюхаюсь рядом с ним на диван. — Прости.

— Ты прелесть, — бормочет он, уткнувшись носом в мою шею. — Как день прошёл?

— Нормально. — Пожимаю плечами. — Сделала кое-что для Бена, но ему не понравилось, так что во вторник придётся переделывать.

— Что именно? — Ксандер обнимает меня за плечи и притягивает к себе. Его древесный аромат заполняет ноздри, проникает под кожу. Настроение мгновенно улучшается.

— Он организует крупное мероприятие. Попросил подготовить коммерческое предложение, включая аренду зала и еду. Обычное дело — ну, так я думала. Оказалось, клиент уже забронировал площадку… — Голос глохнет, грудь сжимается. — Когда Бен позвонил, чтобы отчитать меня, он так меня разозлил, что я бросила трубку. Не хочу слушать его крики. Я этого не заслуживаю.

— Это не твоя вина, — тихо говорит он, зарываясь носом в мои волосы. — Бен извинился?

— Вроде да, но я пока не хочу с ним разговаривать и не готова прощать. Он в стрессе — пытается спланировать «идеальную, самую запоминающуюся» свадьбу для себя и Тома. Постоянно меняет дизайн, вдохновляясь мероприятиями наших клиентов. Потом из-за этого они с Томом начинают огрызаться друг на друга, и эта злость перекидывается на меня. Я терпеливая, первые пару раз просто пропускала мимо ушей, но если он и дальше будет так взрываться, не знаю…

— Хочешь, я с ним поговорю?

Живот сжимается. Я отстраняюсь и изучаю Ксандера. Он смотрит на меня с ожиданием, слегка склонив голову. Вместо того чтобы огрызнуться, как это делает Бен, я заставляю себя улыбнуться и покачать головой. Это между мной и моим кузеном. Я дала понять: если он ещё раз так ко мне обратится, ему придётся искать мне замену.

— Ладно, не буду вмешиваться. Но если подобное повторится или кто-то ещё тебя расстроит — скажи мне.

Интенсивность его взгляда заставляет меня содрогнуться. Он говорит не только о Бене.

— Послушай, — осторожно начинаю я, — я люблю тебя и очень ценю всё, что ты для меня делаешь. Но некоторые битвы я должна принять сама. — И твоя сестра дала понять: если ты вмешаешься, станет только хуже… — Я должна уметь постоять за себя. Может, ты думаешь, я не справлюсь, но я смогу. Докажу тебе. Но ты должен дать мне шанс.

Его челюсть напрягается, сине-зелёные глаза полны беспокойства.

— Я боюсь, что Миллер попробует к тебе подобраться. После той грязной кампании против нас он может решить, что это безопасно. Если так случится, я хочу быть рядом. Он должен держаться подальше. Тебе не стоит разбираться с ним одной.

Я хмурюсь.

— Я не о Джейке. — И если вдруг мне придётся столкнуться с бывшим, ты будешь первым, кому я позвоню.

— Нет? — Он изучает моё лицо. Морщина между бровями стала глубже.

— Я об Одри, — признаюсь со вздохом. — Не вмешивайся, пожалуйста. Не лезь. Я сама могу всё исправить.

Его тело напрягается, глаза расширяются.

— Подожди, мне чего-то не рассказали?

В горле встаёт ком, глотать почти невозможно.

Я не виделась с его сестрой с той ночи в апреле. Когда Ксандер проводит с ней время, обычно они вдвоём. Если бы не её приглашение на ужин сегодня, вряд ли мы пересеклись бы до первого предсезонного матча в августе. Меня бы это полностью устроило. Я по ней не скучала.

— Нет. — Я не сказала Ксандеру о её поведении той ночью и не хочу говорить сейчас. — Мы оба знаем, что я не её фаворитка, но я хочу это исправить.

— Если я собираюсь устанавливать границы с сестрой, мне нужно знать, что она делает. — Он придвигается ближе, пронзая взглядом до самой души. Он сделает для меня что угодно, но я не могу позволять ему сражаться в моих битвах. Не хочу зависеть от него. Хочу стоять на своих ногах. Он может думать, что поступает правильно, но на самом деле это мне только вредит.

— Я сама разберусь с Одри. — Я смягчаю выражение лица, но держу осанку уверенной. Я хочу, чтобы мы были равны. Хочу быть сильной, как он. Сильной для него, но в первую очередь — для себя. — Сначала я ей нравилась, да? Уверена, смогу снова её расположить.

— Ты сможешь. Я в тебе не сомневаюсь. — Он берёт моё лицо в ладони. — Если она скажет или сделает что-то, что тебя заденет, скажи мне. Хорошо?

Он меня не слушает, чёрт возьми.

— Хорошо, — говорю я. Слово даётся с трудом, тон плоский, но он не замечает.

Он слишком отвлечён нашей близостью, наверное. И, должна признать, когда он целует меня, я тоже. Тело вспыхивает, жар разливается по животу. Вены горят так сильно, что хочется расцарапать их и выпустить огонь, чтобы он поглотил нас обоих.

— Я хочу тебя, — шепчет он, стягивая с меня футболку.

Я поднимаю руки и позволяю ему раздеть меня, поддаваясь желанию.

Держа Ксандера за руку, в чёрном платье в белый горох, с распущенными волосами, ниспадающими на обнажённые плечи, я чувствую себя обновлённой, уверенной и красивой. Как может быть иначе после того секса? То, как он поклонялся моему телу, дало мне заряд, в котором я так нуждалась.

Я переживу один ужин в компании Одри. В конце концов, я пережила куда худшее. Не позволю ей иметь надо мной власть.

— Алекс! Иди сюда! — кричит Одри, когда мы заходим в ресторан.

Я инстинктивно вздрагиваю и тут же ругаю себя за эту реакцию. Не могу позволить ей устанавливать правила игры.

Ксандер проводит меня к столику у окна, где ждёт его сестра, отпускает мою руку, чтобы поцеловать её в щёку.

— Привет.

Она улыбается ему, но, повернувшись ко мне, меняет выражение лица.

— Здравствуй, Изабелла.

— Привет. — Я не отвожу от неё взгляда, стараясь выглядеть уверенно. — Как дела?

— Всё хорошо. Гораздо лучше, теперь у Райана больше свободного времени. Мы заняты подготовкой нового дома к появлению малыша. — Она невольно касается живота. Судя по словам Ксандера, роды ожидаются в конце сентября.

Он отодвигает стул напротив Одри и жестом предлагает мне сесть, затем занимает место между нами.

— Рада за вас.

— А у вас как? — Одри смотрит то на меня, то на Ксандера.

— Всё отлично, — легко отвечает он, беря меню. — Чем ты занималась?

— Да ничем особо. Скучаю по друзьям в Майами, но привыкаю. У меня там была жизнь, счастливая. — Пожимает одним плечом, поднимая бокал. — Но здесь уже становится лучше. Мы с Джесс стараемся встречаться на ланч или ужин пару раз в неделю. У Райана здесь график стабильнее, чем в Майами. Плюс здесь родители, и ты.

— И я, — повторяет он.

Подходит официант — молодой парень с короткой стрижкой и приятной улыбкой. Его взгляд то и дело скользит к Ксандеру, пока мы делаем заказ, шея краснеет.

Наконец, он прочищает горло и сжимает блокнот.

— Прошлый сезон был потрясающий, чувак! Ты был невероятен! Выиграть Суперкубок в первый же сезон с «Уорриорз»? Это всё, о чём мечтал город, и даже больше. Ты лучший!

Уголки губ Ксандера дрожат от улыбки.

— Спасибо. Поддержка фанатов для нас важнее, чем вы думаете. Без вас мы — ничто.

— Конечно, сэр. — Парень кивает, щёки розовеют. — Что ж, пойду оформлю заказ. Еда скоро будет.

Когда официант уходит, я ловлю взгляд Ксандера. Как же светятся его глаза от радости. Сердце переполняется.

Я ненавидела популярность Джейка, всё это внимание, назойливых людей и папарацци. Но с Ксандером всё иначе. Мне нравится, когда им восхищаются, возможно, потому что он всегда остаётся скромным и благодарным. Мне приятно читать статьи о нём и его успехах на поле. Меня не раздражают папарацци, и мне плевать на комментарии в соцсетях. Я — его, он — мой. Всё остальное не имеет значения.

Через час ужина я понимаю, что мне действительно хорошо. Одри ведёт себя мило — никаких двусмысленных комплиментов или колкостей. Вместо этого она шутит и рассказывает истории о жизни в Майами. Надеюсь, так и продолжится.

— Ты говорила, что хочешь мне что-то сказать. — Ксандер откидывается на спинку стула, держа в руке бокал с виски.

— Да. — Одри выпрямляется, глаза сверкают. — Мой праздник для будущей мамы через четыре недели.

— Ага, помню.

— Сначала хотела организовать сама, но хочу, чтобы всё было идеально, поэтому решила нанять профессионала.

— Будешь нанимать Бена? — Он отпивает.

— Кого? — Она хмурится.

Я ёрзаю на стуле. Живот сжимается, и это не предчувствие чего-то хорошего. Я абсолютно уверена: она знает, кто такой Бен.

— Двоюродный брат Беллы. У него своя компания по организации мероприятий; Белла у него работает. Ты это знаешь.

Одри отмахивается.

— То есть ты предлагаешь нанять его, чтобы сделать твоей девушке одолжение?

Настроение падает, а напряжение вокруг, напротив, взлетает до небес, становясь таким густым, что трудно дышать.

— Я хочу самое лучшее. Уже сделала выбор и очень довольна. Честно говоря, — она смотрит только на брата, выражение лица надменное, — думаю, ты тоже обрадуешься, когда узнаешь, кого я наняла.

— Я обрадуюсь, если это Бен. — Он прищуривается. — Он классный, и у тебя с Беллой появится шанс поработать вместе. Она готовит коммерческие предложения, заказывает декор, музыку...

— Это Стейси! — выпаливает Одри, глаза сияют. — Ты можешь в это поверить?

Стейси? Бывшая девушка Ксандера из колледжа? Единственная, с кем он серьёзно встречался до меня?

Тошнота накатывает волной. Горячая, липкая энергия заполняет меня под кожей.

Его лицо становится непроницаемым. Я никогда не видела его таким. Он ошеломлён до немоты, и это только усиливает моё беспокойство.

Чёрт. Одри хочет меня убрать, но я и представить не могла, что она использует бывшую Ксандера, чтобы от меня избавиться.