Молот Пограничья. Книга V

Глава 20

Ученых не пришлось просить дважды. Воскресенский с неожиданной для своих лет прытью юркнул мне за спину. Девчонка едва слышно пискнула и метнулась к машинам. Туда же направился и крепыш, хоть и не так проворно. Не побежал, а степенно отступил спиной, все так же держа в руке здоровенный профессорский саквояж.

И только высокий парень остался на месте. Магические способности у него были откровенно невыдающиеся — во всяком случае, в области боевых заклинаний — зато характер оказался на месте: темные брови упрямо сошлись к переносице, а из кармана пальто вдруг появился револьвер. Совсем не похожий на те, что носили некоторые из моих гридней — изящнее, легче, меньше калибром. Предназначенный скорее пугать грохотом хулиганов или собак, чем отстреливать злую, зубастую и весьма крепкую на рану таежную фауну.

— Не спешите, Иван Арнольдович. Полагаю, это вам все же не понадобится. — Я указал взглядом на горе-оружие. — Мы вполне можем справиться и сами.

Я думал, что парень тут же начнет препираться, но вместо этого он коротко кивнул, опустил револьвер, свободной рукой сгреб треногу и неторопливо отошел к машинам, заодно прикрывая Воскресенского, крепыша и девушку.

Молодец, толковый — не зря его профессор сюда взял.

Впрочем, разглядывать гостей мне было уже некогда: из-за деревьев к нам уже вовсю тащились уродливые костлявые фигуры. Упыри, как им и положено, двигались медленно, прихрамывая и загребая ногами снег на каждом шагу. Но сосредоточенно и упрямо, будто не просто ковыляли по Тайге, куда глядели их мертвые глаза, а целенаправленно пришли сюда.

Я запоздало сообразил, что дело вполне могло быть и в штуковине с треногой, которую Иван Арнольдович как раз запихивал на заднее сиденье внедорожника. Хитрый прибор имел не такую уж и большую мощность, его энергетический выхлоп едва выделялся на фоне плотных потоков Тайги, зато исходил мерными короткими импульсами — совсем непохоже на магию местных тварей с аспектами или заряженные маной «сердца» автоматонов.

Неудивительно, что хромым уродцам захотелось проверить, что здесь такое. Ведь для них все необычное и подвижное нередко означало, что обед близко. Упыри наверняка и охотились вот так, полагаясь не на протухшие органы чувств, что остались еще от человеческих тел, а на что-то вроде Основы, способное почуять ходячие источники магии с нескольких сотен шагов.

Тварей было не так уж много — где-то с десяток, и еще примерно столько же наверняка скрывались за деревьями неподалеку. Не самая грозная сила даже для отряда в пару стволов, да еще и с Одаренным… Даже несколькими — пусть большинство из них и не слишком-то годились для драки с упырями.

— Бей в голову. — Я легонько тронул Аскольда за плечо. — И не подпускай их близко — аспект Смерти опасен, даже если тварь уже мертва.

— Упокоена, — хмуро поправил тот. — Они и так уже не живые.

Не знаю, случалось ли старшему Горчакову брать с собой сына на охоту такого рода, но про упырей парень, похоже, знал достаточно. И будто бы даже нисколько не боялся: штуцер держал крепко, не суетился. И спуск выжимал как положено — плавно, не дергая пальцем.

Громыхнул выстрел, и одна из тварей с тихим ворчанием свалилась в сугроб. А за ней и вторая — Жихарь обошелся и без моей команды. Уж кто-то, а он упырей повидал предостаточно, особенно за последний месяц. И истреблял с уверенностью, которую дает только еженедельная практика. Его штуцер высадил весь магазин чуть ли не очередью и смолк, сократив зубастое воинство еще на четыре головы.

Аскольд только-только выстрелил второй раз, а Жихарь уже вовсю возился с затвором, загоняя в оружие один патрон за другим. Я не стал дожидаться, пока он закончит, и вступил в бой сам.

Без спешки и ненужной показухи, чтобы не тратить ману без особой надобности. С моих пальцев сорвались сразу несколько Огненных Шаров, и ближайшая троица упырей превратились в ходячие факелы. Твари еще двигались по инерции, а аспект Смерти уже покидал их тела и тянулся над сугробами в нашу сторону.

Пока еще слишком далеко, чтобы магия могла почуять Основу Аскольда или мою, и все же я решил не рисковать: добавил еще немного сил огню, и черные нити вспыхнули, заискрились и осыпались в снег невесомым пеплом.

Второй удар я нанес Красной Плетью, разом срезав шесть тощих фигур вместе с парой елочек. Деревца полыхнули, жалобно потрескивая хвоей, тела упырей с шипением разделялись на части. Но некоторые еще пытались ползти, а на смену остальным из-за деревьев уже вышагивало подкрепление.

— Лезут и лезут, — проворчал Аскольд, с лязгом дергая скобу. — Сколько их там? Сотня?

Парень явно нервничал, хоть и старался не подавать виду. Наверняка он нисколько не сомневался и в собственных силах, и уж тем более в моем почти-всемогуществе, но одно дело представить себе сцену сражения с упырями бок о бок с грозным князем Костровым, и совсем другое — взаправду оказаться в Тайге. И стоять по щиколотку в снегу, отстреливаясь от наседающих со всех сторон зубастых уродцев. Да еще и под завязку начиненных темной магией, которая одним прикосновением способна поселить в Основе Одаренного то, от чего не так уж легко избавиться.

Тут у кого угодно поджилки затрясуться.

Чего уж там, я и сам понемногу начинал продумывать пути к отступлению. Маны еще хватало, но тварей оказался почти вдвое больше, чем мне казалось изначально, заканчиваться они явно не собирались, а теперь к двуногим упырям присоединились еще и четырехлапые. Ветви елей дрогнули, сбрасывая снег, и из-за них появились несколько тощих косматых силуэтов высотой примерно мне по пояс. И еще один огромный, с ветвистыми рогами.

С облезлой шерстью, белесыми мертвыми глазами и оскаленными мордами, полными почерневших зубов, волки смотрелись куда страшнее живых собратьев — даже более крупных и наделенных силой Огня или Льда. Но, к счастью, двигались не так проворно. Я без труда рассек их Красной Плетью, а для лося на всякий случай зарядил заклинание посильнее.

Пытался не вливать лишнего, но Зарница все равно жадно хлебнула из резерва и ударила так, что огромная туша просто-напросто перестала существовать. Брызнули ошметки, тонкие ноги упали в снег, а рога разлетелись в разные стороны.

— Надо уходить! — скомандовал я, зажигая в ладони очередное заклинание. — По машинам, быстро!

Вряд ли мертвое воинство, которое показывал Черный Ефим, уже успело добраться так далеко на юг, но и его авангард вполне мог оказаться достаточно многочисленным, чтобы с ним не хотелось связываться. Я отступал, заливая огнем рычащий и хрустящий сугробами лес, а остальные спешно рассаживались по местам.

— Давай за руль. — Я дернул Аскольда за рукав. — Я их задержу.

Парень в спешке всадил в упырей остатки патронов, швырнул опустевший штуцер в кабину и прыгнул в водительское кресло. К счастью, на этот раз обошлось без возни с педалями: мотор взревел даже раньше, чем закрылась дверца, и машина начала разворачиваться обратно к дороге — туда, где уже прыгал по свежей колее внедорожник с Жихарем и господами учеными.

Но не успел я запрыгнуть внутрь, напоследок врезав по упырям чем-нибудь вроде Огненного Меча, как где-то в сотне шагов за деревьями раздался выстрел. Потом еще один, потом еще, а через несколько мгновений шелест веток и ворчание мертвых тварей сменилось натужным звуком двигателей — сразу нескольких. Елки с треском расступились, и из леса выкатился грузовик. И рванул в мою сторону прямо по упырям, с одинаковой легкостью вминая в снег и упокоенных, и тех, кто еще пытался ползти.

Гридни выскакивали из кузова прямо на ходу, паля из штуцеров, револьверов и ружей во все, что еще двигалось. Знакомых лиц было немного, но я кое-как разглядел за рябью камуфляжа и портупеи окладистую бородищу Боровика. Видимо, причина вылезти из крепости оказалась серьезнее некуда — раз уж сам комендант решил вспомнить былое и собственноручно помахать топором.

Но на помощь пришел не только он. Елочки снова затрещали, и следом за грузовиком в бой ворвался внедорожник. Машина снесла пару упырей распахнутой дверью, еще нескольких подбросила в воздух силовым бампером и пошла юзом, расталкивая хрипящие и щелкающие зубами фигуры стальными боками. Но не успела она остановиться, как наружу выскочила Галка.

Которая вместо дедушкиной фузеи или привычного уже трофейного «холланда» вооружилась револьверами — сразу двумя. И орудовала ими так, будто с самого рождения не держала в руках ничего другого. Вертелась на месте, как юла, всаживая в уродливые гнилые головы пулю за пулей. Метко, но проворно — так, что мишени стремительно заканчивались.

И падали в снег раньше, чем к ним подходило подкрепление из леса. А когда патроны закончились, Галка ловко сунула револьверы в две кожаные кобуры на бедрах и выхватила из ножен короткий изогнутый клинок. Может, и не предназначенный для боя, но острый и смертоносный. Мелькнув в воздухе тенью, она подлетела к копошившемуся на снегу упырю, вогнала сталь ему в череп до основания, выдернула — и успела изящным пируэтом уйти в сторону прежде, чем к ней потянулись черные нити аспекта.

— Так… Отступление отменяется! — Я хлопнул ладонью по капоту внедорожника. — Раз уж наши здесь — давай немного порезвимся.

Уговаривать Аскольда не пришлось. Он тут же выскочил наружу, но не полез за штуцером, а достал из машины невесть откуда взявшийся короткий меч — видимо, слишком уж буквально понял мое предложение порезвиться.

— Стой! — Я едва успел поймать парня за плечо и рукоятью вперед протянул ему свой револьвер. — Возьми лучше это, если не терпится воевать. К упырям не стоит подходить без надобности.

Аскольд кивнул и принялся методично садить по мелькающим среди деревьев силуэтам. А через мгновение к нему присоединился и Жихарь, и даже Иван Арнольдович со своей игрушкой — видимо, ему стало слишком уж скучно сидеть в машине, пока остальные сражаются.

И несмотря на всю несерьезность оружия, стрелял парень неплохо. Без лишней суеты и с неожиданным для человека науки хладнокровием: подпускал упырей поближе и бил где-то с десятка шагов. Будто не истреблял опасных таежных тварей, а упражнялся в тире. А по тому, как лихо разлетались ошметками мертвые головы, я даже заподозрил, что Иван Арнольдович слегка поколдовал с пулями, превратив обычные кусочки свинца во что-то посерьезнее.

В общем, справлялись мои спутники лучше некуда, да еще и суетились вокруг со всех сторон, так что всерьез лупить убойной магией я постеснялся и осторожно добил чудом уцелевших тварей Факелами, оставляя на месте упырей дымящиеся проталины в снегу.

И где-то через минуту драться было уже не с кем: мертвецы всех мастей и калибров закончились, и только за деревьями еще то и дело сухо щелкали затворы и грохотали выстрелы. Гридни неторопливо уходили в лес цепью, выцеливая то, что еще могло двигаться. Опасности, пожалуй, уже не было, но никому не хотелось оставлять так близко от берега и Великанова моста прожорливых безмозглых тварей.

— Пришли нас спасать? — Я сжал пальцы, погасив уже заряженное заклинание. — Или просто услышали шум и решили проверить, что тут творится?

— Вроде того. — Галка вытерла клинок об снег и убрала в ножны. — Я следила за упырями еще с ночи. Они должны были выйти к крепости, но на рассвете свернули и пошли сюда. Потом наткнулись на вас… Дальше ты и сам знаешь.

— Да уж… Обычный вторник в Тайге, — усмехнулся я, обводя взглядом заваленные упокоенными тварями сугробы. — Кстати, не ожидал встретить тебя здесь. Думал, ты все еще выслеживаешь младшего Зубова.

— Если бы этот молокосос выходил из дома, я уже давно бы проделала у него во лбу аккуратную дырку. — Галка хищно оскалилась. — Но нельзя же просто бродить вокруг Елизаветино целыми днями. Это невыносимо скучно.

Я молча кивнул. После того, как мы с Горчаковым захватили Гатчину, можно было ожидать чего угодно, однако Зубов так и не попытался отвоевать родовое гнездо. То ли отправил своих поверенных обивать пороги начальственных кабинетов с жалобами, то ли просто ждал невесть чего. У него не было ни отцовской силы, ни авторитета и наглости старших братьев, ни даже нормальной дружины — разве что пара десятков человек.

Так что я не слишком опасался, что Зубову хватит пороху продолжить войну. И все же он оставался наследником рода. И сохранил и капиталы, и земли, и уж тем более связи со столичными покровителями. Которые наверняка еще надеялись вернуть средства, вложенные в поиски в Тайге. Вся эта история определенно еще не закончилась, и я — чего уж там — скорее предпочел бы видеть его сиятельство Константина Николаевича мертвым, чем живым.

Но он, разумеется, осторожничал.

— Не высовывает даже носа на улицу, — продолжила Галка. — Парень, может, и трус, но уж точно не дурак.

— Он собирает людей? — на всякий случай уточнил я.

— Вряд ли. Те пижоны, что ездят к нему в гости на больших блестящих машинах, не слишком-то похожи на гридней. — Галка пожала плечами. — Во всем Елизаветино от силы тридцать бойцов. При желании ты мог бы захватить и его, князь.

— Уж точно не сейчас. — Я указал взглядом на упыря с простреленной головой. — Пока не разберемся с этим — соседи подождут.

— Да уж, Тайга явно готовит нам очередную гадость, — поморщилась Галка. — Похуже всех предыдущих.

Я не стал даже спрашивать, что именно ей известно. Если уж Черный Ефим сумел вломиться в сон ко мне, проделать то же самое с внучкой ему наверняка не составило никакого труда. Галка знала о идущем с севера полчище мертвецов уж точно не меньше моего.

Правда, к сожалению, и не больше.

— И что собираешься делать теперь, князь? — поинтересовалась она.

— То же самое, что и каждый день. Готовиться к драке. — Я развернулся обратно к машинам. — Но для начала попробую заручиться поддержкой сильных мира сего.