Мой клыкастый лорд

Глава 15

Еще издали уловила запах дыма. Сначала подумала, что начался пожар, но потом увидела костры. Их во множестве разожгли по всему саду. Сизый дым стелился над землей, вызывая першение в горле.

Мимо меня прошмыгнул слуга с ведром воды. Следом другой с лопатой. Заинтересовавшись, последовала за ними. Свежий, чуть подмороженный снег похрустывал под ногами.

Вот оно что — некоторые кусты и деревья укрыли досками. Рядом разожгли костры. В одном из рассказов Чехова я читала, что подобным образом боролись с заморозками. Но сейчас зима, не поздно ли?

Из печных труб оранжереи тоже поднимался дым. Внутри — суета, движение. И посреди всего — Элеф в расстегнутой рубашке. Он стоял боком ко мне, раздавал указания. Руки в земле — и не скажешь, что перед тобой аристократ, наследник престола. Потом он и вовсе выгнал слуг, сам взялся за лопату.

Понимала, что нужно обозначить свое присутствие, но я продолжала молчаливо смотреть. И наконец поняла женщин, над которыми прежде подтрунивала.

Вот Элеф снял рубашку…

Сглотнув, отвела глаза, но соблазн оказался слишком велик.

Отчего людское воображение рисовало вампиром тщедушными хлюпиками? Да, Элеф не мог похвастаться фигурой пловца, но этого и не требовалось. Хорош! Мышцы бугрились, перекатывались под кожей, сама она чуть блестела — неужели вампиры тоже потеют?

В голову лезли всякого рода фантазии. Развратные, чего я прежде за собой не замечала.

Не знаю, сколько бы я еще простояла на той дорожке, если бы Элефу не потребовалось забрать ящик у входа в оранжерею.

— Доброе утро, ваше высочество!

Он и бровью не повел, будто мое появление и, главное, мое поведение не вызывало вопросов. Зато я ощущала себя смущенной и пристыженной одновременно, неловко переминалась с ноги на ногу, комкала муфту. Благослови того, кто ее изобрел! Хотя бы есть, куда деть руки.

— Удивлены тем, что я занимаюсь тем, что обычно поручают слугам?

Элеф поднял ящик и отнес его к одной из жарко натопленных печей. Я скользнула следом: бежать в моем положении было худшей формой капитуляции.

— Я не доверяю садовнику оранжерею, все делаю сам.

— Даже зимой? Прежде я полагала, садовые работы не ведут до весны.

— На свежем воздухе — да, разве только укрывают деревья в особо морозные дни. Такие, как эти. Плотно закройте за собой дверь, пожалуйста!

Пока я возилась с задвижкой, Элеф прикрыл наготу и переместился в другую часть оранжереи, к любимым ядовитым растениям. Ящики с ними передвинули, раньше они стояли ближе ко входу. Рубашку не заправил, просто накинул, отчего издали напоминал пирата. Не спрашивайте, откуда такие ассоциации.

— Вам помочь?

Надумала искупить свои крамольные мысли. О земных мужчинах надо думать, а не вампирами любоваться.

— Не надо, испачкаетесь. Негоже принцессе возиться с землей и навозом.

— Но вы тоже, считай, принц и возитесь.

— Это другое. Мне не нужно заботиться о гладкости своей кожи.

Насчет навоза Элеф не шутил, судя по запаху, в лейке, водой из которой он щедро поливал аконит, то самое.

Решительно избавилась от муфты и накидки:

— Я не белоручка. И прекрасно знакома с навозом.

— Прежде вы утверждали, что зарабатывали на хлеб умственными способностями, — иронично подловил на слове Элеф и ребром ладони убрал падавшие на глаза волосы. — И тут вдруг крестьянка!

Он с добродушным прищуром смотрел на меня. Думал, стушуюсь, под благовидным предлогом вернусь в дом. Ха, человеческие девушки упрямые! И самостоятельные. Если уж с отчетами для налоговой справлялась, агротехнику тоже как-нибудь освою.

— Одно другому не мешает. У нас почти у всех есть дача. А где дача, там и навоз.

Засучив рукава, задумалась: чем бы помочь? Шутки шутками, а работы для одного тут явно много.

— Дача?

Элеф чуть наморщил лоб.

— Как бы объяснить… Очень маленький загородный дом без слуг с садом и огородом.

— А, ферма! — Элеф заменил «дачу» понятным ему словом.

Он хмыкнул, скептически оценил меня с головы до ног.

— Ну, раз вы так рветесь помочь, займитесь луковицами цикламенов. Их нужно посадить возле печки. Луковицы в ящике, который я принес. Тщательно осмотрите каждую, чтобы не было гнили и иных повреждений. Все они заранее обработаны соляным раствором, но всякое случается. Затем выройте ямку, с палец, не больше. Посадите луковицу и присыпьте ее на две трети. Не сажайте слишком близко. Если после не устанете, трудовое рвение не пройдет, нарвите мяты и мелиссы. Сделаю вам душистый чай.

Местная мода не способствовала труду. Предполагалось, что в платьях с многочисленными юбками, дамы будут чинно поджидать кавалеров на диване. Они за все задевали, не давали толком присесть, но я нашла выход — опустилась на колени. О чистоте не заботилась: слуги отстирают. Еще бы избавиться от корсета! При любом наклоне он болезненно впивался в живот.

— Ну, как ваши успехи?

Элеф заинтересованно склонился, глянул мне через плечо. Улыбнулась: от него несло навозом как от сельского труженика.

— Кольца надо снять. Давайте положу к своим?

Он протянул ладонь. Могла бы обойтись без прикосновений, но исследователь во мне жаждал проверить, изменилась ли температура вампира после физической нагрузки. Или не исследователь вовсе — чужая, порочная девчонка, вдруг поселившаяся во мне.

Пальцы Элефа действительно стали чуть теплее. Шершавые. Тонкие. Сильные. Стоп, Лена, тебя не в ту сторону понесло!

— Что?

Элеф обратил внимания на мою заминку.

— Ничего!

Отдернула ладонь и потянулась за очередной луковицей. Ее у меня отобрали. Опустившись на корточки, в одной руке сжимая мои кольца, в другой — ту самую луковицу, Элеф молча смотрел на меня.

— Милорд?

Содержательный разговор!

— Вы неправильно делаете.

Элеф убрал кольца в карман брюк и мягко завладел моей кистью, вложил в нее луковицу. Затем совместно со мной, не размыкая хвата, вырыл лунку и надавил на мои пальцы. Луковица ухнула в землю. Следом — мое сердце.

Толком ничего не успела понять, в голове вертелось: «Только бы не коснуться раскаленной печи!» Однако Элеф позаботился об этом, обхватил мой затылок, не позволяя упасть или слишком сильно наклониться назад. Не давая толком вздохнуть, он снова и снова приникал к моим губам. Сначала робко и нежно, потом напористо. Не встречая сопротивления, отважился продемонстрировать мне подобие французского поцелуя…

— Нет! — хрипло пробормотала я, извернувшись. — Не так — как прежде.

Можно и с клыками, потому что я совсем ошалела, расплавилась от жара печи.

— Таки нравится.

От низкого бархатистого голоса по телу пробежали мурашки. Я ощутила то, что обязана была ощутить лет в шестнадцать, и испугалась. Но Элеф вовсе не думал воспользоваться ситуаций, он предпочел вернуться к легким, почти невесомым поцелуям. Наверняка мысленно потешался над моими неумелыми попытками ответить.

Наконец Элеф отпустил меня.

— Вы не целовались прежде?

— Нет.

Отвела взгляд. Я все еще тяжело дышала, медленно приходя в себя.

Что это было? Будто темная сила толкнула меня в его объятия.

— Надеюсь, я вас не разочаровал, компенсировал недостатки прошлого раза?

Странно, ни грамма самодовольства в голосе.

— Милорд задает слишком нескромные вопросы.

Для себя ответила утвердительно. Сейчас — да.

Подумать только, я подарю первый поцелуй вампиру! Знаю, знаю, формально он второй, но на первый я не ответила.

— Вам нравиться целоваться украдкой? Вы специально это делаете? Чтобы что?

Элеф не ответил. Его волновали луковицы, а вовсе не я. Обидно! А где обида, там злость и раздражение.

— Милорд, я, кажется, задала вопрос!

— Так и я вам.

Элеф обернулся, посмотрел на меня снизу вверх: он сидел на корточках, а я успела подняться на ноги. Но снизу вверх глядел он только с формальной, физической точки зрения. С эмоциональной все было с точностью наоборот. Элеф излучал удовлетворенное спокойствие. Складывалось впечатление, что он добился нужного результата, и потерял ко мне интерес. Я же изнывала от целой гаммы чувств: робости, неловкости, стыда, той самой обиды. И обманутых ожиданий. Вдобавок до сих пор тяжело дышала. Так неловко! Как на несостоявшихся свиданиях, тех, с которых кавалеры сбегали, едва завидев меня.

Нужно притвориться, что ничего не было. А что, собственно, было? Разве Элеф что-то обещал? И все же не стоило целовать меня, дарить надежду.

Глупо! За краткий миг я успела вообразить невесть что. Типичные девичьи фантазии: совместные прогулки, чаепития, как то, на кухне. Тогда казалось, что я перенеслась в детство. Родители живы, мама заварила иван-чай… Правы недоброжелатели в сети, надо меньше читать любовных романов.

— Вы просили нарвать душистых трав к чаю, — постаралась, чтобы голос звучал равнодушно, отстраненно.

Отвернувшись, смотрела сквозь запотевшие окна оранжереи на снег.

Ничего не произошло, ему просто стало скучно.

— Да, если вам нетрудно.

Вот гад, мог хотя бы из вежливости притвориться порядочным!

— Нет, мне не понравилось. Ни капельки! — захотелось сделать ему больно. Хоть немного. Голос срывался, но я держалась. Впилась пальцами в ладони и терпела. — Вы застали меня врасплох…

— Собираетесь дать мне очередную пощечину?

Элеф покончил с цикламенами и соизволил обернуться ко мне. В глазах читалось: «Ну, что дальше? Удиви меня!»

— Для пощечины слишком поздно: пропал эффект неожиданности.

Короткая пауза, поворот головы, смелый взгляд, с позиции сверху.

— Я соврала вам. Прежде я целовалась. С драконом. И он целуется в десятки, нет, в сотни раз лучше вас. А еще галантный, обходительный, дарит цветы, драгоценности, носит меня на руках. Как только выберусь отсюда, обязательно выйду за него замуж.

— Врете!

Однако потоку моих клишированных фраз удалось его задеть! Глаза сверкают, рот чуть приоткрыт, клыки отрасли. Бедный ящик! Он сейчас его в труху измельчит, так сильно стиснул в пальцах. Обломки падают на ноги — а Элеф не замечает. Вперил в меня немигающий взгляд. Самое время сбежать, но мне понравилось дергать тигра за усы.

— Ничуть не бывало. Раз я фальшивая принцесса Тешинская, после выполнения своей части сделки имею полное право устроить свою личную жизнь.

— Вы не знакомы ни с одним драконом! — рыкнул Элеф и пнул остатки ящика.

— Откуда вам знать? Я в этом мире не первый день. Сначала съездила на экскурсию к драконам, провела бурную ночь с одним из них…

— Бурную ночь, говорите?

Лицо Элефа приобрело нездоровый розовый цвет. Он шагнул ко мне. Пискнув, поспешила укрыться за кадкой с лимоном — путь к двери оказался отрезан.

— Не подходите!

Подхватив с пола садовый нож, угрожающе выставила руку с ним перед собой.

Элеф ожидаемо не испугался сомнительного оружия. Напрасно я размахивала им, вампир медленно, но верно сокращал расстояние между нами.

— У второго лимона тоже лишние побеги подрежьте. Только не пораньтесь!

Что?

Часто заморгав, обескураженно опустила нож.

А как же попытка убийства, изнасилования?

— Вас что-то не устраивает?

Элеф заправил рубашку в брюки. Даже ворот наглухо затянул.

— Нет. Наверное.

Я уже ни в чем не была уверена.

— Тогда представьте, что вы на своей ферме, ждете того самого дракона. Хотя без приданого вы ему точно не нужны. Драконы — существа крайне меркантильные, а от принца Тешинского вы не получите ни медяка. Спасибо, если не угодите в тюрьму как самозванка.

— Собираетесь меня выдать? Как мелочно!

— Даже не думал. Просто иного способа устроить судьбу по собственному усмотрению у вас нет, только раскрыть себя. Учитывая ваши силы, телосложение, способности, при всем уважении, вы не справитесь, не сможете вести образ жизни бродячей батрачки. Придется остаться принцессой Тешинской и соблюдать правила игры.

— Я не выйду за герцога Унгерского!

Стиснула пальцы так, что грани рукояти ножа оставили глубокий болезненный след на коже.

— Пока вы ни за кого не можете выйти, так что займитесь лимонным деревом.

— Возитесь с ним сами!

Швырнула садовый нож на земляной пол.

— Ненадолго же вас хватило! Может, и к лучшему. Мойте руки, готовьтесь: через два часа я должен показать вас посланнику короля Эгландии. Ваш дед единственный из всех родственников не ограничился письмами, пожелал убедиться в вашей безопасности.

— Посторонитесь!

Грубо отпихнула стоявшего на пути Элефа и, надувшись, зашагала к выходу.

— Умейте принимать поражения! — полетело мне вслед.

— Адресуйте совет себе же, — ответила, не оборачиваясь.

Хотя внутренне понимала: Элеф прав. Дело даже не в том, что я вспылила — он тоже не сдержался. А в том, что спутала книжные страницы с реальностью, вообразила себя колкой на язык героиней, которая штабелями укладывает мужчин на лопатки.

И все же поцелуй у печки я запомню. Будет о чем вспомнить в одинокой старости и рассказать сорока кошкам. Или и вовсе сяду, напишу книгу, в которой у нас все сложилось. А пока… Пока нужно подготовиться к встрече с послом и своим цветущим видом показать, как мне тут хорошо. Развязывать войну из-за собственных разочарований я не собиралась.

***

Посланник эгладского короля оказался щуплым лысоватым мужчиной с бегающими глазками. Однако держался он уверенно, не мялся на пороге, сразу отвесил Элефу глубокий поклон.

— Ваше высочество! — приветствовали и меня.

Ответила легким кивком, справедливо полагая, что рот лучше держать закрытым.

— Что привело вас сюда, милорд? — сухо осведомился Элеф.

Он стоял у камина, характерно, гостю тоже присесть не предложил: разговор намечался коротким.

— Меня зовут Арман дю Шаповал, граф Вонжуа. Я представляю интересы Его Величества Людвига Шестого и уполномочен заключить с вами сделку.

— Сделку?

Элеф приподнял брови, притворившись удивленным.

— Именно. Речь идет о выкупе принцессы Абигаль Лорейн Тешинской, находящейся в вашем плену.

— В плену?

Брови Элефа поднялись еще выше.

Он обернулся ко мне:

— Разве я удерживаю вас силой, ваше высочество?

Посланник замер в нетерпении, взглядом подталкивая ответить утвердительно. Увы, я обманула его надежды.

— Нет, я гостья милорда.

Однако я заставила Элефа понервничать! После моего ответа он словно выдохнул, опустился в кресло. Напрасно тревожился: меня содержали со всеми удобствами, ни к чему не принуждали, а что там, у «милых» родственников неизвестно. Безусловно, покинуть мрачный замок хотелось, но не сменить одну клетку на другую.

— Выходит, его величество дезинформировали… — растерянно пробормотала посланник. — И я проделал столь долгий путь напрасно?

— Сомневаюсь, — усмехнулся Элеф. — Вы успели кое-что подсмотреть по дороге. Теперь тоже пытаетесь запомнить расположение комнат.

— Как можно, милорд, я не шпион! — возмутился посланник. Глаза его забегали еще больше. — Я честно не снимал повязку всю дорогу.

— Позвольте усомниться в ваших слов. Но раз уж вы здесь… Не соблаговолите ли отужинать вместе с нами?

— Охотно.

— Заодно без помех сможете поговорить с ее высочеством. Большего предложить не могу, мои условия прекрасно известны его величеству. Или он уполномочил вас?..

— Увы! — сокрушенно развел руками посланник. — Речь шла только о десяти тысячах дукатов, которые были бы немедленно переданы вам в случае освобождения ее высочества.

— Впредь не возите с собой подобные большие суммы. Особенно с завязанными глазами.

— Завязанными глазами? — чуть подалась вперед, заинтересовалась словами Элефа.

— Да, ваше высочество, — вместо него ответил посланник и переместился чуть ближе ко мне. Элефа из поля зрения не выпускал, постоянно косился на него. — Место вашего пребывания держится в секрете. Мне разрешили увидеться с вами на особых условиях: еще на границе с Сумеречным княжеством надеть особую повязку и под страхом смерти не снимать ее без разрешения.

— Мне действительно жаль, но ваши жертвы оказались напрасны, — попыталась смягчить сказанное улыбкой. — Но я буду рада, если вы передадите мое его величеству и попросите его ускорить подписание мирного договора.

— Именно так, — кивнул Элеф, — потому что деньги мне не нужны.

И позвонил в колокольчик:

— Проводите графа! Устройте со всеми удобствами и не забудьте запереть.

Одному из слуг он жестом приказал остаться и, когда посланника увели, дополнил приказ:

— Дайте ему после ужина специальной сонной настойки. Достаточно, чтобы он проспал до самой границы.

— Не хочу рисковать, — пояснил он специально для меня.

— Поэтому в снотворное подмешено что-то еще? — догадалась я.

— Всего лишь пару капель дурмана, чтобы затуманить память. Я не доверяю этому прохиндею. Сдается, он не раз снимал повязку, напросился сюда лишь затем, чтобы организовать ваше похищение. Однако вы меня удивили: не жаловались, не просили себя забрать.

— А вы удивили меня тем, что приняли этого человека, хотя безумно рисковали.

— Не так уж. Замок надежно защищен.

— Но Охотники…

— В моем замке нет предателей, а без них они бессильны. А принял я графа для того, чтобы сделать вам приятное. Вы еще увидитесь за ужином, сумеете поболтать, передать то самое письмо. Просматривать его я не стану. Равно как не разделю с вами трапезу — у меня слишком много работы в саду. Можете смело говорить все, что думаете.