Он был старше её

32. Дожилась!

— Сейчас модно быть попользованной и выброшенной, — спустя несколько часов вещает мне малознакомая девчонка в квартире Вики.

— Кать, чё ты несёшь?! — Вика щелкает зажигалкой и косится на свою подругу из техникума.

— Ну а что? Богатые мужики тёлок пользуют, а потом бросают. Потом эти девки могут стать какими-то крутыми бизнесвумен и эти мужики сами будут за ними бегать…

— С чего бы? Кать, завязывай фантазировать обо всякой хрени. Иначе так до пенсии будешь ждать, что очередной козлина одумается и вернётся к тебе. Не вернётся к тебе твой «Ванечка» даже не надейся! Да и на фиг он тебе сдался? Знаешь его два дня…

Катька с потёкшей тушью сидит напротив меня за столом. На нём уже бутылка со стаканами и лёгкой закуской. Это Вика нас, двух недалёких, решила так реанимировать от неудавшихся отношений. Я к ней не одна сегодня пришла, после этой утренней сцены в квартире Трифонова.

Сама Алёхина стоит в балконном проёме и добивает сигарету, поглядывая на нас через дымовую завесу.

— Но как же. Он ведь оказывал знаки внимания…

— Да яйца свои он к тебе подкатывал. Знаки внимания блин! — Вика фыркает на очередную реплику подруги, а я кладу голову на сгиб локтя. Рядом со мной, в который раз дребезжит мой телефон.

Звонит Трифонов, но я не спешу брать трубку.

— Ты-то сама почему не отвечаешь? — это Алёхина уже мне.

— Не хочу.

На самом деле боюсь. Боюсь услышать, что он решил снова сойтись с женой.

— А ты хотела, чтобы эта Ира поняла, что её муж с тобой, и волосы на тебе драть начала? Зачем ему эти кошачьи бои?

— Он мог её выгнать.

— Ага. Чтобы она ребёнка у него отсудила и алименты потом из него всю жизнь тянула. Сама же говорила, как он к дочке привязан. А у нас суды вроде на стороне матери.

— Какая она мать? Я бы так Настю не бросила…

— Какая! — фыркнула Алёхина. — Не наркоманка. Не алкашка. Приличная женщина. Жильё есть. Работу при желании найти может. С такой лучше по-хорошему договариваться. А тебя, если будешь вести себя как малолетняя идиотка, он реально бросит.

Он о любви-то и не говорил.

Так. Сошёлся со мной, потому что я удобная.

По крайней мере мне сейчас так кажется.

Катька разливает мартини, а Вика всё-таки берёт в руки мой телефон.

— Он ещё и сообщений тебе кучу настрочил. Мне кажется, бросить можно написав и одно. «Мирослава, Вы дура. Больше не желаю с Вами знаться».

— Спасибо, Викусь, ты лучшая, — язвительно отвечаю я.

— Да. Я такая. И правда. Сама подумай. Зачем ему было бы с тобой столько времени возиться? Тащиться к каким-то студентикам среди ночи. Вытаскивать тебя из передряг? С матерью твоей опять же из-за твоего отчима собачиться? На фига ему это? Что он няньки себе другой не нашёл бы что ли?

— Он мог оставить её с Настей, и обсуждать свои незавершённые дела с бывшей в другом месте, — вклинилась Катя.

— Ага. Вот ей приятно было бы сидеть с чужим ребёнком, пока он свою бывшую по ресторанам выгуливает! — тут же нашлась Алёхина. В этой ситуации она явно была на стороне Трифонова.

Вообще оправдывать недостойное поведение мужчин — это извечная женская забава.

— Настя мне не чужая.

— А он может сейчас делает выбор. Не в её пользу. Почву прощупывает, так сказать. Насколько это возможно, — добивает меня Катерина. Но Вика только отмахивается от неё.

— Мирка, не будь дурой и возьми трубку! Послушай и почитай хотя бы что ему от тебя нужно. Прежде, чем неутешительные выводы делать. Может он оправдывается. Извиняется. Или уже обыскался тебя.

Качнула отрицательно головой, из-за чего она обматерила меня.

— Вроде оба нормальные люди, но такие, — она постучала по столу кулаком, намекая на наши с Трифоновым незавидные умственные способности, и ушла на балкон вместе с моим телефоном.

А я вместо того, чтобы просто поговорить с Михаилом напилась. Или как Катька выразилась, «приняла на грудь для храбрости» перед серьёзным разговором. На случай если Трифонов действительно решил меня бросить.

Ближе к одиннадцати добралась до нашего двора. Прежде чем тащиться в подъезд осталась на улице. Села на качели на детской площадке.

В доме напротив загораются и гаснут окна. Соседская такса наматывает вокруг меня круги, пока девушка, её хозяйка, сидит устроившись на скамейке рядом со мной и копается в своем телефоне.

Недовольно окрикивает своего «Шпунтика» чтобы не тявкал на меня.

Я тоже достала из кармана куртки свой смартфон, но пока что верчу его в руках, так и не решаясь набрать тот самый заветный номер.

Может ОН спит уже? Смотрю на окна Мишиной квартиры и в них действительно не горит свет.

Может он уже успокоился и ему наплевать, что я не пришла. Может и не ждал вовсе. О том и писал, чтобы не приходила.

Уже открываю приложение, чтобы прочитать что-то подобное, потому что я от жизни вообще редко жду чего-то хорошего, и слышу его голос.

Его и Насти. Неподалёку.

— Ничего не понимаю. Вроде показывает, что она где-то здесь.

Оглядываюсь по сторонам и замечаю их в арке между домами. Настёна сидит у Миши на руке и усиленно вертит головой, пока он стоит, уткнувшись в свое средство связи.

— Да вон же она!

Глазастая Настюха тычет в мою сторону пальчиком, и он наконец поднимает на меня взгляд.

Думаю, сразу замечает, что я не совсем трезва. Вскидывает брови, но идёт в мою сторону.

— Ты где пропадала? — первым делом напустился на меня Трифонов, когда они подошли ко мне ближе. — Почему на звонки не отвечаешь?

Нет. Похоже в этот момент подступили не только пьяные слёзы, но и излишняя болтливость.

— А что мне надо было дать не только выставить меня за дверь, но и из своей жизни? Чтобы освободить место для твоей Иры? Ну извини, что усложнила тебе задачу! — обиженно выпалила я.

Между его бровей пролегла складка.

— С чего ты взяла, что я это собирался сделать?

— А что я не знаю, что ты до сих пор её любишь?

Михаил изогнул бровь, но меня уже было не заткнуть.

— Конечно. Она мать твоего ребёнка. И вся такая из себя. Красивая. Куда красивее меня. Только она и в малой доле не любит тебя и Настю, как я! Ей ты не нужен так же, как мне! И для меня вы стали семьёй. А для неё ты так и остался запасным аэродромом. Человеком, который её примет, чтобы она не творила и как бы не вела себя. Жаль только вам, мужикам, наплевать на такие вещи. Ведётесь всегда на большую грудь и красивую задницу! А главное вам безразлично!

Под конец моей тирады Трифонов почему-то опять улыбался мягкой улыбкой.

— Всё мне высказала? — спросил он меня и кивнул на телефон в моих руках. — А теперь прочти моё последнее сообщение.

Я с недоумением открыла приложение и нашла то самое его послание, на которое он указал. Вчиталась в строки.

«Мира, но я же должен был обсудить с ней развод. При тебе бы она артачилась, тебя цепляла. Я был не прав, когда отправил тебя вот так из нашей квартиры к подругам, но я не хотел, чтобы ты слушала оскорбления в свой адрес. А так обошлись малой кровью. Она согласилась на доплату от квартиры в обмен на Настю. Ну не будь ребёнком. Пойми и прими меня таким. Да я разведённый мужик «с прицепом». Да, наверное, старый для тебя. Но я тебя люблю, Мира.

Я хочу, чтобы ты была моей женой. Была рядом. Со мной. С Настей. Завела со мной ещё собак. Детей. И вообще кого захочешь…

Неужели тебе этого мало?»

Может быть он должен был повести себя иначе. Может нужно было объяснение получше. А может права Вика и я глупо себя повела. Нужно было сразу отвечать на его звонки и сообщения. Ведь он тоже переживал. Хотел как лучше, а получилось… Как получилось.

Но на самом деле мне хватило уже того, что он наконец расстался со своей женой. Во всех смыслах.

Конечно он переживает, что будет всё также недостаточно хорош теперь уже и для меня. Но когда он поднял меня с качели, затянув в кольцо своих рук, я прошептала ему на ухо, обвив его шею и крепко прижав к себе.

— Мне достаточно, Миш. Меня вполне устраивает твой жизненный план.

Потом уже когда мы шли к подъезду вместе с зевающей Настей, тянувшей меня за руку я вдруг заинтересовалась совсем неважным вопросом.

— А как ты понял, что я во дворе?

— Следилку на твой телефон установил.

— Следишь за мной? — я вскинула на него удивленный взгляд, и он насмешливо улыбнулся. Притянул к своему боку. Чтобы удержать на ногах.

— Забочусь.

Не хочу тебя потерять. Ты мне нужна. Очень нужна. И мне. И Насте.

Мы без тебя никак.

И мне тут твоя Вика сегодня посоветовала не «тупить» так сильно. И, если ты действительно мне дорога и я не хочу, чтобы ты от меня такого «тормоза» сбежала, то мне бы надо не связываться со своими бывшими, а почаще проявлять свои чувства к тебе. Говорить о них. Вам девочкам же важно понимать, что вы любимы. Важны. Нужны. А я сам этого раньше как-то не осознавал. Думал, что это и так понятно. Или надо действиями доказывать. Но бывших я отпустил, точнее бывшую я навсегда отпустил, а тебя я не хочу потерять.

Так что теперь часто буду тебе говорить, как тебя люблю.

И как ты нужна мне. Чтобы ты больше не сомневалась в этом.