Опасный район

25. Труба

Всего за неделю его жизнь круто изменилась. И явно не в лучшую сторону. Сергей привык к спокойной жизни с бабушкой и полубродячим котом. Ходил в школу, готовил на всех и занимался любимыми цветами. Он не был счастлив без родителей, и все же необходимость заботиться о бабушке и коте делала жизнь осмысленной и в целом терпимой.

За эту неделю погибла мамина подруга и Грибо, который пришел к ним после смерти родителей. Он видел Машино тело, с прижатой к груди рукой, ее серую мертвую кожу. Сергей любил Маню, и все же мертвая она его очень напугала.

Смерть и боль опять, как и два года назад, пришли в его жизнь. Но в это раз он оказался не в роли жертвы, от которой ничего не зависит. Напротив, мальчик стал активным участником, и отношение к смерти изменилось. Она не заставила его спрятаться, не погрузила в депрессию и апатию. Он уже подрался с дворовой шпаной, его зашивали в ветеринарке, проник на закрытый чердак, с трудом оттуда выбрался и вот теперь, на следующий день после страшного приключения на чердаке, он понял, что залезет в эту трубу.

Две смерти, как ни странно, сделали его более живым. Он не искал опасности или боли, совсем нет. Напротив. Вчера на чердаке им двигало желание помочь раненому животному. Сегодня, у трубы — пройти папиным путем и заодно посмотреть, что это за странный зверь такой бегает по их району. То ли прирученный грабителем, то ли прячущийся с ним в этой загадочной трубе.

Сергей открыл чугунок, вдохнул аромат плова. Остался доволен. Скоро будет готово. Дилайла терлась о ноги и просила еще кусочек мяса. Ага, сейчас ты даешь себя погладить, когда выпрашиваешь еду. А как только поешь, так сразу держишь дистанцию.

Вынул кусок мяса, разрезал, подул и дал кошке.

Выключил огонь под чугунком.

Достал с антресолей папины рыбацкие сапоги. Они все еще оставались ему велики. А мамины, пониже, подошли. Там же откопал старый респиратор. Еще один защитный комбинезон у него оставался после покоса борщевика. Он тогда взял две пары у дворника, про запас. Пригодятся перчатки и фонарик. Кусачки, чтобы открыть решетку, и проволока, чтобы потом ее закрыть. И хорошо бы по дороге найти длинную палку, с ней куда удобнее идти, и можно отпугивать крыс.

Сложил вещи в старый рюкзак, который не жалко испачкать, и пошел в сторону пруда.

На страничке микрорайона в соцсетях Сергей видел фото, на которых их дома стояли буквально посреди поля. Когда они строились, станции метро еще не было. Даже асфальтные дороги появились не сразу. Был пруд, холм и Битцевский лес невдалеке.

Именно оттуда, из Битцевского леса, и тек по трубе ручей. Сергей остановился перед спуском к пруду. Посмотрел на трубу и дальше — на новостройку на другой стороне дороги, на спортивный комплекс. Труба шла под ними почти километр. Он не знал, как далеко зайдет, и можно ли по ней вообще пройти через сорок лет после прокладки. Вполне возможно, что она наполовину заполнена илом. Улыбнулся. Пришло чувство, что он путешественник во времени и идет на встречу с отцом, который лез по трубе в том же возрасте, что и Сергей сейчас.

До темноты было еще долго. Труба выходила прямо в пруд. В этом месте образовался небольшой остров, буквально четыре на четыре метра. Его раз в несколько лет срывал экскаватор, а потом опять вода приносила землю. На островке рос рогоз, который часто путают с камышом, и жили утки. Сергей пролез под оградой пруда, свесил ноги и легко спрыгнул на остров.

Следы маленьких копыт здесь видны куда лучше, чем на полу в квартирах. Там они казались ненастоящими, боковые пальцы не всегда были видны. Здесь все было иначе. На сухой середине островка следов не оказалось. А с краю, где ручей вытекал из трубы, на мокрой глине они отчетливо отпечатались.

Сергей замер. Достал телефон и сделал несколько фото. Позже он покажет их своим друзьям-скептикам. Дух приключений и открытий звал его.

То, что много следов нашлось у трубы, которая выходит из леса — показалось очевидным. Наверняка это какой-то вид карликовой косули. Может быть, в Битцевском лесу появился хищник, и они рванули искать новые места обитания?

В груди Сергея разгорелся азарт первооткрывателя. Он уже забыл, что видел похожие следы в квартирах, на месте преступления. Ему казалось, что все логично и он на пути к интересной находке.

Открыть решетку оказалось проще, чем он думал. Кусачки не пригодились: она закрывалась на крючок из проволоки. То ли коммунальщики перекусили замок до него, когда делали обход, то ли такие же искатели приключений.

Сергей быстро натянул защитный комбинезон. Он не хотел запачкать одежду илом и к тому же намокнуть. Надел капюшон. Вставил ноги в сапоги, повесил респиратор на шею, на лоб прикрепил включенный фонарик. На шею под комбинезон — телефон в защитном чехле, чтобы не затруднять себе движение в узкой трубе. Решил оставить рюкзак в зарослях рогоза.

Труба была размером метра в полтора. Рост Сергея — больше метра шестидесяти, и приходилось нагибаться.

Труба, как он и предполагал, оказалась вся покрыта илом. Сверху тоже — он уже несколько раз задел головой потолок, и на него полетела пыль. Хорошо, что надел капюшон.

Сергей не был вообще уверен, что сможет войти в трубу. Думал, она давно уже наполнена грязью почти доверху. Под ногами по илу тонким ручьем текла вода. Никаких следов внутри трубы не видно. Сапоги погрузились в ил по щиколотки.

Из трубы пахло так, как в деревенском погребе весной: сыростью, чем-то похожим на проросшую картошку, стоялой водой. И все же запах был живой. Пахло неприятно, но не сильно. Он надел респиратор, чтобы не надышаться метаном или другими опасными газами.

Сергей закрыл за собой решетку, и сделал пару неуверенных шагов в глубину трубы. Из-за спины долетал шум Балаклавского проспекта. Движение по нему всегда активное, почти круглые сутки. Звуки внутри оказались совсем другими. Уже через несколько шагов шум машин стал почти не слышен, а вскоре полностью пропал. Вода текла почти бесшумно, иногда тихо журча на перекатах. Звук его шагов отдавался гулким эхом. И тем громче была тишина, когда Сергей останавливался. Останавливаться было страшно. Сердце сразу замирало, отсутствие звуков дезориентировало. В тусклом свете налобного фонарика труба выглядела кроваво-серой.

Он шел медленно, двигаться быстро в согнутом состоянии не получалось. Точно рассчитывать расстояние — тоже.

Метров через пятьдесят Сергей почувствовал, что труба вибрирует. Судя по схеме, которую он изучил, он как раз проходил под дорогой. Вскоре гул стих. Значит, осталось еще метров триста.

Следов животных пока не встречалось. Впрочем, в таком свете легко их пропустить.

Фонарик вдруг моргнул и отключился. Сердце громко застучало. Казалось, оно в секунду разогналось вдвое. Целый рой ощущений разом обрушились на Сергея. Первым — казалось бы ничем не обоснованное чувство страха, потом — что он не один.

Сергей разозлился на себя. Он не проверил батарейку в фонарике. Она уже не новая. Вот уж действительно, батарейка не могла найти худшего момента, чтобы отключиться. Сергей застыл на месте. Что он вообще хотел найти с другой стороны трубы?

Он уже сделал больше, чем мог. Прошел по пути отца. Почувствовал то, что чувствовал папа. Отец лазал здесь не один, да и наверняка не проходил далеко. Следы зверей вполне можно найти, просто обойдя Битцевский лес по тропинке.

Неожиданно вспомнил, как Соня рассказывала, что они с Ритой участвовали в каком-то экспириенсе, когда они с группой долго шли по подвалу заброшенного завода, а потом все выключили фонарики и минут десять шли вперед в полной темноте. Она увлеченно говорила, что уже через минуту начали накатывать какие-то необыкновенные ощущения. Соня сказала, что произошла сенсорная перезагрузка. Слушать тогда было интересно, и наверняка это отличная штука, когда ты с гидом и в группе людей. Всегда можно включить фонарик или позвать экскурсовода. Или даже взять соседа за руку.

Сейчас, в небольшой трубе под землей, одному и без работающего фонарика, никакой сенсорной перезагрузки не хотелось. От шока Сергей даже не вспомнил про телефон.

Он повернул обратно. Прошел несколько шагов и услышал сзади всплеск. Начал разворачиваться, и тут на него обрушилась крупная фигура, и его лицо резко врезалось в слой ила и металлическую поверхность под ним.