Опасный район

26. Шкварка

Сергей упал, больно ударившись бедром. Ил холодной маской залепил ресницы. Респиратор сбился на шею, в нос попала грязная вода. Как только он упал, тело инстинктивно начало действовать самостоятельно. Руки вылетели вперед, ноги подобрались, и Сергей рванулся, пытаясь выскочить из-под нападавшего.

Страх не успел прийти. Вспышка боли в бедре будто активировала дремавшие защитные механизмы.

Противник, видимо, неудачно упал. Охнул, дернулся и застыл на пару секунд. Их хватило, чтобы выпрыгнуть из-под нападавшего. Сергей развернулся и замер, вглядываясь в темноту, пытаясь уловить в ней звук или движение.

В трубе слышалось дыхание. Быстрые вдохи и выдохи.

Насколько противник близко — понять невозможно. Звуки здесь другие.

Настороженное ухо уловило чавканье передвигаемого по илу ботинка. Сердце Сергея замерло, вдруг к горлу подкатил комок, сердце пропустило удар. Стало трудно дышать. Страх наконец догнал его.

Стараясь приглушить дыхание, трясущимися руками он снял с шеи респиратор. Все так же прислушиваясь, намотал резинку на руку. Решил бить респиратором, как кастетом. Старый армейский прибор с двумя круглыми металлическими фильтрами все же лучше, чем голый кулак.

Впереди послышался еще один тихий всплеск, Сергей безотчетно с силой выбросил руку с намотанным респиратором. Рука на излете попала по чему-то.

Не успел Сергей подтянуть руку обратно, как противник опять на него набросился. Он пытался схватить Сергея за голову и ударить о трубу. Понимая, что нельзя сдаваться, Сергей вовсю отпихивал нападавшего. Он уступал ему по силам. Стало отчетливо ясно, что он не сможет долго ему сопротивляться.

Он чувствовал, что они с противником стоят друг перед другом на коленях. Тот наконец схватил Сергея за голову своими огромными ручищами. И вот-вот со всей силы долбанет ее о железную трубу. И тогда ни бабушка, никто на свете не узнает, где он закончил свою жизнь. Эта мысль отчетливо появилась в мозгу. Перед лицом смертельной опасности события будто замедлились. В голове было ясно. Сейчас или уже никогда.

Сергей вложил всю силу в кулак и двинул им вверх, туда, где должна находиться голова противника. Нападавший уже толкал его голову, и за секунду до того, как голова встретилась с убийственной внутренней поверхностью трубы, кулак достиг цели. Сергей опять упал. Судя по звукам, соперник тоже. В метре от него раздавались жалобные стоны и плач.

Сергей нахмурился. Эти звуки никак не вязались с великаном, который напал на него. Мальчик поднялся, присел на корточки, замер. Противник все еще плакал. Сергей двинулся ближе. Нападавший замер.

— Эй, ты как там? — тихим от страха голосом спросил Сергей.

— Как-как! — сквозь всхлипы ответил голос. — Ты мне рот разбил.

— Ты сам на меня напал и еще жалуешься, что получил? Дарвин меня подери! — от возмущения страх пропал, и Сергей это почти прокричал.

Послышалась возня, щелчки, и наконец вспыхнул свет.

За несколько минут в полной темноте этот свет оказался настолько неожиданным, что на секунду ослепил и парализовал. Когда Сергей вновь открыл глаза, оказалось, что он совсем неяркий. У кромки воды лежала небольшая походная лампа. Рядом с лампой прямо в воде сидел перепачканный худой подросток. Темные волосы взлохмачены, из разбитого рта струйкой стекала кровь. Глаза испуганные. Так они и сидели, молча таращась друг на друга.

— Да ты кто ваще такой? — спросил наконец парень.

— Серега. А ты?

— Шкварка, — с улыбкой хмыкнул парень, и оба засмеялись. Двое грязных побитых подростков сидели в грязи в нескольких метрах под землей, смотрели друг на друга в тусклом свете лампы и смеялись до слез.

Это было самое неожиданное знакомство. Как говорили в любимом бабушкином кино «Касабланка» — «Луи, по-моему, это начало прекрасной дружбы».

Шкварке шестнадцать, он уже месяц как сбежал из детского дома и жил в микрорайоне в гаражах.

— Я думал, это кто-то из банды Кири. Столкнулся с ним у гаражей, еле ноги унес. Ну, я все ж побыстрее их буду. Ток они просекли, что я бомжую. Обещали найти и прибить. Мол, в их районе нет и не будет бомжей.

Шкварка инстинктивно потер плечо, и Сергей понял, где поколотили его нового знакомого. Он сам помнил эти удары. Вроде, не такие сильные, а больно. И без синяков.

— Ты чего в трубу полез-то?

— Там на глине у пруда следы животных, я за ними полез, — помявшись, признался Сергей.

Шкварка удивился. Он никого здесь не встречал, но ему тоже стало любопытно посмотреть на зверей, и он согласился составить кампанию.

— Может, вернемся к пруду и по верху пройдем? — с надеждой спросил Шкварка.

— Да ладно! Ты что, испугался? Тут недалеко осталось. Ну, куда мы с тобой такие грязные по улице пойдем?

Шкварка оценил храбрость нового знакомого. Он промок и замерз. Опять покопался в рюкзаке и достал металлическую фляжку. Глотнул, сморщился, занюхал грязным рукавом.

— У меня тут водка. Пью, чтобы не заболеть, когда мерзну. Хочешь?

Сергей не хотел. Но, с другой стороны, попробовать все же интересно.

— Да, давай, — он протянул руку и храбро сделал большой глоток. Словно огонь прошел по горлу, ужасный запах обжег нос, и водка комом встала в горле.

Шкварка даже растерялся. Он не ожидал, что новый знакомый хлебнет так много ценного напитка.

— Так, а куда теперь идти?

Сергей ошарашенно озирался по сторонам. Труба с обеих сторон выглядела совершенно одинаково. В какую сторону идти?

— Я тоже не знаю, да и знаков никаких не оставлял. Вот дебил, — корил себя Шкварка. — Ну, вариантов нет. Давай выберем какой-то путь и пойдем, а куда дойдем — туда и дойдем. К пруду или твоим зверям — как повезет. На цу-е-фа?

Они скинулись на цу-е-фа и начали путь, пробираясь по трубе и время от времени делая маленькие глотки из фляжки. Ползти согнутыми вдвоем оказалось куда веселее, Сергей неожиданно для себя начал шутить, и ребята постоянно смеялись.

Впереди появился свет. Друзья ускорились. Шкварка не без труда открыл решетку. И они вывалились в ручей. От смеха еле выползли на берег. Шкварка достал флягу, потряс ее.

Если бы Сергею сказали еще день назад, что он полезет в трубу и напьется там со сбежавшим детдомовцем, он бы просто покрутил пальцем у виска. А сейчас мальчик сидел с новым другом на берегу ручья, солнце садилось и отбрасывало золотой свет на деревья, кусты и Шкварку. В его измазанных глиной руках чернела фляжка. Он протянул ее Сергею, тот мотнул головой. Шкварка открыл флягу и выплеснул в рот последние капли и довольный развалился на спине.

Сергей сидел на берегу, откинувшись назад и опершись на руки. В голове стоял легкий шум, перед глазами все плыло, мир казался прекрасным. Был отличный августовский тихий вечер. Сергей смотрел на чумазого Шкварку, который развалился рядом и улыбался.

Вдруг боковым зрением заметил движение. Медленно повернул голову и услышал визг и зверя с яркими болотно-зелеными глазами, который молниеносно схватил крысу.

К горлу подступила тошнота. Он смотрел, как странный хищник с горящими глазами мощными челюстями раздавил крысу. Рядом с ними, у трубы, стояли несколько животных, то ли собак, то ли диких кошек, со злыми зелеными глазами и ощеренными пастями.