Осколки протокола. Точка невозврата

Глава 5

Взгляды всех присутствующих скрестились на мне. Кто-то смотрел с удивлением, кто-то — с недоверием, будто я только что объявил, что собираюсь на Луну верхом на мутанте. Впрочем, последнее было недалеко от истины. Потому что звучало это примерно одинаково.

Первым пришел в себя Рокот.

— Ты чего, — он прищурился, будто не расслышал, — хочешь угнать коптер у «ГенТек»?

Я усмехнулся и пожал плечами.

— Ну, если у тебя есть другие варианты — озвучь. Мы послушаем.

Рокот уставился на меня. Несколько секунд молчал, переваривая услышанное. Потом медленно выдохнул:

— Ты псих.

По комнате пробежал шепоток. Шило нервно хихикнул, но тут же осекся под тяжелым взглядом Грома. Лиса скрестила руки на груди, губы сжались в тонкую линию. Серый в своем углу что-то пробормотал — наверняка что-то нелестное в мой адрес, но достаточно тихо, чтобы я не расслышал. Умнеет, гаденыш.

— На том стоим, — я развел руками. — Или тебе, после того, что произошло на фабрике, не все равно?

Рокот стиснул зубы. Желваки заиграли под кожей, глаза потемнели. Я знал, что бью по больному. На фабрике их приговорили, и списать это на инициативу Эдема не выходило: внедренный в отряд новичок с четким приказом арестовать Рокота и удерживать до подхода механоидов в эту схему не укладывался никак. Не удивлюсь, если именно он каким-то образом и подал сигнал «ГенТеку».

Плевать, — процедил Рокот.

— Ну вот видишь? — я хлопнул его по плечу. — Значит, все в ажуре.

«Шеф», — вклинился Симба, — «хочу отметить, что предложенный вами план характеризуется крайне низкой вероятностью успеха. По моим расчетам, шансы на благополучный угон летательного аппарата „ГенТек“ составляют от трех до семи процентов в зависимости от выбранной тактики».

«Три-семь процентов — это больше нуля», — мысленно ответил я. — «А ноль — это то, что у нас есть сейчас».

«Логика спорная, но принимается», — отозвался ИИ. И добавил, помолчав: — «Заношу в базу данных склонность носителя к авантюрам с минимальными шансами на успех».

«Заноси-заноси. Там уже должно быть дофига подобных записей».

«Подтверждаю. Больше десяти аналогичных инцидентов со времени пробуждения».

Я мысленно хмыкнул. Всего семнадцать? Прогресс.

В разговор вступила Лиса. Она по-прежнему сидела на краю стола, но поза изменилась — девушка напряглась, подобралась, будто готовилась к прыжку или драке.

— Вот так просто? — голос у нее был спокойным, но за этим спокойствием пряталась сталь. — Угнать коптер у «ГенТек» и отправиться на нем в Питер?

Я посмотрел на нее. Выдержал взгляд.

— А почему нет?

— Просто потому что кто-то рассказал, что где-то под небом голубым есть город золотой? — она кивнула в сторону азиата, сделав акцент на уничижительном «кто-то». Тот сидел все там же, у стены, с непроницаемым лицом. Слушал. Наблюдал. Оценивал.

— Ну, — я пожал плечами, — я не вижу других вариантов. Нам нужны союзники. Настоящие, с ресурсами и возможностями. И «Группа Феникс» подойдет как нельзя лучше.

— Если они вообще существуют, — буркнул Гром.

— Существуют, — подал голос Ли. Впервые за несколько минут. — Я могу…

— Корпорациям нельзя верить, — перебила его Лиса. Голос стал жестче. — Ни одной. Ни «ГенТек», ни этому вашему «Фениксу». Они все одинаковые. Обещают золотые горы, а потом используют тебя как расходный материал и выбрасывают, когда становишься не нужен.

Я кивнул.

— Согласен.

Лиса моргнула. Явно не ожидала такого ответа.

— Согласен, — повторил я. — Корпорациям верить нельзя. Ни одной. Но почему бы не использовать одну против другой?

Повисла пауза. Лиса нахмурилась, обдумывая мои слова. Гром хмыкнул — то ли одобрительно, то ли скептически, не разберешь. Шило переводил взгляд с меня на азиата и обратно, будто следил за теннисным матчем.

— Меня, кстати, Ли зовут, — негромко проговорил китаец. Кажется, он немного обиделся. Как будто это кого-то интересовало.

Похоже, что-то отразилось на моем лице, потому что Ли бросил на меня быстрый взгляд. Оценивающий, внимательный. Я выдержал его с каменным лицом, не моргая, не отводя глаз. Молча. Пусть смотрит. Пусть оценивает. Пусть понимает, с кем имеет дело.

Он понял. Отвел взгляд первым.

«Вероятность того, что субъект скорректировал свое мнение о вас в отрицательную сторону — шестьдесят два процента», — сообщил Симба.

Что ж. Бывает. Главное, чтоб на спину не плюнул, когда отвернусь, остальное переживу.

— В общем, — я обвел взглядом присутствующих, — считаю план рабочим. В первом приближении. Детали обсудим позже, когда все немного придут в себя.

Никто не возразил. Хотя по лицам было видно, что возражений хватает. Но — промолчали. То ли устали спорить, то ли поняли, что спорить бесполезно. То ли просто не видели альтернативы.

А альтернативы и правда не было.

— Так пока и решим, — продолжил я. — А сейчас я хочу отдохнуть. Да и остальным, полагаю, не помешает. Так что до вечера — свободное время. Потом собираемся здесь же. Обсуждаем детали, собираем, что осталось полезного в этих развалинах, потом спим. А утром — отправляемся в путь.

— В путь куда именно? — спросил Гром.

Хороший вопрос. Правильный.

— Перед тем как устраивать налет на «ГенТек», — нам нужно экипироваться и вооружиться как следует. А я, как уже говорил, знаю места, где такого добра, — я обвел жестом свою броню и снаряжение, потом кивнул на группу Рокота, — навалом.

— Погоди, — Рокот шагнул вперед, лицо напряглось. — Ты имеешь в виду схроны? Типа того, в котором мы тебя взяли?

Все переглянулись. Недоуменно, вопросительно. Уставились на меня — ждали объяснений.

Я только махнул рукой.

— Ой, ребят, это длинная история.

Гром издал смешок. Короткий, хриплый, усталый.

— Про длинные истории сегодня я слышал уже достаточно, — проворчал он. — Может, хоть в двух словах?

— Потом, — отрезал я. — Сейчас не время и не место.

Гром хотел что-то возразить, но передумал. Махнул рукой — ладно, мол, как знаешь. Умный мужик. Понимает, когда стоит давить, а когда лучше отступить.

— Да, — кивнул я, возвращаясь к вопросу Рокота. — Что-то в этом роде. Только в другом месте.

Рокот нахмурился. Скрестил руки на груди, покачал головой.

— Боюсь, нас там будут уже ждать.

Я посмотрел на него. Вопросительно.

— Поясни.

— Пока летели на захват, — Рокот потер переносицу, будто у него разболелась голова, — я полистал вводные файлы задания. Документацию, разведданные, все такое. И там… — он помолчал, подбирая слова. — В общем, это место и еще несколько были отмечены как наиболее вероятные точки для твоего появления. Аналитики «ГенТек» как-то вычислили эти локации. Не знаю как — может, через Эдем, может, как-то еще. Факт в том, что они знают о схронах. И не думаю, что сняли наблюдение с остальных.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Не страх — скорее, неприятное осознание того, что противник умнее, чем хотелось бы думать.

«Шеф», — влез Симба, — «это существенно меняет тактическую обстановку. Вероятность успешного проникновения на объект без обнаружения снижается до…».

«Погоди», — мысленно перебил я его.

Потому что в голове уже складывалась новая картинка. Новый план. Еще более безумный, чем предыдущий.

Я улыбнулся.

Рокот заметил эту улыбку и напрягся. Кто-то, а он лучше всех присутствующих знал, как работает мое мышление. И понимал, что эта улыбка ничего хорошего не предвещает.

— Так это же совсем прекрасно! — провозгласил я.

— Что? — Рокот уставился на меня, как на сумасшедшего. — Ты не понял? Там засада. Нас ждут. Как только мы появимся — они узнают. Пришлют подкрепление.

— Вот именно! — я хлопнул в ладоши. — И вооружимся, и за коптером бегать не придется. Он сам к нам прилетит!

Тишина. Абсолютная и звенящая.

Все смотрели на меня. Гром — с выражением «я слишком стар для этого дерьма». Лиса — с прищуром, будто пыталась понять, шучу я или серьезно. Шило — с восторгом, как ребенок, которому только что показали фокус. Серый — с ужасом, но это у него перманентное состояние, так что не считается. Седая женщина-врач покачала головой и что-то прошептала — наверное, молитву. Нервный мужик рядом с ней нервно хихикнул и тут же замолк.

Рокот закатил глаза.

— Я тебе уже говорил, что ты псих?

— Несколько раз в день, — весело усмехнулся я. — Не надоело?

— Надоело.

— Ну, привыкай, меняться я не собираюсь.

Молот — громила из группы Рокота — хмыкнул. Впервые за весь разговор.

— А мне нравится, — пробасил он. — Дерзко.

Вьюга рядом с ним промолчала, но я заметил, как дрогнули уголки ее губ. Почти улыбка. Почти. Кажется, бывшему отряду «ГенТек» очень хотелось донести до бывшего начальства свою точку зрения на свое увольнение в одностороннем порядке. И я им предложил очень доступный способ для этого.

«Шеф», — Симба снова влез в разговор, — «Должен отметить, что предложенная вами тактика, несмотря на кажущуюся абсурдность, имеет определенную логику. Если противник ожидает нашего появления и готовит реакцию, мы можем использовать эту реакцию в своих целях. Вот только вероятность успеха снижается до…»

«До скольки?» — мысленно спросил я.

«До двух-трех процентов».

«Превосходно».

«Оптимизм носителя по-прежнему вызывает недоумение», — констатировал Симба. «Хочу отдельно отметить, что я предупреждал о практически неминуемом провале».

Спасибо, железяка. Твоя поддержка греет душу.

— Знать бы еще, что случилось с нашими, — негромко сказала Лиса.

Она смотрела в сторону двери, в темноту коридора. Пальцы машинально теребили кобуру пистолета.

— Тел нашли много, — продолжила она. — Но меньше, чем здесь было народу. Севера нет. И Крона тоже. По крайней мере, пока мы их не опознали.

Гром промолчал. Только желваки дернулись под кожей.

«Шеф, — голос Симбы возник в голове, — если геллхаунд находился поблизости во время атаки, его бортовые системы должны были зафиксировать происходящее. Стандартный протокол боевого питомца включает непрерывное логирование входящей информации».

Я чуть не хлопнул себя по лбу. Хаунд. Запись. Ну конечно.

— Возможно, мы можем это выяснить, — сказал я.

Лиса повернулась ко мне.

— В смысле?

— Но для этого мне нужно вас кое с кем познакомить.

Переглянулись. Гром нахмурился, потом что-то сообразил — хмыкнул, качнул головой. Остальные смотрели непонимающе.

— Только это, — я поднял руку. — Не пугайтесь. К стволам не тянитесь. Лучше вообще на предохранители поставьте. А то мало ли…

Пауза. Люди переваривали услышанное.

— Ты серьезно? — спросила Лиса.

— Вполне.

Прошло еще несколько секунд в абсолютной тишине. Потом Гром потянулся к автомату, щелкнул предохранителем. За ним — остальные. Шило провозился дольше всех, едва не выронив ствол. Серый вцепился в свое оружие так, будто от этого зависела его жизнь, но под тяжелым взглядом Грома тоже сдался.

Рокот и его люди не шелохнулись. Их оружие и так было убрано — в гостях ведем себя прилично.

Я высунулся в коридор. Темнота, запах сырости, где-то вода капает… И тишина, как в могильнике…

— Псина! — гаркнул я во всю глотку. Эхо ушло вглубь коридоров, отразилось от стен, заметалось по тоннелям… — Ко мне! Ко мне, блохастый!

За моей спиной послышалось неразборчивое бормотание. А потом откуда-то издалека донесся звук. Далекий, но отчетливый. Скрежет когтей по бетону, тяжелый нарастающий топот… Ближе. еще ближе.

Хаунд влетел в комнату черной тенью. Тормознул всеми четырьмя — когти взвизгнули по полу, оставляя борозды. Развернулся, встал передо мной. Шерсть дыбом, клыки оскалены, из горла — низкий рык. Сенсоры медленно обшаривали помещение, фиксируя каждого из присутствующих и сканируя их на предмет вероятной опасности.

Кто-то выругался. Что-то упало — судя по звуку, ящик. Серый по-бабьи взвизгнул и вжался в стену. Шило попятился, споткнулся о чьи-то ноги, едва не грохнулся. Даже Рокот напрягся — я видел, как дернулась его рука на ремне винтовки.

— Тихо! — я положил ладонь на загривок хаунда. — Сидеть. Смирно. Свои.

Пес покосился на меня. Рык стих, но поза осталась напряженной. Медленно, неохотно опустился на задние лапы. Не расслабился — просто перешел в режим ожидания.

— Твою мать, — выдохнул Шило. — Это что за…

— Геллхаунд, — ответил я. — Мой.

— Твой, — повторил он. — У тебя есть геллхаунд.

— Ага. — Гром потер переносицу. — У него есть геллхаунд. Конечно. Почему бы и нет. Что тебя удивляет? — сарказм из него так и сочился.

Шило осторожно выглянул из-за спины Молота, куда успел забиться.

— Он… не кусается?

— Только если попрошу.

Шило спрятался обратно.

Лиса разглядывала хаунда с прищуром. Профессиональный взгляд — оценивала угрозу, прикидывала возможности. Потом посмотрела на меня.

— И он что, везде с тобой ходит?

— Почти. Мы с ним расставались на некоторое время, но он меня сумел найти. А так мы с ним вдвоем почти с того момента, как я ушел в прошлый раз. Встретились, можно сказать, два одиночества…

— М-да… — протянула Лиса, качая головой.

Я присел рядом с псом. Тот дернул ухом, но не отстранился.

— Он ждал меня возле убежища, — сказал я. — Двое суток, может больше. Если атака произошла при нем — должна быть запись.

— И ты можешь ее посмотреть? — спросил Гром.

— Полагаю, сейчас разберемся.

«Требуется физическое подключение», — проговорил Симба. «Протокол подключения защищенный, нужна авторизация. Нам бы сейчас очень пригодился планшет Крона», — несмотря на то, что голос ассистента звучал виновато, я разозлился.

«А раньше сказать не мог?».

«Мне нужно было провести попытку подключения».

Я выругался.

— Что такое? — Рокот приподнял бровь.

— Кажется, кина не будет, — пробурчал я.

— Какие-то проблемы? — Рокот внимательно посмотрел на меня.

— Да, — кивнул я. — Здесь требуется физическое подключение с помощью специального оборудования «ГенТек». У меня был инженерный планшет, но он… В общем, потерял я его, — рассказывать о своей «смерти» мне сейчас решительно не хотелось, а «длинными историями», полагаю, здесь за сегодня все сыты уже по горло.

— Потерял? Не в башне «ГенТек», случайно? — Рокот приподнял бровь.

— Ну да, в ней, — непонимающе кивнул я.

— Этот?

Жестом фокусника Рокот извлек из «мародерки» инженерный планшет в защищенном корпусе с логотипом «ГенТек».

Я уставился на него.

— Откуда он у тебя?

— Нашел, — с усмешкой проговорил Рокот. — Я там, знаешь ли, вновь обретенного друга потерял. Это произвело на меня такое гнетущее впечатление, что я его даже сдать забыл по возвращении. Оказывается, не зря…

— Не зря… — задумчиво проговорил я. Взяв планшет, я достал из паза кабель, поискал разъем за ухом у геллхаунда… Псина беспокойно заворчала. Кажется, у нее не самые приятные воспоминания от этой процедуры, но тут ничего не поделаешь. Потерпи, блохозавр…

Я потрепал хаунда по загривку и вставил другой рукой разъем в порт. Есть!

«Подключаюсь», — прошелестел в голове Симба. — 'Авторизуюсь… Успешно. Анализ информации… Нашел. Вывести на экран?

«Выводи», — согласился я.

Экран мигнул. Появилась картинка — странная, низкая, с искаженной перспективой. Мир глазами пса.

Овраг. Кусты. Вход в убежище. У входа лежат трупы. В стороне, на вершине холма — большой грузовой мультикоптер. Десантный люк открыт, рядом — вооруженная охрана. Люди, логотипы корпорации на форме заметны даже отсюда. Корпораты… Ну, кто бы сомневался…

Движение. Пес зафиксировал силуэты у выхода из тоннеля, идентифицировал цели, разметил красными квадратами… И сдвинулся в сторону, скрываясь от взгляда тех, кто выходил из убежища. Заняв, при этом, гораздо лучшую наблюдательную позицию.

— Сюда, — сказал я. — Смотрите.

Народ подтянулся ближе, столпился вокруг, вытягивая шеи, кто-то тяжело дышал мне в затылок…

На записи людей выводили из тоннеля. Не выводили — выталкивали. Стволы в спины, окрики. Фигуры в черной броне «ГенТек»…

— Это Север, — выдохнула Лиса. — Вон, видите…

Я видел. Седая борода, массивная фигура, руки стянуты за спиной, хромает. Его пихнули — он споткнулся, но удержался на ногах. Поволокли к коптеру.

— А это Крон, — голос Шило дрогнул. — Точно он. Лицо разбитое…

Крон. Худой, сутулый, тоже связанный… Кровь на щеке, глаз заплыл… Ну, хотя бы живой.

По комнате шелестели голоса. Люди узнавали своих. Называли имена.

Я смотрел на экран. Фигура за фигурой, пленные обреченно брели к коптеру, в который их загоняли пинками и тычками прикладов.

И тут я увидел Иду.

Она шла в хвосте колонны. Но не так, как остальные. Руки у девушки были свободны, и… В руках Ида держала автомат.

Интересно девки пляшут…

Внутри будто что-то оборвалось. Дерьмо… Да как так-то?

«Шеф», — голос Симбы звучал ровно и спокойно, — «Это не похоже на принудительное удержание. Вероятность добровольного сотрудничества — семьдесят восемь процентов».

Я вырубил трансляцию, и экран погас.

— Эй, — кто-то дернулся. — Чего ты…

— Кажется, мы достаточно увидели.

Я отключил кабель, убрал планшет. Хаунд встряхнулся, фыркнул.

Кажется, Иду то ли не рассмотрели, то ли не узнали. Пусть так и остается. А то начнется новая волна предъяв и подозрений. А у меня сейчас и без этого голова квадратная.

— Их взяли живыми, — нарушил, наконец, тяжелую тишину Гром. Голос его звучал глухо. — Понять бы только, куда повезли…

— Вряд ли на мясную станцию, — задумчиво проговорил Рокот. — Нам втирали, что станции — это выдумка Эдема, что они неподконтрольны и что там работают только мехи. А здесь — люди. Значит, их потащили в штаб-квартиру.

Гром метнул молниеносный взгляд на Рокота, но сдержался. Вместо этого он проговорил

— Да.

— Значит, они в плену.

— Похоже на то.

Гром молчал. Смотрел куда-то сквозь стену, в одну точку. Лицо — каменное, только желваки ходят под кожей.

— Я согласен с планом Антея, — проговорил Гром. — Нам нужны союзники. Если наших утащили в штаб-квартиру «ГенТека», самим нам не справиться. Это не мясная станция, которую с кондачка взять можно. Я пойду с ним.

— Я тоже, — Лиса не раздумывала ни секунды. Вслед за ней встал Шило.

— Я с вами.

— Да вы охренели все⁈

Серый. Выбрался из своего угла, глаза бегают, руки трясутся, голос срывается на визг…

— Какая, на хер, спасательная операция⁈ Вы видели, сколько там было этих… этих карателей⁈ А сколько нас⁈ Мы даже до их базы не доберемся, нас размажут по дороге!

— Вот поэтому нам и нужны союзники, — ответил Гром.

— Да какие союзники? — взгляд Серого бегал, поочередно останавливаясь на каждом из товарищей. — Вы рехнулись совсем, что ли? Этот узкоглазый что-то напел вам, и вы вестись готовы? Еще и с этим…

— Заткнись, — рыкнул Гром.

— Нет, ну правда! — Серый не унимался. — Тут бы самим выжить, а вы хотите лезть в самое пекло ради… ради чего? Ради тех, кто уже, может, давно мертв⁈

— Я сказал — заткнись.

Голос Грома был тихим. Спокойным. И от этого спокойствия по спине бежали мурашки.

Серый осекся. Открыл рот, закрыл. Посмотрел на Грома и увидел что-то в его глазах — что-то такое, от чего сдулся моментально. Отступил обратно в угол, затих.

— В общем, — я снова обвел взглядом присутствующих, — план утвержден окончательно. По крайней мере, в общих чертах. Детали проработаем вечером, когда все отдохнут и смогут соображать. А сейчас — я пошел спать. Чего и вам советую. Ребят разместите, пожалуйста, им тоже отдохнуть не помешает.

Я развернулся и направился к выходу. За спиной зашелестели голоса — люди начали переговариваться, обсуждать услышанное. Кто-то спорил, кто-то соглашался, кто-то просто ругался вполголоса. Обычная реакция на необычные новости. Хаунд встрепенулся и потрусил следом, негромко стуча когтями по бетону.

— Антей, — услышал я за спиной знакомый голос через несколько секунд.

Я остановился. Обернулся.

Лиса. Догнала, остановилась в нескольких шагах от меня. Руки по-прежнему скрещены на груди, взгляд серьезный, испытующий.

— Ты правда веришь, что это сработает? — спросила она тихо, чтобы остальные не слышали. — Захват коптера, полет этот…

— Понятия не имею, — честно ответил я. — Но я знаю, что другого выхода у нас нет. А когда выхода нет — приходится верить в невозможное.

Она молчала. Смотрела на меня, будто пыталась прочитать что-то в моих глазах.

— Ты странный, — сказала она наконец.

— Знаю.

— И это не комплимент.

— Знаю.

Она фыркнула. Почти улыбнулась.

— Ладно, — сказала она. — Допустим, я тебе верю. Допустим, план сработает. Что потом?

— Потом — Питер, — ответил я. — «Группа Феникс». Союзники. Ресурсы. А дальше… дальше посмотрим.

— «Посмотрим», — повторила она с горечью. — Отличный план на будущее.

— Единственный, который у нас есть.

Она вздохнула. Покачала головой.

— Иди спать, Антей. Ты выглядишь паршиво.

— Спасибо за комплимент.

— Это не комплимент.

— Знаю.

Лиса снова фыркнула, а я развернулся и, не оглядываясь, двинулся по коридору.

Надеюсь, мой отсек никто не успел занять.