Первый среди равных. Судьба

Глава 14

Столица Канторийской Империи Тиносванна располагалась практически в центре Империи и такое местоположение выгодно сказывалось как с военной точки зрения — до неё необходимо пройти, захватить большу́ю территорию, что не каждой армией получится, так и все дороги, со всех четырёх сторон света сходились, но можно сказать, что и начинались именно из центра Империи. И сейчас мне предстояло, если выражаться военным языком, окружить и блокировать её, чтобы без моего ведома ни одна мышь внутрь воображаемого кольца не проскользнула, а тем более не вырвалась, разнося заразу по Империи. Задача трудная, но выполнимая. К сожалению, времени много потеряно, прошло больше двух недель, как уточнил у придворных с того момента, как во дворце узнали об эпидемии. Хорошо, что Императрица сразу покинула столицу, но это всё полумеры, хотя её понять можно — она спасала сына, спасала себя… Как узнал, её сын Мион родился на два месяца раньше срока и Линесса в первые месяцы мало кому его показывала, даже лекарей к нему допускала только под строгим своим присмотром…

Я отбрасывал крамольные мысли, постоянно возвращаясь к пронзительному взгляду этого молодого парнишки. Он чем-то похож на меня. Но именно эти два месяца с небольшим и выбивались из моих подсчётов.

— Въезжаем в столицу! — из раздумий вывел возглас возничего, и я прильнул к окну, и то, что я увидел меня не порадовало. Как только въехали в столицу, в нос ударила вонь разлагающихся трупов. Они лежали вдоль дороги, видимо тела хотели вывезти загород на кладбище, но свалили прям при въезде на обочине.

— Останови! И крикни лейтенанта! — так ехать дальше нельзя, понял и достал приготовленные перчатки и маску на лицо. Надел и только тогда вышел из экипажа.

— Здесь, — отрапортовался лейтенант.

— Распорядись всем надеть перчатки и маски. Проверить оружие, — мучили как-то меня сомнения, что впереди нас ждёт мирная дорога. Когда власть — государство не показывает свою силу, а пускает чрезвычайную ситуацию на самотёк, ситуация выходит из-под контроля. На свет вылезает, словно грибы после дождя, всякая шваль, которая до этого боялась суровой кары, но сейчас, когда две недели большой город фактически без власти они активизировались.

— Есть, — отрапортовал штабс-лейтенант.

Через пятнадцать минут, когда все, в том числе и возничий, надели импровизированную защиту на лицо и руки, мы двинулись дальше, но как я и предполагал, далеко проехать не удалось.

— Стреляют, — крикнул возничий. У меня было открыто окно для переговоров с ним, и я тоже услышал редкие выстрелы.

— Где, с какой стороны?

— Оттуда, — возничий махнул рукой, но я из-за ограниченности обзора не видел куда он махнул, но приказал править туда. Жалея, что не пересел на лошадь.

Через некоторое время пальба повторилась, и я не выдержал, остановил экипаж и пересел на заводную лошадь, что следовала с нами. Проверил оружие, и мы поскакали.

— В той стороне склады, мы там несколько раз обмундирование получали, — на скаку пояснил штабс-лейтенант.

«Начались разбои, мародёрство», — думал, успевая за хорошо державшимися в седле солдатами. Начальник гарнизона мне отдал лучших, что могли управляться с лошадьми и я мысленно похвалил его за это.

Редкие прохожие перед нами расступались, а чаще прятались в домах.

— На рожон не лезть! — приказал, увидев пару трупов и явно с огнестрельными ранениями, и офицер придержал свою лошадь.

— Эй, прекратить стрельбу! Комендант Тиносванны с сопровождающими приехал! — не выезжая на открытое пространство, выкрикнул офицер. И он оказался прав. Впереди виднелись склады. Я это понял по огороженным невысоким забором строениям, что располагались немного вдалеке, когда неосторожно выехал на открытое пространство.

— Вы бы не лезли вперёд, — пробурчал лейтенант и перестроился, обогнав меня, закрыв собой от вероятного вектора обстрела, а я подумал, надо будет к нему присмотреться, может и выйдет из него толк.

Ворота нам открыли. И мы въехали внутрь.

— Кто старший? Представьтесь! — командовал лейтенант. Я был в офицерском мундире без наград, но не по рангу штабс-полковнику, а тем более Коменданту Тиносванны кричать во всё горло.

— Сам-то, кто будешь? — послышалось откуда-то.

— Штабс-лейтенант командир взвода сопровождения Коменданта Тиносванны энца Валео Мирони.

После недолгих раздумий к нам вышли двое.

— Рядовой охранного полка Шма́рдин.

— Рядовой охранного полка Гансиносуи́лов, — почти одновременно представились солдаты. Первый постарше, а второй моложе. Они выглядели уставшими, но не измученными.

— Где офицер или кто старший и что здесь происходит? — вступил я в разговор.

— Офицера толпа растерзала, дня три назад, наверно. Он вышел к ним, говорит, что здесь продовольствия нет, только зимнее обмундирование и конская упряжь, а его… Ну мы за оружие. Постреляли. Кого убили, а другие разбежались, — говорил тот солдат, что постарше, — тело офицера убрали, схоронили на территории. Мы, уважаемый штабс-полковник исполняли приказ — охраняли вверенное нам имущество, действовали согласно Уставу.

— Молодцы. Сколько вас осталось?

— Тринадцать солдат. Держим круговую оборону. Но к нам не сильно уже лезут — стреляем.

— Ясно. Я вам, когда полки в столицу войдут, помощь пришлю.

— Извините, штабс-полковник, — солдат по привычке обращался ко мне по воинскому званию, а не по должности, — а что происходит?

— У вас больные есть?

— Нет. Хворых всех в санчасть отправили. Один у нас такой был. У нас же только пост, но неделю смены нет.

— Потерпите ещё пару дней. Еда есть?

— Имеется. Мы-то не против, но мало нас.

— Сейчас ничем помочь не могу. Потерпите и держитесь. Никого к себе не пропускайте без моего письменного приказа. И ещё вот что… — мне было странно, что солдаты не заострили внимания на то, что мы все были в масках, то есть пол-лица не видно. Скорее всего сыграло то, что мы были в форме. Поэтому и поверили. Я им выдал полсотни масок и десяток пар перчаток, запас которых у нас имелся. Рассказал, как их использовать и какие меры предосторожности применять. Больше им в данный момент я помочь ничем не мог. — и ещё вот что, — продолжил говорить, — тела пока не убирайте. Это будет предупреждением тем, кто вновь захочет у вас поживиться. Уберёте, когда пришлю солдат.

— Слушаюсь, — вытянулись оба солдата…

— Куда теперь?

— В центральную больницу, — произнёс, но потом подумал и отменил своё решение, — хотя нет. Поехали в Управу, надо представиться и там проще будет узнать, что происходит в столице. Первые полки подойдут завтра, надо посмотреть где их разместить и на какие направления расставить, а без карты я не очень ориентируюсь.

— Я вас понял.

Ехали также верхом. Потому что, чем ближе мы продвигались к центру столицы, тем чаще попадались тела и завалы на дороге, которые приходилось объезжать. И ещё изредка тянуло гарью и дымом, но самое неприятное, что ни одного патруля или медицинской кареты нам по пути не встретилось.

— Прибыли.

— За мной! — скомандовал, слезая с коня.

Трёхэтажное каменное здание выглядело величественно. Это по распоряжению прошлого Императора все государственные учреждения приказывалось строить только из камня или кирпича. И это здание, где размещался административный орган столицы было одно из первых, построенных во исполнение указа Императора.

Я торопливым шагом поднимался по лестнице, смотря на запустение, отсутствие даже минимальной охраны и… мёртвую тишину, нарушаемую каблуками сапог, в которых я и солдаты были обуты. Топот ног разносился по всему зданию, но никто нам на встречу не вышел, и никто не выглянул из закрытых, а местами и взломанных дверей рабочих кабинетов. Поднялся на третий этаж. Именно там располагались апартаменты Коменданта, где имелся рабочий кабинет, зал для совещаний и малая комната для бесед. Он занимал целое крыло и мне как-то несколько раз приходилось в них бывать.

Дверь оказалась закрыта.

— Ломайте, — скомандовал сопровождавшим меня солдатам.

Как только первые удары прикладами ружей прозвучали на этаже, так откуда-то послышался громкий голос.

— А ну уходите, а то сейчас стрелять буду! Коменданта нет, он болен! Уехал. Что я вам сказал! Уходите!

Я подал знак, чтобы нашли и привели мне этого защитника государевой собственности.

— Штабс-полковник… Извините, не распознал сразу.

— Представься, — передо мной стоял пожилой растрёпанный мужчина.

— Пятый помощник Коменданта столицы энц Жоста́н Ванито́н. Отвечаю за подготовку писем.

— Ты один здесь?

— Да.

— Почему остался?

— Идти некуда, штабс-полковник. В доме, где я живу все соседи заболели, а тут за хозяйством присматривать надо… неделю тут, считай один. Я сначала запирал все двери, но потом перестал. Как-то ночью разбили стёкла и влезли. Я их пугнул, но теперь не запираю, чтобы имущество не портили, но приглядываю. У меня и мушкет есть и два пистоля…

— Тогда почему так плохо присматриваешь? Что за проходной двор, где охрана, где остальные служащие? — наехал на бедного старика. Он едва на ногах держался. А когда увидел нас в масках и в перчатках, то чуть в обморок не упал. Видать подумал, что так за ним смерть пришла.

— Так неделю назад по приказу Коменданта всех служащих распустили по домам, а охранный взвод отправили к центральной больнице, чтобы там за порядком следили.

— Ясно. Теперь я Комендант Тиносванны. Вот мои документы. Знаешь где живёт прежний Комендант?

— Знаю. Три квартала отсюда. Но захворал он. Недели полторы назад посетил приют для стариков и слёг.

«Значит, вторая фаза эпидемии началась примерно неделю-две назад и пока идёт экспоненциальный рост числа заражённых, когда людей, подвергшихся заражению пропорционально заразившимся, и внешние источники перестают играть роль, а прирост числа инфицированных обусловливается частотой контактов. Может и прав прежний Комендант, что ограничил число контактов, распустив всех по домам… А потом наступит апогей — насыщение, когда число заражённых людей выйдет на константу и только потом начнётся падение числа заражённых», — думал я в тишине. Пауза затягивалась, но оказывается всё не так уж и плохо. Я-то думал, что всё, не спасём столицу, а так, шанс ещё есть.

— Значит так. Назначаю тебя первым помощником Коменданта. Приведи себя в порядок, возьми у солдат средства личной защиты: маску и перчатки. И через час я жду тебя в своём кабинете. Кстати, ключ от него есть?.. Да? Тогда открывай, — продолжал говорить, входя в кабинет, — мне нужен обстоятельный доклад, что творится в столице. Да, ещё, — тут я спохватился. Один он не вытянет. Ему, как и мне нужны помощники, знающие особенности управления столицей, — есть те, кто живёт поблизости и не заболели?

— Есть, как не быть. Некоторые живут рядом, но болеют они или нет я не знаю. Неделю никого не видел.

— Как же ты тут один? — не выдержал, спросил, чем смутил помощника Коменданта. Он отвернулся, потупил взгляд, и чтобы не заставлять его оправдываться, продолжил, — ладно. Приводи себя в порядок. И, штабс-лейтенант, прикажите накормить энца, и берите под охрану здание. Солдат не хватит, но обязательно выставить пост на первом этаже и производить обход здания каждый час.

— Будет исполнено, — козырнул офицер и вместе с дворянином вышел из кабинета.

Я остался один. Взглядом пробежался по лежавшим на столе бумагам — ничего интересного. Собрал их и отложил в сторону. Когда придёт помощник, отдам ему. Пусть положит, чтобы они не потерялись. Уселся в кресло и задумался. План, что делать в первую очередь у меня сформирован: надо вызвать и поговорить с лекарями, отдать распоряжение, чтобы убирали трупы с улиц и сжигали, нужно наладить патрульную службу и много чего надо делать в первую очередь, но у меня пока нет людей, кто это всё будет исполнять. Можно конечно начать с посещения больницы, что я через пару часов и сделаю, но сначала надо привести мысли в порядок. То, что я видел, проезжая по столице достаточно, чтобы понять — ситуация выходит из-под контроля. Необходимо срочно принимать меры борьбы с болезнью, а я так точно и не знаю, что это за болезнь. Может я всё-таки ошибаюсь и это никакая не чума, а что-то другое, чего я не знаю и тогда нужны совсем другие меры, а не тот маскарад, что я устроил с ношением лицевых масок и перчаток. Я встал с кресла, прошёлся по кабинету. Хорошо бы всё здесь продезинфицировать, но чем? Первое, что приходит на ум — это спирт и хлорка. О кварцевании можно забыть — таких ламп, да и электричества нет. В дверь постучали.

— Войдите!

— Разрешите?

— Входи Новак, — про офицер-фельдъегеря я совсем забыл, а он мне как раз может помочь. — Где расквартирована твоя часть?

— На западе столицы.

— Значит так. Мне надо организовать быструю доставку моих приказов. Сейчас берёшь запас средств защиты и скачешь к себе в канцелярию. Там объясняешь, как ими пользоваться и всё такое, что я всем рассказал неоднократно по поводу их применения. Затем… — я задумался, организовывать здесь фельдъегерский пост или не нужно искусственно создавать скопление людей и пришёл к выводу, что не надо перестраховываться, но меры предосторожности необходимо принять. От быстроты и точности исполнения приказов будет зависеть, победим мы болезнь или нет, — где-нибудь поблизости организовываешь дежурство фельдъегерей. Пятерых-шестерых, дежуривших посменно, думаю, что будет достаточно. Им будут доставлять распоряжения, а они дальше до адресата, а двое или трое пусть находятся в здании. И ещё. Мне нужен Главный Городовой, съезди в участок, и кто там старший пусть срочно прибудет ко мне…

Когда я собирался выехать в центральную больницу, чтобы лично посмотреть и поговорить с медиками, ко мне в кабинет вошёл Главный городовой Тиносванны.

— Энц Уса́на Тимо́кин, представляюсь новому Коменданту, — сразу без приветствий заговорил вошедший в мой кабинет. Мужчина, на вид ближе к пятидесяти, слегка полноват, но чувствуется военная выправка. Мундир на нём сидел хорошо, но выглядел он встревоженным и уставшим.

— Энц Валео Мирони, новый Комендант Тиносванны. Давайте сразу к делу. Сколько у вас подчинённых и чем они сейчас занимаются?..

Я слушал ответы на мои вопросы Главного Городового, в чьи обязанности входит поддержание порядка в столице и недоумевал, как такого слабовольного и мягкотелого человека назначили на такую должность. На чётко поставленные вопросы он часто отвечал: «Не знаю», «Сотрудники заболели», «Все силы находятся возле дворца» и всё в таком духе.

Но в чём-то он прав. Сил и вправду недостаточно. Не зря я разослал в ближайшие гарнизоны приказы войти в город. Но до этого надо продержаться сутки.

— Почему гражданские склады не взяли под охрану?

— Людей нет, — пожал плечами Тимокин, — половина штатной численности больны, а последний полученный приказ Императора гласил обеспечить безопасность на подступах к дворцу. Все городовые, кто на ногах, находятся там.

— Ясно, — выдохнул я. — Пришлите своего заместителя и интенданта, им объяснят, что надо сделать и какие меры безопасности принять. И ещё, когда я ехал по столице чувствовался запах гари и на юге видели дым. Что можете сказать по этому поводу и какие предприняты меры? — Пожар — это самое страшное, что может случиться в густо застроенном городе, где большая часть построек из дерева. Если займётся один дом, то с большой долей вероятности перекинется на соседний и так далее. Тиносванна, примерно сотню лет назад практически полностью сгорала, но отстраивалась полностью заново. Как-то само собой провелись параллели с Москвой, которая также неоднократно сгорала, отстраивалась, да и эпидемии, и бунты неоднократно сотрясали многострадальную столицу.

— Пожарные части работают, но не успевают. Людей нет.

— Они подчиняются вам? — этот момент я не знал, пришлось уточнять. По логике вещей пожарные части должны подчиняться именно Главному Городовому, но оказалось не так.

— Нет. Пожарные мне не подчиняются, они находятся в ведении Старшего медицинской службы.

— Странно, — произнёс удивлённо, — ладно. Я сейчас отправляюсь в центральную больницу. Старший медицинской службы…

— Энц Бо́нисван Марани́ти, — пришёл на помощь Тимокин, — ранее он занимал должность главного врача центральной больницы и с уверенностью могу сказать, что находится именно там.

— Хорошо, можете быть свободны, — отправил Главного Городового, а сам стал собираться в поездку.