Плохое время для чудес.

Глава 21

В которой Фейри Грин пугает детей

Иногда про такое говорят: «эффект разорвавшейся бомбы». Но я совсем недавно точно узнала, какой эффект производит разорвавшаяся бомба.Брось орк что-то подобное, и мы бы повисли кровавыми гирляндами на уцелевших люстрах. А так взрыв случился, но всего лишь панический.

– Пожар! Горим! Спасайтесь! К выходу, к выходу!

Лесные хищники знают, насколько может быть опасно бегущее от пожара стадо травоядных. Орк же явно не ожидал, что безумная толпа внезапно ринется прямо на него. Поднять секиру он еще успел, а вот опустить на чью-то голову – нет.

– Что вы задумали? – прошипел Кард.

– Выиграл нам полминуты жизни! – Роланд попытался вырвать руку. – И хватит уже за меня цепляться. Мы сейчас все в одной лодке.

– Мы с вами даже не сидим на одном шесте! – огрызнулся Кард, но все же выпустил арестанта. – Где тут выходы для прислуги?! Аллан, поймай одного лакея!

– Да, сэр.

– Горим!

Иронично, но выкрик Роланда оказался самосбывающимся пророчеством. Заметавшиеся гости свалили несколько канделябров, от раскатившихся свечей вспыхнула портьера. Огненные языки потянулись к ограждению балкона – с виду каменному, но вряд ли камень смог от первых же искр начать дымиться. Полутьма, огонь, запах дыма… даже я с трудом сдерживала инстинктивное желание броситься наутек.

– Готово, сэр! – лейтенант возник из дымной темноты, таща за воротник хныкающего паренька в черно-желтой ливрее.

– Пустите, ну что я вам сделал…

– Молчать! – рявкнул полковник. – Где коридоры для прислуги?! Показывай, живо!

– Там, в конце зала, милорд, – лакей вытянул руку, но из-за волнения указал куда-то в потолок, – на кухню и на второй этаж, к балконам, а там…

Остаток фразы заглушил дикий вопль. Кто-то из гостей, отчаявшись прорваться через давку возле выхода или просто потеряв от ужаса остатки рассудка, выпрыгнул в оконный проем. О чем пожалел очень быстро, громко и недолго – до первого выступа на утесе, сотней футов ниже.

– Веди.

Коридор на кухню оказался на удивление длинным, извилистым. А что самое неприятное, пока мы бежали по нему, выстрелы и крики начали доноситься не только из-за спины, но и со всех сторон. А после очередного поворота нам навстречу вывалилась троица гоблинов с отвратного вида зазубренными железяками в лапах и еще более противными воплями. Первых двух Кард уложил выстрелами в голову. Третий гоблин, сообразив, что зря пришел с ножом на перестрелку, развернулся, и не переставая вопить, но уже в другой тональности, бросился наутек. Впрочем, бежать быстрее пули у него не вышло.

– Что за демонова хрень тут происходит?

– Если вопрос не риторический, – Роланд, присев на корточки, перевернул труп гоблина мордой вверх и провел пальцем по линиям боевой раскраски, – то мой ответ: без малейшего понятия. До меня доходили всякие странные и дикие слухи, о происходящем у «зеленушек». Но, как современный человек науки, я не воспринимал всерьез рассказы о древних и жестоких богах. Зря, как мы видим, к фактам следует подходить непредвзято, даже когда они чему-то там противоречат. У вас найдется лишний револьвер?

– Обойдетесь!

– Далеко еще? – Аллан, тащивший лакея за собой, встряхнул свою добычу, словно терьер – пойманную крысу. – Где кухня?

– Уже почти пришли… за следующим поворотом.

– Стойте! Аллан, мне нужна твоя помощь, срочно!

– Что еще?

– Обрежь! – ладонью я показала, что именно следует обрезать и лейтенант, уже схватившийся за кортик, замер с открытым ртом.

– Но…

– Если кто-то скажет хоть полслова про «неприлично», лично эту тряпку в рот затолкаю! – посулила я. – Неприлично валяться мертвой с задранной юбкой.

– Согласен, – ожив, Аллан в несколько взмахов распорол ткань. Не слишком аккуратно, оставив разлохмаченные края и даже умудрившись зацепить панталоны, но я решила быть выше подобных мелочей. – Дамы, кому-нибудь еще нужна подобная услуга?

– Мне, пожалуйста, – тихо попросила Марилена. – Только… не так высоко.

Хорошая новость – кухня и впрямь обнаружилась за поворотом. Ясно часть старого замка, стены из серого камня, огромный камин. А плохая – мы оказались не первыми. Шестерка низкорослых болотных гоблинов с чем-то вроде самодельных дротиков и двустволкой загнали в угол местную обслугу, то и дело тыча в кого-то зазубренными наконечниками. Еще примерно дюжина собралась вокруг разделочного стола, на котором лежал труп одной из поварих и о чем-то бурно спорили.

А еще на столе у входа рядом с куриными тушками лежало несколько ножей.

Первым умер гоблин с ружьем – Кард счел его наиболее опасным. У Марилены в сумочке обнаружился давешний трофейный револьвер с латунной рамкой и сложным названием. Громыхал он тише, чем вороненая ручная пушка полковника, но, как и говорил Тайлер, гоблинам хватило. На этом у нас закончились заряды – а вот «зеленушки» еще оставались. Мне навстречу бросилось нечто худосочное, с копьецом наперевес. Я развернулась, пропуская гобла мимо и воткнула нож под челюсть. Следующий замахнулся на меня утыканной гвоздями дубиной. Промахнулся и я почти собралась вскрыть ему горло, но едва сдержала удар, когда Роланд принялся душить зеленую тварь. Второго, подбежавшего на выручку собрату, химик мощным ударом ноги отправил прямиком в камин. Очередной жуткий вопль и в кухне резко завоняло жареным гоблином. А дальше все завертелось.

Лиорель одним прыжком вскочила на длинный стол, пробежала по нему, на ходу подхватив тесак для рубки мяса. Перелетела через пару громадных, исходящих паром котлов на очаге и мягко приземлилась за спинами основной группы гоблинов. Судя по тому, как быстро замелькало лезвие, Лиорель уже какое-то время хотелось не просто кого-то убить, а нашинковать в мелкий фарш. И сейчас у неё появилась возможность исполнить мечту.

Пока еще живые гоблины принялись визжать и метаться по кухне, натыкаясь на столы. С одной стороны их ждал очень злой лейтенант с большой сковородой и я с ножом… тупым ножом, как выяснилось. А другой стороны кухни орудовало тесаком забрызганное кровью жуткое длинноухое чудовище. Один гобл даже попытался вскарабкаться к потолку по крючьям для поварешек, но Кард успел заменить барабан в револьвере и снял его прежде, чем зеленая обезьянка укрылась за стропилами. Последний гоблин умудрился пролезть в глубину посудного шкафа и забаррикадировался кастрюлями.

– Мы хотим у него что-то узнать? – спросил полковник.

– Пустая трата времени, сэр, – оценив глубокую вмятину на чугунной сковороде, Аллан со вздохом отложил свое оружие в сторону и начал выбирать следующую посуду. – И заряда тоже. Эй вы, двое, – он поочередно указал сковородкой на двух поварят. – Хватайте котёл с плиты и тащите к шкафу.

– Но это суп для гостей милорда, – попытался возразить кто-то из поваров.

– У гостей милорда, – Аллан крутанул выбранную сковороду вокруг запястья, – сегодня не будет аппетита, гарантирую. Поэтому взяли котел и потащили, БЫСТРО!

Толком залить спрятавшегося гоблина удалось лишь со с второй попытки. Хорошо, котёл взяли большой и супа в нем хватало. Подвывающий гобл вместе с грудой кастрюль вывалился наружу, получил по голове сковородкой, упал и, по-прежнему завывая, откатился мне под ноги. Совершать акт милосердия тупым ножом было бы неоправданной жестокостью, но после удара каблуком по шее он хотя бы перестал выть.

– Как быстро их могут хватиться?

– Немного зная нравы гоблинов, – добив хрипящего гоблина вторым ударом сковороды, лейтенант прошел к груде трупов посреди прохода и начал пинками расшвыривать их в стороны, – я бы сказал, у нас есть время до утра или даже до вечера. Болотники даже среди других гоблинов считаются трусливыми бестолочами. Единственный способ использовать их в бою: собрать в толпу побольше и проследить, чтобы они бежали в нужном направлении.

Один из «мертвых» гоблинов неожиданно вскочил, вернее, попытался вскочить, упал и на четвереньках довольно быстро поскакал к жавшимся в углу поварятам. Аллан метнул ему вслед сковороду, но промахнулся. У меня получилось лучше – кухонник вонзился в шею, гоблин вскочил на ноги, выдернул нож и тут же рухнул обратно на пол, конвульсивно дергаясь и заливая все вокруг потоком крови. Он даже сумел забрызгать ближайшего повара, который немедленно согнулся и начал блевать. Остальные позеленели почти как гоблины и еще сильнее вжались в угол.

Неженки, как только на кухне работали…

Какой счет выставит в итоге мой собственный организм, я старательно пыталась не думать. Будет больно и плохо, но потом. А здесь и сейчас надо просто выжить.

– Час, не больше.

Роланд подошел к Лиорель, застывшей над изрубленными гоблами, осторожно забрал у неё тесак и, приобняв за плечи, повел к раковине, нашептывая что-то вроде: «ты бесконечно прекрасна, но стоит все же умыться, мало ли какая зараза…»

– Как они попали в замок? – устало спросил Кард. – Через ворота позади цитадели? Они ведь не заложены?

Последний вопрос полковник адресовал нашему приятелю-лакею. Тот при виде кухонного поля битвы тоже приобрел нездорово-бледный оттенок, но держался получше поваров.

– Н-наверное да, то есть нет, милорд. Ими уже лет полтораста не пользовались, там проход завален всяким хламом, но камнями не закладывали. А так все или подъёмником из города или воздушный кран прилетал.

– Они прошли через пещеры.

Чудесное шелковое платье хэи Лиорель после близкого знакомства с гоблинами выглядело безнадежно испорченным. Но лицо ей удалось отмыть.

– В горе под замком разветвленная система пещер, некоторые тянутся на несколько миль. Раньше их соединял с подземельями замка потайной ход, но после серии обвалов его забросили, сочтя этот путь слишком рискованным. Должно быть, «зеленушки» разобрали завал, у них представления о допустимом риске для жизни… свои собственные.

– То есть, вниз лучше не соваться?

– Наружу тоже. Посадочные площади во дворе, но там наверняка полно этих тварей.

– А если к подъёмнику? Его причальная площадка где-то в старом замке…

Воспользовавшись паузой, я присела у шкафчика с ножами, пытаясь найти в ящиках что-то «по руке» и не настолько тупое, как болотный гоблин. Обидно… ладно еще, оставленный в Клавдиуме пистолет, но как я не догадалась взять на бал хотя бы стилет?

– Мисс эльф, а вы нас всех убьете и съедите?

В первое мгновение я даже не поняла, что дернувшее меня за огрызок юбки существо – девочка лет восьми-девяти. А осознав, неожиданно испытала странное чувство «все это уже было». Маленький провинциальный городок, тела на траве, горящий храм с запертыми в нем людьми, пиратский бриг, разорванный в клочья ракетным ударом «Грома»…

Та девчушка выглядела совсем иначе – голубоглазая, светленькая, с двумя косичками. У этой же из-под мятого поварского колпака выбивалась темная прядь. Только голосок примерно такой же писклявый.

– Почему ты так решила?

– У вас уши длинные, – девчушка обвиняющее нацелила палец на упомянутые уши, – и глаза страшные. Выходит, вы нелюдь поганый, так дядя Фрэнк говорит. Вот зеленые тетку Габи убили, а потом сожрать хотели. Вы тоже меня сожрете, да?

За «страшные глаза» явно нес ответственность макияж. Зеркал поблизости не имелось, но я догадывалась, как он мог размазаться. Кого угодно напугаешь.

– Не буду я вас жрать, – проворчала «нелюдь поганый», доставая из ящика филейный нож. – Уж точно не таких маленьких и худосочных. Вырастешь, округлишься в нужных местах, тогда и поговорим.

***

– Три орка, – шёпот Лиорель звучал едва слышно и поэтому она еще и показала нужное число на пальцах, – два лесных гоблина, пять или шесть болотных. Орки в самодельных доспехах. У одного точно ружье.

– Какое ружье? – так же тихо спросил Аллан.

– Если ты не заметил, я не гном, – огрызнулась эльфийка. – И не разбираюсь в этих гром-палках с одного взгляда. Длинное, с кривулиной посредине. Это важно?

– Если у него современная барабанка, – пояснил О’Шиннах, – он сможет сделать несколько выстрелов подряд. Так что да, это важно.

– Ошибаетесь, – вмешался Роланд. – На звук выстрела тут же прибежит орда его приятелей. Так что нет, это не важно. Нельзя позволить ему спустить курок.

– И как это сделать?

Лейтенант озвучил вслух вопрос, который я боялась задать себе. Средний орк крупнее среднего же человека, а заодно и сильнее. Лесные и степные гоблины, наоборот, меньше и слабее, – хотя, судя по некоторым клавдиумским знакомцам, это скорее следствие постоянного недоедания. Получающий достаточно калорий, то есть регулярно жрущий хоть что-то мало-мальски съедобное лесной гоблин вырастает до вполне человеческих габаритов. А еще лесные выделяются умом и сообразительностью. Ну и болотники. В Клавдиуме их почти не водилось, холод они переносили хуже прочих «зеленушек». Против… я оглянулась на собравшуюся за нами поваров. Две эльфийки, два с половиной человека, хоть как-то знающих, с какого конца браться за оружие и пятеро бойцов с куриными тушками, судорожно сжимающих самодельные копья из ножей и черенков швабр. Так себе расклад.

– Мы его уложим, – услышала я ответ хэи Лиорель, удивилась, а затем сообразила, что под «мы» она подразумевает себя и меня.

– План, сестра?

– Лесные гоблины стоят поблизости от выхода из коридора. Скучают, пытаются втихаря курить свою любимую «травку», – Лиорель сделала паузу, давая мне вслушаться в доносящиеся сверху раскаты орочьего рева. Между собой зеленошкурые общались на примитивном аранийском, так что в реве явственно угадывалось: «Тебя… твоих почтенных родителей… все ваше племя…», – а орки, соответственно, пытаются хоть как-то призвать их к порядку. Выходим, режем гоблинов, забираем их копья, бросаем в орка с ружьем. Ты целишься в левый глаз, я в правый. Понятен план, младшая сестра?

– Угу, – я даже не стала всерьёз обижаться. Лиорель и впрямь старше, опытней… не исключено, что и с боевым опытом у неё тоже все плохо. То есть хорошо, с точки зрения людей.

А вот что меня уже начинает слегка потряхивать – плохо с любой точки зрения. Какое-то время еще продержусь, но потом…

– Готова?

– Нет!

– На счет «пять»… побежали!

Сладковато-смолистый запах «травки» я почувствовала еще на последнем «колене» коридора. Понятно, почему орк так орал. Если так надымил всего лишь один гоблин, он сейчас даже при виде парового голема будет лишь хихикать. Да и даже на троицу тоже немало выходит. Движения будут слегка заторможенным, пусть они сами этого и не заметят. Не успеют.

«Мой» гоблин только начал разворачиваться в сторону хэи Лиорель, а на мое появление вообще не среагировал. Подскочив, я полоснула его ниже шлема, под ухом – хорошо заточенное лезвие легко рассекло и ремешок, и шею за ним. Гоблин, похоже, даже не почувствовал смертельного удара, так и остался стоять, не пытаясь зажать брызнувшую из раны кровь. Но копье выронил, а пока я за ним нагибалась, Лиорель уже метнула свой трофей – в правый глаз орка с ружьем, как и планировалось.

Доставшееся мне копье ощущалось так себе – баланс ближе к середине, да и древко кривовато – а второй орк стоял дальше. Так что я не стала выделываться и метнула, целясь в горло… и все равно промахнулась, наконечник впустую лязгнул по кустарной, но все же железной броне. А дальше мне пришлось уворачиваться от четверки болотников, на удивление слаженно и резво принявшихся тыкать своими заостренными палками. Один укол в левую руку я едва не пропустила, разозлилась, перехватив древко, выдернула гоблина на себя, затем так же резко толкнула. Двое оставшихся не успели среагировать и ударили в спину соплеменника. Пока они пытались высвободить свои ковырялки, я ушла вниз, подсекла оставшегося и попыталась ударом ноги сломать ему шею. Не вышло, гоблин успел наклонить голову и удар пришёлся в лоб, точнее, в край шлема.

Затем подбежали повара, начав неумело, но с большим энтузиазмом тыкать в гоблинов своими швабро-копьями. Бежать вокруг этой толпы получалось долго, так что я просто метнула нож в оставшегося лесного. И на этот раз даже попала – правда, в ногу. Потом его добила пробегавшая мимо Лиорель.

Вся схватка заняла не больше минуты и, похоже, снаружи никого не заинтересовала. Шныряющие по замковому двору «зеленушки» то и дело начинали орать, перекрикивая друг друга и периодически даже затевая драки между собой.

– Типичные дикари, – прокомментировал открывшееся с края платформы зрелище Аллан. – И это настораживает.

– Стой спокойно! – прикрикнула на него Марилена. – Дай перевязать рану.

– Просто царапина и, – лейтенант с подозрением оглянулся на белый лоскут, – откуда у тебя эта тряпка?

– От нижней юбки. Стой на месте.

– Почему настораживает? – спросила я.

– Среди «зеленушек» много ветеранов, – Аллан болезненно поморщился, когда Марилена затянула повязку, – вроде того мясника. Отслужившие в «помощниках» имеют преференции при переселении, да и на родине на них обычно косо смотрят. Хотя и у их бывших противников тоже находятся свои причины. Орк, – лейтенант снова скривился, – подранивший меня и Роланда, явно успел повоевать. Как и главарь с винтовкой, которого вы с профессоршей так ловко уложили. Шрам на морде, походу, от кавалерийского палаша, самым кончиком, видел я такое.

– Полковник со своим орком справился голыми руками.

– Кард из корабельной пехоты, – напомнил Аллан, – а там и офицеры идут в бой наравне с рядовыми. Так что это не орк оказался хиляком, а полковник у нас еще ого-го.

За нашими спинами громко лязгнул металл. Вагон сдвинулся на пару дюймов и снова замер.

– Грузимся, быстрее! – скомандовал полковник. – Ложитесь на пол, чтобы ничья дурная башка над бортом не торчала. Живей, живей…

Кто бы ни руководил «зеленушками» в замке, отбытие канатного вагона он явно не предусмотрел. Хотя частота и громкость воплей возросли сразу после старта, стрельба началась уже когда вагон проплыл над внешними стенами. Одна из пуль с гулким «бум» влепилась как раз в борт рядом со мной – железный лист щедро сыпанул по мне окалиной, вспучился, но все же удержался на месте. Выпала лишь одна из клёпок, и я тут же приникла к ней, пытаясь разглядеть покинутый нами замок. Получалось не очень даже с эльфийским зрением, небо закрыто тучами, вдобавок, мелкий дождь пеленой накрыл старые камни, размывая силуэт.

Еще один всплеск воплей – и стрельба моментально прекратилась. Вагон медленно полз вниз, теплые желтые огни города становились все ближе и ближе.

Нет, нельзя, одернула я сама себя, еще не время. Дома, под одеялом, с бутылкой… да чего угодно, хоть и рома.

Или хотя бы дождаться, пока эта клепаная железная корзина коснется земли!

– Но есть и хорошие новости… – пробурчал из-под скамейки Роланд. – Лио, можно я хотя бы сяду? Раз уж по нам перестали палить.

– На самом деле это плохая новость, – полковник осторожно приподнялся над бортом. – Там есть толковый командир и парни с дакками быстро выполняют его команды. А если он действительно толковый… вы надежно сломали механизм управления подъемником?

– Насколько возможно без моих любимых бомб… молчу-молчу, – поспешно добавил Роланд, даже в темноте разглядев, как зверски оскалился лейтенант. – Рычаг выломали, шестерни перекосили. Но в остальном… гномская работа для людей, делается в расчете: «чтобы эти тупые дылды не смогли ничего серьезно повредить!».

– То есть они смогут его запустить на реверс?

– Средний орк – примерно никогда. Хотя, – Роланд задумался, – в порту я видел гоблинов, работающих с разными механизмами, они выглядели довольно…

Вагон вдруг остановился, резко, словно прямо в небе налетел на невидимую каменную стену. Я с трудом удержалась на ногах, но, судя по звукам и стонам вокруг, удалось это не всем.

А еще через несколько мгновений вагон снова дернулся – и пополз обратно вверх, к замку.

Полковник выругался – длинно, затейливо. Глянул вниз, перегнувшись через борт.

– Прыгать сейчас? – расшифровал его движение Роланд. – Не такая уж плохая идея, всяко лучше, чем в лапы к «зеленым». Мы в нижней трети канатки, есть шанс поломать себе только…

– …ноги, а не шею! – отрезал Кард. – Должен быть иной вариант. Там, наверху, – он указал на крышу вагона, – как закреплен канат? Лейтенант, приходилось иметь с таким дело?

– Конкретно с таким – нет, сэр, но, зная гномов… что-то простое, но с мощной пружиной. Надо посмотреть, – Аллан решительно встал и тут же покачнувшись, схватился за борт!

– Куда?! – заполошно подскочила Марилена. – Мокрое железо, вагон раскачивается, ты сорвёшься…

– Наверх полезу я и Лиорель. Сэр.

– Толку-то там от вас, – Аллан присел на скамейку. – В механизме вы ничего не поймете. А даже поймете, вам тупо не хватит сил. Убрать фиксатор мало… вагон тяжелый и сразу начнет разгоняться вниз.

– Мы – сильные…

– Но легкие, я знаю. Залезаете наверх, потом вытягиваете меня и Камдсбери.

– Но…

– Делайте как он сказал! – повысил голос Кард. – у нас нет времени на споры.

Железная крыша вагона, как и говорила Марилена, оказалась мокрой и скользкой. Хорошо еще, гномы использовали заклепки с большими, выступающими головками, так что кое-как получалось упираться в них ногой. Но все равно, вытаскивая Роланда, мы едва не сорвались.

– Долбанные… подгорные карлики… – Аллан при помощи кортика и ругательств сумел вскрыть короб на «лапе» вагона и теперь пытался при свете спичек разглядеть его внутренности. Получалось не очень, в дождь и ветер спички почти сразу гасли.

– Пружина… трос… понятно… а это что за цилиндрическая хрень?

– Должно быть, гидравлика или пневматика, – предположил Роланд. – Там есть клапан?

– Сейчас попробую… не поддается, застыл.

– Дайте, я попробую. Сейчас…

Громкий щелчок, шипение, резкий запах таллового масла.

– Отлично, теперь трос! Надо отжать пружину!

Трос оказался весь измазан в масле, ладони скользнули по нему, и я вторично едва не улетела с крыши. Кое-как мы вчетвером все же сумели вцепиться в него, хотя получалось не столько тянуть, сколько висеть. Но все же вагон остановился… а затем начал сначала медленно, потом быстрее и быстрее скатываться вниз.