Плохое время для чудес.

Глава 26

В которой Фейри Грин участвует в кораблекрушении

Раньше других опомнился Тайлер. Подскочив, он одной рукой выдернул у мальчугана копье, а другой отвесил ему затрещину, от которой тот кубарем покатился по мостовой.

– Фейри, ты как?!

– Свитер продырявили – сунув палец в упомянутое отверстие, я убедилась, что дыра сквозная. – Теперь точно только на помойку…

Кажется, Том с трудом удержался от желания влепить затрещину еще и мне. Даже начал поднимать руку.

– К… – этого слова на гномском я не знала, но судя по интонации, вряд ли оно служило для пожелания долгих лет жизни, – эту тряпку! Как ты сама?

– Все хорошо, даже не поцарапало, – недоверие во взгляде полугнома можно было разливать по ведрам и, пока меня не начали хватать и щупать, пришлось пояснить: – свитер вязали в расчете на человека, он… широковат.

– Хорошо.

Тайлер с нарочитой легкостью сломал гоблинское копье напополам и развернулся к мальчишке.

– Какого хрена ты напал на Фейри?!

Мальчуган попытался отползти назад и уперся в чьи-то ноги. В старых армейских ботинках, чьи потертые носы виднелись из-под темно-коричневой сутаны.

– Отец Браун!

– Простите, мисс Грин, однако… у вас очень заметные уши.

Священник помог мальчугану подняться. Одна из женщин остановилась рядом, развернула паренька лицом к себе и, обняв за плечо, второй рукой начала медленно гладить по макушке.

– Вам стоит убрать их под шапку. Эти люди… после пережитого, боюсь, некоторое время они будут реагировать на всех нелюдей.

– Но Фейри же не похожа на «зеленушек», – возразил Тайлер, но уже без прежнего напора.

– Их в домике шестнадцать было… – вместо священника заговорила женщина, – его семейство и отцова кузина со своими. Когда пришли гоблины, Фреда сестра в шкафу спрятала, так что его найти не смогли. А он все слышал… и видел. Так-то чернявый был, в отца…

Она постояла еще немного, потом, наклонившись, прошептала что-то пареньку – и он послушно пошёл за ней, вцепившись в руку.

– Простите, мисс Грин, – снова раз повторил отец Браун, – конечно же, вы не заслужили такого…

– Перетерплю как-нибудь…

… хотя прижатые к голове кончики ушей довольно быстро начинают болезненно поднывать.

– Скажите лучше, как вам удалось уговорить этих… нелюдей отпустить пленных? Учитывая обстоятельства, в самом деле потянет на чудо.

– «Рёк он слова Творца и сей же миг рассеялись тучи в небесах. Явлён был ослепительный лик, и устрашенные дикари пали пред ним оземь» … – процитировал священник. – «Жития Пяти Святых», том второй. Однако в моем случае все обстояло куда прозаичнее. Гоблины сбежали, второпях, побросав не только пленников, но и награбленное, припасы и даже нескольких собственных раненых. И, – добавил он, прищурясь и глядя куда-то мимо меня, – хоть я и верный слуга Церкви, вынужден признать, что вид боевой эскадры Королевского Воздушного флота подействовал на их сердца и души не хуже божественного лика.

Мы обернулись все, как по команде.

Тучи разошлись милях в пяти-шести от берега. Не полностью, с нашего места даже не получалось увидеть самого неба, лишь солнечные лучи, соединившие море и небо гигантскими колоннами света. Но и на фоне световых колоннад идущие прямо на Скаузер серо-черные громадины воздушных кораблей выглядели достаточно внушительно.

Глядя на них, я вдруг действительно поверила, что мы остались живы…

…а еще – ощутила разом всю накопившуюся усталость, боль от ран, грязь. Особенно грязь, казалось, покрывшую меня сплошной коркой.

– Мы… спасены? – неверяще пробормотал Тайлер.

Надеюсь, подумала я, у наших спасителей найдется каюта с горячей водой. Должны же быть у героини хоть какие-то привилегии?

***

Броненосный крейсер «Граф Петер» считался сравнительно новым кораблем. И выглядел больше, чем невезучий «Собор святителей», в длину так уж точно. Но вот адмиральская каюта на нем выглядела куда более убого – никаких тебе шикарных ковров, огромных стволов, диванов... а ванная настолько маленькая, что едва можно ноги вытянуть.

Однако все же она тут имелась, а горячая вода на военном корабле, хоть и летающем, снова оказалась по-настоящему горячей. Ну и достаточно пресной, чтобы мыло и шампунь нормально вспенились, а не превращались в липкую жижу.

Небольшие размеры ванной тоже оказались полезны – так она быстрее наполнялась, три раза. В первой я просто размочила и оторвала самые крупные пласты грязи. Мочалка и губка пригодились на второй, а в третьей я уже позволила себе просто немного размякнуть и «поплыть» не только тушкой, но и мысленно. К тому же потребовалось время свыкнуться с мыслью, что после ванны снова придется влезать в человеческую одежду, хоть и чистую. Тоже подарок от Карда, вернее, от командира эскадры. Судя по размерам и ассортименту, кто-то из младших офицеров отличался весьма субтильным для человека телосложением. Надеюсь, ему как-нибудь компенсируют «одолженное» – явно же сшито на заказ, отличного качества, с монограммой хозяина…

Хотя шерстяной свитер оказался редкостно кусачим. Даже сквозь рубашку.

– Вина? Предпочитаете красное или белое?

– Юная леди предпочитает чай, – ответил вместо меня Кард.

– Позовите Радклифа из кают-компании, – приказал замершему с винной корзинкой стюарду сидящий во главе стола офицер, – скажите, что чай нужен для эльфийки, так что пусть выпрыгнет из… кхм, постарается.

Чем-то Артур Каррик-Витморт неуловимо походил на полковника. Вроде бы разные черты лица, цвет волос, да и ростом они расходились примерно на полфута, хотя за столом это не было так заметно. Но вот осанка, манера держать голову, интонации – что-то я почувствовала даже раньше, чем Кард представил капитана «Графа Петера», как давнего сослуживца.

– Слушаюсь, сэр.

– И нам с полковником кларет.

– Не рановато? – уточнил Кард. – К тому же, мы все-таки на войне.

– Поэтому я сказал «кларет», а не «бренди», – возразил ему Каррик-Витморт. – К тому же, как любил повторять адмирал О’Рурк: «война войной, а поужинать надо!». Раз прямо сейчас воевать мы не можем, почему бы не поужинать? Мисс Грин… – развернулся он ко мне, – советую начать с грибов, да-да, в устричном соусе. Поверьте, наш кок готовит их потрясающе.

– Верю, просто… – я запнулась, – до сих пор не могу поверить. Все это кажется таким нереальным. Накрахмаленные скатерти, фарфор, серебряные приборы. Еще несколько часов назад мы о таком даже не думали. Там, внизу, среди грязи, дыма и всех мыслей, как пережить следующую атаку. Совершенно другой мир.

– Флот привык воевать с удобствами, – ехидно заметил Кард, – но, если выглянуть в один из этих роскошных иллюминаторов, легко убедиться: тот мир дыма и грязи тоже никуда не делся.

– Особенно дыма, – Каррик-Витморт покрутил в руке бокал, затем отставил его в сторону и взялся за вилку, – должен сказать, этот ваш орк довольно умён. Даже не будь этой дымной тучи… «зеленушки» отошли в порт и фабричные районы, они знают в них каждый дюйм, как хороший лоцман – лужу перед своим порогом. А еще товары в порту, сырье и готовая продукция на фабриках, дорогостоящее оборудование. Пока что за все отвечают «зеленушки», но стоит флоту сделать хоть один выстрел в ту сторону или сбросить хоть одну крохотную бомбочку, как Адмиралтейство завалят исками о возмещении «ущерба имуществу вследствие несоразмерного применения силы».

– И что ты собираешься предпринять по этому поводу? – осведомился Кард. – Как обычно, принять агрессивную позу и послать корабельную пехоту? Ах да, еще не забыть заварить кофе.

– У тебя есть лучшие идеи? – невозмутимо спросил капитан «Графа Петера». – Поделись, не скромничай, – полковник промолчал, и Каррик-Витморт, не дождавшись ответа, продолжил: – разумеется, в первую очередь необходимо ликвидировать угрозу со стороны этого дурацкого недостроенного погорельца. К счастью, он прикован к земле и эллинг достаточно большая и неподвижная мишень. А дальше, как ты и сказал, высаживаем корабельную пехоту и начинаем чистку луковицы. Солнце вот-вот зайдет, уже через полчаса сумерки будут достаточно густые, чтобы мои корабли на фоне туч стали почти неразличимы.

– У меня нет лучших идей, – признал полковник, – но есть неприятные ощущения. Ты верно сказал, этот Дрогнар Кровавый Клык умен. Он мог и догадаться, что бомбардировать порт с товарами на миллионы или заводские кварталы флот не станет. Вдобавок, у него до сих пор уйма заложников и не только простых работяг, но и знати, включая самих Лорингов. Сам подумай, Артур – тебе не кажется, что дымная туча при таком раскладе уже выглядит излишеством?

– Ты наверняка помнишь, Эдмонт, – Каррик-Витмор закончил распиливать стейк на фрагменты и подгреб к ним гарнир, – как я не люблю слово «кажется». Так вот, мне «не кажется», мой дорогой полковник. Еще на подлете я выставил усиленную вахту с биноклями и отдельно приказал «Аметисту» пройти поближе.

– И что же увидели твои глазастые парни с биноклями? – спросил Кард прежде, чем я собралась напомнить о превосходстве эльфийского зрения над человеческим.

– Сейчас узнаем, – капитан «Графа Петера» жестом подозвал вытянувшегося у двери вестового, – мичмана Гранвилла ко мне!

Не знаю, где располагался пост мичмана, но там явно недоставало тепла. Рукавицы, шарф, надвинутая на лоб шапка и бушлат в каюте почти сразу начали едва заметно парить, наполняя воздух запахами дыма и мокрой шерсти.

– Влейте в себя полстакана бренди, – приказал Каррик-Витмор, – и докладывайте. Удалось хоть что-то разглядеть.

– Слушаюсь, сэр, – мичман одним четким движением опрокинул стакан в рот, поморщился и поставил опустевшую посуду обратно на стол, – почти ничего, сэр. Завеса плотная, а ветер недостаточно сильный, чтобы разорвать её. Несколько раз в районе порта возникали прорехи, когда дым разгонял порывами с воды, но разглядеть удалось немного. Какая-то непонятная суета в районе элеваторов, у пакгаузов и, похоже, они пытаются разгружать один барк. Четыре мачты, корпус белый, с широкой черной полосой, стоит в правой части гавани почти по центру.

– Разгружать барк? – недоверчиво переспросил Кард.

– Бегают по сходням туда-сюда, вниз тащат мешки, – пояснил мичман. – Точнее сказать сложно. Едва дым сносит, они тут же прекращают всякую деятельность и разбегаются по укрытиям.

– Боятся, – удовлетворенно кивнул Каррик-Витмор, – нас боятся. Это хорошо.

– И хорошо, и плохо, – поправил его Кард, – они не просто нас боятся, они опасаться, что мы помешаем какой-то их деятельности. Артур, со мной на борт поднялся майор Макфарлейн…

– А тот баккеландец… отправил его в кают-компанию. Чтобы мальчики, хе-хе, не жаловались, будто я заграбастал себе всех ушастых. Позвать его?

– Он может оказаться полезен.

Ждать Макфарлейна пришлось дольше – и когда он появился на пороге, стало понятно, почему. Если мичман выглядел замерзшим, то майора на крейсере весьма усердно, гм, согревали.

– Сэр?

– Четырёхмачтовый барк, белый с черной полосой, стоит у пирса примерно по центру гавани. Какой у него генеральный груз?

– Точно не военный, сэр! – несмотря на покрасневшие нос и щеки, голос майора звучал четко и уверенно. – Для наших грузов используются два причала в левой части гавани, у них отдельные заборы и свои подъездные пути, при необходимости можно выставить охрану на вышки. Барк по центру гавани, это честный купец. Белый с черной полосой, – Макфарлейн потёр лоб, – должно быть что-то не сильно дорогое, не очень срочное. Как правило, колониальные товары. Джут, копра, селитра, рис, какао-бобы…

– Все не то, – досадливо поморщился полковник, – вряд ли наш зеленый друг возжелал… постойте… селитра?

– Так точно, сэр. Удобрение. Уж которой год таскают, говорят, здорово поднимает урожайность. Но в Баккеланде…

– Взрывчатка… – тихо произнес Кард. – Винсент недавно рассказывал, что селитра является сырьем для мощной взрывчатки.

– И что-то такое читал недавно, – подтвердил капитан «Графа Петера», – четырёхмачтовый барк тащит примерно девять тысяч мешков. Пусть даже ваша селитра не во всех трюмах… утопить не получится? Какая глубина у пирсов? – спросил он у Макфарлейна.

– Небольшая, – буркнул майор, – даже с дырявым, как коррезский сыр, днищем просто сядет на грунт, но верхняя палуба останется под водой.

– А стрелять по ней тоже не вариант…

– Что у тебя с корабельной пехотой, Артур? – неожиданно спросил Кард. – наберётся два-три десятка хороших абордажников?

– Наберётся больше, – Каррик-Витмор задумался, – на «Петере» штатный отряд в пять дюжин и ветеранов не меньше трети. Можно добрать с «Пергрина», он лишь полгода назад вернулся из Архипелага, там и матросам случалось ходить в десанты. Сам знаешь, крепсы иной раз похуже орков. Но ты же понимаешь, как только «зеленушки» поймут, что происходит, вся Орда ринется за вами вплавь. И я не пошлю корабль прикрывать вас над самой гаванью.

– Мне надо лишь добраться до глубины на фарватере, – пожал плечами Кард. – А остальное не важно.

– Буксир! – неожиданно подал голос Макфарлейн, – для порта недавно закупили два новых мощных буксира, «Свинья Джо» хвастался… виноват, капитан одного из них, Джон Фланнаган утверждал, что теперь легко утащит «Ликтора» и «Магдалену» разом.

Полковник и капитан «Графа Петера» переглянулись.

– Рискованно, – проворчал Каррик-Витмор, – почти безумно.

– Но может получиться. Нам потребуются…

– Вам потребуется кто-то, хорошо знающий гавань, – снова вмешался в разговор Макфарлейн, – способный сориентироваться в ней ночью, без привычных огней. И времени на поиски у вас немного.

– А еще, – добавила я, вставая из-за стола, – не будет лишним кто-то с хорошим ночным зрением.

***

Как и предполагал Макфарлейн, охрана возле буксиров была. Но именно в прошедшем времени. Гоблины, судя по количеству мусора, не меньше дюжины. «Прочитать» историю их пребывания не составило труда. Обшарив оба буксира и вытащив на пирс все, сочтенное мало-мальски ценным, гоблы развели костер, побросали в котел кучу рыбьих голов и гороховую колбасу – остатки жижи до сих пор виднелись на дне котла и немилосердно воняли – после чего предались своему любимому занятию: жрать и пить. Опустошив же третий подряд бочонок с элем, они заскучали, немного – всего-то пара выбитых зубов – подрались, а затем помирились и дружной толпой ушли на поиски очередного бочонка.

– Разводим пары, сэр? – обратился к полковнику сержант Паттинсон.

Я с трудом заставила себя не коситься на его лицо, перечеркнутое двумя жуткого вида шрамами, прихватившими также часть скальпа. И на цепочку, где болтались два изогнутых когтя. Медведю в той схватке не повезло больше, чем сержанту.

– Да, начинайте, – приказал Кард. – Пятеро в кочегарку, остальным рассредоточиться и взять под контроль подходы. У нас мало времени, представление вот-вот начнется.

Сверху затянутая дымом часть Скаузера казалась зловеще-мрачным темным пятном, лишь кое-где подсвеченным изнутри багровым. Внизу же все выглядело иначе – огни многочисленных костров если не превращали ночь в день, то уж всяко давали ничуть не меньше света, чем полный Сэльг. Топлива для костров Орда явно не жалела. Пока мои эльфийские глаза не пригодились, полковник даже самостоятельно различал цифры на карманных часах.

– Время…

Безжалостный расстрел «Собора Святителей» еще не померк в моей памяти. Однако с небес не раздался ожидаемых грохот, а лишь едва различимый хлопок, за которым последовал шелестящий свист… и эллинг с недостроенным кораблем озарился вспышками взрывов.

– Пневматические пушки, – сухо прокомментировал полковник и тут же куда более эмоционально воскликнул: – Молодец Артур! Ночью, по ненаблюдаемой цели, накрытие с первого залпа! Все на борт! Выдвигаемся! Фейри, давайте-ка сюда, в угол рубки, а то затопчут.

Забота полковника оказалась отнюдь не лишней – портовый буксир явно не рассчитывался на перевозку трех десятков корабельных пехотинцев. Половина которых если уступали в габаритах среднему орку, то не очень сильно. А вторая половина компенсировала недостаток размеров количеством оружия. Мои два револьвера на их фоне выглядели откровенно жалко, но попросить «пушку побольше» я не решалась.

Путь к цели оказался неожиданно извилистым – на воде мусора оказалось едва ли не больше, чем на суше. Большая часть из них не представляла опасности для буксира, хотя плыть сквозь мертвецов… тяжело. Но еще имелись затонувшие полстью или частично небольшие корабли, какие-то странные железные конструкции, непонятно как и зачем оказавшиеся посреди воды, сломанная мачта, запросто способная пропреть борт буксира, дохлая акула…

– Вот он! – крикнул, наконец, перебравшийся на нос буксира Макфарлейн, – давай правее, зайдем с другого борта.

Со своего места я мало что могла рассмотреть – даже выделить среди парусного леса нужные мачты. Под ритмичный стук машины буксир начал выписывать широкую дугу. Кард перекинул рукоятку машинного телеграфа на «малый вперед» и почти сразу же со стороны берега донеслись полные ярости завывания.

– Не по наши души, – спокойно прокомментировал полковник. – Мы еще не дали повода… но сейчас это исправим.

Сверху что-то проорали на южном орочьем. В ответ лязгнул арбалет, посылая стрелу. Буксир с треском врезался в борт парусника, стоявшие вдоль борта корпехи тут же зацепились «кошками», быстро перебирая ногами, «взбежали» вверх и скрылись за бортом. Очередную серию воплей заглушила револьверная трескотня.

– Приготовить буксирный конец.

Теперь Кард передвинул рукоятку на «полный назад». В переговорной трубе кто-то глухо выругался, но буксир дрогнул и принялся пяться назад. Полковник выкрутил штурвал, снова перекинул машинный телеграф на «малый вперед» и мы поползли вдоль борта барка.

– Корабль наш, сэр!

– Отлично! Что со швартовыми?

– Рубим, сэр. И якорную цепь тоже!

В этот раз вопли с берега звучали чуть иначе. Злее… и разочарованней. А еще – издававших их глоток явно прибавилось.

– Похоже, ваш план сработал, сэр.

– Еще не до конца, – Кард передвинул штурвал, заставив кораблик рыскнуть носом вправо. – Фейри, пройдите-ка на нос, к Патрику. Пусть он станет за штурвал, а я переберусь на барк и…

На палубе стоявшего справа от нас парусника неожиданно распустился огненный цветок. Волна жара ударила сквозь окна рубки, заставляя болезненно щуриться, а затем вокруг начали, злобно шипя, падать в черно-багровую воду горящие ошметки.

Повезло, что нет стекол, отрешенно подумала я, нас бы просто нашинковало.

Следующий взрыв поднял столб огня и воды почти прямо по курсу буксира, рядах в полутораста от нас.

– Какого…

– Почтовый пакетбот, – азартно выкрикнул Макфарлейн, указывая куда-то в темноту. – Должно быть, поставили на него пару своих катапульт. О, еще пошла…

Огненная комета, рассыпая за собой искрящийся хвост, прочертила небо над нами. В этот раз я не увидела самого взрыва, лишь ощутила дошедшую откуда-то сбоку горячую волну.

– Насколько все плохо?

– Нам надо прорваться через их обстрел, – майор вернулся к рубке и теперь стоял, держась за борт. – Плевое дело, на такой дистанции у них разлет на половину гавани. Но если они сумеют пуститься в погоню…

– Сколько у них уйдет, чтобы развести пары? – спросил Кард. – Минут сорок? Меньше? Больше?

– …если они уже не стояли под парами, – пробормотал Макфарлейн.

Следующие два взрыва опять подняли водные столбы далеко впереди. Должно быть, орки пытались вести стрельбу с упреждением, но имели очень смутное понятие о процессе.

– Перейдите все же вперед, Фейри, – произнес Кард, – на воде уйма хлама и лучше знать о нем заранее.

– Да, сэр.

Еще один взрыв лопнул в носовой части корабля слева от нас, удачно выхватив из темноты торчащую из воды мачту прямо по курсу буксира. Кард закрутил штурвал, я выскользнула из рубки, двинулась вперед…

… и ночь за моей спиной раскололась.

Снаряд из катапульты угодил в основание второй мачты барка. Взметнулась пламя, несколько дымящихся тел отлетели в стороны, следом за ними потянулись языки огня. А затем с оглушительным треском вся мачта накренилась и рухнула за борт. Увы, не целиком – барк продолжал двигаться вперед, пока оставшаяся часть не понацепляла на себя достаточное количество вант и прочих важных корабельных веревок.