Посланники. Через Дух Андрэ Луиса

44 Помощь

Картина страдания, представшая перед нашими глазами, напомнила мне атмосферу Исправительных Палат.

Анисето и Изидоро вели беседу. Первый сказал:

— К работе! Займёмся магнетическими пассами утешения!

— Но, — возразил я, — готов ли я к такой работе?

— Почему бы нет? — уверенным тоном сказал инструктор. — В миру, в секторах служения, любая компетенция и специализация представляют собой развитие доброй воли! Искренних намерений сотрудничать и понятия ответственности вполне довольно, чтобы мы были успешно посвящены в новую работу.

Вдохновлённый этими утверждениями, я вспомнил Нарцизу, сестру, преданную помощи несчастным, которая оставалась в «Носсо Ларе» почти без отдыха, словно узница своей жертвенности. Мне казалось, будто я всё ещё слышал её дружеский мягкий голос: «Андрэ, друг мой, никогда не отказывайтесь помогать тем, кто страдает. Будучи рядом с увечными, не забывайте, что самое лучшее лекарство — это обновление надежды; если вы видите, что шанс упущен, расскажите несчастным о Божественном моменте будущего; если заблудившиеся и преступные Духи будут преследовать вас, не произносите слов проклятия. Подбадривайте их, возвышайте их, воспитывайте, будите их, не нанося ран тем, кто ещё спит. Бог делает чудеса посредством добровольной работы.

Не колеблясь, я приступил к работе. Анисето указал мне группу из шести больных Духов, сказав при этом:

— Андрэ, используйте свои ресурсы. С нашей помощью друзья по работе в этом доме смогут ответить на различные насущные запросы.

Самые поникшие из служителей блага оживают, благодаря живым примерам общей борьбы, и вместе с Господом Иисусом возвышаются, потому что ни одно из этих проявлений не теряется ни в пространстве, ни во времени. В тот момент, когда я был призван к реальной помощи, я вспомнил не только свои научные познания и приёмы официальной медицины воплощённого мира, но и Исправительные Палаты и Нарцизу, скромную и простую медсестру, преданную и нежную, которая более успешно лечила любовью, чем медикаментами.

Я подошёл к одной даме, глубоко разбитой, вспоминая при этом пример великодушной подруги из «Носсо Лара», понимая, что я должен прибегать не к энергии и твёрдости, а к нежности и пониманию.

— Сестра моя, — сказал я, пытаясь завоевать её доверие, — давайте приготовимся к приёму утешительных пассов.

— Ай! Ай! — вскричала она. — Я ничего не вижу! Я ничего не вижу! Ай! Трахома! Бедная я, бедная! А мне ещё говорят о смерти, о другой жизни… Как восстановить зрение? Я хочу видеть, хочу видеть!

— Успокойтесь, — стал утешать её я. — Доверяете ли вы Могуществу Иисуса? Он продолжает исцелять слепых, освещая им путь и направляя их шаги!

Позже я отдал себе отчёт, что в тот момент я забыл о своей болезненной любознательности, я думал только о впечатлении, оставленном трахомой на этом духовном организме. Я не тревожился о чисто научном выражении этого феномена, а видел перед собой просто страдающую и нуждающуюся в утешении сестру. По мере того, как я начинал соблюдать практику братской любви, особого рода свет начинал освещать и согревать мой лоб.

Вспоминая Божественное влияние Иисуса, я начал проводить облегчающие пассы на глаза бедной женщины, наблюдая за тем, как огромное тёмное пятно давило ей на лоб. Проговаривая ободрительные слова, и добавляя к ним самые свои лучшие намерения, я концентрировал свои магнетические возможности помощи на этой поражённой зоне. Несколько мгновений спустя раз воплощённая изумлённо вскричала:

— Я вижу! Боже правый! Я вижу!

Инстинктивно пав на колени, чтобы возблагодарить Бога, она взволнованно обратилась ко мне:

— Кто вы, Эмиссар Блага?

Я не мог сдержать глубокого волнения, которое захлестнуло меня. Доброта Всемогущего спутала все мои мысли. Кто я такой, чтобы исцелять эту женщину? Радость этого создания, освобождённого от тьмы, подтверждала то, чему я не хотел верить. Свет этого дара более чётко показывал тёмную глубину моего несовершенства. И в этот миг моё лицо залили слёзы, которые я не мог сдержать никакими силами своего сердца. Пока больная заливалась слезами благодарности и хвалы, меня охватили новые мысли. Меня поразило это событие.

Я хотел помочь следующему больному, но вдруг почувствовал, как меня охватило странное внутреннее ослепление.

Анисето тихо склонился надо мной и произнёс чуть слышно:

— Андрэ, чрезмерное созерцание результатов может навредить служителю. В таких случаях, как этот, в нас может проснуться гордыня и заставить забыть о Господе. Помните, что всё идёт от Него, который является Светом наших сердец. Мы — лишь Его инструменты на службе любви. Преданный служитель не тот, кто заботится о результатах, и не тот, кто предаётся экстазу, созерцая их, а тот, кто просто исполняет Божественную волю Господа и продолжает свою задачу.

Более значимыми эти слова и быть не могли. Великодушный ментор вернулся к своей работе, рядом с другими братьями, и после этого дружеского совета, я обратился к признательной даме:

— Друг мой, благодарите не меня, а Иисуса, я лишь Его простой и тёмный служитель. Не придавайте большого значения видению внешних аспектов; направьте силу видения внутрь себя, чтобы вы могли посвятить нашему Господу чистый дар зрения.

Я заметил, что мои слова поразили её, показавшись ей, возможно, несвоевременными и возвышенными в этот момент. Но, вновь уверенный в понимании своего долга, я уже шёл к следующему больному. Речь шла о бедном человеке, умершем от рака. Его лицо было ужасно. Пока я проводил над ним утешительные пассы, совместно с подбадривающими моими мыслями, я видел, как в его состоянии проявлялись симптомы заметного улучшения. Я пообещал ему дружеское внимание в спиритическом центре, где он получит духовное лечение, рекомендуя ему подготовить ментальную жизнь, чтобы своевременно получать от неё свои преимущества. Затем я занимался двумя бывшими больными туберкулёзом, дамой, которая умерла от злокачественной опухоли, и молодым парнем, умершим от операционного шока. Но никто из этих четырёх не проявил ни малейшего облегчения. Органические недомогания, а также психические феномены оставались прежними.

После того, как мне сказали, что моя задача закончена, я присоединился к нашему инструктору и Виценте, которые ждали меня в углу салона.

— Работа помощи, — объяснил Анисето, — происходит здесь так, как вы только что видели. Некоторые чувствуют себя исцелёнными, другие винят улучшения, но большинство из них, кажется, застывает в своём состоянии, непроницаемые для нашей помощи. Что должно нас интересовать, так это посев добра. Вызревание, развитие, цветение и плодоношение зависят от Господа.

Виценте, который, казалось, был под сильным впечатлением, заметил:

— Количество увечных сущностей удивительно. Мы видим их в различных стадиях нарушений, начиная с «Носсо Лара» и вплоть до Земли.

Улыбнувшись, Анисето объяснил строгим тоном:

— Огромный процент страданий объясняется отсутствием религиозного воспитания. Я не говорю о том воспитании, которое идёт от структурных движений, или из уст одного в уши другого. Я имею в виду личное и глубокое религиозное воспитание, от которого человек систематически отказывается.